Глава 7. Ностальгия и угрозы
____от Третьего лица___
Наступила суббота.
Каждую пятницу вечером Аэ возвращался в родной дом. По субботам он обычно просыпался около 4:30 утра, чтобы совершить пробежку на свежем воздухе. Затем он помогал матери собрать вещи для подношений и раздачи еды монахам, которые проходили мимо их дома. После этого он принимал душ и приступал к домашним делам.
Таков был его привычный распорядок дня по выходным.
Дом Аэ представлял собой здание, первый этаж которого занимал ресторан. После того как старший брат Аэ уволился с прежней работы, он выкупил соседний дом и открыл там хозяйственный магазин. Поэтому, когда Аэ бывал дома, ему приходилось постоянно бегать из одного здания в другое, помогая семье по хозяйству.
- Дядя Аэ...
Дома, самыми счастливыми моментами для него было время, проведенное со своей племянницей Йим, которой было почти два года.
Девочка сидела на руках своей матери, когда Аэ услышал ее и сразу же спустился вниз по лестнице.
- Сначала нужно поздороваться с дядей, хорошо? - напомнила Нэт своей дочери.
Малышка Йим звонко поприветствовала его и забавно коснулась своих щек. Аэ широко улыбнулся и, не удержавшись, нежно обхватил её пухлые щечки обеими руками.
- А-а-а... - девочка обиженно всхлипнула, пытаясь прикрыть лицо ладошками. - Не трогай.
У Йим всегда были такие умильно надутые губки, что он просто не мог пройти мимо и не потискать её.
- Твоего дяди сто лет не было дома. Ты что, совсем по нему не соскучилась? - спросил он, снова попытавшись легонько ущипнуть её за щеку.
В ответ Йим решительно закрыла лицо руками и уткнулась головой в плечо матери, всем своим видом показывая: "Мой дядя меня донимает!"
- Ну как ей не скучать по тебе? Она постоянно тебя ищет и ждет, - с улыбкой ответила Нэт, глядя на дочь.Было очевидно, что маленькая девочка просто немного дулась на дядю за то, что тот слишком долго отсутствовал.
Зная, что Йим терпеть не может, когда трогают её щеки, Аэ намеренно подзадорил её: - Ладно, если не даешь мне свои щечки, твой дядя найдет чьи-нибудь другие. Они ведь такие же мягкие, как у тебя!
Ее глаза широко раскрылись, и она во все глаза уставилась на дядю. Несмотря на то что Йим было всего два года, она прекрасно поняла, что он сказал. Малышка выглядела по-настоящему несчастной и обиженно поджала губы - кажется, ее не на шутку встревожило известие о том, что дядя теперь может любить кого-то больше, чем ее.
Йим обреченно опустила голову: - А-а, целуй!
Девочка милостиво позволила дяде поцеловать себя в обе щеки. В конце концов она весело рассмеялась, и недавнее беспокойство мгновенно испарилось с ее личика.
- Как весело! Дядя Аэ, давай обнимемся! - она доверчиво протянула ручки, и Аэ подхватил ее. Со стороны было трудно представить, что кто-то настолько крепкий и сильный может так бережно и нежно держать на руках маленького ребенка.
- Хм, интересно... и кому же принадлежат те самые мягкие щечки? - огорошила его невестка, хитро прищурившись. - Ты проучился в универе всего несколько месяцев, а у тебя уже появилась девушка?
Аэ лишь глупо улыбнулся в ответ и пробормотал: - Нет, мы просто друзья.
- Ну-ну. Если кто-то позволяет тебе вот так запросто касаться своего лица, значит, между вами определенно есть что-то особенное, - заключила Нэт. Теперь ей не терпелось поскорее рассказать обо всем мужу.
Футболист нахмурился. Он понимал, что прикасаться к щекам другого парня было необычно, но Пит казался таким беззащитным и милым, что Аэ делал это неосознанно. Он убеждал себя, что это вовсе не из-за каких-то глубоких чувств.
- Это что, так странно? - вырвалось у него.
- Не знаю, как это принято у вашего поколения, но когда я училась... я бы не позволила кому-то так просто трогать своё лицо, - отозвалась Нэт. - Ладно, посиди с Йим немного. Она ждала тебя всё утро и капризничала с самой ночи. А я пойду помогу маме на кухне.
- Хорошо, - ответил он, провожая взглядом её скрывшуюся в дверях фигуру.
Слова невестки никак не выходили у него из головы.
