Клеймо Банши

Он — тень, преследующая прошлое, отравляющая настоящее и лишающая надежды на будущее.

Следующие два дня протекли незаметно, каждый погрузился в свои дела. Эшли готовилась к званому ужину и долгожданной встрече с заклятым врагом. Часы отсчитывали последние мгновения до вечера.

— Бен, — ищейка вошла в комнату, и слова замерли на чуть покусанных губах. Мужчина стоял перед ней, облаченный в смокинг, такой же, как его черные глаза.

— Да? — он повернулся, взгляд — темный колодец.

— Ах, да… Хотела сказать, что поеду отдельно.

— Уверена? — чуть нахмурившись, поправил воротник.

— Абсолютно. Ты уже готов… безупречен, а я еще нет. Не стоит задерживаться из-за меня, буду с опозданием на полчаса.

— Могу остаться. Поедем вместе, — он подошел, притягиваемый невидимой нитью, и взял ее руку.

— Не стоит. Твоя команда ждет, ты — почетный гость, поэтому просто обязан приехать вовремя, — блондинка улыбнулась, нежно сжимая его указательный палец.

— Хорошо, буду ждать тебя там. Скажу водителю, чтобы отвез, — уголки ее губ чуть задрожали и она безмолвно поблагодарила. Затем потянулась за поцелуем — легким, как взмах крыла бабочки, романтичным, как лунный свет, прощальным, как последний летний день.

Возможно, для Кеннет так оно и было. Она не знала, суждено ли ей вернуться, сможет ли она убить Хантера, сможет ли вновь ощутить вкус этих губ. Вопросы клубились в голове ядовитым туманом.

— Вы все такие… красивые, — промолвила наемница, наблюдая, как мужчины рассаживаются по автомобилям люксового класса. Было видно, уж что-что, а роскошью и криминальной атмосферой его команда наслаждалась.

— Эшли, только не говори, что собираешься покорять светский раут в своем рабочем комбинезоне? — с усмешкой поинтересовался Остин, окидывая девушку взглядом.

— Как бы мне этого ни хотелось, увы, нет. Я просто еще не собралась.

— Даже профессиональной и самой смертоносной наемнице нужно время, чтобы нарядиться. Приятно осознавать, что ты такая же, как и все девушки, — расхохотался Майкл, захлопывая дверцу машины.

— Бен, — она отвела его в сторону. — Ребята ведь не знают, кто там и что их ждет. Да и я сама без понятия.

— Я не говорил им по твоей просьбе, но, думаю, пора.

— Да, — ищейка кивнула и на миг задумалась. — Так будет безопаснее для них.

— Иди сюда, — он притянул Эшли к себе и крепко обнял, точно стараясь оградить от всего того ужаса, что был и еще будет.

Ее пронзила знакомая острая боль в груди — эхо прошлых потерь, как в те моменты, когда она убила свою напарницу, когда умер Айзек. Это чувство всегда приходило вместе со смертью, было предвестником беды.

— Хамфри, тебе не стоит ехать, — прошептала наемница, отстраняясь. Он посмотрел ей в глаза и подмигнул. Затем молча развернулся и сел в автомобиль.

Вернувшись в комнату, она облачилась в вечернее платье — дерзкое, довольно открытое, не позволяющее спрятать ни кинжалы, ни пистолет. Там Эшли будет импровизировать, действовать по ситуации, ведь даже обычный стакан в ее руках мог превратиться в смертельное оружие.

Собравшись за двадцать минут, она отправилась на ужин с водителем. Странное спокойствие ощущалось в ее сердце, что даже пугало.

«Ну, вот и все».

Пронеслось в голове, когда она переступила порог шикарного банкетного зала.
Поместье стояло за городом, одинокой возвышенностью среди бескрайнего леса, погруженного в чернильную ночь. Ни единой звезды — лишь давящая тьма.

Кеннет застыла на лестнице, ее взгляд скользил по залу. Сотни глаз, каждый — искра власти и богатства. В мерцающем свете хрустальных люстр гости, как мотыльки, кружились в вихре веселья, поглощали изысканные блюда и дорогие напитки. Среди этой пестрой толпы Эшли искала лишь одно лицо — Бена.

— Кэп, смотри, — голос Томаса вырвал друга из задумчивости, указав на девушку, стоявшую на лестнице.

Сердце того подпрыгнуло в груди, как испуганная птица.

Он видел ее в платьях и раньше, но сейчас… сейчас она была воплощением красоты. Вокруг нее клубилась аура, притягивающая взгляды и отключающая разум.

