Непобедимый

Куча маленьких зёрнышек превращаются в воздушную кукурузу. Мне всегда нравилось, как они взрываются в пакетике, пока греются в микроволновке. Я слушаю эти звуки и параллельно читаю беседу своей группы. Я уже просмотрела все аватарки каждого мальчика — и там много симпатичных. Думаю, кто-то из моих одногруппниц уже положил на кого-то глаз. Хорошо, что мне не грозит влюблённость в ровесника.

Как только замечаю, что пакетик с попкорном уже достаточно надулся, выключив микроволновку, вынимаю его и направляюсь в кинотеатр на цокальном этаже.

Сегодня жутко скучный день — мама рисует в своей мастерской,  папа сейчас на работе. В последнее время он подменяет Дамиана по многим вопросам, потому что мой брат вечно сидит в больнице вместе с Асей. Как же она его заворожила. Я давно не видела его таким... Счастливым-очарованным-влюблённым? Вообще-то никогда его таким не видела! Дамиан жуткий трудоголик, с нашим папой совсем не удивительно. Его всегда интересовала только работа, а девушек, как партнёров по жизни, он не рассматривал. А сейчас я совсем не узнаю его. И мне это нравится. Не только потому, что я безумно рада за счастье своего брата, но ещё и потому, что он немного отошёл от роли надзирателя и не так пристально следит за мной, как обычно.

Только я ловлю себя на этой мысли, как мой телефон начинает звонить.

Дамиан.

Он чувствует, что ли?

Кладу стеклянную миску с попкорном на столик и беру трубку.

— У аппарата.

— Как официально, — по интонации чувствую, как Дамиан слегка улыбается.

— Я человек серьёзный.

— Как скажешь, тыковка.

Закатываю глаза. Говнюк Вечно у него эта глупая привычка — повторять за папой всё то, что меня может смутить при других людях.

— Как дела у серьёзного человека?

— Тебя интересует что-то конкретно? Или в общих чертах?

— Меня интересует всё. Ты давно мне не рассказывала, что у тебя происходит.

Если бы ты знал, что у меня происходит, у тебя бы пошла пена изо рта. Поэтому скажи спасибо, что я держу тебя в неведении.

— У меня всё хорошо!

— А конкретнее?

Меня поражает то, как мой брат всегда чувствует, если у меня что-то происходит — будь то хорошее или плохое, не важно. И интересно то, что мой поцелуй с Наилем — определённо самое худшее для него событие, которое только может произойти со мной, когда я от этого парю в облаках.

— Конкретнее: сижу на диване, на цокальном этаже, у меня чешется левое плечо. Почесала, так-то лучше. Смотрю на миску попкорном, от которого ты меня отвлёк. Собираюсь посмотреть фильм.

Дамиан вздыхает, будто я выпотрошила своими словами его последнюю нервную клетку.

— У меня всё хорошо!

— Мне звонила мама. Она сказала, что вы недавно ходили в ресторан.

А вот эта часть разговора мне уже не нравится. Я слышу небольшое напряжение в голосе брата. Они с Наилем лучшие друзья. Мне кажется, он бы мог доверить ему свою жизнь, если ситуация того потребует. И меня он тоже может ему доверить, но только в качестве... своей младшей сестры, а не девушки.

— Ну да, он теперь ваш с папой новый инвестор. Поэтому мы немного отпраздновали с ним и с родителями, — абсолютно спокойно говорю я, упуская все мелкие детали, из-за которых мог бы разразиться огромный скандал. — А что такое?

— Ничего, я просто интересуюсь. Мы давно с тобой не виделись и я хочу знать, что у тебя происходит.

— Когда станешь посвободнее, я внесу встречу с тобой в свой график дел.

Он закатывает глаза.

Да, я его не вижу, но абсолютно уверена в этом действии.

— Спасибо за щедрость. Твои одногруппники к тебе не пристают?

— Я их почти не видела лично. Только в групповом чате.

— Этого достаточно. Никто тебя не донимает? Я хочу быть уверен, что эти мелкие мальчики не беспокоят тебя.

Как ему это удаётся? Вчера вечером мне правда писал один одногруппник, только я не особо обращаю внимания на парней и их знаки внимания.

— Ради бога, Дамиан, успокойся! Я ещё не успела выйти на учёбу, чтобы кто-то меня побеспокоил!

Вот все минусы заботливого старшего брата — он слишком заботливый. К этому прибавляем ещё двух старших братьев с папой, и всем им только дай повод, чтобы меня поохранять.

