Глава 38. Артём
Вернувшись в свою комнату, я чувствовал, как адреналин всё ещё пульсирует в моих венах. Внутри всё бурлило, клокотало, как лава в жерле вулкана, грозясь вырваться наружу.
Что я тут делаю? Зачем я приезжаю в этот грёбаный пентхаус день за днём? Зачем подвергаю себя пытке?
Внутренний голос ехидно издевался надо мной:
Ты прекрасно знаешь ответ, Артём. Из-за неё! Ты беспокоишься за её здоровье, за её безопасность... поэтому каждую ночь приходишь сюда и сидишь рядом с её кроватью, пока она спит.
– Твою мать! – выругался я сквозь зубы, с силой срывая с себя рубашку, галстук, пиджак. Мне срочно нужен был холодный душ, чтобы остудить разгорячённую кожу, чтобы привести свои мысли в порядок, чтобы хоть немного взять себя в руки, вернуть контроль. Я Пахан, чёрт возьми! И мне следует сконцентрироваться на делах Братвы, на поиске того, кто заказал меня, кто хочет моей смерти. Я должен думать о безопасности, о стратегии, о власти... а не о...
– О ней... – пробормотал я, сжимая кулаки. – Я должен перестать думать о ней двадцать четыре на семь. Это опасно. Для нас обоих.
Зайдя в душевую кабину, я включил ледяную воду и встал под струи, которые хлестали по моему телу, подобно кнутам, обжигая холодом. Я пытался сконцентрироваться на прохладе, на физических ощущениях, но воспоминания о нашей страстной ночи, о той близости, которую мы разделили, о том, как она выгибалась подо мной, как шептала моё имя, проникали в каждую клеточку тела, разжигая во мне огонь, который я так старательно пытался потушить. Я чувствовал, как дыхание учащается, как бешено колотится сердце, как напрягается тело, как член наливается кровью и утолщается. Перед глазами мелькали образы с той ночи: её взгляд, полный желания и какой-то робкой нежности, её губы, которые прижимались к моим с такой жаждой, её прикосновения, которые обжигали кожу, её стоны, которые до сих пор звучали в ушах...
– Blyad'! – выругался я, ударив кулаком по кафельной плитке на стене. Острая боль пронзила руку, но это было ничто по сравнению с тем пожаром, который бушевал во мне.
Не в силах сопротивляться этому животному желанию и первобытной потребности, моя рука опустилась по телу, и я сжал напряжённый член. Сквозь плотно закрытые веки перед глазами возникли яркие, почти осязаемые воспоминания о нашей ночи: как Лиана извивалась под моим языком, выгибаясь навстречу прикосновениям, как её тело содрогалось у меня в руках, как она выкрикивала моё имя, срываясь на хриплые, страстные стоны. Я чувствовал, как в груди поднимается волна возбуждения, горячая и мощная, как цунами, грозясь смыть меня с лица земли. Бессознательно упёрся головой в холодную, гладкую стену, с силой сжал веки и начал двигать кулаком вверх-вниз, всё быстрее и настойчивее.
Но мне было катастрофически мало собственной руки и этих призрачных воспоминаний. Я хотел гораздо большего. Ощутить не свою мозолистую ладонь, а тугую, горячую киску Лианы, снова войти в неё, почувствовать, как её влажное лоно сжимает меня, как её тело отвечает на каждый мой толчок, как она стонет подо мной, теряясь во власти удовольствия... Разбушевавшийся разум, словно издеваясь надо мной, подкидывал всё новые, ещё более откровенные образы: Лиана на коленях передо мной, её пальцы скользят по влажной коже между ног, её глаза горят желанием, её красивые, полные губы окружают мою головку, посасывая её с жадностью...
Позвоночник содрогнулся от удовольствия, накатывающего волнами, оргазм подступал всё ближе. Мои движения ускорились, из груди вырвались хриплые стоны, смешанные с рычанием. Ещё несколько сильных, жёстких толчков... и я кончил, обливая кафель горячей спермой.
– Лиана! – простонал я, чувствуя краткую вспышку удовольствия. Но даже это не могло сравниться с тем, что я испытывал, когда был внутри неё, когда она принадлежала мне без остатка, когда мы были единым целым...
– Чёрт возьми! – выругался я, открыв глаза и с отвращением посмотрев на беспорядок, который устроил.
Сделав глубокий, резкий вдох, я, наконец, принял быстрый душ, смывая с себя следы своего безумия и слабости. Затем, наскоро вытеревшись полотенцем, направился в гардеробную, чтобы одеться. Нужно было чем-то занять голову, чем-то отвлечься от мыслей о Лиане... от желания, которое всё ещё тлело во мне, словно угли после пожара.
Но когда я вошёл в спальню, меня ждал Феликс. Его присутствие вызвало во мне волну раздражения.
– Что ты здесь забыл? – резко спросил я нахмурившись. Насколько я знал, его сейчас тут точно не должно быть.
– Я могу зайти позже. – ответил друг с дерзкой ухмылкой, многозначительно указав жестом на дверь в ванную.
– Ты сбрендил, Фел?
– Ой, не делай из меня дурака, – рассмеялся он, как будто всё это было грёбаной шуткой. – Я слышал твои стоны, друг мой. А значит, Лиана в ванной... только если там, конечно, не другая девушка.
Этот идиот издевался надо мной! Раздражение достигло предела, и я схватил первый предмет, который попался под руку – мой телефон – и с силой бросил его в Феликса.
– У тебя рот закрывается когда-нибудь?
Петров, конечно же, успел увернуться, но телефон с глухим стуком разбился о стену, разлетевшись на части. В ответ на мой гнев Феликс лишь спокойно подошёл к столу и достал новый смартфон из верхней тумбочки.
– Не благодари! – усмехнулся друг, ведь именно он всегда держал под рукой для меня замену, зная мой... взрывной характер.
– Что тебе надо? – спросил я, забирая у него мобильный и засовывая его в карман брюк.
По всей видимости, Петров, наконец, понял, что я не в настроении для шуток, и сразу стал серьёзным. Его улыбка исчезла, а в глазах появился какой-то странный блеск... волнения?
– Мы нашли снайпера, который стрелял в тебя на парковке. Его уже везут на склад.
– С этого и нужно было начинать, – ответил я, чувствуя, как адреналин снова впрыскивается в кровь, как внутри всё напрягается, как разум, отбросив все посторонние мысли, концентрируется на главном. Быстро, почти машинально, взял пистолет со стола, проверил обойму, щёлкнув затвором, и направился к выходу из дома. Пора было заняться делом.