Серебристое легкое платье, сотканное из лунного света, создавало иллюзию обнаженности и показывало совершенство линий. Глубокий вырез декольте манил, а разрез на правой ноге открывал дразнящий проблеск шелка кожи. Платье, держась на тончайших бретельках, парило в воздухе, а россыпь кристаллов, как застывшие звезды, преломляли свет, осыпая ее сиянием.

Хамфри замер, парализованный великолепием. Ему казалось, стоит пошевелиться, и это видение развеется.

— Она потрясающе выглядит, — слова Остина вернули наемника в реальность.

— Согласен, — пробормотал Майкл и, подняв руку, подал Эшли знак.

— Всем привет, — ищейка одарила милой улыбкой, подойдя к компании.

— Выглядишь шикарно, — Фрэнк, как галантный кавалер, оставил легкий поцелуй на ее холодной кисти. Та кивнула, поблагодарив.

— Это правда, ты великолепна, — Бен приблизился вплотную, не отводя глаз.

— Ты тоже, — она слегка засмущалась под его пристальным взглядом. — Подумала, раз уж есть вероятность, что сегодня умру, то хоть буду при параде.

— Не умрешь, — клятвенно отрезал Капитан.

— Кэп сказал, что тут будет твой бывший босс. Нам стоит опасаться? — спросил Томас, нарушая интимный момент.

— Думаю, да. Но в любом случае, не вмешивайтесь, если что-то пойдет не так, — она грустно выдохнула. — Ваши смерти ни к чему.

— У нас другой приказ, — с усмешкой возразил белокурый Остин.

— Хамфри, — Эшли бросила на него испепеляющий взгляд. — Я серьезно, ребята не должны пострадать.

— Не пострадают, — он лишь пожал плечами и натянул улыбку.

— Мне не нужны защитники, — прошептала наемница с ноткой отчаяния.

— Скажем так, — Бен пригладил бороду, — у них заказ, им за это платят.

— За что?

— За защиту. Я их нанял, чтобы они тебя защищали.

— Ты издеваешься, — цокнув, она развела руками.

— Не-а, — довольная улыбка не сходила с его лица.

Около получаса они провели за столом, беседуя и одновременно анализируя обстановку. Для таких мероприятий охрана — важная составляющая, но в этот вечер организаторы, казалось, меньше всего думали о безопасности. Тяжелая поступь охраны была сосредоточена около хозяина вечера, на входе возвышались скалами всего два бойца и еще пара по залу. Слишком мало для сделок по продаже оружия.

— Потанцуем? — наемник протянул руку, когда зазвучала медленная тягучая мелодия.

— Эм…, — Эшли удивленно посмотрела на него. — Ладно.

Они закружились в романтическом танце, их тела соприкасались в объятии. Время замедлило свой бег, превратившись в бесконечность. Ни один из них не хотел, чтобы этот миг закончился. Но тишину прорезал звон вилки, ударившей по бокалу. Кто-то собирался произнести тост. Хозяин вечера.

— Я рад видеть всех вас. Благодарен за вашу поддержку и сострадание. Этот вечер посвящен памяти моей любимой жены, которая покинула нас год назад. Продолжайте веселиться. Сами знаете, она бы этого хотела. Кто был приглашен на закрытый ужин, прошу пройти за теми, кто к вам сейчас подойдет. Вас проводят. Еще раз спасибо.

Бен и Эшли вернулись за стол. Команда обменялась взглядами, когда к ним подошли двое мужчин, своим видом напоминавшие наемных убийц. Свой своего всегда чует.

— Мистер Хамфри, мистер Гибсон и миссис Кеннет, прошу пройти за нами, — Бен поднялся и кивнул своим бойцам.

Пройдя по длинному коридору, они оказались в небольшом зале, где стоял стол, рассчитанный на десять персон. Их попросили сесть. Минута молчания повисла в воздухе. Затем вошел мужчина, произносивший речь ранее, и еще четверо. Оставалось два пустых места.

— Здравствуйте, рад видеть вас, — хозяин вечера заговорил.

— А разве к нам не должны присоединиться еще двое? — наемница перебила его, и голос прозвучал, как удар хлыста.

— Конечно, милая, они скоро будут, — он бросил на нее мимолетный взгляд, давая понять, что не знает ее, и, скорее всего, ее имя было вписано в приглашение по чьей-то просьбе или под угрозой. — Итак, мы должны обсудить текущие дела на рынке и следующие даты поставок оружия и девушек.

Внесли блюда. Всем подали жареную телятину, а Эшли — вегетарианский салат.

— Ну, конечно, — прошептала она, глядя на свою тарелку, губы тронула горькая усмешка.

