3. «Частный» вечер
«Кстати отказы не принимаются». Она будто читает мои мысли. Я конечно не планировала отказываться, но моё поведение по переписке выглядело иначе.
Билли сразу вышла из сети после того, как написала последнее сообщение, поэтому я решаю не тянуть с ответом.
«Я за) Когда и где?»
Ответила она моментально, на моём лице появилась заметная улыбка.
«Отлично, буду ждать тебя в кафе *адрес* в пять»
Поскольку я ещё не знаю полностью город, а он достаточно большой, поэтому вбиваю адрес в навигатор, чтоб посмотреть где находиться это место.
Это кафе находится на среднем расстоянии от моего отеля, в двадцати минутах ходьбы. Хороший способ размять ноги и рассмотреть улицы.
Становится скучно и я решаю написать подруге. Она вот вот должна прилететь в Париж на днях.
Элли: Привет! Как ты? Давно не списывались? Ты когда прилетаешь?
Конечно, я о ней не забываю, хотя после всего, что случилось: концерт, это письмо, это предложение — вообще не понимаю, как я до сих пор ещё не сошла с ума. Я до сих пор не верю в то, что это происходит со мной. Всё кажется сном, но я знаю — это реальность.
Отложив телефон, я валюсь на спину, раскинувшись в форме звезды. Глупо улыбаюсь в потолок, а в голове хаотично мелькают мысли: «А что надеть?», «А что сказать?», «А вдруг я вообще покраснею?». Главное не опозориться и наговорить много лишнего.
С такими мыслями я вновь поднимаюсь и иду в ванную привести себя в порядок. Включаю воду, брызгаю на лицо, смывая тот лёгкий макияж, что наносила перед концертом. Зеркало запотело и я протираю его ладонью, а там я прежняя я.
Я устроилась поудобнее под одеялом и начала засыпать. День выдался долгим и утомительным, но завтра меня ждёт встреча с кумиром. От одной этой мысли становилось и радостно и тревожно. Постепенно мысли становились всё более размытыми, и вскоре я уснула.
(Следующий день)
Растительность, монументы известным людьми, магазины с интересными вывесками, парки — всей этой красотой Парижа я старалась насладиться вдоволь. Ведь не знаю ещё, прилечу ли я когда-нибудь сюда снова. До Эйфелевой башни, я ещё не дошла, и думаю вряд ли там побываю. Видела её только издалека.
Городской суетой столица тоже никак не отличается от других крупных городов. Непрерывный поток машин, люди гуляют, а кто-то возомжно только возвращается с работы.
А погодой Париж просто балует. Второй день на улице тепло, чистое небо над головой. Градусов так двадцать, а то и больше. Правда, к вечеру заметно похолодало.
Моё внимание привлекла деревянная вывеска, увитая нежно-фиолетовыми цветами, свисающими почти до земли. Выглядело это очень красиво, и как раз сюда мне и нужно было.
На входе в нос ударил сладковатый запах кофе. Интерьер выглядел элегантно: вместо стульев, как я думала, стояли диваны шоколадного оттенка, обшитые кожей, посередине — матовые деревянные столы с идеально гладкой поверхностью. Скорее всего, стоило это всё дороговато и если кофе тут стоит втридорога, я не сильно то удивлюсь. На один стаканчик думаю хватит.
— Добрый вечер, проходите, вас уже ждут, — улыбнулась девушка, показывая на один из столиков.
Тот был уже занят — судя по всему, Билли — голубая рубашка в полоску, чёрные волосы, торчащие из-под кепки. Она сидела спиной к нам, склонившись над столом. Я кивнула в ответ и направилась к нему.
Я уже собиралась самостоятельно найти свой столик, но официантка, вместо того чтобы вернуться к своим обязанностям, сделала шаг вперёд и лёгким движением руки показала, что проведёт меня сама.
Пульс усилился настолько, что я смогла его услышать.
— Привет, — голос прозвучал чуть громче, чем я планировала.
Черноволосая сразу же обернулась, откладывая телефон в сторону.
— Привееет, — протяжно произносит Билли, поднимаясь с дивана. Она обнимает меня, слегка похлопывает по спине, и я отвечаю ей тем же. Заметив счастливое лицо официантки, едва сдерживаю смех. Видимо, встрече рада не только я одна.
От неё очень вкусно пахло. Ваниль, смешанная с какими-то ягодами. Её же парфюм.
— Мэдисон, закроешь? — просит её о чём-то певица, снимая кепку.
Мэдисон, так оказывается зовут официантку, махнув головой пошла к двери. Её движения были слишком чёткими, будто отрепетированными. Дойдя до двери, она спокойно перевернула табличку «Открыто» на «Закрыто». Теперь для всех кафе было закрыто. Этот ресторан был снят специально бля нас?
— А разве...? — удивлённо я спрашиваю не знаю кого, то себя, то Билли, то Мэдисон, которая стояла уже за стойкой. И, кстати, кроме нас троих, в помещении никого не было. Заметила я это только щас.
Я смотрю на Билли, а та, засунув руки в карманы, хитро улыбается одной стороной.
— Мэди, нам один обычный и... — махая рукой, кричит Билли, но прерывается и переключается на меня, — а... что будешь?
— Капучино, — без раздумий ответила я, если пью кофе, всегда беру его.
— И капучино, — договорила девушка, присаживаясь на диван. Я последовала её примеру и тоже села.
Я сидела, крепко сжав пальцы в кулаки, и тупо смотрела на певицу, пока та разговаривала с брюнеткой. Их слова пролетали мимо моих ушей — я даже не понимала, о чём они говорят.
