Клеймо Банши

В этой игре на нервах победителей не бывает, есть только выжившие, израненные и опустошенные.

С рассветом Эшли вновь погрузилась в рутину заказов. Без Айзека ей предстояло в одиночку ворошить осиные гнезда, выуживая информацию и выполняя грязную работу. Задача не из сложных, скорее, монотонная пробивка через базы данных и досье вызывала щемящее чувство тоски. Ей не хватало его язвительных комментариев, споров о лучшем подходе к цели, совместной разработки идеального плана устранения. Но эта мимолетная грусть быстро уступала место жгучей мысли о мести Хантеру.

«Итак, что у нас тут? Оливия Зальфред, 22 года, студентка, подрабатывает няней. Видимо, кому-то ты крепко насолила, Оливия. Что еще? Выполнить до понедельника, двадцать пять тысяч долларов».

Эшли пронеслась взглядом по строкам заказа, обдумывая детали.

Она набрала номер Оливии и договорилась о встрече в кафе после полудня. Понимая, что в привычном обличье наемницы появляться такое себе, а времени на походы по магазинам нет, Эшли заказала доставку одежды прямо в офис.

— Интересно, с каких это пор в частную военную корпорацию заказывают платья и туфли? — возмущенно прошипела девушка из бухгалтерии, наблюдая, как новая знакомая босса принимает посылку.

— Что тут скажешь, — закатила глаза вторая. — Приближенная.

— Интересно, каким конкретно местом, — сдавленный смешок пронесся по холлу. Уловив пафосный взгляд Кеннет, девушки поспешно вернулись к работе.

Эшли прекрасно знала, что о ней судачат за спиной. Никто никогда не видел ее с Беном в нежных объятиях или за чем-то предосудительном, кроме работы и тренировок. Но всем и так было очевидно, что между ними что-то есть. Девушки злились, мужчины тоже, но у каждого был свой повод. Первых раздражало то, что раньше все внимание было приковано к ним, а с появлением ищейки бойцы практически перестали их замечать. Хотя все девушки были как на подбор, и примечательно, что не только красивые, но и действительно сообразительные. Скорее, еще больше бесило ее привилегированное положение в компании: работает наравне с руководством, а не на них, живут в одном отсеке. Кому такое понравится? Мужчины из отряда Джеймса завидовали и злились по двум причинам: во-первых, Эшли обращала на них внимание только во время спаррингов, как противоположный пол их просто не замечала; во-вторых, она была гибче, ловчее и быстрее, из-за чего они раз за разом терпели поражение. А проиграть девушке — то еще унижение для солдата.

«Вы ж мои сладкие», — подумала она, направляясь в свою комнату, чтобы переодеться.

— Эшли, — окликнул ее Томас. — Пока ты не ушла, хотел сказать, пришло приглашение на званый вечер.

— От кого? — она обернулась, нахмурившись.

— От знакомого Бена. Часто устраивает подобные мероприятия, обычно это прикрытие для заключения сделок по продаже оружия.

— А я тут при чем? — темные брови все еще образовывали неглубокую складочку.

— Он хочет, чтобы ты тоже пришла, — цокнул Гибсон, закатывая глаза и делая вид, что вынужден с ней разговаривать.

— Кто? Бен? Он не мог сам мне передать? — подражая собеседнику, Эшли вопросительно помотала головой.

— Нет, Эшли. Его знакомый хочет, чтобы ты пришла, так сказано в приглашении.

— Что? — морщинка разгладилась, а брови чуть приподнялись от удивления.

— Да, оно выглядит как обычно, но в этот раз… Взгляни, — Томас протянул конверт. — Тут указано, что Эшли Кеннет тоже приглашается.

Лицо наемницы мгновенно изменилось, даже при всей своей бледности, оно стало еще белее. Она сразу поняла, что здесь замешан Хантер.

— Конечно, я пойду, — затем вернула приглашение ворчуну. — Когда ужин?

— Через два дня. Сначала официальная часть, где много людей танцуют и напиваются, — махнул рукой и продолжил. — Потом закрытая, где за столом соберутся те, кто получил такие приглашения, обычно для обсуждения дел.

— Понятно, — она сглотнула ком в горле и пошла к себе. — Х-хорошо.

