BLACK (A Harry Styles Fanfiction) [Russian Translation]

Песня: Lana Del Rey - Without You

------

HARRY'S POV

Мои руки обхватывают горло Амелии, и я чувствую её бешеный пульс, бьющийся напротив разгоряченной кожи моих пальцев. Она улыбается, когда я целую её розовые губы, и её руки обхватывают мои.

- Я люблю тебя, - искренне говорит она с пылающими щеками.

Мои губы касаются её шеи чуть выше того места, где мои руки встречаются с её кожей. Её дыхание становится тяжёлым с каждым оставленным мною влажным поцелуем.

- Я хочу тебя... - шепчу я ей на ухо. Несмотря на то, что дверь закрыта, у меня до сих пор есть желание говорить все только ей. - Твое тело, твоё сердце, твой последний вздох, - мои губы снова находят её, и она тяжело дышит из-за моего прикосновения.

- Это твоё, - она говорит мне в губы, на что я улыбаюсь.

- О, я знаю.

Её сердце и пульс одновременно бьются с бешеной скоростью. Я сплетаю пальцы наших рук, смотря на кольца, украшающие наши суставы.

- Я могу чувствовать твоё дыхание, - Амелия тихо хихикает, когда мои губы целуют её ключицу.

- Тише, - я ухмыляюсь напротив сладостного пятна.

- Ты как снег, красивая, но холодная, - её холодные кончики пальцев проходятся по коже моей головы, и меня пугает этот холод. Но видеть её здесь, в постели со мной, чувствуя её кожу на моих губах... Я считаю, это чем-то вроде чуда.

- Я не думаю, что это справедливо, - дуется Амелия, когда снова не получает то, чего хочет. Я качаю головой и перекатываюсь на другую сторону кровати, покрывая её простынями. - У тебя были сексуальные отношения до этого, - она закатывает глаза. - Я просто не понимаю, почему ты не можешь заняться этим со мной.

- Амелия, - я хочу обсудить это с ней, но знаю, что это никогда не закончится. Я не могу исполнить её сексуальные потребности, и достаточно скоро она будет хотеть большего. Того, чего я не смогу ей дать.

- Нет. Гарри, просто забудь об этом.

- Я не чувствую себя наедине с тобой,  - говорю я, чтобы она закрыла тему. - Я не чувствую надобности кричать на себя каждый раз, когда делаю что-то не так. Секс - это не все. У меня нет причин для него, - она только моргает. - Не потому, что я не хочу его с тобой, но он определённо не для нас. Мы больше, чем это, - говорю я своей Амелии.

Придёт время в наших отношениях, когда она будет нуждаться в этом, но я не могу. Я очень люблю её, и я не могу дать ей то, чего не жажду. Это не то, что мне нужно для жизни, но она будет хотеть этого.

Амелия улыбается мне, и не какой-то простой улыбкой. Она действительно улыбается мне с красотой. Она устало моргает, кладя голову мне на плечо.

- Я люблю тебя, - говорю я Амелии, перед тем, как лечь под одеяло, попутно целуя её в лоб.

- Я тоже тебя люблю, - отвечает она, и я тяну её ближе к себе.

- Спокойной ночи, ангел, - последнее, что говорю я, прежде чем она целует меня в губы.

AMELIA'S POV

Все, что я чувствую - боль. Моё тело болит, моё сердце болит, и мой разум раздроблен. Страх сосредотачивает нас на прошлом и заставляет беспокоиться о будущем. Если мы примем наш страх, то сможем понять, что с нами все в порядке. Прямо сейчас, сегодня, мы всё ещё живы, и наши тела, на удивление, работают. Но я не в порядке, и моё тело не функционирует. Страх поглощает меня полностью, даже в тех местах, где я и не думала о его существовании.

- С тобой все в порядке? - спрашивает Лорен, выглядывая из дверного проёма.

Её присутствие чувствуется тогда, когда она садится рядом со мной на кровать. Её руки тянутся к моей, чтобы правильно завязать белую повязку.

- Я пыталась сделать это, но она постоянно падает, - объясняю я, на что она кивает.

- Прости, - говорит Лорен, завязывая ткань на моих пальцах.

- За что Вы извиняетесь?

- Мне просто жаль, - это все, что она говорит. - Мне жаль всех тех, кто имеет психическое заболевание, - добавляет она, и мой рот открывается.

- Лорен-

- Это очень удушающе, Амелия, - её печальные глаза смотрят в мои, прежде чем вернуться к руке. - Когда ты один заботишься о больном. Это может стать навязчивой идеей - быть убеждённым, что у него все в порядке, когда это не так. Ты лучше попробуй. Но приходит время, когда этого не достаточно, - говорит она.

