Этот мужчина готов разрушить и заново построить весь мир ради меня одной.
В настоящей любви много безумия.
***
Стена была абсолютно глухой. Я лихорадочно водила ладонями по холодному камню, сбивая пальцы в кровь. Плющ, который мгновение назад казался просто красивым украшением входа, теперь выглядел как стальная сетка, намертво запечатавшая нас внутри этого каменного мешка.
-Миша, это ужасно! Почему эта калитка заперта? Мы же только что через неё прошли! - мой голос сорвался на крик. Я прижалась спиной к кирпичной кладке противоположного дома, пытаясь унять дрожь. - Тут нет выхода, Миша! Это какая-то ловушка! Нас заперли! А портрет. Это же мы. Буквально минуту назад. Что за мистика?! Откуда она появилась?!
Я посмотрела наверх: стены домов уходили высоко в серое парижское небо, а окна казались безжизненными декорациями. Тишина здесь была неестественной, словно весь Париж за этой стеной просто поставили на паузу. Паника накрывала меня ледяной волной, дышать становилось всё труднее. Я не отрывала взгляд от портрета.
-Соф, успокойся. Посмотри на меня. - Миша стоял удивительно спокойно. Он даже не пытался толкать стену. Он просто смотрел на свои часы, будто ждал чего-то. - Мы не в ловушке. Просто небольшая... техническая заминка.
- Заминка?! Миша, здесь заперта дверь! У меня телефон не ловит сеть! «Нет обслуживания»! Мы замурованы! - я уже почти рыдала, сползая по стене на корточки.
Миша подошел ко мне, присел рядом и крепко обнял за плечи. Его спокойствие пугало и успокаивало одновременно.
- Послушай меня. Я обещал, что это будет лучший вечер? Значит, так и будет. У меня есть связь для таких случаев.
Он достал из внутреннего кармана пиджака странный телефон - тонкий, совершенно плоский, без единого логотипа. Нажал одну кнопку и поднес к уху. Я во все глаза смотрела на него, забыв про слезы.
-Алло, Стефан? Это Михаил. Да, «объект 75», Монмартр. Задний двор. Калитка заблокировалась, сработал старый протокол. Да, я не один. Нам нужно выйти через пять минут, у нас столик в «Ле Морис».
Он убрал телефон и подмигнул мне, как будто мы просто застряли в лифте, а не в пространственной аномалии.
-Кто такой Стефан? Какой объект 75»? - смотрела на него так, будто видела впервые в жизни.
-Стефан - старый знакомый по линии безопасности... скажем так, некоторых частных владений Парижа, - мягко ответил он. - Иногда старые кварталы живут по своим правилам. Просто нужно знать, кому звонить.
Не успела я задать следующий вопрос, как дверь открылась с мягким щелчком. За ней стоял высокий мужчина в безупречном черном костюме. В руках он держал зонт-трость, хотя дождя не было. Позади него я увидела обычную улицу, мопеды, смеющихся прохожих - нормальный мир.
-Михаил, - мужчина пожал руку моему жениху, - прекрасная мадемуазель, - Стефан слегка поклонился. - Прошу прощения за неудобства. Старый Париж иногда слишком неохотно отпускает гостей. Ваше такси на углу улицы.
-Спасибо. - Коротко, грубо и холодно ответил Миша.
-Стефан, извините, но меня очень интересует вопрос, - не выдержала я. - Откуда здесь наш портрет..., причем написанный буквально за....минуту?!
-Есть один месьё. Он рисует только тех, в ком видит искренность и настоящую любовь. - сказал Стефан, улыбнулся, пожал руку Мише и удалился.
Как только мы переступили порог, я обернулась. Сзади был тот самый загадочный переулок.
Я шла к машине, вцепившись в руку Миши.
-Мишка, - прошептала я, - ты обязательно расскажешь мне, что это было.
-Обещаю, - засмеялся мужчина.
Мой мозг отказывался принимать реальность.
В «Ле Морис» нас встретили так, будто Миша был как минимум принцем какой-то небольшой, но очень богатой страны. Огромный зал, золото, хрусталь, тихая музыка - разительный контраст с тем темным тупиком.
Когда нам принесли шампанское, я наконец обрела дар речи.
-Зай, - я посмотрела ему прямо в глаза, - я не сделаю ни одного глотка, пока ты не объяснишь. - Что это было? Кто этот Стефан? И почему твой телефон открывает стены?
Миша медленно покрутил в руках бокал, наблюдая за игрой пузырьков.
-Соф, я не хотел тебя пугать. Моя семья... скажем так, мы давно инвестируем в недвижимость и реставрацию старых районов Европы. Некоторые из этих мест оборудованы «специфическими» системами доступа для безопасности владельцев. Я один из тех, кто имеет право доступа. Тот переулок - частная территория, вход на которую скрыт от туристов.
- Скрыт в буквальном смысле? - я прищурилась. - Миша, это выглядело как магия или шпионский фильм.
- Это просто очень дорогая инженерия, - он улыбнулся и накрыл мою ладонь своей. - Я хотел показать тебе настоящий Париж, скрытый от глаз. Но, признаюсь, система сработала слишком жестко. Прости, что заставил тебя паниковать.
