Глава 45. Насколько бы сильной ни была похоть, собственная жизнь важнее
Глава 45. Насколько бы сильной ни была похоть, собственная жизнь важнее
– Раздевайся, – услышала Сюй Цзинсянь голос Юнь Вэйсы.
Ее глаза полезли на лоб, а усталость мгновенно как рукой сняло.
Чанмин тоже немного удивился:
– Зачем раздеваться?
Юнь Вэйсы равнодушно ответил:
–Разве у тебя нет ран на спине?
Эти ранения он получил в предыдущем бою с Чжан Му, и хотя они ужасно болели, Чанмин терпел.
– Если тебя поцарапал демон, то в течение трех дней нужно прикладывать траву Маочжао*, иначе яд попадет в костный мозг.
*猫爪 [маочжао] дословно: кошачий коготь/лапа. Лютик тройчатый, Radix Ranunculi Ternati – сушеный корень применяют в качестве средства, обезвреживающего яды и рассасывающего уплотнения [1]
Чанмин рассмеялся:
– Яд проникнет в кости, я сойду с ума и умру – и любимому ученику даже не придется марать руки. Разве ты не этого хочешь? Или все-таки тебе тяжело расстаться с учителем и убить его? – дразнил его Чанмин, снимая одежду.
На его спине действительно были раны, которые уже опухли и стали фиолетово-черными. Сюй Цзинсянь, увидев их, вздрогнула.
Глубоко вздохнув, Чанмин собрал волосы и перекинул их на грудь, слегка опустив голову, чтобы Юнь Вэйсы было удобно накладывать лекарство. Его выражение лица было обычным, будто ему все равно.
Юнь Вэйсы молчал, словно вовсе не слышал слов Чанмина.
Он сорвал листья с вымытой травы, положил их в рот, пожевал, затем выплюнул и аккуратно нанес на спину Чанмина. Это были самые обычные движения, чтобы наложить лекарство на рану, однако они больше напоминали нежные и ласковые поглаживания.
Как ни странно, Юнь Вэйсы был полностью сосредоточен, без малейшего намека на фривольности и непристойности, однако уставившееся на них толстое лицо стороннего наблюдателя слегка покраснело.
Этим единственным сторонним наблюдателем, естественно, была Сюй-сяньцзы.
Она считала, что прочитала тысячи парусов*, а поклонников, преклоняющихся перед ее гранатовой юбкой*, было больше чем карасей, переплывающих реку. Но те, кто действительно мог привлечь ее внимание, были исключительно красивы, изящны и талантливы. Однако если сравнить этих людей с мужчиной перед ее глазами, Сюй Цзинсянь поняла, что они полностью испортили ее вкус.
*阅尽千帆 прочитать тысячу парусов (видеть тысячи приходящих и уходящих кораблей). Видеть/пережить/испытать многое
* 石榴裙 гранатовая/красная юбка. Женские чары
*糟蹋了自己的眼光 дословно: портить свои взгляды/зрение/вкус. Считать, что собственный вкус или способность оценивать что-то были ошибочными
Эта присогнутая шея словно сияла* в свете солнечных лучей. Казалось, что если бы капли росы попали на нее, не задержались бы ни на секунду, скатываясь вниз по спине.
*发光 блестеть; светиться; излучать свет. В данном случае стоит понимать как гладкость, а не жирность или сырость
Ветер выхватил волосы из рук Чанмина, рассыпав пряди по плечам. Белоснежные кончики обвились вокруг рук Юнь Вэйсы, наносившего лекарство на рану, словно не желали отпускать его, безмолвно уговаривая остаться.
Во рту у Сюй Цзинсянь слегка пересохло.
Она пожалела, что сама не предложила нанести лекарство Чанмину, чтобы она могла пощупать своими руками, такое же ли его тело гладкое, каким оно предстало перед ее взором. Все, что ей оставалось – пускать слюни, представляя себя на месте Юнь Хая.
Ее взгляд опустился ниже. К фиолетово-черным ранам добавился зеленовато-синий оттенок лекарственных трав, создавая запутанный и переплетенный узор. Однако Сюй Цзинсянь, питавшая слабость исключительно к красивым вещам, к своему удивлению, не нашла это уродливым. Напротив, почему-то смотря на эту картину, ее взволнованное сердце трепетало, а взгляд выдавал истинные желания души [2].
Почему ей раньше казалось, что Чанмин не так красив, как Юнь Хай? Красота этого человека была скрыта глубоко в его костях, и только те, кто смог разобраться в нем и глубоко изучить, могли обнаружить эту скрытую и невиданную красоту.