- Я не буду пытаться.

- Я пытаюсь быть похожей на тебя, Амелия. Такой открытой и готовой помочь, - улыбается Лорен, и на её лице появляются морщинки. - Не пойми меня неправильно, дорогая. Я люблю своего Гарольда до смерти, он единственная семья, которая у меня есть сейчас, - мило говорит она без колебаний. - Он просто настолько болен, что это захватывает все вокруг. Он хочет отдать боль, которую чувствует, другим.

- Я не думаю, что это так. Я не чувствую его боль. В нем существует что-то хорошее.

- Амелия, посмотри на свою руку. Где здесь что-то хорошее, - Лорен хмурится, беря в руки ткань и оборачивая мою повреждённую кожу. - Я не говорю тебе уйти. Абсолютно нет. Ты бы раздавила то, что осталось от его души. Но я говорю тебе, что он никогда не вырастет. Он всегда будет этим человеком. Ты не сможешь изменить его.

- Это не то, что я пытаюсь сделать. Я надеюсь, что Вы не думаете так.

- Я знаю, дорогая, но это не так легко, как изменить ковёр в этой комнате или мебель внизу. Есть место в твоём сердце, и в один прекрасный день оно тоже захочет изменить его, - Лорен вздыхает, потирая глаза. - И в один прекрасный день, Амелия, это не будет просто сожженная рука, - громко и ясно заявляет она.

- Я-я

- Я надеюсь, что в один прекрасный день, после того, как я уйду из мира, ты узнаешь, что кто-то с расстройством личности, особенно с многочисленными личностями, не может быть приручен, - слова Лорен вылетают из её губ, растворяясь в воздухе между нами. Она шепчет мягкие предложения с осторожностью. Но она не боится говорить все то, что у неё на уме. - Независимо от того, сколько лекарств они примут, все они растворятся.

- Я понимаю это. На самом деле, - говорю я ей, моргая.

- Хорошо. Я сожалею о твоей руке, - она слегка улыбается.

- Я тоже, - я качаю головой, хмурясь. - Вы действительно построили ему эту комнату? - я должна спросить это у неё. Потому что, если это так, то это очень трагично.

- Нет, - отвечает Лорен, кусая губы. - Я хочу, чтобы эта комната никогда не существовала. Это не вызывало ничего, кроме пыток, и не только себе, но и другим.

- Он делал это раньше? - спрашиваю я, и на её лбу появляются складки.

- Да, много раз.

- Когда?

- Он считает, что огонь является сильным элементом, что огонь может исцелить, и он даже не признает, что сожжение может быть плохим. В тот момент нет боли, только возрождение, - её глаза закрываются на нелепую идею Гарри.

- Возрождение от чего, Лорен? - мне нужно поддержать разговор.

- Возрождение от самого себя. Он хочет родиться вновь без каких-либо недостатков прошлого, - говорит она те слова, которые я хотела услышать от Гарри с того самого момента, как он открыл рот. Почему он не может разговаривать со мной так же, как она. Почему он не может сказать мне о том, что чувствует? Почему кто-то должен говорить мне о его страданиях?

- Он действительно думал, что делая это, он получит этот результат?

- Не будь глупой, Амелия, - смех Лорен заполняет комнату. - Конечно, нет. Он так думал в детстве. Но теперь он делает это потому, что винит себя. Он винит себя за все в своей жизни.

- Я не понимаю, почему он просто не может быть счастливым, - я выдыхаю в свои ладони, закрывая лицо руками. - Почему он должен чувствовать, что что-то случилось с ним физически?

- Когда что-то не так психологически, то это потом становится физическим, - пытается объяснить она. - Он считает, что его болезнь убивает его.

За все время моего прибывания в этом доме, я никогда не была наедине с Лорен больше пятнадцати минут, и даже тогда она не разговаривала со мной с такой глубиной.

- Несмотря на то, что это не так. Он по-прежнему предпочитает верить, что он умирает. И никакое количество счастья никогда не заполнит его целиком.

- Могу ли я войти? - спрашивает Гарри, выглядывая из дверного проёма. 

Лорен смотрит на меня, прежде чем перевести взгляд на Гарри. Я киваю, и она уходит. Гарри входит в нашу комнату, когда Лорен скрывается за углом. Его зеленые глаза смотрят на меня с беспокойством. Он сконцентрировано кусает губу, облокачиваясь на стену. Его руки сложены на уровне груди, когда Гарри вздыхает.

- Я не знаю, что я сделал тебе, но я предполагаю, что что-то было, - он кивает в сторону моей руки. - Амелия. Я не помню, что сделал. Я-я, - он останавливается, тяжело моргая. - Мне очень жаль. Я знаю, что это ничего не значит для тебя, но я хочу знать, как я причинил тебе вред.

