Глава 37. Не лучше ли назвать тебя Юнь Синань?
Глава 37. Не лучше ли назвать тебя Юнь Синань?
Юнь Чанъань на самом деле не злился на Чанмина и остальных.
Это был его единственный способ выразить собственное бессилие.
Ребенок именитой знатной семьи, видевший в своей жизни только прекрасные цветы ивы, золото и серебро, не мог иметь обширного опыта и непреклонной воли совершенствующихся.
Да что говорить о нем, даже Не Эмэй была потрясена: она держала свой меч и молча стояла, повесив голову.
Цун Жун легонько похлопала Юнь Чанъаня по плечу, словно пытаясь без слов утешить его.
Со временем рыдания Юнь Чанъаня стихли.
— Как ты? –Юнь Хай шепнул Чанмину прямо на ухо, но для него голос звучал очень отдаленно.
Он лишь покачал головой, не имея сил говорить.
После того, как Сыфэй вернулся к прежнему владельцу, он тонкой струйкой наполнял Чанмина духовной энергией. Меч, казалось, понимал, что бурный поток может навредить слабому телу, поэтому медленно и плавно подпитывал его поврежденные меридианы и внутренние органы.
Взгляд Юнь Хая скользнул по телу Чанмина, и в конце концов застыл на его руке.
Из ладони, несмотря на обмотанную вокруг нее ткань, продолжала сочиться кровь, окрашивая лоскут в красный цвет.
Повязка скрывала растерзанную плоть.
Чанмин не мог нормально пошевелить пальцами - любое движение ими заканчивалось непроизвольными судорогами.
В подобной ситуации рука обычного человека стала бы совершенно непригодной; даже совершенствующийся не мог так просто залечить такую травму.
Однако по сравнению с другими повреждениями тела, эта боль казалась мелочью.
Чанмин закрыл глаза и позволил духовной силе Сыфэй пройти через ладонь, и мягко и успокаивающе растечься по всему телу.
Он задремал, его разум блуждал в тумане.
Чанмин почувствовал как чья-то рука снимает повязку.
Такое мог сделать только Юнь Хай.
Если бы этот кто-то хотел убить его, то вряд ли бы стал делать это сейчас.
И уж тем более бы не начал со снятия повязки.
Чанмин почувствовал зуд и покалывание в руке и открыл глаза.
Юнь Хай склонил голову и раз за разом облизывал его ладонь*.
Серьезно и сосредоточенно.
Он слизал всю засохшую кровь, а когда появлялась свежая, он также счищал ее языком.
На ладони проступила ужасная исполосованная рана.
Чанмин хотел одернуть руку, но она не двинулась с места.
Он дважды кашлянул:
— Отпусти.
Юнь Хай:
— Я не нашел чистой воды, а так рана заживет быстрее.
Он был спокоен и невозмутим, как будто так и должно было быть. Чанмин даже задумался о том, не поменялись ли нравы за последний десяток лет, о которых он еще не был в курсе. Во времена прежней династии сначала мужчины начали украшать заколки цветами, а позднее - носить шелковые ленты [1]. Может быть теперь это способ выразить свою дружбу между совершенствующимися?
*😸
Он не мог не посмотреть на Не Эмэй.
Та ошарашенно уставилась на них, а когда заметила, что Чанмин бросил на нее взгляд, покраснела и отвернулась.
Чанмин:
— ......
Его толстое*, как городская стена лицо ни капли не изменилось.
— Это твой способ выразить почтение уважаемому наставнику?
— Я уже давно отрекся от своего учителя! – хитро улыбнулся Юнь Хай,
— Похоже, он возненавидел тебя, потому, что твой нрав слишком суров. А сейчас ты вдруг стал таким застенчивым!
Словно специально провоцируя, он снова опустил голову и еще раз слизал вновь появившуюся кровь из раны.
Поскольку у Чанмина не было сил сопротивляться, он просто закрыл глаза и продолжил отдыхать - глаза не видят, значит чисто*.
*老脸皮 толстое лицо. Не знать стыда; бесстыжий, беззастенчивый
*眼不见为净 глаза не видят, значит чисто. Если чего-то не видишь, то кажется, что этого нет; с глаз долой — из сердца вон
— Раньше я был очень строгим.
Юнь Хай:
— Насколько строгим?