А что, если это мужчина? Это все так же странно?
Парень, который никогда не был влюблен, не мог контролировать свое сердце. От этих мыслей у него ослабли колени и ему пришлось сесть на пол, все еще думая об этом.
- Аэ, я скучала по тебе, - маленькая девочка постаралась выговорить каждое слово как можно четче, крепко обнимая дядю обеими руками.
Он засмотрелся на малышку, подмечая каждую деталь: огромные любопытные глаза, розовые щечки, мягкие губы и копну растрепанных волос.
- Я тоже скучал по тебе.
- Правда?
Мало-помалу Аэ начинал сомневаться в собственных словах. Честно говоря, последние две недели все его мысли занимал совсем другой человек. Его лицо прочно запечатлелось в памяти, и Аэ никак не мог перестать о нем думать.
У него такое же милое лицо, как у нее...
Он думал о Пите, даже когда шутливо хватал племянницу за щеки, а та со смехом пыталась увернуться. Неосознанно Аэ произнес, обращаясь к Йим: - У меня есть друг... У него такое же нежное личико, как у тебя. И кожа такая же светлая, чистая. Даже губы у него такого же мягкого, персикового оттенка, как твои.
- Друг? - послушно повторила племянница, пока он усаживал её к себе на колени.
Йим весело зашлась смехом, когда Аэ подхватил её и поднял высоко в воздух, изображая самолет. Девочка сияла от счастья - в отличие от своего дяди, чей разум был полностью поглощен образом другого человека.
- Да, - прошептал он, словно признаваясь в чем-то сокровенном самому себе. - Когда я говорю о нем, мне снова хочется коснуться его щек. У него такие же мягкие руки... и волосы. К нему так приятно прикасаться.
- Подними выше, дядя Аэ! - громко закричала Йим, совершенно не вникая в слова дяди.
Единственное, что имело для неё значение в тот момент - это взлететь как можно выше. Аэ послушно выполнял её просьбу, но, глядя на племянницу, он всё яснее видел перед собой совсем другое лицо.
То, что я чувствую к нему - это то же самое, что я чувствую к Йим? Просто потому, что он такой же милый?
Он продолжал убеждать себя, что Пит слишком хрупкий, почти беззащитный, и именно поэтому у него возникало это стихийное желание всегда быть рядом и оберегать его. Но он никак не мог взять в толк, почему потребность видеть Пита стала такой острой, почти физической.
Я что, действительно по нему скучаю? Или это просто из-за того, что мы не виделись пару дней?
Действительно, вчерашний день пошел наперекосяк. Пит не смог прийти на завтрак, а в обед у него возникли какие-то дела с однокурсниками. Вечером Аэ получил лишь короткое сообщение в Line, где Пит просто отчитался, что добрался до дома и он в безопасности. (*ПП: Line - социальная сеть в странах Азии)
Или я просто волнуюсь? Да, точно, это просто беспокойство за него...
Так он думал про себя, присаживаясь на корточки, чтобы опустить Йим на пол. Но девочка тут же закапризничала и снова закричала, требуя, чтобы дядя немедленно поднял её выше.
- Твоему дяде нужно ненадолго позвонить своему другу, - сказал Аэ, пытаясь высвободиться из цепких детских объятий.
- Тогда я тоже хочу поговорить с ним, - заявила Йим, с любопытством уставившись на его телефон.
Аэ лишь рассмеялся, не в силах отказать этой маленькой разбойнице. Он набрал номер, поудобнее пристраивая племянницу у себя на коленях.
- Ах... Аэ? Привет, - послышался на другом конце провода тихий, чуть прерывистый голос, от которого у футболиста внутри всё странно екнуло.
- Эй, я тебя не отвлекаю? Ты что, еще не спишь? - спросил Аэ в своей обычной непринужденной манере, которую позволял себе только с самыми близкими друзьями.
- Дядя! Ты совсем не вежливый! Я всё папе расскажу! - встряла Йим прежде, чем Пит успел что-то ответить.
Аэ взглянул на племянницу и невольно улыбнулся: - Да, дядя ошибся. И что же мне сделать, чтобы Йим на меня не сердилась?
- Вот это! - маленькая девочка внезапно развернулась и звонко шлепнула ладошкой по его губам. Она не раз видела, как мама делала то же самое с папой, когда тот говорил что-то грубое или лишнее.
- Эм... Аэ, кто это? - робко спросил Пит, явно сбитый с толку внезапным шумом и детским голосом.
