Клеймо Банши

Их любовь была ослепительным пламенем, питающимся сухим хворостом лжи. И она была обречена сгореть дотла.

Нэшвилл, Теннесси.

Бен покинул Миннеаполис, так и не попрощавшись с Хелен, которая проигнорировала все звонки. Рассвет в Нэшвилле встретил команду усталой дымкой. Из сообщения Сэма было ясно, куда приезжать со всем оборудованием и оружием. Скрепя сердце, он доверился чутью, шептавшему о необходимости этого рискованного союза.

Так как штаб Жнецов находился относительно недалеко от Цереры, было принято решение, что временная база будет располагаться на другом конце города. В заброшенных складских помещениях присутствовала относительная сухость и чистота, электричество, а главное — это место надежно укрывало их от чужих глаз.

— Значит, мы едем в чье-то логово, даже не зная к кому? — проворчал Томас, привычно сомневаясь во всем.

— Почему не знаем? Остин пробил оба номера, с которых звонили и пришло сообщение, — спокойно ответил Хамфри. — Конечно, они левые. Но он выяснил, что этого типа зовут Сэмюэл Хендерсон. И да, почти кристаллически чист.

— Почти? — Томас не сводил с него подозрительного взгляда.

— Знаешь, кто еще так же чист?

— На ум приходит лишь одно имя.

— Именно, — Бен дружески хлопнул ворчуна по плечу. — Остин просмотрел записи с камер наблюдения вокруг офиса Банши и обнаружил, что Хендерсон светился там подозрительно часто.

— Тем более ему нельзя доверять! — резко воскликнул друг.

— О доверии речи и не идет. Звонок Эшли ясно дал понять, что она не в восторге от нашего союза, — едва заметная, хищная ухмылка тронула губы Бена. — И я уверен на все сто, что это не ее идея нас свести. Видимо, насолила она Хендерсону, раз тот решил объявить открытую войну.

— Не знаю, — Томас поджал губы и последовал за командиром к черному тонированному микроавтобусу, который должен был отвезти их по указанному адресу. — Мне кажется, Эшли делает тебя совсем невменяемым.

Дорога тянулась бесконечно, петляя по улицам Нэшвилла и уходя в загородную глушь. Ноябрьский холод пробирал до костей, в среднем температура держалась около десяти градусов. Штат сам по себе являлся сухим, осадки выпадали не чаще пяти дней в месяц. Фермерские поля, уходящие вдаль, были припорошены легким слоем росы, местами смешанной с инеем. Урожай кукурузы уже давно собрали, но кое-где еще валялись недоеденные грызунами початки и ботва.

Каждый был погружен в свои мысли, не желая делиться ими с другими. Бен лихорадочно разрабатывал план штурма Цереры и убийства ее главы. Томас перебирал в уме варианты защиты от сомнительного союзника. Остин вычислял возможность отключения электроснабжения на всей территории корпорации. Майкл, самый собранный из них, вел машину и безуспешно пытался подавить в себе нежелание убивать Эшли. Крис и Тайлер, не до конца осознавая масштаб предстоящей операции и ее возможные последствия, дремали.

— Приехали, — рявкнул Майкл.

— Чего так кричать, — проворчал Тайлер, зевая и потягиваясь.

— Засада? Снайперы? — Томас нервно огляделся, ища опасность в каждой тени.

— Том, — командир закатил глаза.

— Чем быстрее начнем, тем быстрее закончим, — Майкл выскочил из машины, с грохотом захлопнув дверцу.

— Кажется, он не в восторге от этой авантюры, — тихо заметил Крис.

— Как и все мы, — отозвался Остин, ступая на серую, пыльную землю.

Мужчины выскользнули из машины, сжимая в руках пистолеты, Томас же обхватил цепкими пальцами винтовку MK 16 SCAR-L.

Производственные корпуса зияли пустыми глазницами окон, будто вымерший город, покинутый людьми десятки лет назад. Над ними кружили вороны, что казалось странным, ведь питаться тут явно нечем. Бен сканировал площадь, чувствуя на себе чужой взгляд. И это не было паранойей — два преступных формирования готовились заключить союз. Наконец, из кирпичного полуразрушенного здания вышла высокая фигура. В ней было что-то от Майкла: та же угрюмость, та же стальная строгость во взгляде, та же нервозность, сквозящая в каждом движении. Светлые пряди волос выбивались из-под тонкой черной шапки.