Чанмин:
— У меня было четыре ученика. Если кто-то из них совершал ошибку, то ему приходилось стоять на коленях за дверью всю ночь напролет. Поскольку мой третий ученик Чжоу Кэи был не таким талантливым как ты или Сунь Буку, я неоднократно бранил его и после этого он тайно начал изучать демонические техники. В итоге я выгнал его из учеников. Что касается второго ученика Сунь Буку... Он не был резким и упрямым как Чжоу Кэи, он был улыбающимся тигром*.
*笑面虎 улыбающийся тигр. Вероломный, двуличный, коварный, волк в овечьей шкуре
Юнь Хай:
— Такие люди обычно неплохо устраиваются в жизни. Но тогда почему ты его изгнал? Неужели причина в том, что он слишком много улыбался тебе?
Чанмин:
— Его стремление к славе и богатству вышло далеко за рамки самосовершенствования.
Юнь Хай поднял бровь и усмехнулся:
— Оказывается, праведники тоже стремятся к славе и прибыли?
Чанмин:
— А что тут странного? Слава и выгода - это две вещи, от которых на протяжении тысячи лет никто не мог отказаться. Разве совершенствующиеся так усердно практикуются не для того, чтобы вознестись, постигнув Дао? Это и есть своего рода выгода. Сунь Буку имел шанс достичь высшего состояния Будды, но погнавшись за богатством и положением, провалился в бездну плотских страстей. Тогда я понял, что мне не нужен такой ученик, и позволил ему уйти.
Юнь Хай:
— И что с ним стало дальше?
Чанмин:
— Он отправился в Цинъюнь, тогда у него, казалось, уже была власть и возможность стать Главой храма, но я изгнал его из своих учеников, так что ему пришлось начинать все заново. После происшествия на Ваньшэнь я не интересовался его судьбой и до сих пор не знаю, что с ним стало.
Юнь Хай подумал: Неудивительно, что ученики один за другим отвернулись от своего учителя. Сунь Буку наверняка тоже ненавидит его до смерти.
— А что насчет последнего ученика?
— Ты имеешь в виду Сун Наньяня?
Юнь Хай:
— Это ты придумал все эти имена*?
*未思 [вэйсы] (未) пока не .../ не (思) думать/размышлять/тосковать
不错 [буку] не совсем, не вполне, не в полной мере; умеренно.
可以 [кэи] сносно; на троечку; годится
难言 [наньянь] сложно сказать; сложно объяснить словами [3]
— Верно.
Юнь Хай:
— Наньянь? Тут какой-то скрытый смысл?
— Он целыми днями болтал без умолку, я хотел, чтобы он заткнулся.
Юнь Хай:
— ......
Вдруг ему стало немного понятнее, что чувствовали те четверо учеников.
Возможно, после того, как они стали известными, они не убили своего учителя просто потому, что их Шифу был намного сильнее их.
— А что насчет Юнь Вэйсы?
Чанмин томно ответил:
— Что толку тосковать*? Лучше не думать*. Когда он поклонился мне как учителю, то сказал, что хочет отказаться от своего прошлого имени и сосредоточиться на Великом Дао. Поэтому я дал ему такое имя.
*相思 [сянСЫ] думать не переставая (о ком-л.), тосковать в разлуке (о влюблённых); возлюбленный, любимый(-ая); 未思 [вэйСЫ] не думать; в целом без игры смыслов, что-то вроде "Тоска не приносит пользы, лучше не думать"
~ то есть Вэйсы должен был отбросить ненужные мысли и эмоции, чтобы полностью сосредоточиться на совершенствовании, а не на личных переживаниях
Юнь Хай улыбнулся:
— Конечно, мысль*, которую ты вложил в него, не сравнится с остальными. Я действительно подозреваю, что оставшиеся три ученика смертельно ненавидят тебя из-за ревности и несправедливого отношения.
Чанмин усмехнулся:
— Ты тоже сейчас поел уксуса*? Ты же мой любимый ученик, учитель не против дать тебе новое имя. Юнь Хай - слишком пресно и скучно, совсем не подходит к твоим намерениям домогаться моей благосклонности. Не лучше ли назвать тебя Юнь Синань*?
*心思 [синьСЫ] :) дословно сердечная мысль. Мысли; планы; намерение; желание; интерес к...; короче, внимание, которое ты уделил ему...
