Глава 20
Спокойное и размеренное тиканье часов. Утреннее зимнее солнце, лучи которого пробивается в открытое окно и падают на наши лица. Тихое и мирное дыхание в мою сторону заставляет меня проснуться и открыть глаза. А может, вовсе не это меня разбудило, а просто настало время, чтобы открыть глаза этому миру. Рядом со мной лежит парень, его веки чуть подрагивают, брови расслаблены, а губы чуть приоткрыты, небольшой подбородок, на котором есть еле-еле заметная щетина. Разглядываю его лицо и слегка улыбаюсь. Не хочу шевелиться, не хочу будить его. Не хочу знать, сколько времени, не хочу возвращаться в действительность. Парень откашливается и буквально почти резко просыпается. Теперь же моему взору представлены его сонные серо-зелёные глаза, которые смотрят прямо на меня.
— Доброе утро, — тихо шепчу и только сейчас осознаю, что его крепкая мужская рука лежит на моей талии, слегка приобнимая меня. Внутри все скручивает от волнения, от такой близости с ним. Парень хмурится и тут его глаза резко округляются от удивления.
— Сколько сейчас времени? — шепчет он и в панике тянется через меня к прикроватной тумбочке. — Черт! Мама дома! Блин, школа... — в панике все так же шёпотом бормочет он и садится на кровати, но я его хватаю аккуратно за руку.
— Марк, какая сегодня в школа? Сейчас конец февраля, у нас праздничные выходные, расслабься.
Но парень не успокаивается, он аккуратно встаёт с кровати и приоткрывает дверь из комнаты:
— Мам! — кричит Марк, и в ответ откликается нежный женский, но ужасно уставший, голос.
Он закрывает дверь на защелку и возвращается на кровать, садясь рядом со мной.
— Она даже, думаю, не догадывается, что в комнате с её сыном сидит какая-то девушка, с который он едва знаком.
Он слегка улыбается на мои слова, но его улыбка выглядит не совсем радостной. Боль так и просачивается изнутри и отражается на его лице. Теперь для меня он открылся с другой стороны. Я знаю, что скрывается за улыбкой в его потаенных уголках души.
А я кладу голову ему на плечо. Его руки медленно перебирают мои заметно отросшие чёрные пряди, которые успели слегка спутаться за ночь. И тут мой мозг начинает просыпаться, вспоминая все события вчерашнего дня. Внутри все скручивает, а я не знаю, что и сказать. Клара... её имя вертится в моей голове и в горле невольно встаёт противный ком. В голове начинают возникать разные возможные сценарии нашего предстоящего разговора. Что будет? Как сказать?
— Ты домой сейчас, да? — как то неуверенно спрашивает Марк, и мы пересекаемся взглядами. Я не знаю, что и говорить. Наглеть не хочется с просьбой остаться с ним подольше. У него своя жизнь, у меня — своя. Я не могу вечно прятаться в коконе, но что-то меня стопорит. Я лишь прикусываю губу, ничего не говоря.
Тогда Марк встаёт с кровати, берет мои вещи со стула и кидает их мне.
— Переоденься, пока я поговорю со своей мамой. Сейчас мы сходим в одно интересное место, тебе там понравится.
И я мысленно кричу миллион раз: "спасибо!" И Господи, как я рада что сейчас, что именно сейчас мне не нужно идти домой. Радуюсь до ужаса, что он меня понял, буквально просто взглянув мне в глаза. Марк закрывает за собой дверь и о чем-то говорит со своей мамой, но я не особо слушаю. В это время я переодеваюсь в свою уличную зимнюю одежду, в которой пришла вчера. Черт, куртка! Она же осталась в прихожей...
Дверь открывается, и Марк проходит ко мне с моей курткой и зимними ботинками.
На моем лице чётко отпечатывается удивление, а я даже не знаю, что сказать.
— Что сказала твоя мама на счёт того, что в квартире чужая одежда? — любопытство невольно вырывается из меня.
— Моя мама такая уставшая приходит в час ночи с работы, что ей не до этого. Сейчас время семь утра, ей через полчаса снова на работу. Она почти не спит, ей вовсе нет дела до этого, — бормочет Марк, и я даже теряюсь от его слов. В это время Марк начинает переодеваться, и я с трудом отворачиваю взор в сторону, дабы не смущать его.
— Мне жаль, Марк. Может. Я как-то могу помочь вашей семье?
Парень поворачивается ко мне, и я замечаю, что он полностью готов к выходу на улицу. Грусть за парня заполняет всю меня изнутри, осознавая трудность его ситуации. Хочется помочь.
— Лис, думаю, вашей семье сейчас в ближайшее время понадобятся деньги на лечение сестры. Не трать на меня. Я справлюсь, — говорит он, наклонившись, и легонько целует меня в щеку. Он отходит и собирает свою сумку, а я сижу, оцепенев от удивления. Невольно провожу рукой по тому месту, которого буквально момент назад касались его губы.