Зайдя в комнату, принялась примерять наряд. Облегающая классическая красная юбка-миди, белая блузка с привычным V-образным вырезом, черные туфли-лодочки на высокой шпильке, черная сумочка-клатч, немного украшений — дама из привилегированного общества.

Спустившись на первый этаж, она увидела отряд Бена, готовящийся к выезду на захват, и командира отряда, возвращавшегося с тренировки новобранцев.

— Эшли, — воскликнул Джеймс, — хоть я и видел тебя пару раз, но все же непривычно в таком… — он оценивающе окинул ее взглядом.

— Надеюсь, это комплимент? — улыбнулась и игриво поиграла плечом.

— Безусловно, — подошел ближе. — Куда-то уезжаешь?

— Да, на встречу. А ты все мучаешь своих ребят?

— Люблю это занятие, — он усмехнулся. Бен краем глаза заметил их оживленную милую беседу.

— Эшли, — крикнул Хамфри, убирая в кобуру пистолет. — Можно попросить тебя подойти, пожалуйста, — его тон не оставлял сомнений, это был не вопрос, а приказ.

— Конечно, — она кивнула Джеймсу, переложила в другую руку легкое черное пальто и коснулась его предплечья. Этого хватило, чтобы один расплылся в улыбке, а второй сдержанно выдохнул.

— Эшли, как твои дела?

— Нормально, — удивилась вопросу блондинка. — А твои?

— Не очень хорошо. Спасибо, что поинтересовалась, — он попытался натянуть улыбку, но выглядело чертовски фальшиво.

— Я должна спросить, что случилось?

— Можешь не спрашивать, я сам тебе скажу, — наемник взял ее под руку и отвел в сторону. — Всего один вопрос. Почему в таком обворожительном образе не я увидел тебя первым, а Джеймс?

— Ревнуешь? — засмеялась Эшли, облизнув бордовые губы.

— Немного, — гордо приподняв подбородок, он выпрямился сильнее, хотя и так постоянно держал идеальную осанку.

— Что ж, у нас свободные отношения, а точнее — их отсутствие, — серьезным тоном продолжала говорить ищейка, не убирая улыбку. — Просто спим, если не забыл. А тем более наш «сон» можно пересчитать по пальцам. Так что, если я хочу трогать руками Джеймса или кого-то еще, значит, я буду это делать.

— Верно, — Бен перешел на такой же серьезный тон.

— Мы договорились, ни я, ни ты не можем командовать друг другом. Нам хорошо вместе? Если да, то прекрасно, если нет, то я всегда могу уехать раньше обещанного.

— Одна поправка. Если ты захочешь переспать с Джеймсом, не рекомендую этого делать, иначе я буду вынужден его уволить.

— Ууу, — губы сжались, карие глаза на секунду зажмурились, пытаясь переварить услышанное. — Вот как? Угрожаешь?

— Никак нет, — наигранно армейским тоном хлестнул наемник.

— Ладно, спать я с ним не буду, уговорил, — Эшли обошла его и направилась к выходу. — Но никто не отменяет прикосновений, и тем более, тут, кроме него, есть еще как минимум восемьсот мужчин.

— Что? — испуганно обернулся он.

— Что? — шепотом передразнила она. — Говорю, что пока ты в этой спецназовской форме, я не могу спокойно стоять рядом. Иначе не удержусь, — ее глаза вспыхнули диким пламенем. — Тебе пора.

— Кэп, нам пора, — позвал его Томас, уже сидящий в бронеавтомобиле.

— Иду, — крикнул Капитан, не отводя взгляда от маленькой засранки. — Мы не закончили, — посмотрев на Эшли, добавил он.

***

Кеннет подъехала на такси к кафе, укромно спрятанному от бдительных глаз камер. Ее ждала миловидная девушка с короткими темными волосами, уже занявшая столик и потягивающая что-то из высокого стакана. Та была одета просто, но со вкусом: бежевая рубашка, под ней белая футболка, джинсы, украшений вовсе не было.

— Оливия, верно? — доброжелательно спросила наемница, стараясь излучать лоск и непринужденность.

— Да, здравствуйте, — Оливия вскочила, протягивая руку. — Вы миссис Уокер?

— Ох, пожалуйста, — Эшли сжала ее ладонь. — Зовите меня Линда.