— Это все? — процедил незнакомец, обводя взглядом окрестности. — Больше никого не будет?

— Тебе нас мало? — огрызнулся Бен, вскипая от пренебрежительного тона.

Не удостоив ответом, тот лишь махнул рукой вглубь здания: — За мной.

— Где главный? — Томас замер, давая понять, что не двинется с места, пока не убедится в своей безопасности.

— Я здесь, — раздался голос из-за спины недовольного бойца.

— Сэмюэл Хендерсон? — уточнил Капитан.

— Верно, — кивнул тот и подошел ближе. — Просто Сэм. Не выношу полного имени, — он поежился от пронизывающего ветра. — Может, внутрь? Там потеплее.

Ребята обменялась настороженными взглядами, ожидая решения командира.

— Ладно, идем, — Хамфри еще раз осмотрел пустынный пейзаж.

— Кэп, — в голосе Томаса звучало неприкрытое раздражение.

— Это Гибсон, полагаю, — перебил его Сэм. — Не кипятись, дружище. Никаких сюрпризов. Вы мне нужны живыми. Да и если бы я захотел вас прикончить, вы бы уже были мертвы.

Они двинулись за главным Жнецом вглубь здания, напряженно вглядываясь в каждый угол, каждый подозрительный выступ, с пальцами, готовыми в любой момент сорваться с предохранителя.

— Мы временно переместили штаб сюда, — ровным тоном произнес Сэм. — Эшли обязательно заметила бы вас, гуляющих возле Цереры.

— Кто вы такие? И какое отношение имеете к ней? — настороженно спросил Крис.

— Скажем так, мы… некогда работали на Хантера, — на лице Бена промелькнула тень ярости. — Но спешу вас успокоить. Мы — отряд защиты. И его смерть для нас — избавление.

— Да уж, — с сарказмом процедил Кэп. — Отличная защита, раз не смогли уберечь его в том ресторане.

— Это наш промах. Признаю. Кто мог подумать, что ты и твоя подружка устроите резню раньше времени?

— Приезд сюда был ошибкой, — наконец произнес Капитан, и Томас почувствовал облегчение.

— Позвольте рассказать вам кое-что о Банши, — Жнец вывел на мониторы фотографию Эрика. — Это мой человек, — челюсти его сжались, — вернее, был моим до недавнего.

— Она его убила? — перебил Остин.

— Лучше бы убила. Скорее, превратила в некое подобие себя, — Сэм бросил мимолетный взгляд на своих людей, стоявших в нескольких шагах. — Эрик стал… другим, проведя время с ней! Каким-то одержимым!

— Неудивительно, — безучастно отозвался Томас.

— Он настолько помешался на ней, что они вместе убивают обычных людей. Сукины дети даже расчленением решили заняться.

— Ха, — вырвалось у Хамфри, но он не продолжил. Лишь понял, насколько поверхностно знал ту, что когда-то считал любимой.

«Ты такой же больной ублюдок, Хамфри, как и она», — подумал он.

Даже после всего этого, Бен не мог отрицать, что хочет ее увидеть еще раз, услышать вживую, почувствовать холод ее кожи, ощутить мятно-лаймовый запах.

— Он первоклассный наемник, — продолжил Жнец. — Мы росли вместе, обучались с пеленок. Он ни в чем нам не уступает.

— Очень жаль твоего товарища, — в голосе Томаса сквозил неприкрытый скепсис, — но какое нам до этого дело?

— Я сам не смогу его убить, — признался Сэм. — Никто из наших.

— То есть, мы должны просто прикончить твоего бывшего бойца? — Тайлер усмехнулся.

— Как бы это ни звучало. Поможем друг другу. Со своей стороны, выложу вам все, что у меня есть на Банши. Но когда придет время разделаться с ними, — Сэм сглотнул, — он ваш. Я думаю, Эрик будет защищать ее до последнего.

— Банши тоже наша, — отрезал Капитан.

— Ну, тут уж как получится, — пожал плечами угрюмый мужчина, что встречал их.

— Итак, — Хамфри обвел взглядом присутствующих, — нам плевать на твоего бойца. Нужно убить — убьем. Что есть на Эшли?
Главарь Жнецов жестом пригласил всех к массивному железному столу, где они могли бы обсудить все в более спокойной обстановке.

