Глава 24
Мирон
По дороге Ольга вспомнила о моем дне рождения, наговорила мне кучу теплых слов, я не знал, куда деваться. Не люблю я всего этого. Особенно официальные поздравления на работе. Я давно всем сказал: не надо ничего устраивать! Если вам так неймется, подпишите открытку. И все.
Но им как об стенку горох! Каждый год одно и то же. Надеюсь, в этот раз мы все же обойдемся без дурацких речей и не менее дурацких памятных подарков.
Когда Ольга, наконец, завершила поздравительную речь, мы с ней начали болтать, как две беременные. Одна из которых отмотала больший срок.
Я расспрашивал ее о токсикозе, о том, когда это, наконец, закончится. Она описывала свои симптомы, я - свои. В смысле, Аленкины. Она делилась контактами прекрасных акушеров и рассказывала про группы для беременных, куда ходит на йогу. Я, от имени Аленки, сомневался - нужна ли эта йога вообще. Когда Ольга уверила меня, что асаны прекрасно успокаивают нервы, я решил, что без йоги нам не обойтись.
А больше всего меня обрадовало утверждение, что на третьем месяце токсикоз должен закончится. Скорее бы! Мы с Аленкой мучаемся каждое утро.
- То есть потом все легко и хорошо? - спросил я.
- Я сейчас на пятом месяце. И чувствую себя гораздо лучше, чем на втором, - обнадежила меня Ольга.
Я довез ее до офиса мужа, проехав мимо своего офисного центра.
- Всего хорошего, - сказал я на прощанье.
- Может, когда-нибудь встретимся… Или лучше не стоит?
- Не стоит, - уверенно произнес я. - Но я буду за тебя болеть. Напиши, как появится малыш.
- Спасибо, что подвез! - помахала мне Ольга.
Я заметил в зеркало заднего вида, что из офиса выскочил тот самый мужик, которого я видел на фото с Ольгой. Муж. Он обнял ее, она повисла на его шее. Я поймал себя на том, что улыбаюсь. Я рад за них.
Прошлое осталось в прошлом. Теперь окончательно.
Я поехал на работу. Это заняло не больше двух минут, ведь я был на соседней улице. Вернулся, развернулся, собирался заехать на стоянку. И вдруг увидел Аленку! Она стояла у входа, прислонившись спиной к колонне, и ее вид мне сразу не понравился. Плечи опущены, голова поникла, мне показалось, что она с трудом держится на ногах.
Я затормозил прямо у входа, выскочил из машины, подбежал к Аленке.
- Что случилось? Тебе плохо?
Она подняла глаза и уставилась на меня сначала удивленно, а потом пристально, как будто пытаясь получить по моему лицу ответ на какой-то вопрос.
- Я тебя видела. Только что.
- Я только что подъехал…
Я не понял, о чем она говорит.
- Нет, раньше. Ты был не один. С девушкой. С Ольгой.
Ах, вот в чем дело! Аленка давно тут стоит и видела, как я проезжал. А я, дурак, даже не догадался повернуть голову в сторону входа!
Я обнял Аленку, аккуратно приподнял ее подбородок, заглянул в глаза и спокойно произнес:
- Ты себя уже накрутила? Давай раскручивать!
Аленка удивленно захлопала ресницами.
- Я встретил Ольгу в аэропорту. Довез до офиса ее мужа, потому что у ее водителя сломалась машина. Кстати, она беременна. Пятый месяц.
Аленка еще интенсивнее захлопала ресницами.
- И еще. Давно хотел сказать... Я люблю тебя и только тебя.
Ресницы затрепетали, я увидел на глазах Аленки слезы… Неужели я что-то не то ляпнул?
***
Алена
Эти пять минут, пока Мирон не вернулся, показались мне вечностью. Я стояла в оцепенении, не в силах пошевелится, и чувствовала себя воздушным шариком, из которого выпустили воздух.
Неужели все мои страхи воплотились в реальность? Неужели Мирон, и правда, будет всегда вести себя как полигамный самец? Я знаю таких. Они с пеной у рта утверждают, что любят жену, что семья для них на первом месте. Но не упускают возможности поохотиться на стороне.
Я так не хочу. Мне такое не подходит.
Мирон возник внезапно, как из воздуха. Я не видела, как он подъехал, заметила его, когда он был совсем рядом. Подошел, обнял, все объяснил.
Боже, какое я испытала облегчение! Как будто с души свалился огромный камень, размером с астероид.
Ничего не было. Он просто подвез Ольгу. Она замужем и беременна.
А главное - он сказал, что любит меня.
