Связь со Звездой | 18+ | ✔️ [Связь Мафии #3]

— Донато.

Я сидел на лавочке, раскинув руки и положив их на спинку. Астра стояла передо мной спиной с моим пиджаком на своих плечах. При виде этого я чувствовал, что виду, чувствовал, что я контролирую ситуацию и Астру.

Я сдерживал себя, чтобы не сделать неверный шаг к Астре. В прошлом я слишком поспешил и отпугнул ее. В этот раз я буду медленно подбираться к добыче и поймаю ее, чтобы мне этого не стоило.

Мне безумно хотелось притянуть Астру к себе за талию. Чтобы она остановилась передо мной между моих ног. Стояла, смотря на меня сверху вниз, чтобы видела в моих глазах желание поклоняться ей. Чтобы ее длинные холодные пальцы забрались в мои волосы, и я притянул ее к себе, обжигая горячим поцелуем, пока пот не будет литься по нашим лбам. Пока наши тела не будут гореть, желая большего.

Когда Астра наконец повернулась ко мне, я потушил это пламя и подавил желания. На лице Астры отразилось удивление, когда она прошлась глазами по моему телу. Моя открытая, расслабленная поза приглашала ее ко мне, но она не решалась сделать шаг. А я держался, чтобы не сделать его самому. Однако здесь я не мог позволить себе поддаться искушению и совершить ошибку.

— Почему бы тебе просто не пойти и не сказать об этом моим родителям, это было бы правильно, — говорила Астра, настаивая, но ее голос несильно дрожал, и я заметил это.

— У меня есть много чего, чтобы я мог поведать им, и это было бы правильно ради твоей безопасности, но я не буду, — на моих губах заиграла азартная улыбка, потому что меня забавляло то, как Астра сжалась от моего тона.

— Тогда расскажи и о том жалком поцелуе, — прошипела она, сделав шаг ближе, видимо, провоцируя.

— Тогда я расскажу не только о нем, — мой голос прозвучал слишком ядовито, потому что я вспомнил того парня, что был с Астрой.

Она изогнула бровь в вопросе, вероятно, не понимая, о чем я. Я устало поднялся со скамьи и встал перед Астрой, возвышаясь над ней и избавляя нас от этой дистанции.

Мои руки поднялись на плечи Астры и накрыли их. Она вздрогнула, не ожидая, и моя улыбка стала шире. Я стянул с нее свой пиджак, не боясь касаться пальцами ее оголенных плеч. Жар и искры прошлись между нашей кожей, и Астра не могла этого не почувствовать. Я почувствовал мурашки, которые покрыли ее кожу, но они явно были не от холода.

— Я видел того парня с тобой, — тихо произнес я, надевая на себя пиджак, но в моем голосе было очевидное предупреждение. — Интересно, кто он тебе?

Напоследок я послал ей улыбку и удалился. Но, конечно же, не на вечеринку, а в гараж к своей машине. Мне нужно было развеяться, однако на этой вечеринке я бы точно не смог расслабиться.

— Астра.

Было уже далеко за полночь, когда мы с родителями вернулись домой. Заходя в дом, мама с папой вели какую-то дискуссию, а я быстро направилась наверх в свою комнату. Я боялась, что если останусь, то потеряю контроль и родители что-то заподозрят. Мне не хотелось разочаровывать их и портить им настроение своим гневом и раздражением.

Ворвавшись в комнату, я кинула свое пальто, как часто позволяла делать себе в своей квартире в Париже, но уж точно никогда не делала дома.

Я замкнула дверь в комнату, что обычно никогда не делала, потому что в этом не было необходимости, однако сейчас мне надо было покурить, чтобы отвлечься, а если кто-нибудь из родителей зайдет в этот момент, мне придет конец. Странно, что еще никто из них не чувствовал от меня запаха сигарет, хотя я всегда пыталась его заглушить.

Отдернув прозрачные занавески и открыв окно, забралась на подоконник, что было крайне неудобно сделать в моем облегающем платье, я зажгла сигарету и, затянувшись, выдохнула дым.

Меня переполнял гнев, как никогда. Донато так умело манипулировал мной и контролировал меня. Он заставил меня придти в ступор. После нашего разговора наедине я поняла, как изменился Донато.

Он больше не играл в невинные игры, а настроился серьезно, излучая опасность. Он хотел, чтобы я играла по его правилам, и мне вдруг тоже этого захотелось. Захотелось, чтобы он делал эти шаги. Хотела, чтобы взял меня, окутав нас страстью и порывами гнева.

Гнев был, похоже, у нас обоих. Второго не было, но мы к этому стремились. Но хотели мы одного и того же или просто не понимали друг друга?

Всю ночь я думала о Донато, потому что даже во сне он не давал мне покоя, и я постоянно просыпалась. Мне снились эротические сны с ним, что было впервые. Просыпаясь, я чувствовала, что между ног намокает, а запах Донато, которым я пропиталась, витал вокруг, делая его присутствие во сне реальным. Когда дело касалось Донато, тело не поддавалось контролю, потому что стремилось только к близости с ним.