— Хорошо. Вы хотели нанять няню, как я понимаю?

— Да, к сожалению, плотный график выделил мне лишь час для встречи. Очень хотелось пообщаться с вами лично. Боюсь, показать дом сейчас не получится, но я уверена, что вы с блеском пройдете собеседование, а потом уже познакомитесь с моим ангелочком.

— Конечно, — девушка помотала головой, непослушный локон упал на лоб. — Ничего страшного, тут тоже хорошо.

— Оливия, расскажите, почему вы выбрали данный вид деятельности? Какой у вас опыт? Я изучила резюме, но мне бы хотелось услышать вашу историю.

— Что ж, я с пятнадцати лет присматривала за младшим братом, а летом подрабатывала, нянча соседских детей. Сейчас студентка, учиться еще два года. Пока не могу позволить себе полноценную работу. Уверяю вас, дети меня просто обожают.

— Это самое главное, — Эшли одарила ее теплой улыбкой, демонстрируя искреннюю заинтересованность.

— А сколько лет вашему ребенку?

— Три года. Он у меня просто золото, — она достала телефон и показала фотографию. — мой малыш Нейт.

— Какой очаровательный мальчик, — улыбнулась девушка. Разговор казался настолько приторно милым, что подташнивало. — А отец тоже много работает?

— Да, он постоянно в командировках, дома его почти не бывает.

— Понимаю, — Оливия протянула Эшли несколько бумаг. — Вот рекомендации от предыдущих работодателей, если вам понадобится.

— Да, благодарю, обязательно ознакомлюсь. Скажите, а почему вы ушли от прежней семьи? По собственной инициативе или уволили?

— Они переехали, — потенциальная няня для вымышленного ребенка на секунду замялась, — и в моих услугах больше не нуждались.

— Ясно, хорошо, — им принесли чай, и Эшли разлила ароматный напиток по кружкам. — В такую погоду лимон и чабрец — просто спасение.

— Согласна, — Оливия поднесла кружку к пухлым губам, втянула аромат и улыбнулась.

— А у вас есть дети?

— О, нет. Я пока не готова, сначала нужно твердо встать на ноги, а потом уже думать о семье.

— А молодой человек?

— Мы расстались.

Эшли знала. Знала о ребенке, от которого Оливия отказалась в юности. Знала, что расставание с парнем было болезненным, и она до сих пор надеется на его возвращение. Но сейчас ей нужно было продолжать беседу, пока не подействует наркотик, добавленный в чай.

Проведя еще пятнадцать минут за непринужденной болтовней, Эшли начала собираться.

— Оливия, мне было безумно приятно познакомиться с таким замечательным человеком, как вы, — она протянула руку.

— Спасибо, Линда, мне тоже было очень приятно.

— Тогда я напишу вам сегодня вечером и сообщу, куда подъехать. Познакомлю вас с моим мальчиком.

— Конечно, — пожимая трясущуюся руку, Эшли уже чувствовала, как наркотик начинает действовать. Совсем скоро девушка потеряет сознание.

Ищейка вызвала такси и стала ждать неподалеку от кафе. Жертва вышла через пару минут, пошатнулась и, закрывая дверь, едва не упала.

— С вами все в порядке? — Кеннет подхватила ее под руку.

— Да, голова немного кружится, простите, — стараясь казаться бодрой, няня не хотела произвести впечатление слабой и нездоровой женщины перед потенциальной работодательницей.

— Вы еле стоите на ногах, давайте я подвезу вас до дома?

— Правда, не надо.

— Оливия, я не могу оставить вас в таком состоянии, — Эшли продолжала ее поддерживать рукой. — Вот и мое такси подъехало. Пойдемте, я вас довезу, а потом поеду на работу.

— Вам не сложно? — с такой невинностью спросила та.

— Конечно, нет, — они направились к машине. — Скажите мне ваш адрес, — который она уже знала.

Двадцать минут спустя наемница помогла няне войти в квартиру, та еле держалась на ногах. А еще через три минуты вовсе рухнула на пол.

«Отлично, можно начинать», — промелькнуло в голове Эшли. Она поволокла обмякшее тело за ноги в ванную, раздела, а затем погрузила в воду.

Час спустя Оливия пришла в себя, ее взгляд был мутный и потерянный.