Это самые прекрасные слова, которые я слышала в жизни. Меня переполняет счастье, перемешанное с облегчением. Кажется, меня снова наполнили воздухом, и я сейчас воспарю в небо воздушным шариком…
Но почему я реву?
Это пугает Мирона. Он смотрит растерянно и виновато, бормочет, что не имел в виду ничего плохого.
- Я тоже люблю тебя! - чуть ли не крикнула я.
И бросилась в его объятия.
- Но почему ты плачешь? - спрашивал Мирон в перерывах между поцелуями.
Он целовал мои глаза, слизывал слезы со щек, бережно держал мое лицо в своих ладонях, вглядывался. И от его теплого, тревожного, внимательного взгляда мне еще сильнее хотелось реветь.
Ну что я за дурочка! Реву в такой радостный момент...
- Я так соскучился.
Мирон снова крепко обнял меня, обхватив не только руками, а как будто всем телом. Я прижималась щекой к его груди, вдыхала его запах, такой родной и любимый. Я просто плавилась от счастья в коконе его объятий…
Когда сознание ко мне вернулась, я вспомнила, что мы торчим у входа в офисный центр, и что я, вообще-то, нахожусь на работе.
- Вадим меня убьет, - пробормотала я. - У нас план горит. Все останутся без премии из-за меня.
- Ты уволена, - выдал Мирон.
- Что?! - я отстранилась от него.
- Хватит тратить время и силы на всю эту суету. Тебе надо больше отдыхать и гулять. И записаться на йогу для беременных. Говорят, это очень полезно.
- Но Вадим… и девочки…
- Выбрось их всех из головы.
Мирон погладил меня по волосам, и я почувствовала, как меня отпускают тревожные мысли.
- Но премия… - все же пробормотала я.
- Премия будет. Обещаю.
- Хорошо!
Мне вдруг стало легко и весело. Я уволена. Мне больше не нужно сидеть на телефоне и рассказывать незнакомцам о преимуществах сплит-систем нашей компании. Я буду наслаждаться каждой секундой своей беременности. И обязательно займусь обустройством детской! Но об этом мы поговорим позже.
И тут я вдруг вспомнила - день рождения! Я еще не поздравила Мирона!
- Пойдем в мой кабинет, - произнес он. - Мне нужно кое-что сделать, а потом мы поедем домой.
О! В кабинет! Прекрасная возможность подарить мой подарок.
Попрошу Мирона закрыть глаза, сниму платье, повяжу бантик и предстану перед ним в невероятно развратном виде. Или нет. Платье лучше снимать у него на глазах. Я помню, как его завел мой недавний стриптиз. Он сходит с ума, когда я при нем раздеваюсь…
Мы шли, держась за руки. Мирон сам схватил своей огромной сильной ручищей мою ладонь. И это было… с ума сойти как здорово! Мы пересекли холл, поднялись на лифте, прошли по коридору - и везде я ловила удивленные взгляды.
Все шокированы тем, что босс “Арктики” держит за руку оператора колл-центра. Это же сенсация! Уверена, прямо сейчас сплетни со скоростью света разносятся по всему офисному центру.
Надеюсь, они в самое ближайшее время дойдут до Нади. Хотя мне плевать. Я ее больше не увижу. Она больше не будет изводить меня намеками…
Когда я вспомнила обо всех этих разговорах, мое радужное настроение капельку омрачилось. Совсем капельку. Как известно, капля дегтя может многое испортить. Но не в моем случае! Я просто выброшу весь негатив из головы. Прямо сейчас.
В кабинет Мирона мы тоже вошли, держась за руки. Его секретарша выглядела такой же пораженной, как все остальные, но быстро сориентировалась.
- Здравствуйте, Мирон Александрович. И Алена.
Надо же, она помнит, как меня зовут!
- Вам тут звонили… И приходили…
- Если никто не умер, то зайди ко мне со всем этим через пять минут.
- Насколько я знаю, все живы, - пролепетала Вика.
Мы вошли в кабинет, Мирон захлопнул дверь.
Пять минут?! Он думает, нам хватит пяти минут?
***
Мирон
Я не собирался приставать к Аленке, хотя адски хотелось. Во-первых, я помню, что ей не особо нравится заниматься этим в моем кабинете. Мы очень скоро поедем домой, и уж там… И тут наступает во-вторых. Я собирался наказать дровосека. Но я оговорил исключение: если Аленка не набросится на меня сама. О, как я надеюсь, что она так же умирает от желания, как я!
Захлопнув дверь, я обнял Аленку. Я просто хотел пять минут побыть с ней наедине. Я собирался наполнить эти пять минут нежностью и любовью.