Например, как она сама.
В этот момент Юнь Вэйсы внезапно повернулся и посмотрел на нее.
Этот взгляд, словно ледяная вода, вылитая ей на голову, мгновенно заставил Сюй Цзинсянь очнуться.
И тут она поняла, что, сама того не осознавая, подошла очень близко и уже тянула руку.
Сюй Цзинсянь слегка кашлянула и притворно сказала:
– Юнь-даою, наверное, устал? Я могу помочь.
Юнь Вэйсы бросил на нее еще один взгляд.
Сюй Цзинсянь больше не рискнула действовать опрометчиво.
Из разговора Чжан Му и Чанмина она уже приблизительно знала о личности Юнь Вэйсы, но чувствовала, что человек перед ней явно отличался от "Юнь Хая-даою", с которым она познакомилась ранее.
Один скрывал свои намерения за улыбкой, поступал как вздумается, не знал никаких границ. Он любил до безумия, если был счастлив, и ненавидел до крайности, когда злился.
Второй не произносил больше полуслова, имел манеры Бессмертного и кости даоса*, однако Сюй Цзинсянь интуитивно ощущала, что по сравнению с первым, этот был гораздо опаснее.
*仙风道骨 манеры Бессмертного и кости даоса. уравновешенность и изящество Бессмертных и мудрость даосов; уникальный характер и внешний вид
Насколько бы сильной ни была похоть, собственная жизнь важнее.
Если бы я знала заранее, то на Вершине Линбо нашла бы предлог и овладела Чанмином. Но из сырого риса уже сварена каша*, и теперь я вижу ее, но не могу отведать.
*生米煮成熟饭 из сырого риса уже сварена каша. Сделанного не воротишь, дело сделано, и назад не вернешь
Вспомнив о Линбо, Сюй Цзинсянь вдруг почувствовала ностальгию.
Там было мало людей, но почти все были ей преданы. Даже служанки и уборщицы там были красивее, чем где-либо еще.
Ее кухарка так искусно готовила, что другие кухни не выдерживали никакого сравнения с ее мастерством. Всех этих людей Сюй Цзинсянь нашла в родных краях. Встав на путь совершенствования, ей пришлось разорвать связь с родными, но за все эти годы она не изменила своих привычек жить на широкую ногу, приобретенные еще в семье. Она никогда не отказывала себе в лучших вещах, будь то одежда или еда, но находясь в Цзючунъюани, не зная утром, что будет вечером*, не имела возможности позаботиться о своем комфорте. Теперь, когда опасность миновала, Сюй Цзинсянь вдруг вспомнила, что уже несколько дней не мылась. Она почувствовала себя настолько некомфортно, что даже расхотела наслаждаться красотой.
*朝不保夕 утром не знает, что будет вечером. Ненадежный, шаткий, опасный, критический (обычно о положении, состоянии)
– Сюй-сяньцзы, ты знаешь Сяо Цанфэна?
Сюй Цзинсянь блуждала в своих мыслях, а когда пришла в себя, услышав этот вопрос, одежды Чанмина уже были надеты и завязаны.
Она почувствовала досаду, но ответила:
– Виделись несколько раз, но это вряд ли можно назвать знакомством. Семья Сяо – чиновники государства Ю*, и все они кроме Сяо Цанфэна, являются конфуцианцами. Еще в юности он вступил в клан Ваньцзянь, а позже сражался против нескольких прославленных мастеров. Я видела его несколько раз на прошлых Собраниях Цяньлинь. Хотя этот человек изящен, умен и красноречив, он, естественно, и в подметки не годиться Мин-лану.
*幽国 [юго] дословно страна Ю. Интересно, что этим термином называют страны с "темной политикой"
Чанмин расчесывал волосы и вдруг замер.
Снова клан Ваньцзянь.
Сюй Цзинсянь кокетливо рассмеялась:
– Если так можно выразиться, он тоже имеет к тебе отношение.
Чанмин:
– М?
Сюй Цзинсянь:
– Сяо Цанфэн некогда сражался с Сунь Буку. Насколько я помню, Чаньши Буку тоже был твоим учеником, не так ли?
Чанмин:
– И кто победил?
Сюй Цзинсянь:
– Силы были примерно равны. Никто не смог одержать явную победу. Но именно по этой причине слава Сяо Цанфэна только возросла, и его прозвали выдающимся талантом семьи Сяо. Говорят, что этот человек странствует по свету, показывая то голову, то хвост*, и если кто-то захочет найти его, это будет непростой задачей.
