Глава 112. Он догадывался, что раньше был могущественным человеком
Глава 112. Он догадывался, что раньше был могущественным человеком
Чанмин распахнул дверь. Холодный воздух ворвался в комнату, погасив свечу и заставив щенка чихнуть. Когда он собирался спрыгнуть с кровати и последовать за Чанмином, тот уже бесшумно исчез за дверью.
Снег продолжал падать, образуя сугробы, в которые обычный человек мог бы провалиться по щиколотку.
Однако легкая поступь Чанмина даже не оставляла следов.
Из гостиницы доносился приглушенный шум – это были не спящие постояльцы, собравшиеся в главном зале, чтобы узнать что случилось.
Передний двор, где жили старина Хэ и его дочь, напротив, был необычайно тих. Несколько стражников располагались в боковых комнатах двора, но вокруг царила тишина, возможно, они все крепко спали и даже не услышали крик.
Чанмин подошел к комнате.
Едва он поднял руку, чтобы постучать, как изнутри послышался кашель.
Один, второй, низкий и хриплый.
— Старина Хэ, — позвал Чанмин.
Внутри кто-то отозвался:
— Это господин Цзюфан? Почему вы здесь?
Чанмин:
— Вы слышали крик?
Старина Хэ:
— Нет, я спал слишком крепко, и только что проснулся от собственного кашля. Не хотите ли войти и присесть? – с этими словами он отбросил одеяло и начал надевать обувь.
— Нет, отдыхай. Я просто пришел спросить. Не выходи наружу без надобности, подожди, пока полностью рассветет.
Старина Хэ несколько раз кивнул и спросил, не случилось ли что-то снаружи.
Чанмин коротко ответил и ушел.
В комнате снова воцарилась тишина.
Чанмин немного отошел, но вернулся.
Он не пошел обратно тем же путем, а легко взметнулся на крышу, встал на конек и приподнял неплотно прилегающую черепицу, не позволяя ветру и снегу проникнуть внутрь.
В комнате было темно, но Чанмин мог различить основные очертания.
Старина Хэ лежал на кровати, по шею укрытый одеялом, его дыхание было ровным, казалось, что все в порядке.
Но на другой стороне кровати смутно виднелась тень, покрывающая половину его тела. На первый взгляд можно было подумать, что это тень от полога, однако она была гораздо плотнее и даже едва заметно двигалась.
Не было необходимости дальше наблюдать, потому что в его море знания меч уже гудел, готовый вырваться в атаку.
Он вынул артефакт.
Чанмин произнес технику, и меч, сверкнув золотым светом, метнулся вперед, прочно пригвоздив тень около старины Хэ, не дав ей возможности сбежать.
Тень завыла и начала отчаянно бороться, однако это оказалось бесполезно. Постепенно ее сила ослабела.
Чанмин протянул руку и схватил ее. Верхняя часть ее тела напоминала человеческую фигуру, но без черт лица, а внутри виднелся кроваво- красный цвет.
Это мэнмо*.
*梦魔 [мэнмо] демон кошмаров; демон, мучающий людей во снах (китайская версия причины сонного паралича)
Хотя Чанмин утратил большую часть воспоминаний, ответ неожиданно всплыл в его сознании, будто это было навеяно глубоким опытом.
Чанмин не стал углубляться в эти мысли. Судя из нескольких слов, сказанных Юнь Вэйсы, он догадывался, что раньше был могущественным человеком.
А если он обладал могуществом, то не было ничего удивительного в том, что он обладал обширными познаниями.
Мэнмо не являются демонами как таковыми, скорее это призраки.
Подобная нечисть улавливает слабости человеческого сердца, проникает в сны и берет под контроль человеческую природу, чтобы, постепенно пожирая душу, сделать себя еще сильнее.
Судя по виду старины Хэ, мэнмо не успел напасть на него, поскольку Чанмин застал демона врасплох.
Чанмин разбудил старину Хэ.
Он спал еще крепче, чем ранее, и, проснувшись, почувствовал ломоту во всем теле, словно прошли годы; даже его тело источало затхлый запах.
Услышав, как кто-то зовет его по имени, он с трудом открыл глаза, и увидев фигуру у кровати, испуганно вскрикнул:
— Спасите... Ты... ты!
Тот человек коснулся его лба, и старина Хэ сразу же пришел в себя, разглядев смутные очертания.
— Господин Цзюфан?!
— Зажги свет, мне немного неудобно.