— Как дела у Аси? — спрашиваю, чтобы перевести тему. Знаю, что это сработает, ведь влюблённый волк уже не хищник. Только он слышит её имя, у него отключаются мозги. Что играет мне только на руку.

— Кажется, она недовольна моим поведением.

— Совсем не удивительно, учитывая, какой ты дотошный! Что не так?

— Я не даю ей перенапрягаться.

— Не даёшь ей самостоятельно есть?!

— Всё ты знаешь, тыковка.

— Несложно было догадаться, — улыбаюсь я и слышу, как сверху звонят в домофон. Интересно, кто это? — Была рада с тобой поболтать, но мне срочно нужно наверх.

— Откуда такая срочность?

— Отключаюсь! — со смешком кричу я и сбрасываю после того, как он прощается. Чем старше я становлюсь, тем сложнее мне общаться с братьями. Они продолжают видеть во мне маленькую девочку, которую нужно защищать от дуновения ветра. Может, именно из-за этой атмосферы моя хулиганская личность вырывается наружу? Хотя я не знаю, почему многие видят во мне бунтарку. Я всего лишь прогуливала уроки в любой удобный момент, разве это делает меня плохой девочкой? Вот некоторые мои мысли определённо делают меня плохой, но о них никому неизвестно.

Поднимаюсь наверх и вижу в коридоре маму, неподвижно стоящую над огромной подарочной коробкой, размером с нас обеих.

— Что это, мам? — спрашиваю, подходя ближе. Она приобретает меня за плечо.

— Не знаю. Привёз курьер. Для тебя.

— Для меня?

— Да, солнышко. Сказал посылка для Софии Верховцевой. Ты ничего не заказывала?

— Вроде нет. Интересно, что там?

— Давай посмотрим.

Быстро бегу на кухню и беру ножик, затем возвращаюсь к маме и мы вместе начинаем аккуратно распаковываем коробку. Пару минут спустя у нас получается её открыть — и мы достаём всё, что в ней лежит.

Не понимаю.

Что это?

Камера. И по виду профессиональная. Кольцевая лампа, светодиодные ленты, микрофон, держатель для телефона! Кто-то для меня заказал? Подарок ко дню рождения?

— Кажется, тут записка, — ласково говорит мама, передавая мне бумажку. Я быстро прохожусь по ней глазами и с трудом могу сдержать улыбку.

       «Я бы хотел быть единственным, кто смотрит на тебя. Но это слишком эгоистично с моей стороны.    

У тебя всё получится, Медвежонок».

Проглатываю ком, образовавшийся в горле. Мне совсем не хочется плакать, тем более при маме, но я не могу сдержать эмоции. Он запоминает каждую мелочь, связанную со мной, придаёт мне силы и уверенность в себе.

— Солнышко, — тихо зовёт меня мама, обнимая и целуя в лоб. — Чего ты плачешь?

— Мам, я люблю его, — признаюсь я, не в силах сдерживать прилив нежности. — Я очень сильно его люблю. Ты понимаешь?

— Да, моя девочка. Я понимаю твои чувства. И это хорошо, — понимающе отвечает мама, ладонями поглаживая меня по спине. — Уверена, он будет ценить твою любовь. Иначе ему не поздоровиться.

— Это точно, — сквозь слёзы говорю я, делая вид, что начинаю приходить в себя. На самом деле — нет. Я слишком долго сдерживалась в своих чувствах. Точнее... Да, я никогда их не скрывала, но мне сложно признаться, что я всегда боялась быть... отвергнутой им. Просто папа учил добиваться любой ценой. И вместо того, чтобы бояться разбить своё сердце, я верила в то, что у меня получится.

У меня получилось.

Он мой.

А я его.

И по-другому быть не может.

Разобрав все вещи и подняв их в свою комнату, я закрываю дверь и ещё какое-то время смотрю на его контакт в телефоне.

Совершенно не думая, что я должна сказать ему, быстро нажимаю на вызов. Даже не успеваю морально подготовиться, потому что он берёт трубку почти сразу же.

— Медвежонок? Что-то случилось? — озадаченно спрашивает он.

— А будто ты не знаешь? — парирую я.

— Что я должен знать?

— Что ты мне прислал целую коробку со всяким оборудованием для моего ещё даже не созданного блога. Зачем?

— Потому что ты хочешь этим заниматься, — отвечает мужчина, как ни в чём не бывало. Будто не он потратил целое состояние на эту посылку.

— Да, но...

— Я не заставляю тебя, Медвежонок. Я просто хочу, чтобы ты занималась тем, что приносит тебе удовольствие.