— Как-то долго он не хочет показываться, — заметил Томас.

— Тянет, нагнетает обстановку, — ответила Эшли ровно и спокойно, но в глазах плескался страх.

Бен время от времени вступал в переговоры с остальными представителями преступного мира, иногда спорил, иногда поддерживал общее веселье. Прошло двадцать минут, и постепенно один за другим гости начали покидать зал, пока в нем не остались только они втроем и хозяин.

— Здравствуй, моя дорогая Эшли, — голос Хантера, как скрежет ржавого металла, прорезал тишину, возникнув из-за спины.

Она вскинула голову, и сердце замерло в груди, превратившись в заледеневший комок.

— Хантер, — кивнула она, и следом увидела за его спиной Фрэнсиса, как подтверждение кошмара.

— Как давно мы не виделись, — промурлыкал Льюис, усаживаясь на отведенное им место. — Ты скучала?

— Очень, — прошептала наемница, и Хамфри увидел, как каждое слово вырывается из ее горла с невидимой кровью.

— Мы с вами не знакомы. Я Бенджамин Хамфри, это мой заместитель Томас Гибсон. Но полагаю, вы уже успели собрать досье, так что представлюсь ради приличия.

— Да, верно. — хищно кивнул возрастной мужчина, — Бенджамин…

— Просто Бен, — перебил он его.

— Бен… хорошо, — криво усмехнулся. — Как давно ты знаешь Эшли?

— Около месяца.

— Целая вечность для нее. Верно, дорогая?

— Так какова причина нашей встречи? — Бен попытался перехватить внимание, отводя удар от хрупкого цветка.

— Мне нет нужды видеть тебя. Я пришел за ней, — ответил Хантер, методично разрезая стейк, а затем, с вызывающим чавканьем, отправляя кусок в рот. В этом жесте читалось пренебрежение и отвратительное торжество.

— Бен, спасибо, не нужно, — Эшли, очнувшись от оцепенения, обрела подобие контроля. На ее лице расцвела улыбка — безумная и спокойная, — создающая иллюзию искренности, но все равно фальшивая.

— Пора вернуться домой.

— Правда? Домой? А где этот дом? В лаборатории? В клетке?

— Именно, — раздался очередной чавк, губы мужчины наполнились блеском от сочного стейка.

— Зачем ты привел сюда свою псину? — она бросила взгляд на Фрэнсиса.

— Следи за языком, дрянь, — прошипел тот.

— Фрэнсис, тише, — успокоил его Хантер, махнув рукой.

— Да, Фрэнсис, фу, плохой мальчик, — улыбка не покидала ее лица, ощущая, как с каждой секундой верный помощник Льюиса теряет над собой контроль. Он сглотнул, кадык дернулся.

— Когда ты вернешься, я продолжу то, на чем остановился. Для тебя я приготовил нечто новое. Обещаю, будет больно.

— Так ты тот самый урод, что ставил над ней опыты? — прорычал Бен, едва сдерживая ярость.
— Эшли, ты рассказывала ему о своем детстве? — притворно удивился Хантер.

— Только обрывки кошмаров, ничего серьезного.

— Хорошо, я уж подумал, что опоздал, и ты стала сентиментальна, — мужчина одобрительно кивнул.

— Что ты, какая сентиментальность. Ты выжег во мне все, оставив лишь ненависть и гнев. Ах да, еще удовлетворение от чужой боли.

— Именно, — осклабился ее создатель, как довольный своей работой художник, создавший уродливый шедевр. — Знаешь же, ты моя любимица из всех.

— Ты хотел сказать — единственная Банши, что осталась в живых? — хмыкнула наемница, приняв более расслабленную позу.

— Думал, вас много… что ты не одна, — обратился Бен к ней, в его глазах отражалось абсолютное непонимание.

— Было много. Да, Хантер? Одиннадцать, а где они сейчас? — она наклонила голову набок, ожидая ответа.

— Верно, Эшли — последняя из моей коллекции, — на лице Льюиса заиграла невидимая тень злости.

— Не мог наделать еще себе подопытных? — ее платье больше не сверкало, весь блеск перекочевал в ее глаза, наполненные обидой, болью и страхом.

— Ты же знаешь, это — процесс, требующий времени, целой жизни. А у меня больше нет столько.

— Угу, — в этот раз ее улыбка вышла почти искренней.

— Я дал тебе достаточно времени, чтобы погулять. Теперь возвращайся! — провозгласил Льюис, требуя повиновения.

— Что мне делать дома?