— Ни для кого не секрет, что у нее не все дома, — Сэм сплел свои мускулистые руки в замок и подался корпусом вперед. — Есть основания полагать, что она возобновила проект «Банши».

— Проект Хантера? — Бен на мгновение вскинул брови, тщательно скрывая под маской невозмутимости удивление.

— Да. Хотя, стоп. Оказывается, несколько лет назад Хантер набрал еще девочек. И теперь они у Эшли под контролем. Практически сама это подтвердила.

— Взрослые? — беспокойно добавил Томас.

— Насколько я понял… нет, — он запнулся. — Дети.

Тишина обрушилась на комнату, нарушаемая лишь монотонным гулом вентиляторов, боровшихся с жаром работающей аппаратуры.

— Так вот в чем подвох, — Хамфри цинично откинулся на спинку неудобного железного стула, — боитесь, что она уже сломала их, сделала такими же выродками? Боитесь не справиться?

— А как ты смотришь на убийство детей?! — ярость Жнеца прорвалась наружу, но Бен промолчал. — Неважно, насколько она лишила их человечности, мы не должны опускаться до ее уровня. Мы обязаны попытаться их спасти.

— Это точно? — Остин нахмурился. — Где доказательства их существования?

— У меня их нет, — отрезал Жнец.

— Можем прогуляться до Цереры и спросить у нее лично, — ядовито ухмыльнулся боец с каштановыми волосами, примостившийся в дальнем конце стола.

— Очень смешно, Дэвид. И, надо сказать, довольно смело, — пробурчал Броуди.

Мужчины провели около двух часов в раздумьях. Как уничтожить Эшли, не навредив ни своим, ни этим девочкам, если они действительно существуют?

— А что с ее парнем? Ну, с тем сержантом полиции? — Бен попытался придать голосу оттенок небрежности. — Знакомы с ним?

— Нет, — Сэм устало качнул головой. — В духе Эшли, ничего не скажешь. Убийца спит с копом, вот ведь ирония.

— Может, свои виды на него? Или они заодно? — предположил наемник, задумчиво почесывая бороду.

— Тоже об этом думал. С одной стороны, можно выйти на него, рассказать обо всем. С другой — он может нас ждать. Сложно.

— Судя по данным полиции, он чист. Отличный коп, награды, благодарности, — пробубнил Остин, листая файлы в ноутбуке.

— Но мы-то знаем, сколько всего может скрываться за этой маской добропорядочности, — Хамфри посмотрел на нового союзника, Сэм же мрачно кивнул.

***

Франклин, Кентукки.

Кентукки, штат бурбона и конных скачек, распахнул свои объятия для Кайла и Эшли за день до свадьбы его друга. Она любезно согласилась составить ему пару на двухдневном мероприятии, хотя понимала, что дела обстоят, мягко говоря, не очень. Оставив на свой страх и риск Цереру с Эриком, и того можно было вернуться в руины. Но отказаться от компании сержанта все же не в силах.

— Во-первых, я никогда не была на скачках, — с неприкрытым восторгом произнесла Эшли, сидя рядом с Кайлом на трибуне. — А во-вторых… и на свадьбах-то я, по правде говоря, не бывала. Для меня это все в новинку.

— Серьезно? — полицейский улыбнулся и нежно погладил ее кисть. От прикосновения его шершавых, ласковых рук по телу разлилось приятное тепло, и Кеннет на мгновение захотелось, чтобы этот миг длился вечно. — Тогда я сделаю все, чтобы эти впечатления остались с тобой навсегда.

В словах Эшли, как обычно, была доля лжи. Она действительно никогда не посещала скачки, хотя лошадей любила. Но на подобные развлечения у нее попросту не было времени. А вот свадьбы… свадьбы посещала, но не в качестве гостя, а по старой, проверенной схеме — в роли наемницы. Однажды Хантер поручил ей убить жениха. Заказчик пожелал особой трагичности. Тогда она и прибегла к своему любимому и безотказному методу — яду. Нанеся его на паше молодожена, оставалось лишь ждать, когда тот вытрет слезу платочком из нагрудного кармана пиджака, хотя и контакта с кожей рук вполне достаточно. Жених оказался на редкость сентиментальным, что играло на руку. Никто и не подумает искать яд, никто не станет изучать этот платок. Смерть покажется естественной, не вызывающей подозрений. Жениху чуть больше пятидесяти, четвертый брак. Умереть от инфаркта в его возрасте — проще простого. Да и страховаться не надо, если вдруг невеста, точнее уже жена, случайно схватиться за платок, ведь она и являлась заказчиком.