Даже годы и расстояние не помогли мне избавиться от этого желания. До Нового года я проходила в оцепенении, не понимая, что мне делать.

После Нового года я должна была уезжать, но у меня оставалось еще три дня в Палермо. Лудовика со своими подругами позвали меня в ресторан вместе с ними, чтобы мы пообщались и я рассказала им о Париже.

Надев теплую юбку и черную водолазку и накинув на плечи короткое клетчатое пальто, я взяла с собой одного телохранителя и поехала в ресторан, где мы должны были встретиться с девочками. Это был новый, незнакомый мне ресторан, поэтому я не знала, что меня там ждет.

Когда мы приехали, меня встретила арка с открытыми дверьми, приглашающая войти в ресторан под открытым небом. Было странно, что они выбрали это место, хотя на улице не было сильно холодно, но все же неприятно. Однако ресторан был украшен по-новогоднему, что придавало какого-то особого тепла.

Сам ресторан также выглядел мило. Столики из белого дерева с красной новогодней скатертью и такие же стулья. Плетеная барная стойка, за которой стоял рыжий парень. Мне не нужно было даже приглядываться, чтобы понять, что это был Донато.

Кремового цвета свитер укрывал мускулистое тело, и голубые джинсы сидели на нем идеально. Он был занят работой, разливая напитки, и не замечал меня.

Заметив девочек за дальним столиком, я направилась к ним, желая, чтобы Донато не заметил меня, но, очевидно, это случится позже.

Лудовика и две ее подруги смеялись и слегка притихли, как только я села с ними, но их взгляды говорили об насмешке. Вероятно, надо мной.

Они уже сделали свои заказы, не дождавшись меня, поэтому я была последней, кто сделал это. Выбрав простой десерт в виде кантуччи с фундуком и кофе, я стала ожидать официанта или кого-нибудь, кто мог бы принять мой заказ.

Девочки продолжали кидать на меня насмешливые взгляды, иногда посматривая на Донато, который был занят, как я поняла, их напитками.

Я не знала, что делать, но не чувствовала себя неловко. Это было не про меня, поэтому вскоре, не вынося этих насмешек, я поднялась со своего места и стремительно пошла к барной стойке, за которой стоял Донато.

— Кантуччи с фундуком и американо мне, — почти грозно сказала я, остановившись напротив и кинув меню на стойку перед Донато.

Он наконец-то оторвался от последнего напитка, доделав его. Голубые глаза поднялись вверх, наконец взглянув на меня.

Разумеется, Донато не обошелся без того, чтобы не пройтись по мне заинтересованным взглядом, который поднял во мне жар.

— Сообщу повару, — кивнул он и, открыв какую-то дверь, скрылся за ней.

Гнев и жар смешались, создавая взрывную комбинацию. Я даже расстегнула пальто, вернувшись за столик.

— Донато, видимо, так увлекся тобой, что затянул с нашими напитками, — хихикая, сказала одна из девчонок.

— Астра покорила сердце этого мальчика, — согласилась Лудовика. — Только, надеюсь, она ничего не давала ему, — с ноткой зависти добавила она, но нервным смехом постаралась заглушить это.

— Не переживай, ты все еще можешь стать первой, — не по-доброму ухмыльнулась я.

Очень вовремя появился Донато с напитками и моим десертом. Пока он расставлял на стол наши заказы, я следила за тем, как Лудовика посматривает на Донато, и мне было не сложно собрать два плюс два.

Закончив и выпрямившись, Донато по-доброму улыбнулся всем нам, и когда он, развернувшись, собрался уходить, Лудовика протянула свою гадкую лапу и провела пальцами по руке Донато с хитрой улыбкой.

После этого жеста добрая улыбка Донато погасла достаточно быстро. Он повернулся к Лудовики, с непониманием посмотрев на нее. Но она не растерялась и, сексуально улыбнувшись ему, сладко пропела.

— У тебя не только сильные, но и опытные руки, Донато, — она вздернула пальчиками и убрала прядь светло-каштановых волос за ухо в соблазнительном жесте.

Не выдержав, я засмеялась. Тихо, но так, чтобы привлечь внимание всех. Лудовика взглянула на меня со смесью отвращения и разочарования.

Эта глупая курица или правда запала на Донато и пытается привлечь его внимание, или, зная, что когда-то я спрашивала у нее за Донато и волновалась за него, решила, что это я запала на него, и теперь пытается вывести меня из себя.

Если она добивалась последнего, у нее явно не получилось, и теперь ее лицо осветилось разочарованием и злостью.

Донато тоже на мгновение позволил себе смех, услышав меня, и, развернувшись, ушел, оставив Лудовику с покрасневшим от гнева лицом.

— Прости, я не хотела портить твой момент «X», — прижав ладонь к груди и сдерживая смех, я искренне извинилась.

— К черту тебя, самовлюбленную дуру! — взревела Лудовика, что было неожиданно.

Лудовика вскочила на ноги, поправила свое пальто и схватила сумочку. Ее подружки тоже поднялись на ноги, но остались ждать чего-то.

