Клеймо Банши

Она ненавидит себя за то, кем стала, и боится того, кем могла бы быть.

Эшли открыла глаза, всплывая из мутного омута забытья. Вокруг — капельница, прикроватный монитор, змеи проводов, оплетающие ее тело.

«Твою мать».

Резкий свет полоснул по глазам, заставив ее зажмуриться. Это точно не больница. В комнате никого не было. Попыталась встать, но ноги подкосились, и она едва не рухнула на пол. В этот момент в дверях появился Бен.

— Ты куда это собралась? — его голос был полон тревоги. Он подхватил ее и бережно усадил обратно на кровать. — Почему ты не сказала, что ранили? Что у тебя в животе огромный осколок, Эшли! — зазвучали гневные нотки.

— Сколько времени прошло? — она проигнорировала вопрос, пытаясь сориентироваться.

— Почти восемь дней.

— Что?! — резко повернулась к наемнику и попыталась вскочить, но острая боль в животе заставила ее замереть.

— Да, ты потеряла очень много крови. Спасибо Томасу, он поделился своей. Но мы не были уверены… — Бен отвел взгляд и тихо закончил, — вообще, выживешь ли ты.

Тревога, словно тень, скользнула по его лицу, выдавая смятение. Эшли бережно коснулась его щек ладонями и повернула взглядом к себе.

— Волновался за меня? Ну, я здесь, живая. Все хорошо, — ищейка попыталась улыбнуться.

— Да, здесь. Но… — Хамфри взял ее руки и крепко сжал, в его взгляде читался упрек, — ты молчала. Умирала, и даже не подумала сказать.

— Бен…

— Нет, Эшли, послушай. Я понимаю, ты никому не доверяешь. Тебе проще все сделать самой. Никогда не попросишь о помощи. Но есть я… Неужели ты не можешь довериться мне хоть немного?

— Нет, — она поджала губы. — Бен, не могу. Если я доверюсь, потеряю контроль.

— У тебя его уже нет! — крикнул наемник.

— И я не могу потерять тебя. Понимаешь?

— Что это значит?

— Хамфри, он может понять, что ты значишь для меня. И сделает все, чтобы забрать то единственное, что пробуждает во мне хоть какое-то… счастье. Потеря тебя окончательно сломает меня.

— Ты правда думаешь, что Хантер еще не понял?

— Возможно, но лучше не рисковать.

На его лице мелькнула слабая улыбка.

— Что?

— Я пробуждаю в тебе счастье? — заиграл черными глазами наемник.

— Хамфри, — она цокнула и слегка оттолкнула его, что еще больше позабавило мужчину.

— Ты точно хорошо себя чувствуешь?

— Да. Пойдем к ребятам. Уверена, они соскучились. Но сначала я хочу принять душ, ужас, как от меня воняет.

Через полчаса Бен и Эшли вошли в светлое помещение, где команда занималась проверкой оборудования. Все стены были увешаны различным снаряжением спецназа и оружием. Кроме знакомых пистолетов Glock, M9 Beretta, Colt M1911a1, M45 MEU(SOC), которые она сама использовала, красовались еще штурмовые и снайперские винтовки, гранатометы, дробовики. Сразу чувствовалось, что эти мальчики любят большие пушки.

Среди такого количества некоторые экземпляры выделялись особенно. Например, HK416 — автоматическая винтовка под мощный патрон калибра 7,62 × 51 мм NATO, и HK417A2 — обновленная версия HK417 с улучшенными точностью и надежностью, оснащенная газовым регулятором. Кеннет вспоминала тренировки, хотя она и не штурмовик, но знать и уметь пользоваться, была обязана. Благодаря сохранению у винтовки Т-образной рукоятки в задней части ствольной коробки взведение затвора можно с одинаковым удобством осуществлять как правой, так и левой рукой. Демпфер, амортизатор, который смягчает колебания, позволяет добиться мягкой и плавной отдачи. Еще один плюс: комплект направляющих разрешает устанавливать прицельные устройства, осветительные приборы и рукоятки, а также гранатомет AG416. Но кроме достоинств вспоминался и недостаток: высокий темп стрельбы, 850 выстрелов в минуту, ведет к быстрому расходованию патронов.

