Видение.
Все время пока мы добирались до Арафета, каждую ночь или будь это дневной отдых, когда бы я ни засыпала, я мысленно призывала менталиста. Чаще всего мы объединяли наши сны в видения ночью, когда оба спали наверняка. Ласс рассказал, как устроился в Сардонии недалеко от сверкающей золотом столицы. Как купил небольшой домик подальше от людей, расположившийся на опушке леса, чтобы не вызывать лишних подозрений у местных. Мы часто прогуливались по местам, которые он воссоздавал для меня из своей памяти. Также из рассказов Ласса я узнала, что инициатором войны была наша сторона. Электианская империя находилась под властью Высших, а они в свою очередь жаждали власти и ресурсов Сардонского Королевства. Империя же находилась в географическом капкане из гор практически по всей окружности своих границ, только соседствующая Сардония была выходом к морю и путям торговли с иными государствами. Но налаживать партнёрские отношения Высшие советники не желали, они хотели заполучить всю страну, а с ней и преимущества, которыми она обладала.
Сначала я отказывалась в это верить, но увидев многочисленные города Сардонии, которые он мне показал, их богатства и благополучие местного населения, стала задумываться. Последние же сомнения в голове развеял факт плена в реальной жизни.
***
— Но тогда кто убил моих родных? — как-то раз спросила я Ласса.
- Война уносит сотни невинных существ каждый день, независимо от того на чьей они стороне. Ты не одна потеряла близких... — ответил менталист с грустью, я же не стала расспрашивать его. Маг никогда не говорил о родителях, я знала лишь его двоюродного брата Вайлана, который, кстати, тоже присоединился к брату, сбежав из империи. Подозревала, что кроме брата, родных у Ласса не было.
Войны забирают самое ценное — душевный покой и любимых. Чувство защищённости и даже надежду... В очередной визит к ментальным видениям, опять оказалась уже в знакомом уютном доме у кромки леса. Это место было согревающим островком, спасая от жестокой реальности. Сидя на мягком диванчике у горящего камина, я с задумчивостью рассматривала языки пламени. Похоже воспоминания Ласса постепенно становились и моими. Уже было подумала, что менталист не явится, как это бывало иногда, когда он не спал и вытянулась на диванчике в полный рост. Смотреть на пламя было приятно, а разрушать иллюзию этого места лишними действиями не решалась. Деревянное сооружение было уютным, сквозь окна проникало много солнечного света. Первый этаж вмещал диванчик, камин, обеденный стол со стульями и небольшую кухню. На верхнем этаже, куда вела такая же деревянная лестница, скорее всего, располагалась небольшая спальня с ванной комнатой. Но там я не бывала. Ласс никогда не предлагал подняться наверх в наших видениях. Обстановка тут была простой, но уютной. Прикрыв глаза, я вдохнула приятный запах дерева и горящих палений в камине.
Но одиночество продлилось недолго, вскоре в дом вошёл Ласс. Он был одет отнюдь не как простой обитатель этого жилища. На нем был дорогой синий костюм и бордовая бархатная плащ-накидка, которая имела застёжку в районе груди в виде жёлтого магического кристалла. Но я не стала задавать вопросов — его внешний вид тоже мог быть и иллюзией. Даже моим воспоминанием со времён академии. Казалось, с тех пор прошла вечность.
— Здравствуй, моя маленькая госпожа, долго же ты не засыпала. Я уже успел заждаться. И у меня есть для тебя хорошие новости. — Весь вид мага, в этот момент, говорил о том, что у него есть повод для радости.
— Присядь, Ласс, мне тоже есть что рассказать, — проговорила, пододвигаясь на диване.
— Ну что ж, начинай, — сел менталист на небольшой диван, занимая своей массивной фигурой его большую часть, закинув при этом мои ноги к себе на колени.
Мой рассказ был коротким, но произвел впечатление на мага. Я поведала о событиях, произошедших в недавней реальности. Как восхитительный огненный дракон вырвался из моего тела. И самое главное — Вэлкан снял с меня браслет, хоть и под клятвой, которая предполагала смешивание нашей крови. Условия нашей договоренности я также пересказала Лассу. Вначале он нахмурился, но затем подтвердил мои радостные догадки. В моменты, когда браслет снят, есть возможность сбежать. Ведь любая клятва имеет свою брешь. А особенно необдуманная досконально и составленная наспех.
— Этот момент хоть и заставил тебя помучиться, но он нам пригодится, Аэлина, — произнес маг с полуулыбкой. — Я же нашел древнего жителя Электианской империи, он поведал мне о браслетах, запирающих силу.
— Надеюсь, ты не нарушил слово и не возвращался ради этого в империю? — с угрозой в голосе спросила я.
— Не волнуйся, принцесса. Для меня это сделал другой человек за относительно невысокую цену.