— Что происходит? Я не чувствую своего тела, — пролепетала она, тщетно пытаясь поднять руки, будто отяжелевшие от свинца.

— Это побочный эффект нейролептика, скоро пройдет, — спокойно отозвалась наемница, восседая на стуле рядом.

— Линда, что… что случилось?

— Давай сразу к делу. Ты хотела навредить серьезному человеку. Но он не из тех, кто прощает такие вещи. И проблемы привык решать быстро и без лишних сантиментов.

— Кто ты такая? — няня попыталась закричать, но голос застрял в горле, как кость.

— Зря ты угрожала, что расскажешь его семье о вашей связи, — Эшли задумчиво кивнула сама себе.

— Ты от мистера Менесса? — в голосе Оливии прозвучал страх, такой холодный, как могильный камень.

— Именно. Он просил тебя держать язык за зубами, что же ты не послушалась?

— Это была не интрижка! Он взял меня изнасиловал! — слезы наполнили голубые глаза.

— Плевать. У тебя был шанс забыть все. Он предлагал щедрую компенсацию.

— Ты бы могла такое забыть?!

Кеннет проигнорировала вопрос. Вместо ответа взяла телефон няни и принялась что-то активно искать в нем.

— Ага, вот оно, — с хищной улыбкой прошептала ищейка.

— Что ты делаешь?

— Пишу твоему бывшему.

— Зачем?

— Ну, ты же понимаешь, что для твоего самоубийства нужна причина. Бросивший парень, который не желает даже слышать о тебе, — идеальный кандидат на роль виновника трагедии.

— Самоубийство? — слезы полились ручьем, дыхание стало прерывистым. — Линда, пожалуйста, не надо, умоляю, не делай этого!

— Я и не собираюсь, это сделаешь ты сама, — произнесла Эшли с леденящим спокойствием.

— Нет!

— Ну вот, — она показала девушке входящее сообщение от бывшего. — Он пишет, чтобы ты оставила его в покое, называет сумасшедшей. Идеально, просто идеально.

— Линда…

— Милая, возьми, — наемница протянула ей кухонный нож. — Режь.

— Нет! Я не буду это делать!

— В таком случае я отвезу тебя к мистеру Менессу. Уверяю, он придумает кое-что гораздо более изощренное, чем то, что он уже сделал с тобой.

— Я… я не могу…

— Ты тратишь мое время, — она резко встала и вложила нож в слабую, дрожащую руку Оливии. Раздался тихий крик, полный отчаяния и боли. К нему присоединился звук льющейся в наполненную водой ванну крови, вытекающей из разрезанных вен.

Пока та умирала, Эшли с холодной расчетливостью подстроила все так, чтобы это выглядело именно тем, чем должно было — самоубийством от отчаяния. Полиция никогда не обнаружит следов нейролептика в крови, ведь этот препарат не проявляется при исследованиях, если не искать именно его. При этом он очень редкий и дорогой, чтобы им убивать какую-то няню.

Оливия издала последний вздох, затем с головой погрузилась в красную воду.

На улице уже сгущались сумерки. Банши решила покинуть квартиру через окно. Это позволяло закрыть входную дверь, что исключало лишние вопросы со стороны полиции и минимизировало риск столкнуться с кем-либо на выходе. Благо, квартал был непримечательным, отсутствовали камеры, патрулей практически не было, а сама квартира находилась на первом этаже около холла, что играло на руку, ведь быть замеченной соседями не очень хотелось.

В последний раз окинув взглядом ванную комнату, убедившись, что все выглядит правдоподобно, Эшли подошла к бездыханному телу и на миг задумалась.

«Ох, малышка, все еще не могу найти ответа на твой вопрос. Смогла бы ли я забыть такое?»

***

Эшли вернулась в штаб, когда ночь уже глубоко окутала город, но в коридорах все еще кипела жизнь. По пути к своей комнате она столкнулась с Остином.

— Привет. Не желаешь присоединиться? — боец подмигнул и продолжил. — Мы устроили небольшие спарринги, все собрались на третьем этаже. Заглядывай.

— Обязательно, как только переоденусь, — она выдавила натянутую улыбку и скользнула к себе.