— С... Спасибо, — заикаясь, проговариваю я, быстро пытаясь перемениться в голосе. — А я не знала, что ты так хорошо разбираешься в блогерской технике.

— Думаешь, я разбираюсь, Медвежонок? Мне пришлось пересмотреть кучу видео на эту тематику и подключить Элину.

У меня замирает сердце от того, как он для меня старается. Я ведь имею понятие, насколько сильно он не разбирается во всём этом.

— И как мне отблагодарить самого лучшего на свете мужчину?

— Ты никогда не должна благодарить меня за отношение, которое заслуживаешь. Я сделаю всё, чтобы видеть твою улыбку.

— Тогда тебе будет интересно узнать, что я улыбаюсь сейчас. Но я всё же хочу тебя отблагодарить. Как насчёт ещё одного поцелуя? Хотя бы в щёку, если мы всё ещё играем в приличие?

Через два дня мне исполняется восемнадцать. Его стены и так потихоньку рушатся, но когда я стану полностью совершеннолетней, ему не поздоровиться.

— Ты заставляешь меня сорваться с места.

— О нет, сиди на месте! Папа сегодня рано возвращается.

— Это должно остановить меня?

— Должно! Боюсь, что он уже что-нибудь заподозрит, если снова увидит тебя на пороге дома. Слишком ты к нам зачастил. Поэтому лучше не рисковать пока что.

— Твой папа скоро всё узнает, София. Я не смогу молчать о том, что ты моя.

— Ты обещал мне молчать. Я расскажу, когда буду готова.

Наиль тяжело вздыхает, будто молчание даётся ему слишком тяжело. Кому, как не мне, знать об этом? Я всю жизнь молчу о своих чувствах, потому что они неуместные по отношению к мужчине на девять лет старше — по крайней мере, когда ты ребёнок или подросток. Теперь и ему придёт держать нас в секрете.

— Наиль?

— Да, Медвежонок. Я сделаю так, как скажешь ты.

— Молодец, малыш, — хихикаю я, уже мысленно планируя, как нагряну к нему с сюрпризом завтра вечером. Напишу сегодня своему водителю, что для нас есть работка. Через Элину узнаю, где он будет обитать, и сделаю ему сюрприз.

***

Я прощаюсь с Виктором и выхожу из его Шевроле.

— Я точно больше не нужен, София? — спрашивает он, открывая переднее окно с пассажирской стороны. — Давай я подожду, пока ты выйдешь.

— Езжайте, Наиль отвезёт меня домой. Не переживайте!

Конечно, он не может не переживать, я вечно ставлю его в такое положение, а все удары от папы или Дамиана он будет принисать на себя.

— Напиши мне сообщение, чтобы я не волновался.

— Обязательно! — кричу я и бегу в зал, желая поскорее увидеть его. Господи, сколько можно тренироваться? Он всё своё время проводит в зале, не говоря уже о том, что это не его основные тренировки.

Вижу его силуэт немного впереди, за стеклянной дверью. Он без футболки, в спортивных шортах и с полотенцем в руках. Стоит ко мне спиной и позволяет мне любоваться своими широкими плечами. Я медленно, почти незаметно подхожу к нему сзади, но понимаю, что он не один. Он разговаривает. С человеком, которого из-за его габаритов я не сразу заметила, ведь он закрыл её.

Я узнаю её голос.

И всё моё настроение рушится в одно мгновение.

— Мне правда немного стыдно за то, что я позвонила тебе тем вечером и попросила забрать меня.

Каким вечером она ему позвонила? Откуда, блядь, она попросила забрать его?

— Не знаю, возможно, ты не замечал по мне, но... — я не даю ей закончить своё грёбанное предложение и заявляю о себе, становясь рядом с ними. Она смотрит на меня с презрением и раздражением, словно я нагло украла её звездный час. Ей хватило всего одной секунды, чтобы понять, что я здесь не просто так.

Я перевожу взгляд с неё на своего мужчину.

— София, — хрипло, почти с надрывом произносит он. Его голубые глаза прикованы ко мне, и я вижу, как на его лице появляется сожаление.

— Чего остановилась? — с сарказмом спрашиваю я, не отводя от него взгляд. Он прекрасно осознаёт, что я еле сдерживаюсь, чтобы не устроить скандал. Не взорваться. И не убить здесь кого-то своими руками прямо сейчас.

***

Кажется, у нас тут драма намечается)) а Наиль, если вы помните, не рассказывал Софии, почему ему звонила его пиарщица, когда они ужинали) что думаете? буду очень рада, если вы поставите звёздочку и оставите свой комментарий ❤️