Еще один красавчик: MK 16 SCAR-L — относительно новый карабин, который может быть оснащен 14-дюймовым стволом, 10-дюймовым или 18-дюймовым. Эти стволы можно быстро менять в полевых условиях, чтобы изменить конфигурацию оружия. Один MK 16 может быть сконфигурирован как оружие ближнего боя, штурмовая винтовка или легкая снайперская. Оружие было оснащено регулируемым прикладом, который можно выдвигать, складывать и раскладывать.

И любимое Хамфри: Barrett — разрушительная снайперская винтовка дальнего действия калибра 12,7 мм x 9 мм NATO. Полуавтоматическое оружие, обычно питаемое из коробчатого магазина на 10 патронов. Хотя выстрелы наносят сокрушительный урон личному составу, включая тех, кто носит бронежилеты, Barrett могут использовать также для поражения целей за стеной, выведения из строя блока двигателя грузовика, выведения из строя системы связи или даже проникновения в бронетехнику. Сама наемница пользовалась пару раз такой винтовкой, но все же отдавала предпочтение более легким вариантам, например, SR-25. С огромным оружием пусть играются мужчины.

— Вас стало больше, — заметила ищейка, оглядывая присутствующих.

— Эшли! — Фрэнк кинулся к ней с объятиями, да так сильно схватил, что ее ноги оторвались от пола.

— Черт, Уоллис, — она сдержанно похлопала его по лопаткам. Хотя, признаться, готова была расцеловать это милое личико с зелеными глазками.

— Ты жива, — облегченно выдохнул Майкл.

— Ты желал иного исхода?

— Нет, конечно, нет, — он шагнул вперед и тоже заключил ее в объятия. — Я безумно рад, что ты не померла. Кто же еще будет надирать задницы бойцам?

— Ого. Что-то новенькое.

— Более чем, — Остин присоединился к Майклу, обнимая Эшли.

— Бен, что ты с ними сотворил? Я вдруг им нравлюсь, — наемница не смогла сдержать искренней улыбки.

— Ничего. Клянусь, — он лукаво поджал губы. — Пойдем, познакомлю с новыми членами команды.

— Уже нашел замену? Как быстро.

— Надо же было чем-то себя занять, пока ты «отдыхала», — в ответ Эшли лишь фыркнула.

Они прошли вглубь помещения и остановились возле стеллажей с бронежилетами, рядом с которыми стояли двое крепких мужчин.

— Это Крис и Тайлер. Они тоже занимаются подготовкой новобранцев.

— Рада знакомству. Вы в курсе печальной участи ваших предшественников? — она протянула руку и кивнула.

— Нам рассказали лишь, что один из них решил от тебя избавиться, а второй его защищал. Больше никаких подробностей, — по-солдатски ответил Тайлер.

— Все верно. Тот, кто жаждал моей смерти, считал, что женщине не место в этом… бизнесе. А у тебя как с этим обстоят дела? — Кеннет игриво прищурилась, Хамфри устало закатил глаза, наконец, его душность возвращалась.

— Все в порядке, — он кивнул и чуть улыбнулся. — Я не против женщин в принципе.

— Крис, а ты?

— Полностью поддерживаю товарища, — проговорил второй мужчина и пожал ее ледяную руку своей, покрытой сложной вязью татуировок, что вились от предплечий до кистей.

— Просто не хотелось бы начинать с враждебной ноты, поэтому решила сразу выяснить.

— Думаю, они все поняли. Пойдем, — Бен взял ее за локоть и потянул за собой.

— Наверняка кто-нибудь будет говорить, что я сумасшедшая, — продолжала лепетать Эшли, пока он уводил ее. — Не слушайте никого, — те лишь кивнули и посмеялись.

Десять минут спустя они вошли в комнату наемницы. Каждый предмет лежал на своем месте, точно она всего несколько часов назад готовилась к званому ужину. Приходя сюда после душа, как-то и не обратила на это внимания. Эшли опустилась на кровать и погрузилась в свои мысли.

— Все в порядке? — обеспокоенно спросил Бен, подходя ближе.

— Хантер в чем-то прав. После нашего разговора я поняла, что всем будет лучше, если я вернусь к нему.