- Это моя племяха, - буркнул Аэ, используя в разговоре с Питом свои привычные грубоватые словечки.
- Ты снова так сказал! - Йим, не теряя бдительности, вновь звонко шлепала его по губам.
Несмотря на то что между близкими родственниками такие вольности в речи были допустимы, малышка твердо вознамерилась перевоспитать дядю. Аэ никогда не утруждал себя официальным тоном в общении с Питом, но под строгим взором племянницы ему стало не по себе, и он нехотя исправился: - Это моя племянница... Ну что, теперь довольна, Йим?
Девочка расплылась в довольной улыбке. В это же самое время на другом конце провода Пит лежал в своей постели, до белизны в костяшках сжимая телефон. Услышав голос Аэ, он почувствовал, как сердце на мгновение замерло, а затем пустилось вскач. Воспоминания о словах, сказанных Аэ после ужина у лапшичной, всё еще не давали ему покоя, заставляя душу трепетать от необъяснимого волнения. Но в одном он был уверен точно: он отчаянно скучал.
Интересно, Аэ сейчас улыбается?
- Эмм... Пит... я хотел сказать... В общем, я чего звоню-то... - Аэ замялся, подбирая слова. - Хотел спросить... У тебя там всё нормально?
Аэ готов был размозжить себе голову об стену от собственной неловкости. Маленькая Йим с невинным любопытством наблюдала за каждым его движением, и из-за этого он никак не мог вернуться к своему обычному, непринужденному стилю общения.
Пит замер, не веря своим ушам. Аэ никогда не разговаривал с ним так вежливо и официально, и этот новый тон заставлял сердце биться еще чаще.
- Ммм... я в порядке, Аэ, - тихо ответил Пит, стараясь, чтобы его голос не дрожал от волнения.
- Тогда я рад, что у тебя все хорошо... Йим... Погоди, дядя сейчас разговаривает... - послышался шум на том конце провода. Маленькая девочка настойчиво тянула ручонку, пытаясь отобрать у Аэ телефон.
- Я тоже хочу поговорить! - заявила она, не терпя возражений.
И как, по-вашему, должен был поступить человек, который души не чаял в своей племяннице? Разумеется, Аэ сдался и передал ей трубку.
- Здравствуйте, меня зовут Йим. Я дочь моей мамы Нэт и моего папы О, - выпалила малышка, старательно выговаривая каждое слово.
Пит невольно улыбнулся, услышав этот забавный, почти неразборчивый голосок. Он давно мечтал познакомиться с племянницей Аэ, о которой тот всегда рассказывал с такой теплотой.
- Привет, Йим. А меня зовут Пит.
- Пи-и-ит, - протянула девочка, пробуя имя на вкус.
- Нет, так нельзя, - тут же вмешался Аэ, чей голос теперь звучал где-то на фоне. - Ты не можешь называть его просто по имени. Ты должна говорить "дядя Пит".
Малышка послушно выслушала наставление и тут же исправилась: - Дядя Пит!
- Умничка! - Аэ в награду принялся осыпать племянницу поцелуями, от которых Йим со смехом пыталась увернуться.
Шумная возня между дядей и его племянницей заставила Пита рассмеяться. Он уткнулся лицом в подушку, чувствуя, как внутри всё затапливает нежностью.
Но внезапно и Пит, и Аэ замерли, услышав звонкий голосок девочки: Дядя Пит, а дядя Аэ сказал, что очень по тебе скучает!
- Эй! - глаза Аэ округлились от шока. Он никак не ожидал от Йим такого разоблачения. - Когда это я такое говорил?!
- Он очень-очень скучает по тебе, - не унималась малышка, сияя от гордости за свои познания. - Дядя Аэ очень хочет увидеть дядю Пита!
Серьезно, ну когда я успел это ляпнуть?
Он замер с открытым ртом. В любой другой ситуации эти слова не имели бы значения - он бы просто отшутился или рассмеялся. Но сейчас, сам не понимая почему, Аэ мгновенно вспыхнул до самых кончиков ушей. Стоило племяннице произнести это вслух, как невинная детская болтовня превратилась в оглушительное признание.
Он резко выхватил телефон и выпалил: - Извини, я отключаюсь!
Это было всё, что он смог выдавить из себя перед тем, как нажать на отбой. Аэ оставалось только беспомощно смотреть на заливающуюся смехом племянницу, не зная, то ли ему смеяться вместе с ней, то ли просто закрыть лицо руками от смущения.
