2. Заметка
Солнце двигалось к закату, окрашивая небо в ярко-оранжевый цвет. Люблю вечера за такие сюрпризы — в них есть что-то тёплое, напоминающее, что даже самый обычный день может подарить момент счастья.
Я так и не убрала конверт в сумку. Ощущая гладкую бумагу под пальцами, я чувствовала себя спокойнее.
Медленно, чтобы не повредить основу, начинаю отклеивать защитку. Поддеваю её ногтем и оттягиваю назад. Наклейка отошла с едва шершавым звуком. Внутри лежала небольшая бумажка, с оторванными краями, а на ней — размашистый почерк, явно писали в спешке.
«Билли»
Имя певицы бросилось в глаза, заставив сердце бешено колотиться, зрачки расширились до предела. Это было письмо от самой Билли Айлиш, чей взгляд держался на мне дольше, чем на остальных. А теперь я держу руках конверт с запиской от её имени.
Но что если это предназначалось не мне?
«Заметила тебя в толпе. Хочу узнать тебя получше. Напиши, как сможешь, пожалуйста. Билли»
Пальцы дрожали, когда я разглядывала бумажку. Глаза снова и снова пробегали по строчкам, пытаясь найти в них какой-то подвох, но его не было. Это было реально. Письмо от кумира. Лично для меня.
В груди появилось странное тепло, будто выпила глоток крепкого виски. Колени внезапно ослабли, и я прислонилась к фонарному столбу. Тело явно не понимало, как реагировать на такую смесь волнения и шока.
Чьё-то прикосновение вырвало меня из мыслей.
Я обернулась — за спиной, держась за моё плечо, стояла та самая блондинка, что протягивала мне на концерте браслет. Её пальцы слегка впивались в кожу сквозь ткань.
— Всё хорошо? — спросила беспокойно девушка, глядя сначала на меня, а потом на мои руки.
Заметив это, я резко сложила листок, пряча надпись. Незнакомка вновь подняла голову и посмотрела на меня, но уже с хитрой ухмылкой.
— Ты следишь за мной? — бросаю я и нарочно поправляю волосы, чтобы её рука наконец соскользнула.
— Нет, просто ты стояла как вкопанная, — она убирает руку и её улыбка исчезает, оставляя лицо «пустым», — я подумала, может плохо.
— Можешь за меня не переживать, — со вздохом запихиваю письмо, делая вид, что в нём ничего важного.
— Ладно, я пойду, — она замялась. Её взгляд ещё раз прошёлся по моей сумке, потом к моим глазам.
Я непроизвольно кивнула, и её лицо смягчилось.
— Удачи, — сказала она и развернулась, направляясь в сторону парка.
— Не, ну бывают же люди, — прошептала я, убедившись, что блондинка далеко и не слышит меня. После этого последовал лёгкий смешок.
Я остановилась посреди клумб, ровных, как по линейке, — они тянулись через каждые три метра. Воздух пах не только мокрой травой, но и сладковатым ароматом цветов.
Сидя за кухонным столом, я вглядывалась в номер, который был написан на обороте, и понимала, какая ответственность ложится на мои плеча с этого момента. Честно, я чувствовала себя особенной. Но почему она выбрала именно меня? Почему я? Из тысяч людей на концерте — почему её взгляд задержался на мне? Может, это из-за того, что я стояла в первом ряду в её мерче, хотя там было множество фанатов с её мерчом? Или потому что кричала текст песен громче всех? Но как бы то ни было, я была нереально рада.
Набирая всё так же дрожащими руками сообщение в Telegram, я не осмеливалась отправить его. Телефон рухнул с грохотом на стол, когда я убрала руки и поднесла их ко лбу, облокотившись на них. В таком положении я смотрела на пустой чат, где было лишь: «был(а) недавно».
Стерев сообщение, я перешла в профиль Билли. Он выглядел скромно: без описания, однотонная аватарка. Наверное, для того, чтобы её никто не узнал.
Ещё раз всё обдумав, я набрала сообщение: «Привет) Я та, кому ты передавала конверт».
Слишком просто.
Но если добавить что-то ещё — «спасибо», «не ожидала», «это невероятно» — не станет ли это выглядеть навязчиво? Будто я уже вижу в этом больше, чем есть, будто слишком эмоциональная фанатка, а не... кто? Кем она меня считает?
Я стёрла сообщение. Написала заново: «Привет. Это Элли, с концерта».
Опять стёрла. Слишком официально.
Собравшись с мыслями я написала ей: «Привет! Это Элли, та, кто получил твоё письмо. Честно, я до сих пор не верю, что это происходит со мной». Не обдумывая, я отправила сообщение и мигом вышла из соц.сети. Телефон во второй раз рухнул на стол, будто вдруг стал невыносимо тяжёлым.
Билли не отвечает, поэтому я решаю сходить в душ. Может отвлекусь.
Я перебирала каждый момент концерта. То, как она смотрела на меня, как улыбалась, когда я подпевала. Тогда это казалось удачным стечением обстоятельств, а теперь...
Капли воды стекали по шее, оставляя мокрые следы на футболке. Я даже не вытерлась как следует — так торопилась проверить телефон. Зеркало в ванной было запотевшим, но я все равно поймала свое отражение — раскрасневшееся лицо, мокрые волосы.
Выйдя из ванной комнаты, я сразу ощутила прохладу, с меня будто камень убрали. По сравнению с коридором, в ванной было намного душнее. Вода смыла пот и дрожь, но не смогла смыть её голос,
её саму из памяти. Всё ли со мной в порядке, если я думаю только о ней и нетерпеливо жду её сообщения?
Я беру телефон и иду с ним в комнату. Его корпус поначалу был прохладным, но за секунду впитал мою температуру тела.
Войдя в комнату, не глядя нащупываю в темноте выключатель света и провожу по нему вниз. Свет моментально включается.
Экран загорается и на экране высвечиваются сообщения от Билли, чему я удивилась, ведь думала, что ответит она не раньше двух часов.
Билли: Привет) Ждала твоего сообщения, как насчёт завтра погулять?
Погулять? Глаза распахнулись, а брови приподнялись. Она зовёт меня гулять? Я не могла даже подобрать слова, чтобы описать своё состояние. И шок, и радость, и лёгкий ступор — всё смешалось.
На экране телефона всплыло «печатает...». Я замерла, сжимая телефон в потных ладонях. Билли не стала ждать моего.
Я видела, как три точки пульсируют в такт моему сердцу. Палец непроизвольно дрогнул над клавиатурой — вдруг ответить сейчас? Или хотя бы пока что сделать вид, что печатаю?
Но экран снова ожил: новое сообщение. И, кажется, мне это нравилось.