Не сексом. А чувствами.
Я сел в свое кресло, усадил к себе на колени Аленку, убрал волосы с ее лица.
- Ты сегодня необыкновенно красива, - произнес я.
И нежно поцеловал ее в щечку.
Да, я умею говорит комплименты! А не только писать их в мессенджере.
- Ты даже не подозреваешь, насколько, - произнесла Алена.
Я не совсем понял, что она имела в виду. Но, конечно, я с ней согласен. Она намного прекраснее, чем я могу выразить!
Аленка дернулась, как будто хотела встать.
- Тише, тише.
Я удержал ее.
- Давай еще минутку так посидим.
Дровосек исступленно наслаждался тем, что по нему ерзала обалденная Аленкина попка.
Так, спокойно. Любовь и нежность, а не секс!
- У меня для тебя сюрприз… - начала Аленка.
Но не успела закончить. Потому что дверь кабинета распахнулась, да с таким грохотом, как будто кто-то открыл ее с ноги. Я просто офигел от такой наглости!
А, когда увидел, кто стоит на пороге, то офигел еще больше. И да - это в его стиле: вышибить мою дверь.
Знакомьтесь: Демид собственной персоной. Мой двоюродный брат по отцу, неисправимый хулиган, потаскун, хам и сорвиголова.
Мы с ним… скажем так, многое пережили. Очень многое.
Его не было почти полгода, а теперь, похоже, он вернулся.
- Хэппибездей, братишка! - заревел он. - Принимай сюрприз!
Демид застыл на пороге, а в кабинет, игриво покачивая задницами, вплыли целых три танцовщицы гоу-гоу в коротеньких юбочках и обтягивающих маечках, едва прикрывающих буфера.
***
Мирон
Узнаю брата Демида. Подобные выходки для него в порядке вещей. Он вообще без тормозов, такое творит, что у окружающих отваливаются челюсти, а волосы встают дыбом и вываливаются из луковиц. Я по сравнению с ним - щенок.
Но его долбанная креативность мне сейчас вообще не в тему!
- Демид, - раненым бизоном взревел я. - Убери их отсюда немедленно!
- Ты чего? - обалдел мой кузен. - Девочки - высший класс!
- Девочки, вы свободны! - гаркнул я.
Они испуганно шарахнулись и попятились к двери.
- Я вижу, что ты занят, - надулся мой братец. - Но три по-любому лучше, чем одна. Ты-то это знаешь…
Я пульнул в него такой убийственный взгляд, что до него, наконец, стало доходить.
Аленка все порывалась вскочить с моих коленей, но я ее, естественно, не отпускал. Понимаю, как ей это все неприятно. Я сейчас же это прекращу!
Демид, между тем, обратил на нее свое пристальное внимание. Я видел, как он сканирует ее взглядом. Знал, что он оценивает ее грудь, пытается разглядеть попу, изучает лицо. Как мне хотелось вскочить и треснуть его по башке чем-нибудь тяжелым! Да хотя бы офисным стулом. Ему бы ничего не было, башка у него чугунная. Но пялиться на мою девушку своими наглыми раздевающими глазами он бы перестал.
Что за черти принесли эту хамскую рожу, да еще и в такой неподходящий момент!
- Алена, - произнес я, - знакомься, это Демид. Мой двоюродный брат.
Может, моя подчеркнутая вежливость выглядит слегка неуместной при данных обстоятельствах, но надо же как-то разруливать ситуацию.
- Демид, знакомься. Это Алена. Моя девушка.
- Ну ты, блин, даешь, - выдал братец.
И я знал, что это он сдержался. С его губ рвались гораздо более крепкие выражения, но мой взгляд удерживал его в рамках.
Нет, это совершенно убийственная ситуация. Мне нужно смотреть на Демида угрожающе, и в то же самое время, на Аленку - успокаивающе.
Ему я должен невербально передать: ляпнешь лишнего - убью. Аленке же я хотел показать, что я милый пушистый зайка. И не виноват в том, что у меня такой отбитый на всю голову брательник.
- Алена, извини, я этого не планировал, - успокаивающе шептал я ей на ушко.
А сам пытался взглядом совершить над Демидом трепанацию черепа.
- Но почему он… - начала Алена.
- А он у нас дебил. Его в детстве уронили. Раз пять головой об угол. Вот он мозгами и поехал…
- Ты это, блин, - начал Демид. - Жених хренов…
- Неизящно, - покачал головой я.
Все это время я одной рукой крепко держал Аленку за талию, а другой успокаивающе поглаживал по коленке.