— Очень на это надеюсь, — улыбнулась она и прильнула щекой к его плечу.

Франклин — относительно небольшой город, население которого чуть переходит черту в пятьдесят тысяч человек. После конных скачек остаток дня они провели, как и большинство туристов — в музеях и парках. Эшли вдруг почувствовала себя частью этой толпы, обычной, ничем не примечательной. Искренняя улыбка тронула ее губы.

Ближе к полуночи они оказались на берегу водохранилища Дрейкс-Крик в Уэст-Форке, куда добрались на машине от отеля, расположенного всего в паре миль. Лунный свет серебристой россыпью искрился на темной глади воды, а небо, казалось, выткано из миллионов бриллиантов. Эшли запрокинула голову, жадно вдыхая свежий, влажный воздух. Осень в этот год удивляла крайностями, то диким холодом, то, как в последние дни, приятным зноем. Кайл подошел сзади, нежно обвил руками ее талию, сомкнув их в замок. От его дыхания, ровного и спокойного, было даже не по себе.

— Прости, что так спонтанно вышло со свадьбой, — прошептал он.

— Все хорошо, мне нужно было развеяться, — так же тихо ответила Кеннет. Он действительно ошарашил, когда позвонил два дня назад и попросил составить компанию. И она, не раздумывая, согласилась. Еще час назад ставила клеймо на юных Банши, а теперь вот — выбирает платье.

Они стояли под бархатным ночным небом, усыпанным мириадами звезд-светлячков, и каждый из них молчаливо желал, чтобы это не заканчивалось. Сердца бились в унисон, дыхание слилось в единый ритм, и казалось, что они — одно целое.

Убийца и полицейский бродили, пока первые лучи солнца не окрасили горизонт в нежные пастельные тона. До свадьбы оставалось всего ничего, и они поспешили обратно в отель, чтобы хотя бы немного поспать.

Через пару часов дрема Кайл тихонько встал с постели. Нежно коснувшись губами лба Эшли, начал собираться.

— Спи. Мне пора к другу. Как-никак, я шафер, и на мне вся ответственность, — прошептал он, невольно улыбнувшись, когда наемница сонно приоткрыла темно-карие глаза.

— Хорошо, увидимся там, — пробормотала она, неуклюже подтягивая пушистое одеяло и укрываясь им с головой. Сержант тихонько рассмеялся и покинул номер.

Час спустя Кеннет встала, пора было и самой готовиться. До отъезда она купила платье кремового оттенка, и туфли, которые показались ей живыми, — две блестящие змейки мерцали и извивались на ногах.

К полудню все гости собрались на выездной церемонии, раскинувшейся в живописном ресторане, неподалеку от Франклин Симпсон Парка. До клятв молодоженов оставались считанные минуты. Отец невесты уже готовился вести дочь к алтарю. Кайл стоял слева от жениха, занимая почетное место шафера. Эшли, лавируя сквозь толпу гостей, пристроилась на краю второго ряда. Оглянулась по сторонам, стараясь оценить обстановку и избежать нежелательных встреч с теми, кто хочет ее смерти. Взгляд внезапно замер на светловолосом мужчине в безупречном черном смокинге. В его серых глазах плескалось искреннее восхищение. С трепетом и едва заметной, но счастливой улыбкой, она не отрывала взгляда от сержанта.

Свадебная симфония заставила головы гостей разом обернуться к невесте, шествующей под руку с отцом. Момент, полный трогательности и волнения, казался всеобщим, кроме Кеннет. Наемница копировала настроение присутствующих, разыгрывая радость за молодоженов, но сердце ее оставалось безучастным. Мысли о недостижимом счастье вились в голове, как назойливые пчелы вокруг сот. Это удел нормальных людей. Никто и никогда не будет ожидать ее со слезами на глазах у алтаря. Эта истина служила щитом, не позволяя строить воздушные замки.

