За тобой...
Лето выдалось тяжёлым.
Не в духе «жара, комары и скука» — в духе кошмаров, пропавших детей и теней в темноте.
Вы все были на взводе. Никто особо не спал. Билл говорил шёпотом, Эдди дрожал, Беверли курила втихую за гаражом, а ты… ты всё чаще ссорилась с Ричи.
Сегодня вы пошли вдвоём — «просто пройтись», «проветриться». Никто не хотел отпускать вас одних, но ты настояла.
И вот вы шли по пустой улочке за школой, где солнце было тусклым, а воздух — тяжёлым, как вода.
Сначала просто молчали. Потом — как всегда — он что-то сказал. Громче, чем надо. Задел.
Ты ответила.
Он огрызнулся.
Всё вылилось.
– Ты всегда уходишь, как только становится по-настоящему страшно! – рвано крикнула ты. – Ты прикрываешься шутками, потому что не умеешь быть нормальным!
– А ты?! Ты молчишь, а потом взрываешься! Я хотя бы говорю, а ты носишь в себе всё, пока не... не разорвёшься! Как будто ты тут единственная, кому страшно!
– Я не обязана делиться с тобой всем, понимаешь?! Даже если мы… –
Ты запнулась. Он заметил. Глаза дернулись.
– Даже если мы что? Вместе? Да, представляешь, мы вместе, но ты всё равно ведёшь себя так, будто я чужой!
Ты уже хотела что-то крикнуть в ответ, но…
он вдруг замолчал.
Глаза расширились. Лицо побледнело.
И он сделал шаг назад.
– Не двигайся, – прошептал он. Совсем не как обычно. Без юмора. Без паники. Просто — холодно.
Ты нахмурилась.
– Чего ты…
– За тобой.
Ты почувствовала это ещё до того, как обернулась.
Холодок вдоль позвоночника. Кожа на затылке, как будто током.
И, наконец, ты повернулась.
И увидела ЕГО.
Чёрный силуэт. Нечеловечески высокий.
Как будто вытянутый вверх. Никаких черт — просто тьма, стоящая в пяти метрах от вас, между двумя деревьями.
Он смотрел.
Прямо на вас.
Ты резко вернулась взглядом к Ричи.
– Это… это Оно?..
– Не знаю. Может. Наверное. Да.
(голос дрогнул)
– Оно видит, что мы спорим. Оно чувствует это. Мы слабеем — и Оно подбирается.
Ты сделала шаг назад. Ричи — к тебе.
Вы оба стояли теперь рядом, в одной линии, между тем, что было живым, и тем, что было… чужим.
– Надо уйти, – прошептала ты.
– Тихо. Без рывков. Как будто не видим. Как будто не боимся.
– Я боюсь.
– Я тоже. Но если оно подойдёт ближе — я не дам тебе остаться тут.
– Не геройствуй.
– Не геройствую. Просто… ты важнее страха.
Вы медленно пошли назад, не поворачиваясь.
Силуэт не двигался.
Пока…
не растворился. Как дым. Просто — исчез.
Вы добежали до дома Майка.
Оба тяжело дышали. Сели у стены. Молчали.
Через минуту Ричи выдавил:
– Я ненавижу, что это… между нами. Споры. Страх. Всё. Оно пользуется этим. А я... я не хочу, чтобы оно тебя использовало. Тебя.
Ты посмотрела на него.
– Я не уйду. Даже если мы ругаемся. Даже если мне страшно.
(тихо)
– Мы всё равно будем держаться за руки. Даже если стиснуты кулаки.
Он усмехнулся.
– Поэтично. Почти как Бен.
– Только громче.
Вы рассмеялись. Нервно. Тихо.
Но всё-таки вдвоём.
И тень уже не имела той власти, как минуту назад.