*拈酸吃醋 хвататься за кислоту и есть уксус. Ревновать
*心肝 [синань] дословно: сердце и печень. Душа, совесть, искренние чувства; Горячее сердце, благородство, принципиальность; Душенька, голубчик, душа моя
Юнь Хай:
— ......
Глядя на то, как он непринужденно говорит все, что ему взбредет в голову, невозможно было представить, что раньше этот человек серьезно относился к речам и смеху, был строг и придирчив к своим ученикам.
Улыбнувшись, Юнь Хай внезапно приблизился к Чанмину:
— Я не хочу, чтобы меня звали Юнь Синань.
Юнь Хай продолжил шепотом, чеканя каждое слово:
— Может ты будешь звать меня Юнь Няньмин*? Он никогда не забудет о Цзюфан Чанмине. Он хочет видеть тебя, если ты жив, и видеть твое тело, если ты мертв.
Добро вырастает на один чи, зло возрастает на чжан*. Даже у беззастенчивого Чанмина от услышанного волоски на теле встали дыбом*.
*念[нянь] думать; помнить; вспоминать 明[мин] ясно; очевидно; (иероглиф "мин" как в Чанмин)
*道高一尺，魔高一丈 добро вырастает на один чи, зло возрастает на чжан. Пусть божество сильно, но демон в десять раз сильнее; добро сильно, а зло в десять раз сильнее; чем больше успехов делать, тем больше трудностей встает на пути
*寒毛直竖 мелкие волоски на теле встали дыбом. Аналог мурашек:)
Прежде, чем он договорил слово "мертв", сзади протянулась рука.
Беззвучно, из ниоткуда.
Одновременно с этим закричала Не Эмэй:
— Берегись!
Она бы не успела прийти на помощь с того места, где сидела.
Острые когти почти коснулись плеча Юнь Хая, но последний вовремя развернулся и наставил Чуньчжао.
Отступая, противник был вынужден полностью раскрыть себя.
Он отскочил, а затем еще попятился назад.
— Остановитесь! Я здесь не для того, чтобы убить вас!
Чуньчжао замер, его острие подрагивало, но сам Юнь Хай остался неподвижен.
— Говори.
Выражение лица Юнь Хая было холодным, словно лед. На нем больше не было и намека на двусмысленность и флирт, как минутой ранее.
— Даю тебе три вдоха.
Перед ними стоял тот самый демон, который напал на Чэнь Тина, а затем поспешно скрылся.
Теперь он выглядел совершенно иначе - как обычный мужчина средних лет, лишь красные немногочисленные чешуйки выдавали его истинную сущность.
— Они хотят убить меня, поэтому я хочу сотрудничать с вами. Я могу рассказать вам многое, чего вы не знаете, но взамен вы должны помочь мне!
Чанмин:
— Что ты имеешь в виду под "чего мы не знаем"?
Демон:
— Резня в Юйжу была устроена для того, чтобы собрать души для создания Сферы. Чем больше убитых, тем больше затаенной обиды и тем сильнее будет Сфера Цзюйхунь.
Чанмин равнодушно ответил:
— Это все нам уже известно. Надеюсь у тебя найдется действительно что-то полезное.
Чанмин сидел на земле и выглядел обессиленным, но Сыфэй в его руках гудел и трепетал, как бы намекая, что всегда наготове защитить своего владельца.
Демон продолжил:
— Они приносили в жертву живых на Ваньшэнь, чтобы призвать нас из Глубин Бездны. Они сказали, что хотят разрушить печать Ваньшэнь и объединить мир людей и мир демонов. Тогда мы сможем свободно перемещаться по вашему миру, без каких-либо ограничений. Единственное условие – помочь им собрать души, полные ненависти, для создания Сферы Цзюйхунь и с помощью Формации Нитянь* разрушить печать.
*逆天 [нитянь] противиться воле неба; восстать против природы
Юнь Хай рассмеялся:
— И вы просто поверили их словам? Какая наивность.
Лицо демона на мгновение исказилось от гнева:
— У нас не было выбора. Глубины Бездны - место страданий, там бесплодные земли и пронизывающий холод, даже Бессмертные не могут оставаться там надолго. Мы всем сердцем желали попасть в мир людей и это наш единственный шанс.
Юнь Хай:
— Тогда почему ты передумал?