— То, для чего я тебя создал. Работать, — тон мужчины смягчился, в нем прозвучало что-то собственническое. — Ты же знаешь, я горжусь тобой.

— Не мной, а собой. Своим творением.

— Да, но это не отменяет того факта, что ты прекрасна… ты единственная такая.

— И что мне дает эта уникальность? Я даже не знаю, какого это… быть нормальной! — Кеннет начала терять контроль, и в голосе зазвучали истерические нотки.

— Дорогая…

— Не смей меня так называть! — она ударила ладонью по столу, бокалы с вином вздрогнули.

— Почему? Я давно так тебя называю, ты мне практически дочь.

— Дочь? А как часто отцы навещают своих маленьких дочерей темной ночью, — наемница отвела глаза, пряча в них боль, — пока все спят?
Вопрос заставил Хантера сжать челюсти и затаить дыхание. Бен перевел взгляд на Эшли, понимая, на что она намекает.

— Заткнись, — нервно фыркнул и продолжил. — Я позволил тебе погулять, дал свободу, ты должна быть благодарна.

— Что ты… позволил?!

— Например, завести интрижку с этим… — Льюис оглядел пренебрежительно Хамфри, — дешевым наемником. Позволил Айзеку с тобой работать.

— А потом убил его!

— Да, ты не оставила мне выбора. Вы слишком, — виски шевельнулись от сдавливания челюсти, — сблизились.

— Ты использовал моего человека в своих играх! — взревел Бен, готовый разорвать того на части.

— Твой человек — олух, не смог даже нормально выполнить задачу. Уверен, остальные такие же, — язвительно отрезал враг, демонстративно вытирая губы салфеткой.

— Да как ты смеешь… — наемник чуть ли не вскочил, но замер, когда Эшли коснулась его бедра, давая понять, что он должен успокоиться.

— Эшли, сегодня не только я с псом, — хихикнул Льюис.

— Хантер, я не вернусь. Умру, но не пойду с тобой.

— Это мы еще посмотрим. Ты знаешь, что бывает с теми, с кем ты сближаешься, — он бросил взгляд на Бена и Томаса. — Хочешь им такой же участи?

— Они сумеют постоять за себя. Ты не правишь миром, смирись с этим, — ее слова, как плевок в лицо, разожгли ярость старика.

— Эшли! Я их убью, как Айзека. Кстати, — новая искристая улыбка озарила его лицо. Бен заметил, что они и правда были похожи, по крайней мере в отношении перепада эмоций. — Знаешь, кем он был?

— Да, твоим подручным, тем, кто, как и многие, пытал нас.

С каждым словом наемник яснее понимал, о каких тайнах говорила Эшли. Каждая минута встречи раскрывала новые грани кошмара.

«Я убью его! А Айзек… Не может быть, они же друзья. Что еще откроется мне сегодня?» — пульсировали мысли в темноволосой голове, пока он слушал их разговор.

— Это верно, Эшли. Но кем он был еще?

— Я не знаю, и мне все равно, — отмахнулась она, сделав глоток вина.

— Ты не задавалась вопросом, почему он ушел на следующий день после твоего экзамена? Почему нашел тебя, когда ты сбежала? Почему помогал и пытался искупить свою вину?

— Я не знаю.

— Подумай, моя дорогая…

— Он ее… — тяжело выдохнул Томас, прерывая молчание, — отец?

— Верно! Какой умный парень! — одобрительно протянул Хантер.

— Нет, — прошептала Эшли, отрицая правду.

— Разве? Сколько ему лет? Чуть больше сорока пяти, тебе двадцать три. Он был молод, когда обрюхатил твою мать. Но спешу тебя успокоить, он не знал, что ты его дочь, до твоего шестнадцатилетия. Я сказал ему после экзамена, когда ты убила Анну. Он не выдержал и ушел, а я решил, что убивать его нет смысла. Он сам себя погубит, вспоминая, какие чудовищные опыты ставил на тебе.

— Не правда, — голос блондинки дрогнул струной, готовой оборваться.

— Ты не рассказывала Бену, чем занимался Айзек в Церере? Кем он был? Что сделал с тобой?

— Не надо, — в глазах Эшли блеснул ужас, но слез не было.

— Я расскажу, — Хантер повернулся к наемнику. — Она говорила тебе, что не может иметь детей?

— Да, — отрезал тот.

— А почему — не говорила?

— Это не мое дело.

— Верно, но у вас же любовь, тайн не должно быть, — ехидно ухмыльнулся Льюис.

— Послушай, Хантер, на данный момент я лишь вижу, что ты на голову больной человек, который в меру своего эго, возомнил себя королем преступного мира. Ты создал отряд Банши. Отличные наемницы. Но, как я понял, ты их всех потерял из-за своей глупости. Ты это заслужил. А она — не твоя собственность.