*神龙见首不见尾 видно то драконью голову, то хвост. Вести подозрительный образ жизни, то проявить себя, то снова закрыться; что-то утаивать
Чанмин:
– А что насчет Гунчжу Дворца Ваньсян Чи Бицзян?
Сюй Цзинсянь слегка растерялась:
– Чи Бицзян? Она умерла много лет назад, а нынешняя Гунчжу – Чжао Сычжу, она шимэй Чи Бицзян.
Чанмин нахмурился:
– И Глава клана Ваньцзянь, Цзян Ли тоже умер?
Сюй Цзинсянь:
– Этот- нет. А! Ты же не знаешь, что было после того как формация Люхэ Чжутянь рухнула, да? Почти все совершенствующиеся, включая тебя, погибли на Ваньшэнь. Глава Ваньцзянь, Цзян Ли, будучи наисильнейшим, был среди тех немногих, кому удалось выжить. Однако и он был тяжело ранен и после инцидента ушел в уединение на десять лет. А когда вышел, уровень его совершенствования значительно продвинулся, что сделало Цзян Ли еще могущественнее. Клан Ваньцзянь стал еще влиятельнее, а его выдающиеся таланты разошлись по всему миру. И Сяо Цанфэн – один из них. В настоящее время Ваньцзянь, по сути, Первая в Поднебесной школа, которая, похоже, превзошла по силе Обитель Шэньсяо.
Чанмин:
– А что насчет Чэнь Тина?
Сюй Цзинсянь:
– Ты про того Чэнь Тина, который был с нами в Цзючунъюани? Он назвался учеником клана Ваньцзянь, но я никогда не видела его раньше. Возможно, он представитель последнего поколения клана, но его Гуюэ мне знаком. Этот меч принадлежал старшему ученику Цзян Ли – Люй Шухэну. Вот только Люй Шухэн уже давно как мертв и по идее его меч должен быть запечатан. Может его достали и пожаловали Чэнь Тину?
Кажется, мои предположения оказались довольно близки к правде.
Невозможно войти в Цзючунъюань, не обладая определенными навыками. Если Чэнь Тин действительно из Ваньцзянь, то он точно не мог быть безызвестным совершенствующимся. Но поскольку Сюй Цзинсянь о нем не слышала, и при этом в его руках был Гуюэ, который мог распечатать только Глава клана, доказывало, что его предположения были верны.
Скорее всего, этот Чэнь Тин является воплощением отделенного духа Цзян Ли.
Но вывести его на чистую воду не так-то просто.
Если бы они отправились прямо в клан Ваньцзянь, то не только бы не нашли Цзян Ли, но и создали себе неприятности.
Другая сторона на каждом шагу закрепила свои позиции* и приложила огромные усилия, чтобы все это спланировать, и вдруг Чанмин начал вмешиваться и рушить их планы. К тому же, он вытащил Юнь Вэйсы из Цзючунъюани, и теперь, даже если Чанмин не будет их искать, рано или поздно они сами нагрянут к нему.
Он просто хотел шаг за шагом, в собственном темпе разгадать загадки, которые его интересовали.
Водяной дракон, закованный в Желтых Источниках, монстр, ревущий в глубинах хребта Чжунфа и Чжан Му...
*步步为营 на каждом шагу закреплять свои позиции. Обдумывать каждый шаг, продвигаться шаг за шагом; действовать взвешенно; постепенно
– Не отвлекайся.
Его схватили за подбородок и заставили посмотреть прямо в глаза.
Чанмин обнаружил, что Сюй Цзинсянь куда-то запропастилась, а с ним остался только Юнь Вэйсы.
– Где она?
– Сказала, что хочет вернуться на Линбо, – ответил Юнь Вэйсы.
Он не услышал как Сюй Цзинсянь попрощалась с ним, и видимо, не слушал, что говорил ему Юнь Вэйсы.
Последний опустил руку.
Чанмин перехватил его запястье и задрал рукав.
Красная линия, которая изначально была выше, уже достигла точки Нэйгуань*.
– Почему так быстро...?
Чанмин вспомнил, что в прошлый раз красная линия только-только была на уровне Симэнь*. И как она могла за такое время достигнуть Внутренних ворот?
Когда эта линия достигнет центра ладони, он станет демоном.
*内关 [нэйгуань] акупунктурная точка меридиана перикарда [3] . Иначе – Внутренние ворота. Находится на расстоянии 2-3 пальцев от запястья
*郄门 [симэнь] Находится на ~ 4 пальца выше Нэйгуань, ближе к локтю[3]
– Неважно, – равнодушно ответил Юнь Вэйсы, будто бы это его совсем не волновало и одернул руку.