Кайл едва не выронил кольца, извлекая их из внутреннего кармана пиджака. В этот миг он думал вовсе не об ответственности шафера, а о том, как бы скорее закончилась церемония, и вот бы оказаться рядом с ослепительной девушкой в кремовом платье.

— Прошу простить, — смущенно улыбнулся офицер, передавая кольца. — Волнуюсь. Не каждый день лучший друг женится, — гости поддержали его смехом.

Наконец, молодожены произнесли заветные клятвы, обменялись кольцами и скрепили союз поцелуем. Взрыв аплодисментов и радостных возгласов, у многих на глазах блестели слезы. Как только появилась возможность покинуть почетное место, Кайл ринулся к наемнице.

— Эшли, — подойдя, промолвил он с такой нежностью, — ты… — запнулся, — я должен сказать, что ты прекрасна, но это ложь, — ее глаза округлились. — Ты великолепна. Несравненно великолепна.

— Оу, — прошептала ищейка, заливаясь легким румянцем, — спасибо. Ты тоже… весьма неплох, — она приблизилась, невесомо коснувшись его смокинга в районе груди.

— Я теряю дар речи, — признался он, с трудом сглотнув, и жадно окинул взглядом каждый изгиб ее тела.

Она и вправду сегодня была воплощением совершенства. Когда О’Коннелл коснулся платья, ткань показалась нежной и податливой, словно шелковистая вода, ласкающая его пальцы. Складывалось впечатление, будто Эшли только что была под дождем: сложное переплетение бежевой полупрозрачной ткани и каскады замысловатой драпировки, возникающие в самых неожиданных местах, превращали ее в живую скульптуру по типу невесомой мраморной вуали. Лунные волосы были собраны сверху в объемные косы, а снизу распущены, открывая изящную линию шеи.

— Можем помолчать, — тихо произнесла Кеннет.

Он хотел было ответить, но голос ведущего, созывающего гостей на банкет, прервал. Наемница едва заметно выдохнула, ведь чувствовала, какие слова вот-вот сорвутся с губ Кайла. Она не была готова.

Банкет лился мягким потоком радости и умиления: родители с обеих сторон произносили трогательные речи. Жених, сияя от счастья, выразил благодарность всем присутствующим, особо отметив Кайла — друга детства, ставшего верным соратником и в стенах полицейского участка Нэшвилла. Торжество же, по настоянию родителей невесты, проходило в соседнем городке.

— Спасибо тебе, дружище, — жених поднял бокал. — Ты всегда был рядом, всегда оберегал, как старший брат, которого у меня не было. Я искренне надеюсь, что и у тебя все хорошо сложится, — он бросил мимолетный взгляд в сторону Эшли. — Ты самый честный коп, которого я знаю, самый верный, и у тебя огромное, доброе сердце. Я люблю тебя, брат.

Слова немного пощекотали нервы наемницы. С одной стороны — трогательно, с другой — «самый честный» резануло слух. Если Кайл узнает правду о ней, о ее истинной сущности, будет ли возможно его переманить? Ищейка с горечью осознавала, что эти отношения обречены, ведь зародились с лжи.

Она тряхнула головой и наклонилась к своему партнеру, шепнув несколько слов, от которых его глаза вспыхнули нетерпеливым огнем. Они поднялись со своих мест и направились в оранжерею, которая находилась не так далеко от банкетного зала. Там царила атмосфера вечной весны: растения дышали свежестью, несмотря на ноябрь, пьянящий аромат красных роз дурманил.

Эшли тянула сержанта за руку, и он безропотно следовал за ней. В глубине изумрудных джунглей она наконец позволила себя поцеловать. По коже пробежала дрожь. Его горячие губы скользили по ее холодной шее, оставляя влажный, мерцающий след, поднимающуюся дымку. Спустя пару минут она оказалась не только с виду мокрой в своем платье, но и внутри. Наемница провела пальцами по коротким, выгоревшим на солнце волосам Кайла, слегка сжимая их в руке. Едва слышный стон сорвался с его губ. Он развернул ее спиной к себе и принялся медленно расстегивать молнию платья, осыпая поцелуями каждый дюйм ее кожи. Мгновение растянулось в вечность, и вот она уже стояла перед ним, облаченная лишь в тончайшее кружево прозрачных трусиков. Сумеречный полумрак оранжереи скрывал недостатки ее тела, и Эшли перестала бояться, что он увидит шрамы. Она нежно начала расстегивать его белую рубашку, каждая пуговица которой давалась не так легко. Сержант, затаив дыхание, следил за ее движениями. Длинные пальцы коснулись пряжки его ремня.

