Мафия

Мне не давал покоя тот факт, что Мео влюблен в мою сестру. А ещё то, что у меня вообще есть сестра. Это как минимум странно, а как максимум сводит меня с ума.

Но ещё больше меня сводила с ума вся эта ситуация. Мео влюблен в девушку, но не может быть с ней, потому что его семья считает меня его женой. Меня съедало чувство вины.

Розалинда Беннет, кто же ты такая?

Я не могла поговорить об этом по телефону с Бартоломео, поэтому ждала его приезда. Мне пришлось быть терпеливой.

— Мама, ты чего тут сидишь? Папа же приехал!

— Да, Эль, я иду.

Бартоломео за это время немного постарел. У него уже появились морщины под глазами и жесткая щетина. Его кожа приобрела бледный оттенок.

Я обняла Мео.

— С приездом тебя. Я очень ждала твоего возвращения.

Мео взглядом спрашивал, всё ли в порядке, и я отрицательно покачала головой.

Но этот разговор подождал до поздней ночи. Единственное время, когда мы могли остаться наедине.

— Почему ты не говорил? Ты всё это время знал мою сестру, любил её, но мне не сказал этого. Почему? Неужели после всего, что случилось, я не достойна знать об этом?

— Лиз...

Лиззи – Роззи. Мой брат часто называл меня именем «Лиззи», Мео звал «Лиз», неужели всё вокруг хотели забыть её через меня? Неужели я лишь копия чьего-то идеального оригинала?

— Я не хотел, чтобы ты расстраивалась.

— Теперь всё известно. И скажу честно, жить в неведение было тяжелее, чем сейчас.

— Кто тебе рассказал?

— Твой дядя. Он всё знает о нас и Габриэле. Это был обмен информацией.

Мужчина кивнул головой, он уже догадывался об этом.

— Пора исправить наши жизни. Мы слишком долгое время совершали ошибки. Мео, мы во всем признаемся твоей семье. Ты станешь жить с Розалиндой, а я вернусь в Сан-Диего вместе с сыном.

— Нет. Это опасно. Висконти сразу найдет тебя, и у него появятся вопросы.

— Но других выходов я не вижу! А ты гробишь свою жизнь из-за меня. Нет.

— Ладно, поехали со мной.

Он ничего не объяснил, но мы сели в его личный самолет.

— Твоя сестра пострадала от рук Висконти. Очень сильно. Они унизили её и растоптали. Её боль была настолько сильной, что она хотела покончить со всем. Я сразу полюбил её. С двадцати шести лет. Сейчас мне сорок четыре, и я до сих пор люблю её.

Восемнадцать лет...

— Мы договорились быть вечными друзьями с ней. Может это и вовсе самая настоящая дружба. Но если я и любил в этой жизни, то только её.

— Она знает обо мне?

— Да. Она знает о твоей жизни даже больше, чем ты. Поэтому я и везу тебя к ней.

— Что?

— Ты должна увидеться с ней. Поэтому мы и едем в Сан-Диего.

— Она живёт там? Не может быть. Как она находится в этом городе, если там живёт он?

— Он больше там не живет. — На моё вопросительное выражение лица он продолжил. — После твоего отъезда Висконти переехал в Италию.

Так забавно, что это он называет «отъездом». Будто я уехала в отпуск, а не сбегала от мафии, потому что была беременна его ребёнком.

— Роззи знает больше, чем ты думаешь. Она даст тебе ответы на всё вопросы.

— Только вот, нужны ли мне эти ответы? Я её даже не знаю и не помню с детства. У меня не было сестры, как теперь она может появиться..?

— Ты сама сказала, что в незнание быть гораздо хуже.

Мне страшно видеться с ней. Все воспевают её, но что если она не такая? Может всё ошибаются? У меня не было сестры.