Клеймо Банши

Мы дошли до края. Дороги назад нет, она осталась там, где мы еще верили в спасение.

— За такой короткий промежуток времени я смогла дать вам многое, — прозвучал голос Банши, эхом отдаваясь от каменных стен. — Я научила вас всему, что знаю, — ее взгляд скользнул по десятку фигур, повисших на цепях. — Но сегодня я хочу получить продукт моего труда.

Эшли медленно двинулась вдоль шеренги. В мрачном помещении, лишенном окон, свет ламп отражался от стерильной поверхности стен. У выхода, облаченные в боевую экипировку, застыли Эрик и Дрейк. На рукаве темно-серой куртки первого поблескивал шеврон с надписью «Жнец». Девочки, в своих четырнадцатилетних телах, казались дьявольски прекрасными в облегающих черных комбинезонах.

— Да, вы еще юны, — продолжала Банши, — но я вижу в вас жажду крови, которую сможете утолить сегодня.

— Я тут обязателен? — Дрейк, казалось, томился от скуки.

— Нет, иди работай, — осекла она. — Мне нужна от тебя большая отдача. Десять человек — это просто смешно. Ясно? — наемник коротко кивнул и исчез за дверью. — Итак, о чем я… — Банши обернулась к строю молодых убийц. — Порадуйте мамочку. Докажите, что наша работа с Хантером не была напрасна. Докажите, что мы не зря тратили на вас ресурсы.

Начался своего рода экзамен. В отличие от былых времен, когда убийство подруги являлось высшей оценкой, теперь это было неприемлемо. Ведь их осталось всего восемь, и одна из них слабачка, которая точно умрет, не принеся никакой пользы. Каждая молодая Банши выбрала себе по пленнику, подвешенному Дрейком. На цепях оставались еще двое — «десертик», как их впоследствии назвала Кеннет.

Всей этой жестокой демонстрацией ищейка лишь пыталась усмирить ярость, вызванную Кайлом и его странным поведением.

— Хочу добавить, что, помимо устранения этих отбросов, мне нужна информация о боссе Игнис. Тот, кто ее достанет, получит мою безмерную благодарность.

Первая девочка выбрала водную пытку. Уложив обессиленного мужчину на скамью так, чтобы голова свисала, она крепко привязала его ремнями, лишая малейшей возможности сопротивляться. Затем, накрыв лицо тонким полотенцем, поднесла пятилитровую бутыль с водой. Жертва издала хриплый стон, когда ледяная струя хлынула на ткань. Вода, пропитывая полотно, проникала в дыхательные пути, вызывая мучительную иллюзию утопления. Тело содрогалось в конвульсиях, а сквозь булькающие хрипы вырывались приглушенные крики ужаса.

Вторая предпочла кипяток: простой и эффективный способ развязать язык следующей жертве, погружая ее конечности в бурлящую жидкость.

Третья применила пресс для черепа. Давление дробило зубы и челюсти, крошило кости, пока сквозь образовавшиеся отверстия не начинала сочиться мутная мозговая жидкость.

Четвертая и пятая девочки не стали заморачиваться: просто полосовали своих жертв кинжалами, пока один из них не заговорил о хозяине.

Шестая с усердием прижигала кожу пленника, и по комнате поплыл тошнотворный запах горелой плоти.

Седьмая подошла к делу с изощренной жестокостью. Подвесив мужчину выше, чем прежде, она привязала к его ногам гири. Каждые пару минут добавляя веса больше, пока не раздался хруст рвущихся сухожилий.

Восьмая, самая слабая из всех, одним резким движением перерезала пленнику горло, едва тот прохрипел, что ничего не знает.

— Даже не пытается, — прошептал Эрик, наблюдая за ней из-за стола, где рядом сидела главная Банши.

Они смотрели за пытками, потягивая свежесваренный кофе. Крики истязуемых, доносящиеся со всех сторон, почти не мешали им обсуждать детали и оценивать работу экзаменуемых.

— В ней есть дух сопротивления, — Эшли улыбнулась, уловив в девочке отголоски собственной мятежной натуры. — Нужно избавиться от нее как можно скорее, пока она не заразила остальных своим бунтарством.