Я расслабилась, приготовившись к рассказу.
— Он сказал, что есть один ключ, отпирающий все браслеты. Он отпирает любой из них, при этом это может сделать не тот, кто застегнул магическое украшение на тебе. Заклинатель этих артефактов оставил возможность избежать рабства на всякий случай, — сказал Ласс, глаза его при этом победно сверкнули. — И этот ключ в сокровищнице замка.
— Это хорошая новость, но как, же я попаду в сокровищницу? Не думаю, что меня туда пустят. Да и сбежав ненадолго, вряд ли я сама ее найду, да ещё смогу ли пройти все посты охраны и запертые двери?
— Все это возможно, поверь. Ты очень способная. Да и то, что на мгновение тебя будут освобождать, уверен, поможет. Главное все хорошо обдумать и разработать все возможные пути к освобождению, — воодушевленно сказал менталист, взяв меня за обе руки.
— Хорошо, конечно я попытаюсь. Но что делать, когда сбегу, освободившись при этом от браслета?
На это маг лишь усмехнулся, предвкушая ответ. Глаза его вновь недобро блеснули.
— Когда ты освободишься от «запирающего силу» навсегда, тебе больше не придется бежать. Бежать должны будут они.
Его взгляд стал суровым, даже я никогда не видела менталиста таким. Поэтому поспешила развеять напряжение.
— Не уверена, что смогу убить их. Высших, я имею в виду. Физически я это могу... Но морально, вряд ли. Да и не все окружающие их люди такие плохие. Думаю, многие являются заложниками ситуации, — в этот момент я подумала о доброй служанке Эдиль, а ведь таких простых и добрых существ во дворце уйма. — Такая разрушительная сила, которой даже я сама ещё не знаю границ может погубить невинных.
— Понимаю, о чем ты. Да и этот оборотень явно запал тебе в сердце, хотя он этого совсем не заслуживает...
Я же от его правдивой догадки даже затаила дыхание. Он знал. Все это время. И ни разу не упрекнул меня в такой очевидной глупости. Да — это было правдой, я никогда бы не причинила вреда Вэлкану. Даже без клятвы. Сбежать — да. А убить или покалечить — нет, не смогла бы. Кроме того, запал в сердце мне вовсе не Вэлкан, чего я, конечно, озвучить не посмела.
Ласс, как всегда, очень нежно поглаживал мои руки, а затем поцеловал каждую из них, вызывая умиление. Он нервничал, будто сказанное сейчас, решит его судьбу навсегда. Он боялся меня потерять, боялся, что я откажусь от него, как от мужчины. Но все, же задал терзающий его вопрос:
— Я понимаю, что сейчас не лучший момент, мне хотелось бы поговорить с тобой лично. Но это самое большее, что мы сейчас имеем, — с теплотой посмотрел на меня менталист, — Буду честен, меня беспокоит этот высший, не только, как твой похититель, но и как соперник.
Ласс хоть и старался держаться непринужденно, но его челюсть покрылась желваками сжавшись.
— Нет никакого соперника, — поспешно ответила я, — Да, он вызывал некоторые эмоции у меня, когда я не знала кто он, и возможно их часть ещё теплится в моей душе, но после всего, что он сделал... — я покачала головой, — Нет, я не смогу смотреть на него как прежде. Он предал меня. Пленил и сейчас везёт, вполне возможно, на казнь.
После сказанных мною слов наши взгляды встретились. Неуместность разговора о ревности обрела новый смысл. Мне бы жизни не лишиться.
Но все, же я хотела успокоить Ласса.
— Есть причина по которой Вэлкан Алтурионский делает то, что вряд ли бы сделал, будь у него выбор. Высший совет не так сплочен, как кажется. Их предводитель, главный старший и самый сильный маг-менталист использует разные рычаги давления на остальных участников высшего совета.
— Амодеус, — произнесла тихо. В империи это имя боялись говорить вслух. Привычка местных укоренилась и во мне.
— Да, — подтвердил маг. — Он обладает не только сильной ментальной магией, но и виртуозно манипулирует, шантажирует и держит в страхе всех остальных высших советников. Кроме Арсесиуса и Зеёда, те рады ему служить и быть правой рукой. Я начал этот разговор, потому, что хочу, чтобы правду ты узнала от меня. Амодеус держит в плену дочь Вэлкана. Поэтому он и везёт тебя к нему. Привезти и отдать элементаля Амодеусу — это высшее проявление верности и освобождение для его дочери.
Сказать, что я была в шоке — ничего не сказать. Я была переполнена эмоциями. У Вэлкана есть дочь! Мне представилась маленькая девочка, лет пяти, с кудрявыми темными волосами и такими же янтарными большими глазами как у ее отца. Она где-то там, совсем одна, без отца.