Быстро приняв душ, что служил ей не только тем, что отмывал с тела кровь жертв, но и смывал многие отвратительные моменты из детства, а затем облачившись в привычную удобную одежду, она направилась в тренировочный зал. Спускаясь по лестнице, уже на четвертом этаже услышала оглушительные крики болельщиков и вопли проигравших. Внутри царил хаос азарта: почти половина сотрудников компании, включая скромных девушек, сгрудились на скамьях, яростно поддерживая своих фаворитов.

Примостившись почти у самого выхода, Эшли принялась выискивать взглядом Бена и его дружков. Когда заметила их, решила остаться на своем месте, предпочитая наблюдать за разворачивающимся действом со стороны.

— Эшли, — окликнул Фрэнк, самый милый из когда-либо встречавшихся ей наемников. — Чего ты тут в одиночестве? Идем к нам.

— Мне и здесь неплохо видно.

— Да брось, вставай, мы тебя ждем.
Поддавшись на блеск его зеленых глаз и приятный голос, согласилась.

— Вон, там свободное место, — преодолев почти половину зала, Фрэнк указал на лавку рядом с Беном. Блондинка без колебаний уселась.

— Мне кажется, твои парни пытаются нас свести, — с ироничной усмешкой произнесла Кеннет, устраиваясь рядом с мужчиной.

— Свести с ума, ты хотела сказать? — буркнул он, даже не взглянув на нее.

Проигнорировав колкость, гордо повернулась к Майклу.

— Тут ставки принимают?

— Нет, — тот поджал губы и отрицательно кивнул.

— Жаль, я бы не отказалась подзаработать, — с притворной печалью вздохнула она.

— Это уж точно, моя хорошая, — поддержал ее Фрэнк, подмигнув без всякого подтекста. Это скорее напоминало ситуацию, когда ребенок пытается помирить родителей.

— Как прошла совместная операция с полицией? — поинтересовалась ищейка.

Лица мужчин мгновенно помрачнели, выдавая, что что-то пошло не по плану.

— Кто-то погиб? — с ледяным спокойствием продолжила допрос.

— Да, Эшли, — отрезал Хамфри. — Посиди тихо. Хорошо?

Наемница просто не могла не принять вызов.

— Каждый день кто-то умирает, Бен, не по всем же нам лить слезы.

— Правда? А по Айзеку ты не грустишь?

Майкл и Фрэнк, сидевшие рядом, предпочли отвернуться, предчувствуя надвигающуюся ссору.

— Нет.

— Лжешь, — он все же соизволил обратить на нее внимание и протянуть единственное слово с ядом на языке.

— Ты совсем меня не знаешь. Так что, — она прожигала его взглядом, — нет.

— Сомневаюсь, — намеренно подливал масла в огонь.

— Ладно. Не буду мешать, займусь чем-нибудь полезным, — с притворной улыбкой ищейка поднялась со скамьи и направилась к бойцам. — Так, а ну-ка разойдитесь. Всем прекратить это представление для детишек.

Мужчины посмотрели на нее в полном недоумении.

— Хочу с кем-нибудь подраться, — окинула она взглядом зал. — На деньги. Делайте ваши ставки, господа.

— Я буду твоим соперником, — прозвучал самоуверенный голос с противоположной стороны скамеек.

— Джеймс… Отлично, — произнесла с неприкрытым азартом. — Правда, надеялась, что ты разомнешь мои косточки как-нибудь иначе, но раз ты так настаиваешь, то давай.
По залу прокатился смех. Эшли тем временем бросила взгляд на Бена, лицо которого исказила гримаса раздражения, но он, как всегда, сумел взять себя в руки.

— Делаем ставки, — произнес наемник, вставая с места. — Сто долларов на Джеймса.

В зале поднялась суматоха, люди спешили передать деньги Остину. Капитан подошел к Эшли и Джеймсу, которые уже стояли посередине зала в ожидании начала боя.

— Если проиграешь, я буду вынужден пересмотреть твою кандидатуру на должность командира отряда.

— Кэп, я не подведу.

— Отлично, — Бен перевел взгляд на ищейку. Он понимал, что если она уложила огромного Зейна, который был почти в три раза больше нее, то с Джеймсом справится без труда.

— А если он выиграет, как ты его поощришь? — с невинным видом поинтересовалась она.

— Подниму жалование.