Демон:
— Потому что им понадобился козел отпущения, которого можно обвинить в резне в Юйжу и они хотели сделать им меня. Я не хочу умирать, но я не смогу одолеть их в одиночку, мне нужны союзники. Причина, по которой вы тогда выжили, кроется в моей тайной помощи - я расправлялся с живыми мертвецами, среди которых было немало совершенствующихся, иначе вы бы так легко не отделались. Я уверен, что и вы это понимаете.
Чанмин:
— Ты сказал "они", кто еще помимо Чи Бицзян из Дворца Ваньсян?
Демон:
— Сыту Ваньхэ. Есть еще один, но он всегда скрывает лицо под маской, поэтому я не знаю кто он.
Чанмин:
— А что насчет Чэнь Тина? Ты вступил с ним в сговор и притворился, будто хочешь убить его, специально, чтобы выманить меня за пределы города.
— Чэнь Тин? – демон нахмурил брови, – Я не знаю его имени. Он называл себя представителем Чи Бицзян, Сыту Ваньхэ также молча признавал этот статус.
Чанмин на мгновение замолчал, а затем медленно спросил:
— Как мне обращаться к Вашему Превосходительству [2]?
Спросить имя другой стороны подразумевало первый шаг к потенциальному сотрудничеству. Демон с облегчением выдохнул.
После того, как Юнь Хай опустил Чуньчжао, поза демона стала расслабленной.
— Цан Тянь.
______________________
Автору есть что сказать:
Маленький театр, не имеющий ничего общего с основным текстом:
Чанмин: Юнь Синань.
Юнь Вэйсы: ? ? ?
Юнь Чанъань: Твой Шифу зовет тебя, знаешь ли!
Юнь Вэйсы: Какого черта произошло, пока я спал?!
Примечания
[1] Прим. переводчика:
Не совсем уверена, что речь идет именно об этом, но..
Обычай мужчин носить цветы в волосах во времена Сунской династии стал частью этикета и культурной нормы. В этот период в китайском обществе ценились образование и культурная роскошь. Мужчины из различных слоев общества, начиная от императоров до низших чиновников, следовали этому обычаю, чтобы выразить свою культурную элегантность и богатство духа.
Согласно историческим записям, после завершения торжественного банкета в честь императора, цветы дарились правительственным министрам, чиновникам и прочим, причем каждый получал цветы соответствующего своему статусу.
Подытоживая: Цветы имели символическое значение почета и важности, особенно когда они были дарованы императором как форма признания и благосклонности к своим министрам или другим чиновникам.
Про вуаль (если точнее тончайшая шелковая ткань, как у Сюй Цзинсянь) информации мало, но по-моему автор (ну или Чанмин) клонил к тому, что нравы очень странно меняются, поскольку и шелк, и цветы в заколках изначально были исключительно женскими аксессуарами, а потом "что-то пошло не так".
[2] 阁下 [гэся] Ваше Превосходительство. Сначала это был уважительный титул для чиновников , а позже стал использоваться в и обычных обращениях . В древние времена оно широко использовалось в разговорной речи и стало вежливым способом обращения к людям. В настоящее время все еще используется "Ваше Превосходительство" при обращении друг к другу в письмах (особенно в официальных и письмах делового характера). Также используется как почетное обращение к людям с подобным статусом.
[3] Касательно имен... Более философско-красивые обоснования)
未思 (Вэйсы) — сочетание иероглифов «未» (еще не) и «思» (думать, размышлять, тосковать). Это может переводиться как "еще не думал" или "лучше не думать". Имя может нести смысл о желании избежать излишних размышлений или печали. Здесь есть оттенок философской мысли: о бесполезности раздумий в контексте стремления к Дао Неба.
不错 (Буку) – это может быть трактовано как "не совсем так" или "не в полной мере правильно". В контексте имени ученика это имя может отражать его неоднозначность, его склонность к ошибкам или неполной зрелости как ученика.
可以 (Кэи) — дословно "можно" или "годится". В контексте имени может указывать на его посредственность или ограниченные способности. Это имя могло бы отражать характер, стремящийся к упрощению или к поиску путей, которые требуют наименьших усилий.
难言 (Наньянь) — значит "сложно выразить словами". Такое имя может указывать на сложность его характера или ситуации, которую он представляет. Оно также может намекать на то, что его мысли не всегда легко сформулировать. Это также может быть призывом к более глубокому внутреннему пониманию, что связано с его болтливостью в в новелле.
ну и конечно же трактовки, которые я ранее указывала в тексте:)