— Что? — нахмурился он. — С чего вдруг?

— Разве нет? Я уйду, ты вернешься к спокойной работе с ребятами, не будет больше нервов и тревог из-за моего поведения, из-за меня…

— Эшли, нет, — твердо возразил Хамфри.

— Я вот о чем подумала, — она подняла на него взгляд. — Разве ты не испытал отвращение, когда узнал, что я убила своих сестер только для того, чтобы быть единственной Банши?

— Честно? Если бы узнал об этом при нашей первой встрече, я бы, наверное, подумал, что ты еще та тварь.

— Но что мешает думать так сейчас? Ты не знаешь меня. Зачем пытаешься… даже не знаю… романтизировать мои поступки?

— Да, я многое услышал. Все, что с тобой творили раньше — отвратительно и бесчеловечно. Теперь я понимаю, почему ты стала такой, какая есть, но это не меняет моего отношения к тебе.

— Я просто хотела лишить Хантера его изобретения, — Кеннет отвернулась. — Но не смогла довести до конца дело. Впервые…

— Какое? — он присел рядом, чуть коснувшись своим плечом ее плеча.

— Убить всех его созданий, в том числе себя… Тут я дала слабину, — прошептала, и в голосе прозвучала горечь поражения.

Наемник уперся вплотную, так близко, что она чувствовала тепло его дыхания на своей шее.

— Возможно, это и слабость, но давай попробуем найти и плюс, — Бен попытался ободрить улыбкой, передразнивая ее манеру переводить все в шутку. — Например, тогда бы ты никогда не встретила меня, такого… неотразимо прекрасного.

— Верно, — ищейка посмотрела на него, и слезинка, предательски блеснув, скатилась в уголок пересохших губ.

Бен невесомо коснулся щеки, стирая заблудшую слезинку, и подался вперед, к поцелую. Черт возьми, Эшли мечтала об этом с самого пробуждения.

— У тебя есть немного времени, чтобы… побыть рядом?

Они опустились на постель и переплелись руками. Полчаса безмолвия, наполненные лишь простым, первозданным теплом.

***

Следующие пару дней Эшли залечивала раны. Благодаря той дряни, что все еще оставалась в ее организме, она быстро вернулась в строй и уже свирепствовала в тренировочном зале, не давая ни единого шанса новобранцам. Закончив с упражнениями, пошла на кухню.

— Не ожидал, что ты так скоро встанешь на ноги, — промолвил Джеймс, входя в помещение. До обеда оставалось минут двадцать, и воздух уже трепетало смешения обеденных запахов, среди которых доминировал густой аромат пасты с мясом и овощами в томатном соусе. Горячее питание на базе, как и в любой армейской столовой, изысканностью не отличалось. Тот же непритязательный сухой паек, рассчитанный на один прием пищи: мясное блюдо, простой гарнир, напиток, выбор между чаем и кофе, да какое-нибудь печенье на десерт.

— А я не думала, что увижу здесь тебя. Бен говорил, уволит за проигрыш.

— Верно, но он решил проявить милосердие, — усмехнулся командир отряда.

— Что ж, надеюсь, ты не пришел добить? Иначе у меня тут есть кружка с кипятком, который вроде как не хочет оказаться у тебя на лице.

— Нет, я просто хотел сказать, что… — он пожал плечами и широко улыбнулся, — рад твоему выздоровлению.

— Вот как, — в голосе Эшли вновь проскользнули кокетливые нотки. Флирт стал для нее чем-то вроде рефлекса, да и язык без костей было сложно контролировать. — Тогда приходи сегодня вечером в мою комнату, покажи, как сильно скучал, — как же она наслаждалась теми моментами, когда людям неловко.

Джеймс, смутившись, замялся на месте.

— Ты не теряешь хватки, — выдавил он наконец. — Но мы оба понимаем, что после этого Кэп меня точно живым не оставит.

Он поспешно ретировался, а Эшли осталась сидеть в столовой, размышляя:

«Что ты вытворяешь? Успокойся уже, идиотка».

Мысли прервал вошедший Томас.

— О, мой самый любимый наемник! — воскликнула она.

— Здравствуй, — на лице главного ворчуна Виртус появилась искренняя улыбка.