— Я сама, — прошептала ищейка, когда он попытался помочь. Кайл послушно отступил.

Эшли спустила брюки и боксеры, ее рука скользнула по возбужденному члену. Из груди полицейского вырвался еще один приглушенный стон. Ей нередко доводилось слышать стоны мужчин — сдержанные, скованные. Бен издавал сладкие звуки. Но Кайл… Кайл был другим. Музыкой, ласкающей слух.

Он опустился на колени, осыпая поцелуями ее бедра, с каждым мгновением приближаясь к источнику наслаждения. Шершавые руки зацепили белье и медленно потянули его вниз. Горячий язык коснулся мокрых складочек, затем двинулся глубже. Кайл закинул ее ногу на плечо и принялся ласкать клитор, посасывая и проникая внутрь языком. По телу Эшли пробежала дрожь, переходящая в легкую судорогу. Выгнувшись и отдышавшись, она резко притянула его к себе. Член сочился. Миг. И он вошел, заполняя собой каждую клеточку ее существа. Теперь уже и ее стон вырвался наружу — более громкий, сдавленный, полный мольбы и отчаяния. Банши судорожно сглотнула слюну, скопившуюся во рту. Время остановилось, минуты превратились в бесконечность. Кайл то наращивал темп, то замедлял его, доводя ее до грани безумия, пока, наконец, не извергся.

— Черт! — вырвалось у него, но он остался внутри.

— Не волнуйся, — прошептала Эшли. — Подумаешь, будет маленький сержант О’Коннелл.

— Да я и не против, — виновато поджал губы он в ответ.

Внезапный скрип заставил их обернуться. В дверях стояли молодожены и лукаво улыбались. Кайл инстинктивно прижал Эшли к себе, пытаясь скрыть ее наготу. Этот жест показался ей милым.

— Голубки, — заговорил его друг, лучась энергией, — простите, что помешали, но скоро подадут торт, и мы бы хотели, чтобы вы присоединились.

— Конечно, — ответила Кеннет, по-лисьи прищурившись, — дайте нам пару минут.

— Не спешите. Просто имейте в виду, — невеста кокетливо прикусила губу, копируя улыбку мужа.

— Ну все, идите, — с шутливым раздражением проворчал Кайл, не ослабляя объятий.

— Конечно, — миролюбиво, но с уловимой язвительностью ответил друг. Взяв свою суженую за руку, покинул стеклянное помещение.

Сержант взглянул на Эшли, которая едва могла дышать в его крепких объятиях.

— Ой, прошу прощения, — он смущенно убрал руки.

— Ты часто извиняешься, — с кокетливой улыбкой проговорила ищейка. — Это даже забавно.

— Забавно? А ты дьяволица! — воскликнул Кайл.

Одевшись, они пошли на сладкое. Весь остаток вечера сержант и убийца провели бок о бок, наслаждаясь обществом друг друга. Около десяти гости начали разъезжаться. Пара уединилась в отеле, где большую часть ночи отдавалась утехам.

Проснувшись к семи утра, Эшли повернулась к спящему мужчине. Не отрываясь, вглядывалась в каждую морщинку на его лице, запоминала россыпь родинок на теле. Сердце сжималось от осознания, что вот-вот все кончиться, не успев начаться. Ведь каждый новый день сулил конец. Каждый день был хуже предшествующего ему, как бы она ни старалась забыться.

— Мы можем заехать кое-куда по дороге в Нэшвилл? — пробормотал Кайл сонным голосом. — Хочу навестить отца, пока мы здесь. Не знаю, когда еще выберусь во Франклин.

— Почему ты не сказал сразу, что он живет тут? — настороженно спросила Эшли.

— Не хотел давить. Вдруг решишь, что я воспринял эту свадьбу слишком серьезно и сразу повезу знакомить с родителем, — борясь с дремотой, он оскалил зубы в улыбке.

— Что ж, я совсем не против знакомства, — передразнила она, слегка толкнув плечом. — Я ужасно голодна, по пути позавтракаем, — Кайл потянулся, сладко зевнул и заключил ищейку в объятия.