— О, я вижу, ты действительно нашла себе защитника, — драматически похлопал в ладоши и кивнул сам себе мужчина.

— Бен, не надо, — Кеннет повернулась к нему, взглядом моля о том, чтобы он замолчал, иначе резня начнется раньше, чем они планировали.

— Эшли, скажи ему, чем занимался Айзек.

— Айзек руководил медицинским отсеком, — спокойно ответила она.

— Продолжай, дорогая.

— Он был доком, — выдохнула, расправляя плечи. — Вводил разные препараты, чтобы мы становились сильнее, — каждое слово давалось с трудом, можно подумать, она выплевывала окровавленные осколки стекла.

— А его главная заслуга в том, что он искусно стерилизовал, — не дождавшись, закончил Хантер.

— Верно, — сглотнув ком в горле, кивнула она.

— И после этого вы называете меня монстром, ах.

— Хантер, — почти безумно прошептала Эшли.

— Да, дорогая.

— Раз уж сегодня вечер сорванных масок, позволь и мне открыть секрет.

— Конечно, — улыбка все еще не сходила с морщинистого лица мужчины.

— Что стало с Банши? —тот прищурился, скрытая тревога молнией отразилась в глазах. — Знаешь, как легко было собрать их всех вместе, уверив, что это ты их созвал. Они даже не почуяли западню, пока пламя не обвило их. Их крики… О, это была волшебная симфония ужаса. Настоящий предсмертный крик Банши, когда огонь пожирал их плоть, превращая в пепел. Последнее, что они увидели — мой взгляд, абсолютно бесстрастный. И знаешь, почему?

— Эшли… — Хантер, дернувшись, как от удара током, смог произнести лишь ее имя.

— Тогда я думала, что убиваю их из ревности, потому что хотела быть единственной, исключительной, той, на кого отец смотрел бы с гордостью, не отвлекаясь на других. Можно сказать, я убила своих сестер, чтобы ты принадлежал только мне, — она похлопала себя по открытой коже в зоне декольте и чуть помяла шею. — Вот как я была предана. Поглощена тобой, твоим одобрением, — голос задрожал, как тонкий лед под ногами.

Мрачная тишина опустилась на комнату. Глаза Хантера были полны ненависти. Фрэнсис наблюдал сначала за ним, потом перебегал на присутствующих. Бен и Томас обменялись взглядами, полными невысказанного ошеломления. А Эшли улыбалась, глядя на своего мучителя.

— Но потом… на следующее утро, когда пелена спала с глаз, я поняла, что мои мотивы были гораздо глубже. Я уничтожила их, потому что мы, Банши, не должны существовать. Мы — скверна. Мы умеем только отнимать жизнь, а не дарить. Мы — монстры. Я — монстр, — она облегченно выдохнула. — А потом появился ты, сообщил о смерти сестер, будто ничего страшного не произошло. И тогда я осознала весь масштаб своей ошибки, поняла, что преследовала ложную цель. И знаешь что еще? Я хотела причинить тебе боль, уничтожить всех Банши до последней, убить себя. Но не смогла. Просто не хватило духу. Так что тебе должно быть приятно, Хантер. Ты успешно завершил свой проект.

— Да, моя дорогая, безусловно успешно, — Льюис одарил ее змеиной улыбкой и поднялся из-за стола. В воздухе сгустилась атмосфера предчувствия, как перед грозой. — Ты действительно исключительна, Эшли. Теперь я это вижу. Я не стану тащить тебя силой обратно, ведь ты сама придешь, — он подошел и положил руки на ее плечи, чуть массируя. Она почувствовала, как парализует страх.

— Хантер, этого не будет. Никогда.

— Посмотрим, — прошептал он ей на ухо. — Он уже увидел, что ты такое на самом деле. И вряд ли захочет иметь с тобой что-либо общее. Мне даже не придется его убивать, хотя… очень хочется.

Эшли резко повернулась к Бену, осознавая весь ужас ситуации. Он слышал все. Он все понял. Сердце в ее груди вновь взорвалось на тысячи осколков. Голову пронзила острая боль.

— Фрэнсис, мы уходим, — ее создатель выпрямился и застегнул пиджак.

— А она? — пробубнил пес.

— Сама придет, — он нежно погладил ее по голове.

Они покинули зал, оставив за собой шлейф леденящего страха и разочарования. Кеннет, бросила последний взгляд на мужчин и, смутно осознавая происходящее, вышла через другую дверь.