В этот самый момент в комнату вошла Нэт.
- Мама, а дядя говорил нехорошие слова! - тут же донесла на него дочка.
То, что она сказала Питу... Почему я чувствую себя так необычно из-за этого?...
Виновник "преступления" мгновенно зажал рот ладонью, не давая племяннице разболтать лишнего.
Но мысли Аэ были уже далеко от обвинений Йим. То, что она только что выпалила Питу...
Почему я чувствую себя так странно из-за этого?
***
В то же время человек на другом конце провода замер, прижимая телефон к уху и глядя в пустоту. Эти слова эхом отдавались в его сознании, заглушая все остальные звуки.
Пит, всё еще лежавший в постели, с головой зарылся в одеяло, словно пытаясь спрятаться от собственного смущения. Его лицо пылало, а пальцы до белизны сжимали трубку.
- Дядя Пит, дядя Аэ сказал, что очень по тебе скучает...
- Дядя Аэ сказал, что очень по тебе скучает...
- Он скучает по тебе...
Пит подумал, что если бы его щеки сейчас были сковородкой, на них можно было бы запросто поджарить яичницу - настолько горячей казалась кожа. Он чувствовал, как всё его тело горит от необъяснимого жара. Пит отчаянно пытался убедить себя, что маленькая девочка просто пошутила или что-то перепутала. Ведь Аэ никогда бы не сказал такого вслух, верно?
!!ААААААААААААААА!!! - беззвучно закричал он в подушку.
Улыбка сама собой расплывалась на его лице, и он не мог её сдержать.
Ты не должен придавать этому слишком большое значение, Пит. Не обманывай себя. Это просто твои фантазии. Это просто история двух друзей, - твердил он себе, но сердце совершенно его не слушалось. Если бы оно могло говорить, оно бы наверняка не шептало, а истошно вопило: "Я так счастлив! Я безмерно, бесконечно счастлив!"
- Я... Я тоже скучаю по тебе, Аэ, - прошептал он в темноту под одеялом и тут же снова смутился собственной смелости.
Когда он наконец заставил себя выбраться из постели, в голову ему пришла внезапная идея. Молодой господин, всё еще в пижаме, выбежал в коридор и поспешно спустился на первый этаж. На кухне он застал тетю Джиу, которая уже вовсю хлопотала над завтраком.
- Тетя Джиу, вы не могли бы сегодня научить меня готовить рисовый суп с креветками?
- Ох, но я уже почти всё приготовила... - женщина на мгновение отвлеклась от плиты. - Может быть, займемся этим в обед? Боже мой!
- Хм... хорошо, - Пит улыбнулся и обернулся к ней. Но стоило ему поймать на себе взгляд тети Джиу, как он вздрогнул от её внезапного, испуганного крика.
У меня что, слюни текут? Или я выгляжу как-то не так?
Тетя Джиу в мгновение ока оказалась рядом и встревоженно прижала ладонь к его лбу.
- Кхун Ну, вам нехорошо? У вас жар? Почему лицо такое пунцовое?!
Мальчик лишь растерянно моргал, глядя на женщину, которая уже начала лихорадочно соображать, где лежат аптечка и градусник. Он был слишком смущен, чтобы выдавить из себя хоть слово. Как он мог объяснить ей, что на самом деле абсолютно здоров, а его кожа пылает вовсе не от простуды, а от нескольких слов, сказанных детским голосом в телефонную трубку?
***
- Могу я присоединиться к тебе сегодня на завтрак?
В понедельник утром, проезжая по территории кампуса на своей машине, Пит всё-таки решился набрать номер Аэ. Ему потребовалось всё его мужество, чтобы сделать этот звонок. Он отчетливо помнил слова Аэ: если захочешь позавтракать вместе, просто позвони.
Пит не видел его целых два дня и невыносимо соскучился. Несмотря на то что занятия у него начинались только после обеда, он приехал в университет ни свет ни заря, лишь бы поскорее найти Аэ.
- Конечно. Ты сейчас где? - отозвался Аэ.
Казалось, он уже и думать забыл о том, что наговорила его племянница. Пит тоже решил не зацикливаться на этом происшествии, предпочтя сохранить те признания в памяти как чудесный, сказочный сон.
- Я как раз подъезжаю к парковке.
- Хорошо, подожди меня там. Я только приму душ, и поедем на моём велосипеде.
- Хорошо, - Пит повесил трубку и припарковал машину.