Банально до оскомины, но для нее — немыслимо.

К девяти утра они уже стояли перед двухэтажным домом, выкрашенным в цвет безоблачного неба. Над входом вывеска: «Дом-интернат».

— Только не осуждай, — начал сержант, выходя из машины. — Я не справлялся один. Болезнь отца… Это было единственное решение. Здесь хороший уход, и я точно знаю, что на него не плевать сиделкам.

— Я и ничего не говорю, — Эшли взяла его за руку и, поднеся кисть к губам, одарила легким поцелуем. — Просто познакомь меня с ним.

Кайл задержался, чтобы переговорить с персоналом, а наемница тем временем пошла по коридору, мимо тяжело больных. Казалось, стены дома впитали в себя всю тоску мира. У окна она увидела старика, который крепко сжимал кулаки, будто удерживал невидимый трос.

— Здравствуй, милая, — произнес он, заметив ее взгляд.

— Здравствуйте, — Эшли опомнилась и подошла ближе.

— А ты здесь зачем? Навестить кого пришла? — продолжал старик, не разжимая кулаков.

— Да, с другом приехали к его отцу, — ответила Кеннет немного смущенно.

— Это хорошо. Нас нужно навещать. Пусть здесь и созданы условия, чтобы спокойно дожить свои последние дни, нельзя забывать родителей, — в его словах звенела печаль.

— Отец, — голос Кайла послышался сзади. — Уже успели познакомиться?

— Кайл, сынок! — печаль отступила, и в голосе зазвучала неподдельная радость. — Не ожидал тебя увидеть.

— Ну как же, — сержант обнял отца, и в уголках глаз того блеснули слезы. — Это Эшли… Моя… — он запнулся, подбирая нужное слово, — подруга. Вернее, девушка.

— Приятно познакомиться, — Кеннет взглянула на полицейского, потом на старика, ожидая представления.

— Ах да. Это Джереми О'Коннелл, мой отец. Как ты уже, наверное, догадалась.

— Действительно, очевидно, — Эшли и Джереми обменялись улыбками.

Около часа они просидели в саду дома-интерната. Ноябрьский день выдался очень теплым. Вот-вот на пороге стояла зима, а снегом и не пахло. Наемница наблюдала, как Кайл переживает и тоскует по отцу. Джереми, в свою очередь, старался казаться бодрым и здоровым, но предательская дрожь в руках выдавала его состояние.

«Как же хорошо, что я никогда не состарюсь», — подумала Эшли, садясь в машину.
 
***
 
Нэшвилл, Теннесси.

— У меня сегодня ночная смена, так что сейчас довезу тебя, а сам завалюсь спать. Хорошо? — начал Кайл, едва они заехали в город.

— Конечно, — Эшли оторвала взгляд от мелькающих за окном пейзажей и повернулась к нему. — Спасибо.

— За что? — усмехнулся, искренне не понимая благодарности.

— За эти два волшебных дня, что ты мне подарил.

— Ой, да ладно тебе, — смущенно пробормотал он. И это смущение так ему шло: большой такой дядька, статный полицейский, а радуется, как мальчишка, которому досталась самая красивая девчонка в школе.

— Я совершенно серьезно. И твой отец потрясающий, — ищейка смотрела на него с такой теплотой, что на лице Кайла проступило умиротворение.

— И тебе спасибо, — он взял ее руку и легонько сжал, хотел этим жестом выразить все, что чувствовал.

Он высадил ее у подъезда многоэтажного дома, где у наемницы, на всякий случай, имелась квартира. Для таких, как Кайл, например. Эшли поднялась к себе, забыв, что за каждым углом ее может подстерегать опасность.

Едва она повернула ключ, силуэт рывком потянул дверь на себя. Кеннет на мгновение растерялась, но профессиональная сноровка взяла верх. Стало ясно — это наемник. Нанеся точный удар ногой в живот, она юркнула в квартиру и захлопнула за собой эту проклятую дверь.

Несколько выпадов — все мимо. Убийца был хорошо натренирован. Но в его движениях не было ни тени знакомого почерка, никого из команды Хамфри или Жнецов. Балаклава скрывала лицо, окончательно убеждая — чужак. В ход шло все, что попадалось под руку: вазы, стулья, зеркала. Предметы разлетались в щепки. Наемник достал ее ударом в гортань, и Эшли рухнула на колени, отчаянно глотая воздух. Как же так? Она практически никогда не пропускала подобные приемы. Неужели два дня беззаботной жизни притупили ее бдительность? Ослабили? Нет. Это не могло быть правдой.