— Постой, а где мать девочки? — опомнилась я, - она с ней сейчас?
— Нет, насколько знаю, она умерла. Ее нет.
Эти слова разбередили мою собственную рану в сердце. Что-то дернулось в душе с неприятной болью.
— Это весомая причина поступать так со мной, хотя и недостаточная, чтобы я простила оборотня. Думаю, каждый пытался бы спасти ребенка, но оправдывать его поступок по отношению ко мне, не стану, - хотя я говорила максимально равнодушно, эта информация задела меня больше, чем полагалось.
— Хорошо, что ты это понимаешь, Аэлина, — с облегчением произнес Ласс. — Завтра вы прибудете во дворец. И я тебя хочу подготовить тебя к встрече с членами совета. И хотя живут они, скрывая личную информацию о себе, кое-что все же знаю. Как и говорил ранее, самый верный друг и правая рука Амодесиуса — Зейд и Арсесиус, темные эльфы, мрачные персоны, хотя и любят внушать, что не желают никому зла. Зейд обладает магией тени, призывая мертвых к действиям разными способами и строит защитные куполы вокруг советников. Про магию Арсесиуса и вовсе особо нечего сказать, ведь ставшие её свидетелями, чаще всего уже не могли рассказать о ней, ведь навсегда закрыли рты.
От этих слов нечто сжалось внутри. Ласс продолжил рассказ.
— Лорана — пара Зейда и ещё один член высшего совета. Она - светлая эльфийка.
— Что?! Как такое, может быть? — спросила в изумлении, ведь светлые эльфы по природе не могли быть с темными, их магия слишком несочетаема. Физическая близость была бы невозможна, даже болезненна для светлой стороны, на уровне простого касания, не говоря о большем.
— Да, такое сложно объяснить, но я лично убедился в данном факте.
Мне хотелось спросить Ласса как, но что-то подсказывало, что я не хочу этого слышать. Ни от него. Всё-таки он шпион, и думаю, своими путями узнал достаточно.
— Непонятно какими способностями обладает Лорана, поскольку ни разу не видел применения её сил, однако, это точно магия света.
Окулус и Наран — близнецы. О них ничего толком не ясно, кроме того, что они самые молодые из высших советников и любят устраивать пышные празднества для императора, отвлекая его тем самым от вопросов политики.
Вэлкан — его ты знаешь, он оборотень, но также обладает способностью выстраивать ментальные щиты вокруг разума. Это следствие долгих лет тренировок, видимо, поэтому Амодеус и пленил его дочь. Чтобы иметь другой рычаг управления оборотнем.
Ну и конечно самое «сладкое» напоследок. То, о чём мало кому известно, и оно очень опасно. Арсесиус - темный эльф и старший брат Зейда. Он станет твоей самой большой проблемой, поскольку является ищейкой и сильнейшим в империи воином. Ни одна живая душа от него ещё не сбежала, насколько я осведомлен. Он выслеживает существ по следам их сил. Также он видит потенциал магии в каждом из существ. Именно он является главным генералом армии Электианской империи. Сам лично отбирает лучших солдат для борьбы с Сардонским Королевством и тренирует их.
Мысли разом взвились в голове, окружив вихрем страха, сомнения и обманного притяжения к Тёмному. Он мог прочесть мой потенциал к магии ранее, но не сделал этого из святой веры, в то, что я просто маг огня.
— Мне не выбраться, — только и смогла выдать в ответ. – Они ни за что не выпустят из рук столь сокрушительную силу.
— Послушай, Аэлина, ты - элементаль. Сложнее и могущественнее существа нет на белом свете. Тебе нужно найти союзников в замке, с их помощью избавиться от артефакта запирающего твою силу, и советники сами разбегутся в страхе. Кроме Амодеуса, разумеется, — мрачно произнес маг. — Его придется одолеть. Но поверь, узнав его ближе, ты сама этого захочешь больше всего на свете.
Вдруг картинка перед глазами подернулась, Ласс тоже заметил это, осмотревшись. Пришло время просыпаться, а поэтому последние слова он произнёс в спешке:
— Мне жаль, что не могу помочь большим. Но прошу помнить, — произнося эти слова, он максимально приблизил свое лицо к моему, поглощая своими ледяными глазами мою каждую черту лица. — Я никогда тебя не предам и не использую. Никогда не причиню тебе зла. Запомнила? — требовательно спросил он, при этом схватив за плечи. — Скажи, что ты этому веришь и запомнишь эти слова.
Тон его был странным, как и все поведение. Но, тем не менее, я ответила:
— Запомнила, Ласс. Я верю тебе больше, чем кому бы то ни было.
Кивнув, он поцеловал меня на прощание, но, не успев ощутить вкус его губ, я сорвалась в темную бездну реальности. Пробуждение было близко.