- Эти девушки… они собирались тут танцевать? - как-то неуверенно спросила она.
- Видимо, да, - отозвался я.
- Ага, танцевать, - заржал Демид. - Польку-бабочку.
Алена сжала губы.
- Значит, это твой брат… - Она окинула его не менее пронзительным взглядом, чем он ее. - А вы похожи.
- Да нет, - начал отнекиваться я. - Вообще ничего общего. Он такой… А я совсем другой!
- А вас в детстве пороли? Ремнем? - внезапно спросила Алена. - Я бы вам всыпала. Обоим.
Демид посмотрел на нее с интересом.
- А мне за что? - пробормотал я.
Аленка вскочила с моих коленей. Демид сразу уставился на ее ноги. Его взгляд поднялся выше… И тут ему прилетело от меня.
Я не удержался и швырнул в него ежедневником. Он радостно его перехватил, отправил обратно, целясь в мою голову. Алена переводила взгляд с Демида на меня и обратно.
- Она тебя сейчас в угол поставит, - выдал Демид, поймав взгляд Аленки.
Я не обратил на его слова никакого внимания. Направился к двери, тесня туда же Демида.
- Алена, я сейчас провожу этого балбеса и вернусь. Подожди меня здесь, пожалуйста.
- А девушки… - начала она.
- Ушли и больше не вернутся.
Демид встал у двери, скрестил руки на груди, вперился в меня взглядом. А потом выдал:
- Ты вообще кто? Где мой брательник Мирон?
***
Алена
Хорошо, что я не успела снять платье!
А все остальное плохо. Этот Демид, которого мне хочется придушить собственными руками, эти девушки почти без одежды, и Мирон… Ладно, к Мирону, вроде бы не придраться.
Кажется, он не имеет никакого отношения к этому сюрпризу. Но вся ситуация о многом говорит. Я все же надеюсь, что о прошлом, а не о настоящем.
Мирон вышел, вытащив за собой Демида чуть ли не за шкирку. Я ходила из угла в угол, мне было очень неспокойно.
А что было бы, если бы я не оказалась в кабинете в этот момент? Выгнал бы Мирон девушек?
О, боже. Ревность - это так утомительно, так изматывающе. Неужели прошлые привычки Мирона постоянно будут напоминать о себе?
Сейчас Мирон вернется. Я хотела продемонстрировать ему свой сюрприз. Но, честно говоря, запал совсем прошел. После этих девок все будет не так эффектно. Настроение уже не то…
Я бродила по кабинету Мирона, почти бегала, не в силах угомонить разыгравшиеся нервы. Пару раз обежала стол Мирона. Когда зашла на третий круг, заметила, что нижний ящик его стола приоткрыт. И там виднеется что-то такое… странное. Определенно не мужское и точно не рабочее.
Я остановилась, присмотрелась. Что-то черное и кружевное. Наклонилась, зацепила край ящика и выдвинула побольше. Теперь все было прекрасно видно.
Это лифчик! Черный. Кружевной.
Я взяла его двумя пальцами и вытащила. Бросила на стол.
На меня снова накатило такое же оцепенение, как полчаса назад, у входа. Я смотрела на этот ажурный предмет и снова чувствовала глухую ноющую боль в сердце. Может, он лежит тут давно. Может, какая-то девушка сняла его и оставила задолго до моего знакомства с Мироном.
А, может, это было совсем недавно…
Оцепенение внезапно прошло. На меня накатила волна гнева. Он сжимал горло, душил, не давал дышать.
Я схватила лифчик и выскочила из кабинета.
***
Мирон
- Я собираюсь жениться, - сообщил я Демиду. - Сегодня сделаю предложение.
- Е… Ох…
Мой брат не мог найти ни одного цензурного слова.
- Вовремя я приехал, - наконец, выдал он. - Спасу тебя от этой акулы. У нее конечно, зачетная задница…
Я отвесил ему подзатыльник.
- Еще раз увижу, что ты пялишься на задницу моей невесты - воткну в глаз железный штырь.
- Ладно, на задницу смотреть не буду. Сиськи у нее вообще отпад…
Я схватил Демида за ухо и вывернул его изо всех сил. Он взвыл и лягнул меня.
- В общем, забирай своих кошелок и вали, - сказал я. - Надеюсь, они не бродят по офису и не вносят хаос в работу.
- Они на стоянке, у машины, - Мирон посмотрел в свой телефон. - А как же твоя днюха?!
В его голосе звучало просто вселенское разочарование.
- Приходи в субботу. Все родственники соберутся.
- Пф-ф-ф! - громко фыркнул Демид. - Будем пить чай с печеньками?