Чанмин посмотрел на его межбровье - неизвестно когда на нем появилась светло-красная отметина.
Она была блеклой и едва заметной. Тем не менее, это казалось весьма странным, поскольку Чанмин точно помнил, что когда он встретил Юнь Вэйсы в Цзючунъюани, у него точно не было этой метки.
Ранее Чжан Му надсмехался над Юнь Вэйсы, называя его "сородичем", вероятно, уловив едва заметные колебания демонической Ци в нем.
Род Юнь на протяжении многих поколений оставался человеческим, в нем не было ни капли демонической крови. Очевидно, что кровь демона Юнь Вэйсы получил не от родителей.
– Что с тобой случилось в Цзючунъюани?
– Я не помню.
Все та же фраза.
Юнь Вэйсы утратил множество воспоминаний, но он отбросил их добровольно. И это совсем не означало, что он желал стать частью чьего-то заговора.
Попав в прошлое на Берегу Небытия, Юнь Вэйсы и без объяснений Чанмина понял, что все ужасные события прошлых лет таят в себе множество секретов. Возможно, даже его защита Цзючунъюани была частью чьих-то замыслов.
Если он стал заложником чужих планов и не сумеет в этом разобраться, это превратится в сердечное препятствие для его совершенствования.
Именно поэтому Юнь Вэйсы вышел из Цзючунъюани.
Он хотел узнать правду о прошлом.
Ему хотелось понять, почему он разочаровался в Цзюфан Чанмине.
Он также не помнил события, о которых ему рассказала водяной дракон Лун Цин.
Юнь Вэйсы ощущал, что он что-то утратил.
Забыл что-то чрезвычайно важное.
И это было связано с человеком перед ним.
Даже если Юнь Вэйсы его убьет и этот мужчина растворится между небом и землей, то странное чувство все равно не исчезнет.
Он хотел знать ответы.
– Ты упомянул Чжан Му.
Чанмин:
– Верно. Когда я покинул Желтые Источники, я остановился в Цисяньмэнь. Позже, глубокой ночью, старший ученик их школы Лю Сиюй был убит на заднем склоне горы внешней школы, даже его душу не удалось разыскать. В Цзючунъюани именно таким же способом Чжан Му убил Бэй Шу. В резиденции Бэй Шу я нашел Жемчужину Цанхай Юэмин, внутри которой содержится лекарство Воци, способное лишить разума человека. Затем Сюй Цзинсянь рассказала, что в приданом Сяо-ши*, невесты Лю Сиюя, была такая же Жемчужина Цанхай Юэмин. Эта Сяо-ши является племянницей* Сяо Цанфэна, а Сяо Цанфэн, в свою очередь, ученик клана Ваньцзянь. Если мы отправимся напрямую к Цзян Ли, Главе их клана, то очевидно ничего не разузнаем. А сам Сяо Цанфэн не задерживается надолго на одном месте, поэтому у нас вряд ли получится быстро отыскать его. Поскольку Цисяньмэнь собирались породниться с семьей Сяо, возможно там нам удастся найти какие-то зацепки. Думаю, стоит начать оттуда.
*氏 [ши] в данном случае девушка из семьи Сяо, суффикс -ши, как указатель, что это девичья фамилия; госпожа
*侄女 [чжиньюй] племянница. Именно дочь брата
Юнь Вэйсы кивнул. Ему мало о чем говорили эти имена, поэтому он, естественно, предоставил решать Чанмину.
– В таком случае, сначала посетим Цисяньмэнь.
Примечания:
[1] Трава маочжао. Кошачий коготь ( или лютик)
[2] 色授魂与 Взгляд выдавал истинные желания души.
Прим. переводчика: вообще, эта идиома означает общение между душами с помощью влюбленных взглядов; Но в каком смысле: само выражение имеет в себе сексуальный оттенок, подразумевая страстный (ну или игривый, не знаю) взгляд, который намекает партнеру на намерения. То есть часть 色授 - Передача внутренних чувств с помощью взгляда. В основном относится к любви между мужчиной и женщиной. То есть в ее взгляде читалась похоть.
[3] 内关 Точка Нэйгуань. Внутренние ворота. Акупунктурная точка меридиана перикарда. Показания: сердцебиение, шок, рвота, диафрагмальный спазм, боль в груди и эпигастрии и т.д.
郄门 Точка Симэнь. В наше время его часто применяют для лечения ревмокардита, миокардита, истерии, желудочно-кишечных кровотечений и других заболеваний.
Расстояние между Симэнь и Нэйгуань:
Конец второго тома!