-Я в шоке! - я театрально закрыла лицо руками. -Ты выглядел так, будто делаешь это каждый день, - я начала понемногу расслабляться, тепло шампанского и его уверенный голос делали свое дело. - Значит, ты никогда не перестанешь меня удивлять?
-Теперь ты знаешь обо мне абсолютно всё. - он подмигнул мне. - Но сегодня я хочу быть просто твоим Мишкой, который ужинает с самой красивой девушкой в этом городе.
Вечер продолжался, и пока мы пробовали изысканные блюда, я ловила на себе его восхищенный взгляд, чувствуя, что этот «запертый» переулок навсегда изменил что-то между нами. Мы стали ближе, но теперь это была близость людей, у которых на двоих появилась одна большая, опасная и очень захватывающая тайна.
***
Золоченые двери лифта закрылись, отсекая нас от суеты роскошного холла «Ле Морис». Мы остались вдвоем в этой тесной, обитой бархатом коробочке, и воздух между нами мгновенно наэлектризовался. Весь этот день - со странной калиткой, тайнами Миши и изысканным ужином - звенел в моих венах, как дорогое шампанское.
Миша не стал ждать. Он сделал шаг ко мне, прижимая к зеркальной стене. Его руки, еще недавно так спокойно державшие бокал, теперь собственнически легли на мою талию.
-Малыш... - его голос стал низким, вибрирующим где-то у меня в груди.
Он зарылся лицом в мои волосы, вдыхая аромат духов, а затем его губы коснулись моей шеи. Я судорожно выдохнула, запрокинув голову. Зеркало за моей спиной было холодным, но тело Миши, прижатое к моему, обжигало.
-Я люблю тебя. Больше жизни, больше всех на свете, - прошептал он прямо в мои губы, прежде чем накрыть их своими.
Это был не просто поцелуй. Это было требование, признание и обещание одновременно. Его язык настойчиво исследовал мой рот, и я ответила с той же жадностью, вплетая пальцы в его густые волосы, притягивая его еще ближе, если это вообще было возможно. Лифт мягко звякнул, оповещая о нашем этаже, но мы замерли еще на несколько секунд, не в силах разорвать этот контакт.
Когда двери разъехались, Миша, не отпуская моей руки, почти потащил меня по коридору к нашему номеру. Едва магнитная карта щелкнула в замке, мир окончательно перестал существовать.
Дверь захлопнулась с тяжелым глухим звуком. Миша буквально набросился на меня. Его любовь сейчас была похожа на шторм - неукротимая, глубокая, сносящая все барьеры. Он подхватил меня под бедра, и я инстинктивно обхватила его ногами, чувствуя твердость его тела.
Он донес меня до огромной кровати с шелковыми простынями и рухнул вместе со мной, нависая сверху. Его глаза сейчас потемнели от желания.
-Моя... только моя, - выдохнул он, и его ладони начали стремительное путешествие по моему телу.
-А ты только мой. Ничей больше.
Молния платья поддалась с коротким треском, и прохладный воздух спальни коснулся моей кожи, но лишь на мгновение - его горячие руки тут же заменили одежду. Я выгнулась навстречу его ласкам, чувствуя, как внутри разгорается пожар. Миша целовал меня везде: скулы, ключицы, ложбинку между грудей, спускаясь всё ниже. Каждый его поцелуй оставлял огненный след.
Когда его губы коснулись внутренней стороны моего бедра, я зажмурилась, впиваясь пальцами в простыни. Моё дыхание стало частым и прерывистым. Всё, что случилось сегодня -тайна его личности, мистический Париж, - всё это слилось в одно единственное чувство обладания. Я чувствовала его силу, его власть, но в то же время видела, как он дрожит от нежности ко мне.
Мы освободились от остатков одежды в лихорадочной спешке. Когда наши тела наконец соприкоснулись кожей к коже, по мне прошла волна электрического разряда. Миша вошел в меня осторожно, аккуратно, нежно. Так как делал это всегда. Как в наш первый раз. Он затем он становился увереннее, жестче, быстрее, заставляя меня вскрикнуть и вцепиться в его плечи.
Темп нарастал, становясь почти неистовым. В полумраке номера, освещенном лишь далекими огнями Эйфелевой башни за окном, мы были как два безумца, нашедшие друг друга после долгой разлуки. Каждое движение Миши было наполнено такой страстью, что у меня кружилась голова. Я видела его лицо - напряженное, сосредоточенное на моём удовольствии, и понимала, что этот мужчина готов разрушить и заново построить весь мир ради меня одной.
Пик накрыл нас одновременно, оглушительный и ослепительный, как взрыв. Я выкрикивала, а он прижимал меня к себе так крепко, будто боялся, что я исчезну вместе с парижским туманом.
Позже, лежа в его объятиях и чувствуя, как выравнивается наше общее дыхание, я смотрела на сплетение наших рук. Его пальцы поглаживали мою ладонь.
-Я очень люблю тебя, любимый, - тихо сказала я, поцеловала мужчину и сладко заснула у самых надежных руках.