Он изо всех сил старался сдержать глупую улыбку, опасаясь, что прохожие заметят его странное воодушевление. Но тишину парковки внезапно нарушил громкий возглас.
- Пит!!!
- !!!
От неожиданности Пит вздрогнул. Перед ним, словно из-под земли, вырос высокий парень. Пит вежливо улыбнулся, припоминая этого человека.
- Ты... эээ...
- Я - Мани!
Пит помнил его имя, но всё еще не был уверен, как правильно к нему обращаться. Он лишь мягко улыбнулся, когда собеседник представился своим женским именем. Мистер Манофоб кокетливо рассмеялся и игриво качнулся всем телом. Его мысли явно были далеки от невинных - было бы странно, если бы он не засмотрелся на такого красавца, как Пит, который так очаровательно ему улыбался.
- Ох, что-то случилось?
- О, так ты хотел, чтобы между нами что-то случилось? Мне даже как-то неловко... - старшекурсник многозначительно поиграл бровями.
- ...
Пит совершенно не понял двусмысленного юмора, но от того, с какой силой Мани вцепился в его плечо, ему стало не по себе. Он вежливо отступил на шаг. Пожалуй, во всем университете не нашлось бы никого более воспитанного, чем этот молодой человек в безупречно отглаженной студенческой форме.
- Ты что-то хотела, Мани? - Пит мягко перефразировал свой вопрос, на случай если собеседник имел в виду что-то другое.
Он слышал, что этот студент третьего курса когда-то считался весьма симпатичным. Но его нынешний образ... Ах! Скажем так, он изменился. Совсем чуть-чуть!
- Пит... - протянул Мани, буквально повиснув на его плече. Со стороны это выглядело почти угрожающе.
Пит продолжал виновато улыбаться, хотя внутри у него всё сжималось от дискомфорта.
- Я должна тебя кое о чем спросить...
- !!!
- Эй!!!
Прежде чем Мани успел закончить фразу, пространство прорезал резкий, до боли знакомый голос. На плечо старшекурсника легла чья-то тяжелая рука, и не успел тот среагировать, как его с силой оттолкнули в сторону. Между Питом и опешившим Мани выросла широкая спина в спортивной куртке.
- Чего тебе надо от Пита?!
Мани резко обернулся, чтобы рассмотреть смельчака, который посмел его толкнуть. Перед ним стоял парень с отличной спортивной фигурой, пусть и не самого высокого роста. В его чертах определенно было что-то притягательное, но сейчас он наводил настоящий ужас своим свирепым взглядом и резкими манерами.
Боже мой! Я же леди! Как я могу не бояться этого грубияна!
Дрожащим голосом он воскликнул: - Что ты собираешься со мной сделать?! Я леди! Ты можешь хотя бы вести себя со мной как джентльмен?!
- !!!
Аэ даже подпрыгнул от неожиданности. Сначала он всерьез решил, что Пита снова кто-то преследует - именно поэтому у него было такое угрожающее выражение лица. Но человек перед ним явно не выглядел как физическая угроза.
- О... так ты катои... - с явным чувством вины пробормотал Аэ, осознав свою ошибку.
- Да! Я катои! Неужели я похож на того, кто задирает младших?! Ах ты, мелкий грубиян!
Бляя! Все, что я сказал, это "катои", а в ответ получил одну ушат ругани, - подумал Аэ, вздыхая.
- Прости, - он примирительно сложил ладони в жесте вай, надеясь утихомирить разбушевавшегося старшекурсника. - Я просто подумал, что к Питу кто-то пристает.
Мани всегда питал слабость к парням с хорошими манерами и правильным воспитанием, поэтому вежливое извинение "коротышки" мгновенно растопило его сердце. Тем не менее, для приличия он всё еще продолжал строить из себя глубоко оскорбленную особу.
Мани перевел взгляд на Пита, стоявшего за спиной своего невысокого защитника, и наконец перешел к делу: - Пит, я буду краток. Я хочу, чтобы ты присоединился к нашему организационному клубу по четвергам. Если, конечно, у тебя найдется свободное время. Это единственное, о чем я хотела тебя попросить, пока не влез этот ужасный человек!
Сказав это, Мани не забыл одарить Аэ испепеляющим взглядом, а затем снова расплылся в улыбке перед Питом.
- Организационый клуб? - переспросил Пит, явно сбитый с толку.
- Да! Это место, где такие красивые люди, как ты, собираются вместе, поют и общаются. Очевидно, что твой друг нашему клубу совершенно не подходит!