А что, если я не смогу помочь Кларе? Что, если уже ничего не изменить, все теперь такое, какое есть. Разве можно спасти того, кто не хочет спасаться?
Стараюсь откинуть мысли куда подальше, а потому разглядываю его комнату. На стене над рабочим столом висит несколько постеров из различных фильмов годов двухтысячных, и — Боже мой! В самом углу стоит самая настоящая электрогитара черного цвета.
— Марк, ты играешь на гитаре? — немного удивленно спрашиваю я и подхожу к инструменту, любопытно разглядывая, а после смотрю на парня.
— Да пару лет назад начал сильно увлекаться музыкой. Когда все еще было хорошо, они мне подарили гитару и записали на курсы по обучению.
Он слегка улыбается, и между нами на какой-то момент повисает тишина.
— Научишь как-нибудь? — спрашиваю, заглядывая в его глаза.
— Для тебя все что угодно, — произносит он, улыбаясь кончиками губ, и подходит к двери.
Марк выглядывает и замечает, что мать уже ушла, а потому подзывает меня к выходу. Растерянно оглядываю помещение. Просторная трёхкомнатная квартира, в который сделан хороший ремонт. На бежевых стенах прихожей висят несколько фотографий семьи Марка. Его, мамы, папы и его сестры. Маленькой девочки, которая тут, на этом снимке полна энергии. Она не знает, что её ждёт, его семья не подозревает, какое горе разрушит их семью. Марк тут даже не подозревает, что будет занят столь грязным делом. Он не знает, что после болезни сестры его отец, который улыбается на фото так, словно искренне любит семью, возьмёт и бросит их в самый трудный момент. Подлец. Больше никак не могу назвать такого человека. Это не любовь, когда ты отворачиваешься от близкого человека в трудной ситуации.
— Лис, пошли, — приятный и чуть грубый голос Марка вырывает меня из пелены мыслей. Киваю и следую за ним, перед уходом ещё раз окинув взглядом его квартиру. "Надеюсь, когда-то сюда вернётся счастье", — напоследок думаю, и Марк запирает дверь, а мы выходим на улицу.
— Куда мы идём? — интересуюсь я и пытаюсь улыбнуться, дабы развеять столь напряженную атмосферу.
— Сейчас увидишь. Но уверяю, тебе понравится, — загадочно говорит он, а я и не спрашиваю. Доверяюсь ему полностью, забыв обо всем в мире. В какой-то момент наши руки переплетаются, а сердце в груди ускоряет свой темп. Мы идём вот так вот минут тридцать, проходим несколько кварталов и парень, наконец, останавливается у какого-то здания в четыре этажа. Он нажимает на ярко-красную кнопку у входа, к нему приближается человек в форме охранника и отпирает дверь
— Привет, Марк, — мужчина лет сорока хлопает его по плечу, а после его взгляд оказывается обращен ко мне.
— А ты сегодня не один, как вижу. У вас есть тридцать минут до того, как сюда начнут приходить люди, — говорит мужчина, и на его лице отражается ехидная ухмылка, словно думая, что у нас тут будет что-то невероятно интимное, недоступное для чужих глаз. Якобы давая намёк, чтобы мы не сильно долго развлекаюсь. Они перекидываются с Марком ещё парой слов, а после мы проходим внутрь, сдаём куртки в гардероб и поднимаемся на второй этаж.
— А теперь, закрой глаза, — просит парень, чуть приобнимая меня сзади, кладёт ладони на мои глаза, и ведёт меня в неизвестность а я невольно смеюсь. Делаю осторожные шаги, боясь оступиться.
— Ну хватит, мы же не дети, — говорю, а после спустя какой-то миг мои слова обрываются, так как он убирает руки с моего лица, и я впадаю в удивление. Чего-чего, но такого места для... свидания? Или что это? Такого место для времяпрепровождения я точно не представляла... Так все же что это? Дружеская посиделка? Или что? Что?
— Дурак! У меня нет купальника даже! — восклицаю, но вместо каких-либо слов он подходит к краю бассейна и садится. Ничего не говорю, следую его примеру и оказываюсь рядом с ним, смотря на прозрачную гладь воды.
— Не обязательно купаться, можно и просто посидеть, — произносит он, и на какое–то время замолкает, добавляя после: — Твои родители, вероятно, уже изволновались. Или ты им сказала, что тебя не будет дома?
— Я им сказала, что переночую у Антона.
И тут я прикусываю свою губу до крови, вспоминая об этом парне. Вспоминаю тот факт, как наши с ним отношения сильно испортились за последнее время. В них стало появляться насилие, которое я столь долгое время игнорировала.
— Я думаю, он тоже будет волноваться о тебе и пойдёт узнавать у твоих родителей, или ты и ему успела соврать? — совершенно серьёзно спрашивает парень.