- Ага.
- Я тогда прихвачу голландские печеньки… Поржем.
- Я тебе прихвачу!
- Мирон, ты что, все это серьезно?
Демид вглядывался в мое лицо, как будто надеясь, что я сейчас расхохочусь и заявлю, что все это розыгрыш.
- У меня будет ребенок, - веско произнес я. - И я очень этому рад…
После этого заявления Демид сразу сдулся.
У него не осталось сомнений, что все серьезно.
И тут в коридор, где мы стояли, вылетела Аленка. Глаза бешеные, из ноздрей чуть ли не пар идет, в руках - черный кружевной лифчик.
Тот самый, что она забыла у меня в нашу первую встречу.
Она швырнула его мне в лицо и прокричала:
- Я так не могу. Просто не могу. Я не хочу все время думать, где ты и с кем…
В ее голосе звучали слезы, губы дрожали, но были крепко сжаты.
- Аленка… - начал я.
Она развернулась и побежала прочь по коридору.
Я поднял лифчик с пола и побежал за ней.
- Аленка! Подожди!
Она повернула за угол и оказалась в просторном холле у лифтов. Иногда мы используем это пространство для каких-нибудь мероприятий. Вот и сейчас здесь собралась огромная толпа народа.
Что происходит? Что они все тут делают?
- Алена, стой! - крикнул я.
Она почти врезалась в толпу, но толпа сомкнулась перед ней. Похоже, мои доблестные сотрудники решили помочь мне в погоне.
Черт! Черт! Черт!
На фига они все здесь нужны?
Аленка обернулась ко мне. Она тяжело дышала, ноздри раздувались, губы были упрямо сжаты. Лицо покрылось красными пятнами. Это плохо, очень плохо. Ей вредно так волноваться. Надо ее срочно успокоить.
- Алена, - произнес я не слишком громко.
Подошел к ней поближе, она хотела шарахнуться, но позади была толпа - несколько десятков сотрудников фирмы “Арктика”. Они не скрывали своего любопытства.
- Пойдем в мой кабинет, поговорим.
- Я не хочу с тобой говорить! - выпалила Аленка.
И я видел, что она настроена серьезно.
Я ненавижу шумные бестолковые сборища. Терпеть не могу публичных выражений чувств. Но сейчас мне плевать. Я скажу все, что собирался сказать, даже если меня будут показывать в прямом эфире на весь мир.
- Как ты думаешь, чей это лифчик? - начал я, потрясая упомянутым предметом.
По толпе прошел возбужденный шепоток.
- Откуда я знаю! Какой-нибудь танцовщицы, или бывшей подружки, или не подружки, а просто случайной девушки… Я вообще не хочу этого знать!
- Это твой лифчик, - выдал я. - Ты его забыла у меня в наш первый раз.
Лицо Аленки надо было видеть. Глаза стали огромными, как блюдца, рот приоткрылся, и, как мне показалось, она забыла, что нужно дышать.
Блин, я же хотел ее успокоить! А вышло наоборот.
Дыши, Алена, дыши!
- Ты исчезла, я скучал, - быстро заговорил я. - Ты, как Золушка, убежала, оставив мне лифчик на память.
- Ох, - вырвалось у Аленки.
- Ты зацепила меня с самой первой встречи. Я не мог тебя забыть, я думал о тебе все время. Когда ты пришла устраиваться в мою фирму, я чуть не умер от счастья…
- Мирон, я не…
Я перебил Аленку. Я хочу договорить!
Я вижу перед собой только ее глаза. Я чувствую, что сейчас - тот самый момент. И мне плевать, сколько вокруг нас народу.
- Ты знаешь, я не идеальный. И в моем прошлом было много разного… Но я люблю тебя!
По толпе пронесся дружный вздох. Женский.
- Мирон, я тоже… Я тоже люблю тебя, - выдохнула Аленка.
- Мне не двадцать лет, - продолжал я. - Тогда меня не могла удержать никакая сила. Сегодня мне исполняется тридцать два. Я повзрослел. У меня отросли какие-никакие мозги. Мои ценности изменились!
Аленка слушала меня, как завороженная. Мне кажется, она опять забыла, что нужно дышать. Пора все это заканчивать! А то она, того и гляди, грохнется в обморок.
Я нащупал во внутреннем кармане пиджака коробочку, которую таскаю с собой уже неделю.
И встал на одно колено, неловко выхватив ее и протянув Аленке.
- Алена, ты выйдешь за меня? - произнес я.
Голос сорвался. Получился какой-то хриплый шепот.
Надеюсь, Аленка меня услышала…