Даже не заметила, как Мэдисон принесла нам кофе в стаканчиках. Мы автоматически поблагодарили её, и она ушла.
Тут мой взгляд случайно встретился с Билли. Её лицо вдруг стало серьёзным — ещё секунду назад она улыбалась.
— Всё хорошо? — спросила она, пристально глядя мне в глаза.
Я будто очнулась, поймав её взгляд.
— Да-да, просто до сих пор в шоке, — пытаюсь перевести всё в шутку, но вряд ли у меня это хорошо получается. Я уже опозорилась раз пять.
— Расслабься, — успокоила меня Билли, оголяя свои белоснежные зубы.
— А это кафе оно... — оглядываю целиком помещение, рассматривая каждую мелочь, — всегда такое безлюдное? Выглядит солидно для того, чтоб пустовать.
— Мы с Мэди хорошие подруги, — Билли бросает взгляд в сторону Мэдисон, — она не против была устроить себе полдня выходного.
— То есть... ты арендовала всё кафе? — глаза мои округляются. Не ожидала, что наша первая встреча окажется настолько... приватной? Но это только в плюс. Теперь точно — никаких назойливых взглядов, никаких случайных ушей.
Ничего не ответив, она продолжала улыбаться. Господи, ей так идёт улыбка. Она так сияет, что у меня дыхание перехватывает — будто смотришь на солнце.
— Биллии, — наклоняюсь вперед, протягивая руки.
Она выкупила это помещение всего лишь на один вечер. И сколько же это всё стоило, если здание — не простенькое. Не та дешёвая кофейня на углу, где студенты торчат за ноутбуками, а место с крутыми столешницами, хрустальными люстрами и баром, который выглядит дороже, чем весь мой номер.
Я невольно прикидываю в голове цифры — аренда, персонал. Да за эти деньги можно было снять целый ресторан на крыше с видом на Эйфелеву башню.
— Ты серьёзно оплатила весь этот вечер? — не удерживаюсь от вопроса.
Билли лишь пожимает плечами, лениво разбалтывая кофе.
— Я доплатила лишь малую часть от всей суммы, потому что сама настояла. Но Мэди всё равно закрывалась бы на уборку, так что... — она делает паузу, будто оценивая, стоит ли продолжать, — на самом деле, это её кафе.
Мой взгляд сам собой переключается на Мэдисон, которая теперь стоит за стойкой и наблюдает за нашей беседой.
— Подожди... То есть ты... — я медленно осознаю.
— Я просто попросила подругу не пускать сегодня никого, кроме нас, — Билли делает глоток кофе — Так что никаких миллионов. Всё хорошо.
Я открываю рот, чтобы что-то сказать, но она уже перехватывает инициативу:
— Хотя если бы пришлось — выкупила бы и не такое.
— Спасибо, — буквально прошептала я, пытаясь сделать так, чтоб она услышала, но такой шепот мало кто услышит.
— Чем увлекаешься в целом? — интересуясь, переводит тему Билли и подставляет под подбородок кулак, опираясь на него.
— Я...
(Полтора часа спустя)
Я рассказала ей про свои увлечения, а потом она и вовсе предложила как-нибудь показать мне свою студию. Целый час мы делились историями, и я ни капли не жалела, что оказалась здесь, с ней. Передо мной была не знаменитая Билли Айлиш, а просто Билли - обычный человек, которого просто знает много людей.
Как же приятно было видеть, как та, чьи песни годами звучали в моих наушниках, теперь сидит напротив и искренне интересуется мной. Я совсем забыла, что за окном уже темно, а Мэди давно убрала наши пустые стаканы.
— Я тебя довезу, ты где живёшь? — фары машины замигали и девушка дёрнула ручку пассажирского сиденья.
Я замялась, рассматривая салон автомобиля. Мне неловко было с этого предложения. Вдруг я отвлекаю её от более важных дней.
— Мне тут недалеко, но спасибо, — держа в руках барсетку и скрестив ноги, вежливо отказываю я.
— Садись, мне не сложно, — ладонь легла мне на спину. Билли одной рукой приобнимала меня, а второй придерживала дверь машины, — куда ты в такую темноту пешком пойдешь?
Я не могла отказать ей, что-то препятствовало этому. Эти глаза, в которых сейчас отражались уличные фонари, словно гипнотизировали. В них не было ни капли наигранности — только искренняя забота. Это был маленький, но очень милый жест.
Сев в машину, я щелкнула ремень безопасности. Дверь со стороны водителя захлопнулась, и через секунду мотор ожил. Мы тронулись, и улицы начали проплывать за окном — размытые огни, силуэты, тени.
Знакомые фасады постепенно становились четче. Вот и мой отель, его неоновую вывеску видно издалека.
— Так, вроде этот, — Билли притормозила, высматривая здание через лобовое стекло.
— Спасибо... За вечер. За всё, — слова выходили тише, чем я планировала. Но в полумраке салона они звучали искренне. Денег на достойный подарок у меня и правда не было. Только эта благодарность — голосом, взглядом.
Она улыбнулась, и в этой улыбке было столько тепла.
— Спокойной ночи, Элли, — пожелала Билли.
— Спокойной ночи, — дверь распахнулась, впуская свежесть. Я задержалась на секунду, помахала ей рукой, и вот — красные огни её машины растворились в темноте.
Я стояла у входа в отель, вдруг осознав, как резко закончился этот приятный вечер. В кармане зазвонил телефон — вероятно, подруга беспокоится. Но мне почему-то хотелось ещё немного побыть в этом состоянии, будто частичка того вечера всё ещё витала в воздухе.