9. Замечательная
Вова
Мне стоит злиться на неё, потому что я отхватил вообще ни за что, но я не могу. Она выглядела настолько расстроенной, чуть ли не плача, что я готов разорвать самого себя за то, что довёл её до такого состояния. Пускай я сделал это не сам, но это реально из-за меня.
Блять, почему в нашей школе учатся такие тупорылые, конченные люди?
Проследив за тем, как она выходит из главных дверей вместе с родителями и мелкими детьми, я иду в мужскую раздевалку и жду её дружка. Остальные парни подтягиваются, здесь уже почти все, кроме него.
— Ты не видел Разживина? — спрашиваю я у Янишевского, когда он закрывает за собой дверь.
— Видел, возле входа околачивается.
— Ой блять, спортсмен херов.
— А зачем он тебе?
— Поговорить надо.
Оглядев всех присутствующих, я выхожу из раздевалки и иду в направлении дверей. Он действительно стоит возле охранника, пытаясь протиснуться на улицу вместе с толпой.
— Разживин, — кричу я, обращая на себя его внимание. Закатывая глаза в привычной ему манере, он подходит ко мне.
— Нахрен это делать, я почти уже вышел, — раздражённо говорит он, остановившись в нескольких сантиметрах от меня. Я всё ещё не могу понять, как она может постоянно с ним общаться, тусоваться и всё такое.
В любом случае, на вечеринке он мне ясно дал понять, что она его подруга — и блять, какое облегчение.
Потому что какое-то время я действительно думал, что он к ней подкатывает. И хотел набить ему рожу каким-то поздним вечером.
— Что произошло в классе?
— Контрольную писали, ты не понял?
— Разживин, ты понимаешь, о чём я говорю. Что произошло, когда меня не было? Почему Саша вылетела чуть ли не в слезах?
И эти её слова о том, что её уже окрестили моей шлюхой...
— Что ей сказали? — редко спрашиваю я, уже выходя из себя. — И главное, кто.
— Вершинин недвусмысленно намекнул всему классу о том, что Саша шлюха и сказал, как ты отменно трахнул её на вечеринке.
— Какого?..
— Вы лежали вместе, не мне тебе рассказывать о том, что такое сплетни. Если ты не в курсе, кто-то думает, что мы оба её трахнули.
Звенит звонок на урок и он обречённо вздыхает.
— Придётся идти на физру.
Мои кулаки сжимаются, когда я опережаю его и влетаю в раздевалку, которая уже опустела. На скорости я захожу в спортзал и вижу Вершинина, стоящего у окна и разговаривающего с нашими одноклассниками. Он ниже меня и слабее, но крепкий. Тем лучше, потому что уебать какого дрища было бы даже стыдно.
Подойдя к нему, я беру его за ворот футболки и притягиваю к себе.
— Ты совсем ахуел? — спрашиваю я, но он пытается высвободиться.
— Что я сделал? — издаёт он чуть ли не вопль, по глазам вижу, что эта гнида всё понимает.
— Если ты думаешь, что я не трону тебя только потому, что мы в школе, то ты ошибаешься, — говорю я и ударяю его кулаком по лицу, сильно замахнувшись. Он отлитает к стене, прикладывая руку к своему носу, но я подлетаю и даю ему с локтя по щеке. Вершинин скручивается пополам, будто я ударил ему по печени, а не лицу.
Я подхожу ближе, желая сделать так, чтобы его реально скрутило, и беру за волосы.
— Хватит, не бей, — скулит он, как собака.
— Если ты ещё раз хоть что-то скажешь про Сашу, то я тебя подвешу на твоих же кишках и буду избивать как боксёрскую грушу. И это, блять, ко всем относится, — рявкаю я, резко отпустив его волосы, из-за чего он падает на пол.
— Серов, чёрт возьми! Ты что делаешь? — мне слышится взбешённый голос тренера. Повернувшись, я вижу, как он несётся к нам на всех парах.
— Ничего.
— Отведите его в раздевалку кто-нибудь! — просит тренер, тогда некоторые наши одноклассники берут его с обеих сторон и ведут к выходу из зала.
Он прихрамывает, будто я сломал ему рёбра, а я не успел сделать и трети того, что хотелось. Он такое ссыкло, что даже не мог дать отпор. И он ещё будет что-то пиздеть про мою девушку.
— Ты понимаешь вообще, что будет, если он нажалуется директору на то, что ты избил его? — тихо спрашивает тренер, отводя меня в сторону. Взбудораженный Янишевский подходит к нам, делая вид, что не слушает. Даня тоже маячит рядом. — Если тебя исключат из-за этого, мало того, ты совершеннолетний, если напишут заявление за избиение несовершеннолетних.