— Мне заняться этим? — бесстрастно спросил Жнец, но наемница помотала головой.
Происходящее напоминало средневековую инквизицию, но зрелище определенно ласкало извращенный разум Эшли. Спустя час кровавая феерия подошла к концу.

— Я в восторге! — воскликнула Банши. — Почти всеми горжусь. Итак, кто чем порадует меня?
Девочки выстроились обратно в шеренгу. На комбинезонах некоторых алели свежие, еще дымящиеся мазки крови.

— Я узнала имя главы Игнис, — ответила третья юная убийца.

— А я — место, где он сейчас находится, — подхватила седьмая.

На лице Эшли расцвела безумная улыбка. Гордость переполняла ее, словно яд, сладкий и смертоносный.
 
***

На следующий день Кайл с удвоенной энергией принялся изучать личность Эшли Кеннет. Вчерашняя встреча оставила горький привкус сомнений. Возможно, из-за влюбленности, он долго отказывался видеть ее истинное лицо. Не сказать, что ему приятно думать об этом, но он был в первую очередь полицейский, а только потом влюбленный мужчина. В глубине души он лелеял надежду, что ошибается, что интуиция на этот раз его подводит.

Досье Эшли сразу же насторожило сержанта. Все факты, которые она сообщала — о родителях, образовании, работе — находили документальное подтверждение. Но эта безупречность, эта идеальная картинка казалась подозрительной. Он не был профессиональным детективом, но основы следственной работы знал.

Спустя пару часов поиска в базах данных и документах, Рон пришел в кабинет с новостью: Эндрю Фрая вызвали на допрос по делу о голове в коробке. Это был шанс для О’Коннелла — возможность выудить информацию об Эшли. Но как? Он не хотел делиться с детективами своими смутными подозрениями, а Фрая защищал адвокат, который никогда не проигрывал, да и охрана у того была внушительная.

— Мистер Фрай, — окликнул Кайл мужчину, выходившего из допросной. Детективы так и не смогли вытянуть из него ни единого слова, ни малейшей зацепки, связывающей с найденной головой. Команда Хамфри подчистила следы, а фотографию с силуэтом Эшли подбросили, не сумев найти ничего более компрометирующего.

— Он уже дал показания, — отрезал адвокат, преграждая путь сержанту.

— Это не касается дела. У меня всего один вопрос, — настаивал Кайл.

— Никаких вопросов, — защитник встал стеной.

— Эшли Кеннет, — произнес он. В ту же секунду на надменном лице бизнесмена промелькнула тень улыбки, смешанная с замешательством.

— Отойди, — Фрай отодвинул адвоката. — Ты от Хамфри? — прошептал он.

— Да, — кивнул коп, хотя понятия не имел, о ком идет речь.

— Отлично, — Фрай продолжал тихо говорить. — Я так и знал, что у него везде свои люди. Разберитесь с этой бешеной сукой, она мне уже поперек горла.

— Мистер Фрай, не стоит разговаривать тут у всех наведу, — адвокат недовольно фыркнул.

— Все, идем, — мужчина устало кивнул и покинул участок.

Кайл вернулся к себе и с тревогой уставился на мигающий экран телефона. Входящий звонок от Эшли. Отвечать не хотелось, но внутренний голос твердил, что если он жаждет узнать правду, то другого пути нет.

— Привет! — радостно начала она.

— Привет, — он не смог выдавить из себя столько же энтузиазма.

— Я тут подумала, — последовала короткая пауза, — вчерашний вечер вышел скомканным. Наверное, зря пришла. Ты был уставший после смены, а тут я с вином… Было эгоистично с моей стороны.

— Ну что ты, перестань. Это я просто сам не свой из-за работы, — голос Кайла зазвучал чуть более уверенно.

— Ладно, — снова тишина в трубке. — Может, тогда встретимся сегодня?

— Отличная идея. Сходим поужинать? — сержант понимал, что сейчас лучше выбирать людные места, ведь кто знает, чего от нее теперь ожидать.

Договорившись о встрече в ресторане на Коммерс-стрит, он положил трубку. В кабинете воцарилась гробовая тишина.

После смены он заехал домой, принял душ и надел костюм — все-таки они шли в приличное заведение. Ближе к девяти вечера он уже подъехал к месту назначения. Эшли, как и полагалось, задержалась на пару минут. Когда она, ведомая официантом, подошла к столику, то одарила полицейского мимолетным поцелуем своих холодных губ.