— Рада тебя видеть, — она медленно выдохнула и нервно помассировала ладони, тот одобрительно кивнул. — Должна поблагодарить за свое спасение, — протянула руку.

Томас ответил на рукопожатие, но сжал ее ладонь сильнее и потянул к себе. В следующее мгновение Эшли оказалась в его крепких объятиях.

— Ты, видимо, больше рад меня видеть.

— Угу, — рассмеялся он и отпустил. — Если бы ты померла, Бен был бы вне себя, а эта ярость непременно отразилась бы на нас.

— Теперь все ясно, — ищейка слегка ударила его по плечу. — Будешь кофе?

— Нет, спасибо, мне пора, скоро выезд.

— Куда?

— Кэп не говорил? У нас сегодня совместная операция с полицией.

— А, вот оно что… Нет, не говорил, — Эшли лисицей прищурилась. — Видимо, совсем забыл.

— Я уже начинаю жалеть, что спас тебя, — вновь рассмеялся Томас, направляясь к выходу. — Да начнутся ваши игры в «кто кого больше выбесит».

Кеннет допила уже остывший кофе, горечь которого теперь казалась символичной, и вернулась в свою комнату. Пока Бен с командой отсутствовали в штабе, у нее было время, чтобы подумать над тем, что произошло. Хантер, требующий ее возвращения, и Бен, отчаянно не желающий ее ухода, разрывали сердце на части. Как ей поступить? За месяц, проведенный с этими людьми, она впервые почувствовала себя частью чего-то большего, частью… команды, своего рода семьи, которой у нее никогда не было. Вернуться к Хантеру означало предать Бена, а он вряд ли бы это простил. Но остаться — обречь на гибель всех.

«Выбрать меньшее из двух зол… Но как определить, какое из них меньше?» — подумала ищейка, нервно переставляя с места на место баночки с ядами, будто пытаясь найти в них ответ.

***

Ближе к полуночи Хамфри с ребятами вернулись с задания. Усталость сквозила в каждом движении, но лица озаряла радость победы и предвкушение заслуженной награды.

— Джеймс, проследи, чтобы бойцы прибрались в машинах, там свинарник, — скомандовал Бен, бросив взгляд на входящего в гараж мужчину, тот кивнул. — Где Эшли?

— Не видел ее с полудня.

— Ладно, — наемник обернулся к друзьям, сбрасывающим с себя амуницию. — Молодцы. Было жарко, но мы справились. Завтра у всех выходной, но сильно не налегайте на спиртное.

— Еху, Капитан! — взревели хором мужчины, внезапно воспрянув духом от слов командира.

Тот, усмехнувшись, направился в жилой отсек, мечтая поскорее увидеть Эшли. Поднимаясь в лифте, его пронзила леденящая мысль: а вдруг ее там нет? Вдруг она ушла, даже не попрощавшись? С каждым новым этажом грудь сдавливало все сильнее. Он не хотел этого. Не хотел увидеть ее пустую комнату, не слышать ее смех, не обычный истерический, а редкий искренний, не ощущать ее удары в спарринге, не чувствовать ее тепло в объятиях. Он боялся потерять все это. Двери лифта распахнулись. Он медленно, оттягивая неминуемое разочарование, двинулся к ее комнате.

— Бен, — раздался голос, и Эшли вышла навстречу.

— Ох, — выдохнул он, и на лице расцвела широкая улыбка, а в уголках глаз образовались глубокие морщинки.

— Поздновато, — наемник подошел к ней почти вплотную. — Эй, ты чего? — ищейка положила руки на твердую грудную клетку, что тяжело вздымалась, а затем скользнула к шее.

Их губы встретились. Он закрыл глаза, тревога отступила, и внутри разлилось долгожданное спокойствие. Эшли же стояла ошеломленная.

— Я соскучился, — прошептал, отрываясь от ее губ, одновременно сладких и горьких.

— Прошло всего несколько часов, — пробормотала она, все еще не понимая, что происходит.

— Знаю, но… — он замолчал.

— Но?

— Боялся, когда вернусь, тебя уже не будет, — на сказанное Кеннет лишь хмыкнула. — Но ты здесь. Это здорово, — Хамфри сжал ее руки сильнее, затем оставил на них несколько горячих поцелуев.