Я тяжело вздыхаю. Набираю больше воздуха в грудь.
— Я хочу с ним расстаться. В тот раз он чуть не избил меня за то, что я просто гуляла с тобой, а что будет в этот раз, если он все узнает, — растерянно бормочу, и из глаз катится слеза.
Между нами на какой-то миг повисает тишина. Парень поворачивается в мою сторону, но я не спешу смотреть на него. Утираю слезы рукавом голубого свитера.
— Но ведь есть ещё причина, по которой ты хочешь с ним расстаться, да?
Его вопрос заставляет кожу покрыться мурашками. И тогда я поворачиваюсь всем корпусом в его сторону. Смотрю ему в глаза, разглядывая его тёмные и густые ресницы, пытаюсь разглядеть все то, что таится в его взгляде.
Губа дрожит, рот чуть приоткрывается, словно вопрос готов спрыгнуть с языка.
— Марк. Я люблю тебя, — говорю я и после того как эти слова разносятся в тишине, я все больше уверенна в том, что так оно и есть. Неоспоримый факт, отрицать это уже бесполезно.
Мы неотрывно смотрим друг другу в глаза, а после парень касается моего лица одной рукой, нежно поглаживая. Расстояние между нами волей случая сокращается, и его бархатные губы аккуратно касаются моих. Внутри меня случается взрыв, ураган эмоций, и я отвечаю на поцелуй, давая знак, что я согласна.
Назад дороги нет.
Вторая рука касается плеча, а я крепко обнимаю его за шею, притягивая его к себе, желая чтобы между нами не было никакого расстояния. Я хочу стать с ним чем-то единым. Страсть между нами накаляется, и я чувствую, как наши сердца бьются со скоростью света. Всё вокруг исчезает, все грани разумного, правильного и неправильного стираются. Остались лишь МЫ. Отстраняюсь, чтобы захватить воздуха, а после снова сливаюсь с ним в нежном и слегка резком поцелуе. Не хочу отпускать его ни на секунду. Касаюсь одной рукой его мягких и, слегка вьющихся, волос. Какой-то момент парень касается спиной гладкого пола, а я оказываюсь сверху над ним. Этого недостаточно. Провожу рукой по его ключицам, плавно спускаюсь вниз и аккуратно касаюсь краешка его кофты, тяну её вверх, представляя моему вниманию его тело. Ненакачанное, без кубиков пресса, от которых некоторые просто в восторге. Слегка худое, но идеальное для меня. Парень не сопротивляется, он наблюдает за моими не совсем умелыми действиями. Но не позволяю взять ему контроль в свои руки. Он завороженно наблюдает за мной, мы не говорим друг другу ни слова. Мы понимаем друг друга и так. Зачем слова, если наш разум все больше сплетается воедино?
Мои бледные и, дрожащие от волнения, руки, касаются ремня его джинсов. Страсть затмевает разум, желание, нечто запретное, то, чего я не позволяла с ним. То, что мне снилось с ним только во снах. Все это воплощается в реальность.
Он предстаёт передо мной почти обнажённый, но какой-то момент — и я позволяю взять ему верх надо мной. Проходит буквально секунда и вот, я уже оказываюсь под ним. Его тело нависает над моим, слегка прижимаясь ко мне. Сейчас я понимаю, что именно это называется любовь. Когда чувства вытесняют все существующие. Когда не столь важно тело, сколько важна душа.
Пылкие чувства, мои горячие от смущения, щеки. Мы смотрим друг другу в глаза и его губы вновь на моих. Его руки на моем свитере, стягивая его с меня, а после и нижняя часть одежды оказывается в стороне. Смущение сковывает меня, а мы оказываемся друг перед другом полностью обнаженными. Наши тела открыты друг к другу, как и души, позволяя слиться воедино. Одно целое. Он во мне, словно дополняя недостающую частичку моей души. Он аккуратно двигается во мне. Пазл сложился воедино. Я залечиваю его боль, а он — мою. Хватаюсь за спину парня и дышу ему в шею. Тихий стон невольно слетает с моих уст. Чувства с ног до головы захлестывают меня, вытесняя все мысли.
В какой-то момент наши губы вновь сливаются в медленном поцелуе. А после он снова двигается во мне. Момент, и приятное удовольствие прошибает будто током все тело, а после с губ Марка слетает лёгкий стон, он ложится рядом со мной. Мы лежим, смотря друг другу в глаза. На моем лице широкая улыбка, на его тоже. Теперь все, как надо. Теперь это для меня есть значение слову правильно. Теперь я знаю, что такое любовь, знаю лучше, чем когда-либо. Сильные чувства, связывающие два сознания в одно. Любовь без слов, любовь, когда ты хочешь быть навсегда с человеком, когда ты и он — неразделимые части.