Аэ в замешательстве почесал затылок. Это было всего лишь минутное недоразумение - почему этот человек никак не мог оставить его в покое? Он снова тяжело вздохнул. Было ясно, что Мани вовсю намекает на его, скажем так, "недостаточную привлекательность". Но Аэ и сам никогда не претендовал на звание первого красавца!
- В этом семестре каждый четверг с шести до восьми вечера мы будем выступать на сцене с другими факультетами, - продолжал Мани.
Выслушав его, Пит, кажется, всерьез заинтересовался. Мани, почувствовав это, принялся убеждать молодого господина со всем возможным пылом: Не стоит недооценивать такие встречи! Обещаю, это будет невероятно весело. Мы сможем увидеть мероприятия инженерного и медицинского факультетов. А самое великолепное шоу подготовят студенты факультета искусств!
Честно говоря, единственное, что по-настоящему зацепило Пита в этой пламенной речи - это слова "инженерный факультет". Он молча посмотрел на плечо человека, который стоял перед ним и как раз учился на инженерном.
Я действительно хочу увидеть Аэ на сцене, - эта мысль окончательно перевесила все сомнения Пита.
- Что мне нужно сделать, если я решу присоединиться? - решительно спросил он.
- О, Боже мой! Боже мой! Так ты согласен?! - Мани едва не запрыгал от восторга. - Тогда отдай мне свое сердце и тело.... Э-э, то есть, ты можешь найти меня своим сердцем и телом в гашем штабе...
Мани торопливо вывалил на Пита подробности о работе клуба, расписании репетиций и организационных взносах. И прежде чем окончательно испариться с парковки, он не забыл бросить еще один "смертельный" взгляд в сторону Аэ.
Тот стоял рядом, скрестив руки на груди, и озадаченно размышлял: И как я вообще мог подумать, что кто-то подобный будет всерьез приставать к Питу? Он же просто... странный.
- Ты уверен, что этот тип тебе ничего не сделает? По-моему, он готов сожрать тебя заживо, - проворчал Аэ, когда Мани наконец скрылся из виду. От этого персонажа у него по коже бегали мурашки. Впрочем, судя по лицу Пита, у того тоже!
- Он хороший человек, Аэ. Я слышал, что многие отзываются о нем с большой теплотой. Пусть он и... немного пугающий, но и старшие, и младшие относятся к нему с огромным уважением, - мягко пояснил Пит.
Аэ не стал спорить. Он не то чтобы был о Мани плохого мнения, просто его прямолинейная натура не очень ладила с подобной эксцентричностью. Он подумал, что если бы Понд сейчас был рядом, он бы наверняка выдал что-то в своем репертуаре: "Надо иметь стальные нервы и уверенность, чтобы называть себя Мани при такой внешности!"
- Ладно, проехали. Пойдем уже, я проголодался как волк, - Аэ поспешил сменить тему.
Затем он позвал остальных друзей в кафетерий, и вся компания направилась на завтрак. Всё это время Аэ отчаянно пытался выкинуть из головы воскресный звонок и слова племянницы, но предательское сердце никак не желало успокаиваться. А глаза... глаза то и дело непроизвольно возвращались к щекам Пита, которые на утреннем солнце казались еще мягче и соблазнительнее.
Я точно схожу с ума. Почему мне так отчаянно хочется снова коснуться его лица?
В тот самый момент ни один из них не подозревал, что за Питом всё это время наблюдали.
Тень на краю парковки замерла еще в тот момент, когда Мани только подошел к Питу. Незнакомец видел всё: и нелепое приставание старшекурсника, и то, как "карлик-футболист" коршуном бросился на защиту, закрывая Пита собой. Он не осмелился показаться - стало очевидно, что теперь добраться до "золотого мальчика" будет гораздо сложнее, чем раньше.
Однако незнакомец отчетливо слышал каждое слово. Каждое обещание Мани. Каждую деталь о расписании клуба.
Значит, у меня всё еще есть шанс в четверг... - пронеслось в его голове, и на губах заиграла недоброжелательная усмешка.
До скорой встречи, Пит.
***
Первая встреча клуба прошла намного веселее, чем ожидал Пит. Он встретил так много новых людей, и живое общение между старшекурсниками и новичками то и дело заставляло его искренне смеяться. Атмосфера была легкой и творческой, совсем не похожей на строгие лекции.