— Звучит заманчиво. Тогда точно не подведу, Капитан, — мужчина сжал кулаки и шире расставил ноги.

— Да, конечно… Начинайте.

Хамфри вернулся на свое место, предвкушая неминуемое поражение Джеймса. Понимал, что тот хороший парень, прекрасный боец. Но еще он понимал, что не может видеть, как Эшли с ним заигрывает. Ревность терзала душу.
«Что я творю? Жертвую своим бойцом ради девушки, которая бросит меня, даже не задумываясь».

Подумал он, опустив локти на колени и приняв напряженный вид, готовый наблюдать за предстоящим боем.

— Он сказал начинать, так давай.

— Эшли, заранее прости, — оскалился Джеймс, размяв шею.

— И ты меня, — повторила жест она.

Два хищника ринулись друг на друга. Танец их драки был яростным и стремительным, каждое движение — отточенным ударом. Минуты скользили, усыпанные градом выпадов и блоков. На губе командира новобранцев начала алеть кровь. Вскоре Эшли рухнула на пол, Джеймс навис над ней, торжествуя.

— Она ему поддается, — прошептал Бен, нервно сжимая и разжимая кулаки.

Томас, примостившийся рядом, бросал беспокойные взгляды то на друга, то на поединок. Чувствовал, как под кожей того зреет буря.

— Дружище, может, у нее просто день не задался? Не с той ноги встала? Месячные? Всякое бывает, — попытался он разрядить обстановку.

— Нет, она специально, — глухо ответил Кэп, прожигая взглядом Эшли, играющую с Джеймсом.

Они перекатились ближе, остановившись всего в паре ярдов от скамьи.

— Сдавайся, красотка, — прошептал боец, губы почти касались ее уха, голос сочился мнимой нежностью.

— Джеймс… — лежа на полу, наемница мельком взглянула на Хамфри, чье лицо оставалось невозмутимым. Томас же, напротив, всем своим видом сигнализировал о скором взрыве.

— Эшли, — тихо позвал Бен, приковавшись к ее глазам.

— О, Джеймс… — сладко протянула та.

Мощный удар головой в лицо заставил Джеймса отшатнуться, в этот раз не удалось попасть по носу, кровь хлынула из уже разбитой губы. Мгновение растерянности — и Кеннет, как змея, обвила его шею ногами. Тот, задыхаясь, отчаянно заколотил руками по полу, признавая поражение. Ищейка поднялась, отряхнула невидимую пыль с плеч.

— Остин, не забудь отдать мне мои деньги, — бросила она и села рядом с Беном.

— Да ты издеваешься, — прорычал Хамфри, сверля ее взглядом.

— Есть немного.

— Зачем?

— Ты иногда ведешь себя так, что мне хочется тебя придушить. И на будущее: когда разговариваешь со мной, смотри на меня.

— От вас двоих исходит такая мощная негативная энергия, что хоть святых выноси, — вставил Томас и перекрестился.

— Скорее сексуальная, — ухмыльнулся Фрэнк, за что тут же получил дружеский тычок под ребра от Майкла.

— Ладно, все, расходимся! — скомандовал Гибсон, поднимаясь с места и жестом выпроваживая всех вон.

Зал быстро опустел, шайка Бена тоже удалилась. Вдвоем они остались сидеть в тишине. Пять долгих минут молчания.

— Как прошел твой день? — вдруг спросила Эшли.

— Серьезно?

— Да, серьезно, — протянула она спокойно.

— Ну, нормально, если не считать того, что потеряли одного заложника.

— Что случилось?

— Тебе и правда интересно? — голос вздрогнул.

— Да, мне интересно, что тебя беспокоит, — твердо ответила она.

— Там была девочка, подросток, лет пятнадцати от силы. Ее мать мы смогли вытащить, но ублюдок успел воткнуть дочери нож в шею. Знаю, для тебя это может ничего не значить, но я… я остро реагирую на такие вещи. Дети не должны страдать из-за разборок взрослых, — он отвел взгляд, стыдясь своей слабости.

— Верно, — Кеннет взяла его за руку, ее глаза потеплели. — Но если тебя это беспокоит, я понимаю. Просто… не могу это почувствовать.