Старина Хэ, полный сомнений, закутался в одежды и дрожащими руками зажег свечу.
Теплый свет свечи сразу же развеял ледяную атмосферу в комнате и позволил мужчине увидеть, почему Чанмину было неудобно.
Глаза старины Хэ полезли на лоб, когда он увидел тень, барахтающуюся в руках Чанмина. Он невольно попятился назад:
— Это... Что это такое?!
— Мэнмо. Он принимает человеческий облик, питается человеческими чувствами. Его очень сложно убить, и если я ослаблю хватку, он сразу же сбежит, – ответил Чанмин, оглядываясь по сторонам и указывая на единственную вазу в комнате, служившую украшением:
— Принеси ее сюда.
Ваза была несуразной и грубой. Гостиница не могла позволить себе дорогую обстановку, поскольку, если бы постояльцы захотели стащить или подменить убранства, это принесло бы убытки хозяину.
Старина Хэ никогда бы не обратил внимания на такую вазу, однако сейчас осторожно взял ее и протянул Чанмину.
Чанмин дал понять, чтобы он продолжал держать ее именно так:
— Держи крепко, не урони.
Старина Хэ даже не успел ответить, как Чанмин начал запихивать тень в вазу.
Ваза моментально потяжелела и чуть не выпала из рук. Старина Хэ явно не ожидал такого и его ноги подкосились, но Чанмин уже подхватил вазу и чем-то заткнул горлышко, полностью перекрыв путь для побега мэнмо.
Сейчас было важно не уничтожить демона, а выяснить, есть ли у него сообщники.
Когда раздался крик, в доме старины Хэ не только он, но и его дочь и даже стража не отреагировали, что само по себе было очень странным.
— Юная госпожа Хэ в комнате? — спросил Чанмин.
Старина Хэ еще не пришел в себя, но, услышав это, словно очнулся от сна:
— Да, да, А-Лин! – он не успел надеть обувь и, спотыкаясь, последовал за Чанмином во внутренние покои.
— Папа?
Поскольку было холодно, девочка спала в одежде. Она сонно потирала глаза, закутанная в одеяло.
В ее возрасте посторонним мужчинам уже не позволялось видеть ее в таком состоянии, но из-за внезапности происшествия старина Хэ не задумывался об этом и позволил Чанмину ворваться в покои.
— Ты в порядке?
Девочка покачала головой и потерла глаза:
— Папа пришел с господином, что-то случилось?
— Снаружи неспокойно, я волнуюсь за тебя, – старина Хэ изо всех сил старался сохранять спокойствие.
— Ты что-то слышала?
— Кажется, кто-то кричал, но я не поняла это сон или наяву, все было как в тумане.
Девочка хотела встать, но старина Хэ остановил ее:
— Ты спи, папа и господин пойдут посмотреть, что происходит снаружи. Если что-то случится, сразу кричи, мы тут же примчимся.
Девочка послушно кивнула и заботливо сказала:
— Папа, на улице холодно, оденься теплее.
Старине Хэ было очень приятно, что его дочь проявила заботу, он погладил ее по голове и встал, чтобы уйти вместе с Чанмином.
Но именно эти слова заставили Чанмина остановиться.
— Господин Цзюфан? – старина Хэ обернулся и увидел, что Чанмин не двинулся с места.
Чанмин обратился к девочке:
— Повтори, что ты только что сказала.
Отец и дочь были в замешательстве.
Девочка испуганно посмотрела на отца.
Чанмин вдруг улыбнулся:
— Юная госпожа Хэ с детства избалована и капризна, наивна и непослушна. В такой ситуации она бы беспокоилась только о том, сможет ли завтра выйти поиграть. Ты по неосторожности проявила заботу, тем самым выдав себя.
Старина Хэ опешил:
— Выдала что?
Чанмин сделал шаг вперед, приближаясь к девочке:
— Что ты, в конце концов, такое?
Девочка сжалась под одеялом, ее невинный и встревоженный вид говорил о том, что Чанмин ее запугивал.
Старина Хэ тоже подумал, что Чанмин перегибает палку, ведь его дочь выглядела совершенно нормально.
— Господин, почему бы нам сначала не осмотреть все снаружи? Чэнь Шэнь и остальные до сих пор не отреагировали, я беспокоюсь...
Чанмин, словно не слыша его слов, внезапно бросился вперед со скоростью молнии, чтобы схватить девочку!