- Пит, вот тексты песен. Если возникнут вопросы - спрашивай в любое время. Я научу тебя всему лично, с глазу на глаз, - Манофоб снова принялся открыто флиртовать, опасно придвигаясь к парню.
- Спасибо, - Пит ответил своей фирменной вежливой и обезоруживающе милой улыбкой.
Катои тут же картинно схватился за сердце, причитая, что такая красота - это просто преступление, и Пит слишком сильно его соблазняет.
- Боже милостивый! Пит, Пит... - после того как Манофоб вручил ему папку, у всех случайных свидетелей этой сцены брови поползли вверх, а по коже пробежали мурашки от такой эксцентричности.
- Посмотрите-ка туда. Наша "красотка" снова вышла на охоту! - послышался приглушенный смех из толпы студентов.
- Пит, душа моя, я никак не могу привыкнуть называть тебя просто по имени... Можно я придумаю тебе какое-нибудь особенное прозвище?
- Старшая сестра, этот подкат уже сто лет как не в тренде! - выкрикнул кто-то из той же группы ребят, подтрунивая над Манофоб.
Но катои это нисколько не смутило - его взгляд, полный обожания и предвкушения, был намертво прикован только к Питу.
- Я же говорила тебе, что никак не могу привыкнуть к простому "Пит". Можно я буду называть тебя "моя любовь"? - Манофоб картинно игнорировал смешки вокруг, сосредоточив всё своё обожание на смущенном первокурснике.
- Боже, неужели тебе совсем не стыдно? Эта фраза безнадежно устарела! - снова донесся чей-то язвительный голос из толпы.
В этот момент к ним, словно на запах добычи, подтянулись и другие катои. Пит мгновенно оказался в эпицентре настоящего перекрестного огня их шумного флирта.
- О-о-о-о... Я хочу себе такого мужа, как Пит! - пропела одна из "сестер", всплеснув руками.
- Твой предыдущий "новый муж" что, уже успел скончаться? - тут же подколола её подруга.
- Я только сказала, что хочу! Как у тебя язык повернулся такое ляпнуть, сестренка? Но он ведь и правда слишком хорош! Таким мужчиной нужно делиться со всем миром!
В рядах старших сестер-катои начался настоящий переполох и шуточный раздор. Пока они были заняты выяснением, кто имеет больше прав на внимание "золотого мальчика", главный герой их разборок решил, что пришло время вежливо откланяться. И вовсе не потому, что он их испугался - просто у Пита на это время уже было назначено самое важное свидание.
- Извините, мне пора идти. Доброй ночи! - Пит вежливо поклонился, стараясь не привлекать лишнего внимания к своему поспешному бегству.
- Видишь? Это всё из-за тебя! Пит уходит, потому что ты его спугнула! - донеслось ему в спину.
- Почему это моя вина? Это все из-за тебя, сучка!
Пит, не дожидаясь финала этой баталии, прижал к груди папки с материалами и почти выбежал из зала. Часы показывали ровно восемь вечера. Он не был уверен, закончилась ли тренировка Аэ, поэтому он решил подождать его на парковке.
Но стоило ему свернуть в неосвещенный коридор, как пространство прорезал голос, от которого внутри всё заледенело.
- Привет, Пит.
Пита пробрал мгновенный, парализующий озноб. Он медленно обернулся и увидел Трампа, стоявшего всего в паре шагов. Тот выглядел пугающе: от былой холености не осталось и следа. Лицо осунулось, глаза опухли от недосыпа, а подбородок зарос неопрятной щетиной. Весь его вид так и транслировал отчаяние и скрытую агрессию.
- О-ох!!! - вскрикнул Пит, когда его тело внезапно с силой прижали к холодной стене.
Он до боли прикусил губу, чувствуя, как лопатки отозвались резкой болью от удара о бетон. Трамп навис над ним, и от него пахло табаком и чем-то неприятно-тревожным.
- Мне нужны деньги! Живо! - прошипел он прямо в лицо Питу.
- Я... я ничего тебе не дам, - выдохнул Пит, преодолевая подступившую к горлу тошноту.
Несмотря на страх, внутри него что-то надломилось - он больше не хотел быть безвольной жертвой. Он лихорадочно оглядывался по сторонам, надеясь увидеть патрульного охранника или случайного студента, но коридор, ведущий к парковке, в этот час был пуст. Ему оставалось только смотреть в глаза этому человеку, который когда-то казался ему привлекательным, а теперь вызывал лишь омерзение.