Как же мне насрать.
— Нужно ему ещё раз голову прочистить, чтобы он не нажаловался, — смеётся Илья, пиная меня в плечо.
— Янишевский, ещё тебя здесь не хватает! Только прикоснись к нему!
— Уверен, что он будет молчать и скажет, что подскользнулся, у нас очень скользкий пол в коридорах, — Илья всё ещё развлекается, явно довольный шоу, которое я устроил. Он любит, когда вся школа стоит на ушах.
А тренер настоящий фанатик, спортсмен до мозга гостей. Поэтому не хочет допустить, чтобы что-то помешало нам на зимних отборочных и следующих соревнованиях.
Но я уверен, это ссыкло будет молчать. Хотя для меня главное, чтобы они заткнули рты и больше не доводили её до слёз. Иначе мне придётся каждому дать по лицу, пусть хоть сто заявлений на меня накатают.
— Ладно, ждите. Я пойду и постараюсь всё уладить быстрее, чем он что-то кому-то скажет. И не смейте здесь ещё кого-то пальцем тронуть, лучше попросите одноклассников забыть об этом.
— Да они уже забыли! — ухмыляется Илья.
Протерев лоб ладонью, тренер выходит из зала. Мы усаживается на маты низкую скамейку, пока остальные стоят в маленьких группах и пугливо косятся на меня.
— Что это вообще было, мужик? — спрашивает Даня, открывая бутылку воды и делая несколько глотков. — У тебя были просто бешенные глаза, Я думал, ты собираешься убить его.
— Ага, так и было, пока это ссыкло не разнылось, как девочка.
— Да я вообще ожидал, что он обоссыться, он так дрожал.
— Эй, вы ничего не видели, иначе я нассу вам на лица! — кричит Илья, подложив ладони под голову и облокатившись о стену.
Иногда мне кажется, что он вообще живёт на приколе. И возможно сейчас я понимаю, если Саша думает, что я какой-то отморозок и вся моя компания отморозков, в которой ей не место. Она не доверяет мне и уверена, что если мы расстанемся, то к ней будет ужасное отношение из-за меня. Чёрт, мы даже ещё не встречаемся, а кто-то уже смеет что-то вякать в её сторону.
Вспоминаю её утренние слова, и мне смешно от того, как она сделала акцент на том, что я «мистер популярность». Честно говоря, этот мистер популярность иногда хочет просто упасть ей в ноги и умолять быть с ним, как жалкий придурок. И после этого она может думать, что не вписывается в какие-то там привычную нормы крутых компаний.
Какой же бред, ведь она замечательная. Самая замечательная девушка, которую мне только доводилось встречать. Каждый раз, когда я не пропускаю уроки из-за тренировок, я постоянно пялюсь на неё, ищу её улыбки, подаренные не мне, слушаю, как она рассказывает стихи на литературе или коряво что-то читает на английском. Быть влюблённым в кого-то так долго сложно, особенно когда этот кто-то постоянно маячит перед глазами.
Илья не может усидеть на месте, поэтому встаёт на ноги, выносит мяч из кабинета тренера и начинает набивать его о пол и закидывать в корзину.
Одноклассники перешёптываются, но стараются не смотреть в нашу сторону. И единственный человек, который нагло не прячет взгляд, это Разживин, только что подошедший к нам.
— Чего тебе? — спрашивает Даня, на что Никита даже никак не реагирует. Возможно, именно поэтому она с ним и дружит, потому что он не обращает внимания на так называемую школьную иерархию и говорит всегда то, что думает.
— Знаешь, я даже почти не жалею, что не ушёл домой, — ухмыляется тот.
— Я тебя не спрашивал, — отвечаю я и встаю на ноги, забирая мяч у Янишевского. Вскоре возвращается тренер и говорит, что всё уладил, но с таким видом, будто готов меня убить.
После урока и тренировки я сижу в машине и кручу в руке телефон, прежде чем поехать домой. Чёрт, как же хочется ей позвонить и попросить прощения за то, что я даже косвенно был причиной этого дерьма, но у меня не хватает духу сделать это по телефону.
Заеду за ней завтра и ещё раз постараюсь сказать, что я не такой козёл, каким кажусь ей. И даже если это не сработает, насрать, я её добьюсь, я не отстану.
***
Не понимаю, почему так мало людей читают эту книгу, мне кажется, что герои милашки😍