— Да, — она сглотнула. — Иди освежись, я буду ждать.

Бен, ликуя, бросился в душ. Полчаса спустя уже был в ее комнате.

— Как прошел день? — спросила блондинка, нежно гладя его по голове, когда он прилег на кровать.

— Сложно сказать. Все пошло не по плану, были жертвы среди заложников, но ребята справились.

— А как иначе? Когда у них такой командир.

— Не льсти мне, — Бен перехватил ее руку и резко перевернул тело девушки так, что она оказалась под ним.

Кеннет продолжала гладить, желая запечатлеть кончиками пальцев каждый изгиб, каждый мускул. В глазах мелькнула тень грусти.

— Я отпустил ребят. А мы тем временем можем… — он приблизился к ее шее, осыпая шелковистую кожу нежными поцелуями и скользя все ниже.
— Значит, они ушли отмечать?

— Еще нет, приведут себя в порядок и поедут в бар. Опять напьются до чертиков, но послезавтра будут как стеклышко, — наемник нахмурился. — Что-то не так? — Эшли лишь помотала головой и улыбнулась. — Хотела с ними?

— Ты проницателен, но… нет. Хочу остаться с тобой этой ночью, если, конечно, ты не горишь желанием составить им компанию?

— Нет, поверь, не надо мне с ними.

— Боишься, что тоже напьешься?

— Именно. Да и к тому же, пусть отдохнут от моего общества, — она потянулась и оставила легкий поцелуй на его носу.

Два часа пролетели в упоительной неге, будто это был их последний танец. Нежные и ласковые прикосновения — они жадно ловили моменты эйфории, пока обессиленные не рухнули на смятые простыни.

— Рад, что ты здесь, что вообще появилась, — тихо прошептал Бен.

— Да… я тоже, — согласилась Эшли, отводя взгляд и сдерживая подступающие слезы.

— Врешь?

— Нет. Ты показал мне, что я могу чувствовать не только ненависть и злость, но и… нечто хорошее.

В ее словах звучала неприкрытая правда. Правда, которая ранила ее саму, разрывая сердце на части.

Хамфри улыбнулся, и веки его сомкнулись под тяжестью усталости, накопившейся за долгий день и бессонную ночь.

Они пролежали в тишине около получаса, пока Эшли не убедилась, что наемник крепко спит. Она бесшумно поднялась с кровати, накинула его футболку, лежавшую на полу, и осторожно направилась к выходу. Обернувшись, чтобы прикрыть дверь, увидела, что Хамфри смотрит на нее. Он просто наблюдал, не шевелясь, не поднимаясь с подушки. Несколько долгих секунд карамельные и черные глаза не отрывались друг от друга.

— Эшли… — тихо, с мольбой в голосе, произнес Бен.

По ее щеке скатилась слеза. И в то же мгновение дверь бесшумно закрылась.

Он понял без слов. Все, что произошло этой ночью — прощание. Она уходит, и он не в силах ее остановить. Все решено. Продолжая лежать, наемник с каждым вздохом копил ярость, но не на нее, а на себя. На то, что позволил себе полюбить, зная, кто она на самом деле. Бен зажмурил глаза, пытаясь провалиться в сон, чтобы не чувствовать ничего.

Закрыв дверь, Эшли вытерла влажные щеки. Вошла в свою комнату и быстро переоделась. Вещи и оружие были уже собраны. Она приняла это решение еще до его возвращения, но не знала, как поступить: подождать или исчезнуть, не прощаясь. Ищейка позволила себе секунду сентиментальности, положив футболку Бена, в которой пришла, в чемодан. Знала, что никогда ее не наденет, но та останется хотя бы как память о чем-то счастливом, пусть и мимолетном.

Как нельзя кстати, команда ушла в бар и, скорее всего, уже пьяные, развлекаются с девушками. В штабе остались только бойцы, которые не будут останавливать и задавать вопросы. Взяв один из автомобилей корпорации, она попросила охранника передать Хамфри, что машину можно забрать днем в аэропорту.

Спустя четыре часа Банши уже сидела в самолете, летевшем туда, откуда все начиналось, откуда она когда-то сбежала.