Увернувшись от следующей атаки, она успела поставить подножку. Мужчина рухнул, ударившись затылком о край журнального столика. Удар не вырубил его, а лишь подстегнул. Мгновенно вскочив, он извлек из сапога узкий кинжал. Кеннет же была безоружна — сложно спрятать от копа с шаловливыми ручками ее любимые острые предметы на теле. Черный силуэт, взмахнув кинжалом пару раз, ринулся на Банши.

— Я бы научила тебя правильно обращаться с этим прекрасным оружием, — усмехнулась наемница, уходя от удара. Тот наседал яростнее.

Всего одна секунда промедления обернулась для нее глубоким порезом на левой руке, возле локтя. Почти не почувствовав боли, лишь легкое жжение и тепло от хлынувшей крови, она продолжала отбиваться. В ход пошли обломки стула. Алые капли, стекающие по руке, заставили ее на мгновение прижать ладонь к ране. Молчание убийцы давило и нервировало. Напряжение в комнате сгущалось, опасно балансируя на грани страха.

— Мне это все уже надоело, — вырвалось у нее сквозь зубы.

Секунда. И восьмидюймовая щепка вонзилась в глаз противника. Его крик — дикий, животный — стал наркотиком, сладкой симфонией для ее слуха. Мгновение. Изящные пальцы, крепко вцепившись в его затылок, обрушили лицо чужака о стену. Щепка скользнула в черепную коробку, как по маслу. Наемник дернулся и, оставляя за собой багровую полосу, рухнул на колени.

Эшли жадно вдохнула, наполняя легкие воздухом, и медленно выдохнула. Порез на руке горел. Она внутри горела. Мир вокруг горел.

— Приезжай на квартиру, нужна уборка, — прозвучал бесстрастный голос ищейки, как только Эрик ответил на звонок. Информации было достаточно, чтобы все понять.
Через полчаса Жнец с сотрудниками Цереры, те, кто зачищал следы, уже стояли на пороге квартиры. Эшли сидела на кухне и спокойно пила чай.

— Тут будто ураган пронесся, — мрачно констатировал наемник, оглядывая разгром.

— Можно и так сказать, — отозвалась она, сделав глоток. — Я хочу, чтобы ты отправил эту голову, — кивнула на пол, — хозяину.

— Будет сделано, — Эрик взял у одного из «уборщиков» черный пакет и, как в порядке вещей, упаковал в него часть тела.
 
***

— Мистер Фрай, что вы здесь делаете? — нервно воскликнул Бен, когда заказчик позвал его на разговор.

— Я получил в подарок… не совсем то, что ожидал, — бизнесмен пожал плечами.

— Когда работа будет выполнена, я сам с вами свяжусь. Зачем было тащиться в Нэшвилл? — в голосе Хамфри звучала неприкрытая угроза.

— Одним из лучших, — тот не ответил, лишь приоткрыл крышку коробки, из которой выглядывала русая голова.

— Работа Кеннет? — лицо наемника исказилось от ярости. Он едва сдерживался, чтобы не сорваться на крик.

— Да, — отрезал заказчик, недовольно цокнув.

— У нас уговор! Я делаю свою работу, а вы держитесь подальше. Что не ясно?

— Не повышай на меня голос, щенок! — Фрай расправил плечи. — Помни, с кем разговариваешь.

— Неужели? — Бен иронично вскинул темную бровь.

— Просто… устал ждать, — вздохнул он. — Я подумал, что мой человек сможет эту чертовку убить. Рискнул…

— Не прошло и половины оговоренного срока, и вы устали? Ну, вот результат вашей спешки, — Кэп махнул рукой в сторону коробки, бизнесмен же что-то обиженно пробурчал. — Ладно, у меня есть идея. Мы забираем эту… посылку. А вы до конца операции воздержитесь от самодеятельности. Договорились? — впился в него настороженным взглядом.

— Делай, что должен, Хамфри. Только разберись с этим.

Бен покинул гостиничный номер отеля, где остановился клиент.