- Гарри... Это не про тебя, причиняющую мне боль, это помимо этого. Это то, что ты сказал мне, когда делал это, - я смотрю на него сквозь пелену слез.

- Что я говорил?

- Ты честно не помнишь?

- Амелия, если бы. Тогда бы я не стоял здесь, как дурак, - он качает головой, оттягивая локоны своих волос. - Что я мог сказать тебе, раз ты смотришь на меня так?

Когда ты действительно заботишься о ком-то, то их ошибки никогда не изменят твоих чувств. Независимо от того, насколько меняется ваш ум, ваше сердце все равно заботится. Есть всегда несколько способов прийти к компромиссу, чтобы получить что-то большее. Любовь, что есть у нас, гораздо больше, чем те небольшие различия. И это ключ. Это как один из тех больших кругов диаграмм. Любовь в отношениях должна быть большей частью. Любовь может сделать все для этого.

Я хочу ненавидеть Гарри, я хочу чувствовать, что в мире нет ни одного человека, которого я презираю больше, чем его. Но несмотря на это, все, что я могу чувствовать - боль и сожаление. Я хочу его больше, чем все остальное на свете. Я хочу, чтобы он улыбался, когда говорит о том, что обожает. Я хочу, чтобы когда он ухмыляется, на его щеках появлялись ямочки. Я хочу слышать его грубый голос, когда его что-то беспокоит. Я хочу все это. Я люблю все, что делает его собой и ненавижу его за все, что он делает.

Я скучаю по себе такой, какой была. Мне просто нужно 5 минут в день, чтобы побыть в одиночестве и поговорить с собой. Для того, чтобы убедиться, что я все тот же человек, каким была в начале. Речь идёт не о поиске того, кто будет бороться с тобой и делать тебе больно. Речь идёт о поиске человека, который будет стоять рядом, вытирая твои слёзы. Он будет держать тебя в своих объятиях, как сейчас это делает Гарри. Он никогда не оставит тебя, независимо от того, какие трудные вещи происходят.

- Мне так жаль, - Гарри кричит мне в плечо, сжимая мою спину. - Пожалуйста. Мне очень жаль. Не уходи. Не оставляй меня. Ты для меня все.

- Г-, - начинаю я.

- Я говорю, - я мысленно закатываю глаза, когда слова оставляют его губы. Даже сейчас у него все ещё есть потребность быть первым.

- Хорошо, Гарри, - говорю я вслух, вздыхая.

- Как я могу выразить словами, что я чувствую, когда ты улыбаешься мне? Как я могу объяснить, что происходит со мной, когда ты прикасаешься ко мне? - голос Гарри заполняет комнату, когда его рука прижата к моей щеке для комфорта. - Как я могу выразить, как бьется моё сердце, когда я вижу тебя? - слова сладко слетают с его языка, но нет никакого сочувствия в его зелёных глазах. Человек, которого я люблю больше всего на свете, не чувствует того, что он сделал. - Я хочу, чтобы ты знала, как сильно повлияла на меня, но в то же время я надеюсь, что ты никогда не обнаружишь этого, так как тогда ты поймёшь, какая власть у тебя надо мной, так что ты легко сможешь разрушить меня.

- Я никогда не смогу разрушить тебя, - честно говорю я ему, даже если в данный момент не уверена, что он тоже может сказать мне это.

- Я знаю, - Гарри качает головой. - Ты не сможешь разрушить то, что уже разрушено.

Мир перестал вращаться в этот момент. Как будто все вокруг нас исчезло. Эти несколько минут были только для нас, и все, что мы могли делать - смотреть друг на друга. Он выглядит смущенным, но это, своего рода, забавляет. Точно, как и я. Потому что я сижу на кровати с моим лучшим другом. Так я помещаю свои губы на кожу его руки.

У нас у обоих внутри война. Иногда это держит нас в живых, но иногда это угрожает разрушить каждый аспект нашего дыхания. Столько боли заполняет эту комнату, но любовь на умирает. Я не хочу, чтобы это заканчивалось, и я не хочу, чтобы этот момент останавливался. Но это только один день. Я влюблена в умирающего. Его тело живо, но его ум печально и медленно умирает. Может быть, мы снова будем работать друг с другом, может быть, наши пути вновь пересекутся? Но что, если этого не будет? Что делать, если я вижу его лицо в последний раз? Я выбираю остаться, потому что знаю, что не смогу, если он уйдёт. А также это правда. Темная, грустная, чёрная правда.

------

Здесь могут быть многочисленные ошибки. Я, конечно, проверяла, но попутно с этим смотрела сериал. Мои извинения.

All the love xx