- Я знаю, что у тебя есть деньги! - Трамп ощутимо встряхнул Пита, заставляя того еще сильнее вжаться в стену.
- У меня их нет. Ты же знаешь, что я всего лишь студент. Откуда у меня могут быть такие суммы? - голос Пита дрожал, но в нем больше не было той слепой покорности, что раньше. Он отчаянно цеплялся за остатки самообладания.
Трамп шумно выдохнул, почти рыча от бессилия. Видимо, осознав, что грубая сила сейчас не поможет вытрясти из Пита ни бата, он резко сменил тактику. Его лицо, до этого искаженное злобой, вдруг обмякло, принимая выражение виноватой мольбы.
- Пит... Послушай, мне правда очень нужны деньги. Прости меня за всё, что я творил раньше. Пожалуйста... Считай, что ты просто одалживаешь их мне. Я всё верну, клянусь.
Трамп заговорил тем самым вкрадчивым, "сладким" голосом, которым когда-то так легко очаровал неопытного Пита. Но воспоминания о предательстве были слишком свежи и болезненны. Пит видел его насквозь: Трамп был хитер, как змея. Если бы не прижавшие его долги, он бы никогда не снизошел до такого любезного тона.
Но Пит уже всё для себя решил. Он больше не даст этому человеку ни гроша.
- Ты и так забрал у меня тысячи! - выкрикнул он, и в его голосе прорезалась неожиданная твердость.
Каждый раз, когда он давал ему деньги в прошлом, это были тысячи батов. Общая сумма уже исчислялась сотнями тысяч.
- Триста тысяч... Нет, двести тысяч! Просто дай мне двести тысяч батов, и клянусь, я больше никогда тебя не побеспокою! - Трамп выплюнул эти цифры, лихорадочно блестя глазами. (*ПП: 200 тыс. бат - около 500 тыс. руб)
Для него это был вопрос выживания, но Пит, глядя на него, чувствовал лишь горькую жалость. Он не был дураком и прекрасно понимал: стоит один раз поддаться на шантаж, и Трамп превратит его жизнь в бесконечный кошмар, возвращаясь снова и снова.
Но была и другая мысль, которая жгла сердце Пита сильнее страха. Если он снова проявит слабость и отдаст деньги... Аэ. Аэ, который так яростно защищал его честь, точно не простит ему этого малодушия. Пит просто не мог разочаровать человека, который стал для него целым миром.
- У меня нет денег! - отрезал Пит.
- Лжёшь! Не верю! - лицо Трампа исказилось, на виске вздулась вена. Он сорвался на крик, до боли сжимая плечи Пита и встряхивая его, как тряпичную куклу.
Пит старался дышать ровно, подавляя подступающую панику. Он медленно, чеканя каждое слово, произнес: - У меня действительно их нет. Возможно, они есть у моей мамы, но я всего лишь студент. Она никогда не выдаст мне такую сумму без объяснения причин.
Трамп вдруг затих. Он медленно приблизил свое лицо к лицу Пита, обдавая его тяжелым дыханием. Его взгляд внезапно изменился, стал пугающе мягким, почти нежным - тем самым, которым он когда-то заставил Пита поверить в сказку.
- Я же знаю, что у тебя есть деньги, малыш... На твоем счету лежат миллионы, - прошептал он, почти касаясь губами уха Пита. - Не жадничай. Помоги старому другу, и мы забудем всё это как страшный сон.
- Помог...ииит... - сорвалось с губ Пита, но крик захлебнулся.
*удар*
У Пита не было времени позвать на помощь. Тяжелый удар в живот мгновенно выбил из него весь воздух, заставив тело обмякнуть и сложиться пополам. Он попытался широко открыть глаза, судорожно хватая ртом пустоту, но всё, что он чувствовал - это обжигающая, парализующая боль, которая ядовитой змеей поползла по каждой клеточке его тела. Он никогда раньше не испытывал ничего подобного.
Трамп, ослепленный яростью и отчаянием, нанес еще один удар. Пит тяжело рухнул на холодный бетон. Сознание поплыло, окружающий мир превратился в смазанное пятно. Он больше не мог пошевелиться, не мог даже выдавить из себя звук - в тишине пустого коридора был слышен только его хриплый, прерывистый вдох.
- Ты сам виноват! - прорычал Трамп, возвышаясь над ним. Его лицо дергалось от нервного тика. - Ты не оставил мне выбора! Просто отдай деньги, и всё закончится!
______________________________
Если вам понравилась глава, не забудьте поставить⭐️☺️