Бен был поражен искренностью, прозвучавшей в ее голосе. Казалось, с каждым днем она открывалась для него с новой стороны, сбрасывая один за другим слои брони.

— А как ты относишься к детям? — спросил он, стараясь понять ее до конца.

— Никак. Они есть и есть. Вот и все.

— Но если бы они у тебя были…

— Не были бы.

— Почему ты так уверена?

— Потому что я не могу их иметь, — сглотнула она и отвела взгляд.

Понимая, что зашел слишком далеко, наемник решил сменить тему.

— Ты ему поддавалась? — чуть толкнул плечом. — Джеймсу.

— Да, — лукаво улыбнулась ищейка.

— Зачем?

— Хотела убедиться, что ты и правда ревнуешь. Убедилась, — зубы оскалились.

— Довольна? — Хамфри игриво прищурился.

— Более чем.

— А как прошел твой день?

— Он не такой интересный, как твой, — Эшли вновь отвела взгляд.

— Но все же?

— Инсценировала самоубийство одной девушки.

— Вот как… И что она натворила?

— Пыталась шантажировать очень серьезного дядю, который привык решать свои проблемы чужими руками, — поднялась с места, Бен повторил за ней. — Пойдем?

— Пойдем. А куда?

— Куда хочешь. Можем ко мне, можем к тебе. Хотя это почти одно и то же.

— Идем, — он жестом предложил ей идти первой. — А хотя… стой, — взял за руку и притянул к себе. — Весь день мечтал об этом, — прошептал наемник, едва коснувшись ее губ своими. Кеннет улыбнулась и прижалась сильнее.

Через десять минут они уже были в его комнате.

— Можем просто полежать? — спросила она, взглянув на него с внезапной грустью.

Не раздеваясь, опустились на кровать. Она прильнула к нему, положив голову и ладонь на грудь. Тишина в комнате звенела, как натянутая струна.

— Эшли? — едва слышно произнес Хамфри, приглаживая белые шелковые волосы.

— Я так устала, — прошептала она, касаясь его груди кончиками пальцев. Слова сорвались с губ неожиданно, словно признание, которого она сама от себя не ждала. — Устала бежать, устала притворяться, носить маски, играть роли… Иногда мне кажется, Хантер был прав, сделав меня такой. Когда я была просто Банши, только ею, мне не нужно было ничего решать, ни о чем думать — просто жить и убивать. А сейчас…
— Это не жизнь, Эшли, — перебил он голосом, полным убеждения. — Даже не смей думать, что он прав.

— Но это так. Тогда были лишь примитивные эмоции, вернее, их отсутствие. И мне было… хорошо.

— Что заставляет тебя так думать?

— То, что я никогда не лежала вот так с мужчиной. Не пыталась угадать, что он обо мне думает. Было все равно. Но сейчас… — она подняла голову, ища его черные глаза. — Видишь, что со мной происходит? Это не я. Я не должна так себя вести.

— Ты особенная, — Бен нежно коснулся ладонью ее подбородка. — Ты невероятная, Эшли Кеннет. Только ты смогла пробить ту стену, которую я воздвиг вокруг себя. С тобой я снова чувствую то, что, казалось, навсегда утрачено.

— Бен…

— Послушай, да, понимаю твой страх. Ты боишься, что Хантер причинит нам боль. Но мы уничтожим его первыми, слышишь?

— Я сомневаюсь, что его можно уничтожить, — карамельные глаза вновь опустились на грудь мужчины.

— А ты пыталась? Ты только бежала. Но теперь готова бороться. И я помогу.

— Ты должен понять… Чем ближе мы к нему, тем больше тайн из моей прошлой жизни откроется. Я не могу…

— Боишься, что я узнаю что-то такое? Что ты совершила что-то ужасное? Единственное, чего я не смогу простить — это если ты причиняла вред детям.

— Нет, этого не было. И то, просто не было таких заказов, — она отвернулась, и Бен обнял ее со спины, прижимая к себе. — До двадцати одного года я была абсолютно управляема. Могла делать все, что переходит грань… морали.

— Что случилось? Почему ты ушла?

— Я, — ищейка сделала паузу и выдохнула, — не знаю.

Хамфри почувствовал, что сейчас она не готова говорить, лишь обнял крепче. Так они и заснули, не размыкая объятий, до самого утра.