Глава 73. Артём
С ним явно творилось что-то неладное, он был на грани, но мне, по большому счёту, было на это плевать. Моей единственной целью было вскрыть его гнилое нутро, надавить на каждую кровоточащую рану и заставить его захлебнуться собственными страданиями.
– Я не знаю, как так вышло, что ты с моей матерью... оказались вместе, но Ева – твоя дочь. Без вариантов. Я сделал тест ДНК, и результаты не оставляют сомнений: она и Кирилл – кровные брат и сестра. Понимаешь, дядя? Оба твоих ребёнка. Оба мертвы из-за твоих грязных игр и грёбаных выборов. И этот груз теперь на твоей совести, до конца твоих никчёмных дней!
– Нет, нет, нет, этого не может быть! – продолжал он выть в трубку, отрицая очевидное, но я уже слышал в его голосе трещину – сомнение, животный страх перед правдой, которая обрушилась на него. И в этом было извращённое, но такое сладкое утешение для моей разорванной души.
– А может, и смерть моей матери тоже на твоих руках, а, дядя? – не отступал я, идя напролом. – Может, отец её прикончил, когда узнал, что она наставила ему рога с его же родным братом, да ещё и родила от него? Или это ты сам её убрал? Из ревности, а?
– Нет, я... я не убивал её, а Кирилл... Нет, он никак не мог узнать... об этом никто... – заикался Иван, голос срывался. – Никто не знал.
– Где ты, Иван? Хватит прятаться, как последняя шавка. Будь мужиком, приди и прими то, что заслужил. Ты носишь фамилию Викторовых, так веди себя соответственно, а не как трусливая крыса.
– Нет, это всё ты! Это всё твой отец виноват! И ты! Всё это дерьмо из-за вас! – мой дядя окончательно слетел с катушек, его крик был полон бессильной злобы. – Если бы не вы, всё было бы иначе! Совсем иначе! Я бы был с Алисой, мы бы растили наших детей! Кирилл был бы жив и занял бы своё законное место – место Пахана! Но теперь его нет! И в этом виноват ты и твой ирландский дружок! А Еву... Еву убили не из-за меня! Её убили по твоей вине! Она была с тобой, рядом с тобой, и ты, сука, не смог её защитить!
– Иван, ты что, совсем умом тронулся?! – прорычал я, уже не в силах сдерживать рвущийся наружу гнев. – Да, я не уберёг её, не смог! Но это ваш грёбаный стрелок, урод, которого вы наняли, промахнулся и попал в неё! Если бы вы с Денаром не жаждали грёбаной власти, которая вам никогда не принадлежала и не будет, никто бы не погиб! Ни Ева, ни Кирилл!
– Нет, ты не спихнёшь всю вину на меня, Артём! – он почти шипел от ненависти. – Ты ответишь за их смерть, за каждого! Я отберу у тебя всё: твой сон, твоих людей, Братву, твой грёбаный Нью-Йорк! Ты останешься один и без гроша в кармане. В твоей жизни слишком много слабых мест, племянничек. И я ударю по каждому.
На этих словах Иван отключился. И на мгновение меня действительно прошиб холодный пот – не за себя, за Лиану, за нашего ещё не рождённого ребёнка, за Феликса. Образы один страшнее другого мелькнули перед глазами. Но я тут же сжал кулаки, впиваясь ногтями в ладони.
Нет. Не позволю этому дерьму взять верх. Хладнокровие. Сейчас только оно поможет защитить тех, кто мне дорог, и опередить любую его гнилую выходку.
Глубокий, рваный вдох, и я заставил себя отодвинуть тревогу на задворки сознания. Я резко развернулся. Хакер смотрел на меня с довольной ухмылкой, а в его глазах отражалась ярость и решимость.
– Мы засекли его.
– Молодец. Выдвигаемся немедленно! – скомандовал я, и губы сами собой растянулись в хищном оскале. Адреналин ударил в кровь, горячей волной прокатываясь по телу, сердце заколотилось, отбивая бешеный ритм.
Вот он, момент.
Точка невозврата.
Либо мы его, либо он нас.
Одним быстрым движением я выхватил из-под куртки свой верный Глок, проверил магазин, дослал патрон в патронник – привычные, отточенные до автоматизма действия – и убрал его обратно. В этот момент ко мне подошёл Киллиан. Тяжёлая рука легла мне на плечо – молчаливая поддержка, которая стоила тысячи слов. Наши взгляды встретились, и в этом мгновении было всё: понимание, доверие, общая цель.
– Ты готов? – голос у него был ровный, но я уловил в нём скрытое напряжение.
– Разделать этого старого ублюдка на куски? Всегда готов, – ответил я, глядя ему прямо в глаза. В его взгляде я увидел ту же непримиримую ярость, ту же готовность идти до конца, что пожирала и меня. Внутри разлилась мрачная уверенность: я защищу свою семью, чего бы это ни стоило и перегрызу глотку любому, кто встанет на пути.
– Я знаю, каково это – убить родную кровь, – произнёс Гриффин, и его голос, обычно такой невозмутимый, сейчас звучал непривычно тяжело и серьёзно. – Но Иван... заслужил сдохнуть медленно, как последняя крыса, на своей шкуре прочувствовать каждую секунду боли, что он принёс другим.
– Он будет умолять меня прикончить его, ещё до того, как я по-настоящему начну, – отрезал я, коротко кивнув Киллиану в знак благодарности.
Иван ответит за всё. И за Феликса тоже. Мой лучший друг сейчас отходил от пыток, которые ему устроили, и одна эта мысль взрывалась внутри слепой яростью, заставляя кровь стучать в висках. Пусть Киллиан и был сейчас надёжным щитом, его присутствие лишь острее напоминало об отсутствие Феликса. Но именно это и подстёгивало ярость.
Сейчас наша связь с Киллианом, скреплённая общей целью и ненавистью, была крепка как никогда. Он был здесь, со мной, и это значило больше, чем любые слова. Но та звериная жажда мести, что скручивала нутро, требовала моего личного участия в каждой секунде грядущей расправы. Это моя война. И только я мог довести её до конца, утопив предателей в их собственном дерьме, чтобы отомстить за каждого, кого они посмели тронуть и защитить тех, кто мне дорог.
– Поохотимся? – бросил я, и на губах сама собой появилась злая ухмылка. Адреналин уже бил в голову тяжёлыми волнами, а мышцы зудели от нетерпения.
Киллиан молча кивнул, и мы двинулись к выходу. Но когда я потянулся к двери машины, которая ждала нас, по спине пробежал ледяной озноб – то самое животное предчувствие, которое никогда не обманывало.
«Мы только что шагнули в пекло, – пронеслось в голове, когда я сел на пассажирское сиденье. – И это, чёрт возьми, только начало».