— Давно приехал?

— Минут пять назад, — отозвался он натянутой улыбкой.

— Значит, я почти не заставила ждать, — кокетливо парировала ищейка, наградив его зеркальным подобием довольства.

Вечер пах фальшью и взаимным подозрением. И каждый из них чувствовал этот терпкий аромат.

— Чем занималась? — будничным тоном поинтересовался Кайл.

— Работа… — Эшли изобразила усталость. — Корпорация большая, дел всегда много.

— Понимаю, — он изучал ее, выискивая то, что ускользнуло от первого взгляда. Она это заметила и подыгрывала.

— Что нового на работе? — вопрос повис в воздухе, пропитанный абсурдом.

— Знаешь, появилось одно… любопытное дело. Я, конечно, не могу всего рассказать, но удержаться просто невозможно.

— Я никому не скажу, — промурлыкала ищейка, подаваясь вперед.

— На днях нашли странный предмет.

— Да ну? — Эшли подперла щеку ладонью. — И что же это?

— Приготовься, сейчас будет немного тошнотворно, — Кайл склонился ближе. — Отрубленная голова, — блондинка ахнула. — Да, — он откинулся на спинку стула. — У нас есть подозреваемый… скорее, заказчик, чем исполнитель.

Полицейский продолжал весь вечер дозированно рассказывать об этом деле, Кеннет подыгрывала. Они взаимно игнорировали тот факт, что понимают положение дел. Просто продолжали играть свои роли.

После ужина они отправились по 1-й авеню Север, вдоль реки Камберленд.

— Как ты относишься к романтизации? — спокойно спросила Эшли.

— Чего именно? — меланхолично задал ответный вопрос мужчина.

— Да чего угодно. Вернее, кого угодно.

— Не думал об этом, — он тяжело вздохнул.

— Иногда люди оказываются по разные стороны, — прошептала наемница, глядя на темные воды. Ночь окутала город, и над рекой клубился слабый туман.

— Но всегда можно договориться, попытаться что-то изменить, — Кайл прекрасно понял ее намек.

— Не думаю, — Эшли усмехнулась, останавливаясь у ограды, отделяющей набережную от холодного водоема. — Романтизировать кого-то — это добровольно вбивать гвозди в собственный гроб.

— С этим трудно спорить, — сержант встал рядом, их плечи соприкоснулись.

Минуты тянулись в вязком молчании. Банши всегда была прямолинейной. Но, осознавая, к чему все идет, просто не могла найти нужных слов. Сердце так медленно билось, что хотелось лечь и умереть.

— До встречи, — опустошенно прошептала она, оставив невесомый поцелуй на его плече. Кайл не обернулся, взгляд серых глаз по-прежнему был прикован к чернильной бездне Камберленда.

Он — полицейский. Она — убийца.

Эшли вернулась в Цереру в полном отчаянии.

«Когда он все понял? Черт, или с самого начала я была в разработке?», — в голове вихрем проносились воспоминания об их встречах, о милом копе, так легко покорившем ее сердце.

Эрик позаботился об усиленной охране. Тихо следуя по ночной корпорации, где почти на каждом шагу застыли вооруженные наемники, Кеннет мечтала предать это место огню. Она окинула пустым взглядом свою комнату. Ни чувств, ни эмоций — ничего. С отвращением коснувшись места пореза, надавила сильнее и ощутила сладостную боль в мышцах. Глубокий выдох.

«Восхитительно».

В ванной комнате зеркало отразило подходящую истерику, рана кровоточила, разошедшийся шов багряной нитью прочертил бледную кожу. Банши не хотела плакать, но слезы сами ручьем текли по щекам. Окровавленная ладонь оставила алый след на волосах.

На пол вместе со слезой упал первый серебристый локон. Затем второй, третий…

Медленно Эшли срезала свои волосы кинжалом, спрятанным весь вечер в сапоге. Когда-то роскошная длина превратилась в небрежное каре.

На следующее утро О’Коннелл встречал в своем кабинете спецагентов, прибывших по делу Эндрю Фрая. В тот день он принял окончательное решение. Впервые, совместно с ФБР, началось расследование в отношении сотрудницы медицинской корпорации Церера — Эшли Кеннет.