— Я уже давно влюблена в Донато по-настоящему, а ты бросила его, отказалась от него, но он все еще пытается бегать за тобой, хотя я бы приняла его даже после того, как все отвернулись от него и возненавидели! — это было последнее, что она выкрикнула напоследок, после чего она и ее подружки удалились прочь.

Откинувшись на спинку стула, мне уже не было смешно. Конечно, я не поверила Лудокики. Я никогда не видела, чтобы она проявляла свою симпатию к Донато, хотя, возможно, я что-то пропустила.

Сзади меня послышались шаги, а потом передо мной появился Донато. Он сел за мой стол напротив меня.

Скрестив руки на груди, я смотрела на него, желая получить ответы на эту выходку Лудовики, но по потерянному взгляду Донато я поняла, что он, похоже, сам был не в курсе этого цирка.

— Ничего не хочешь сказать? — прищурившись, наконец заговорила я.

— Смотря что ты хочешь услышать от меня, — посмеялся Донато.

— Давно Лудовика целится в тебя? — спросила я, и в моем голосе были странные нотки. Я не ревновала, но голос выдавал что-то похожее на это.

— Уверен, что все, что она сказала, — чушь, — пожав плечами, устало произнес он.

— Правда? И это не твоих рук дело?

— О чем ты? — не понял Донато.

— Может, ты специально устроил это шоу, чтобы я ревновала тебя? — я начинала злиться на себя из-за этих нелепых размышлений, и эта злость проявлялась в моем голосе, создавая впечатление, словно я и правда ревную.

— А ты что, ревнуешь? — спросил Донато, и я честно держалась всеми силами, чтобы не убить его.

— Никогда! — вскочила я со своего места. — Я выше этого, — добавила я уже спокойнее, гордо вздернув подбородок.

Я медленно направилась к выходу, чувствуя взгляд Донато, прожигающий мою спину. Я и правда не ревновала, потому что никогда не видела в этом смысла. Да и, если говорить честно, у меня была адекватная самооценка, и я не собиралась сравнивать себя с кем-то.

***

Когда я вернулась в Париж, то сразу же почувствовала себя легче, зная, что здесь нет Донато. Расстояние явно уменьшило нашу связь, отчего было проще.

Я прилетела вечером, поэтому, оставив вещи в квартире и взяв такси, я поехала на студию, где меня ждали Лина и Корин.

Корин учился вместе с нами в колледже моды, потому что будет продолжать модный бизнес родителей, но на самом деле ему не особо нравилось это занятие.

Он мечтал стать музыкантом и всегда стремился к этому. После смерти родителей с помощью дяди у него появилась своя музыкальная студия, где мы часто бывали и проводили время, слушая новые записи Корина.

— Неужели Астра вернулась! — с криками встретила меня Лина, когда я вошла в небольшую комнату звукоинженера с кожаным диванчиком и приглушенным светом.

Я обняла подругу, которая завалила меня за собой на диван. Когда она наконец выпустила меня из своих объятий, Корин, оторвавшись от студийных мониторов, подошел ко мне, чтобы тоже обнять для приветствия.

Я встала с дивана и позволила ему обнять себя. Объятия Корина были крепкие, его руки уверенно сжимали мою талию, прижимая к себе.

Когда он отпустил меня, я позволила себе невинную улыбку, хотя на самом деле меня напрягла эта близость.

— Я написал новую песню на праздниках и хотел бы, чтобы ты послушала, — тихо сказал Корин.

Он был так близко ко мне, что его дыхание касалось моего лица. Корин был умен и, когда говорил со мной, делал свой голос слишком соблазнительным и глубоким.

Сглотнув, я кивнула и вернулась на диван рядом с Линой. Она передала мне сигарету, которую уже докуривала, позволив мне закончить.

Вернувшись за студийный монитор, Корин совершил несколько непонятных мне махинаций, когда комната заполнилась приятной меланхоличной музыкой.

Я замерла, когда среди звуков появился медленный и плавный голос Корина. Слова были на французском, что придавало песне особую романтичную атмосферу. Слова тоже были о любви. О ней пелось не напрямую, но слова намекали на глубокие потаенные чувства и желания. Лина с теплой улыбкой смотрела на меня, кажется, поняв, про кого песня.

Неуверенно повернув голову в сторону Корина, я видела, как смотрел на меня он. С доброй улыбкой, говорящей громче всех слов.

Слушая эту песню, я думала о Донато. Он сам приходил в мысли. Эта песня олицетворяла нас с ним, но не как меня и Корина.

Черт. Мне захотелось заплакать, но я сдержалась. Предложение о любви и чувствах на французском продолжали течь романтической мелодией, продолжая напоминать о Донато.

В глазах Корина все еще сверкала надежда, пока песня не закончилась. Мне нужно было выбраться из этой неловкой ситуации так, чтобы не обидеть Корина.

Лина, которая продолжала смотреть на меня и искать какие-то эмоции на моем лице, кажется, поняла, о чем я думаю.

— Замечательная песня, правда, Астра? — сказала она, наклонившись ко мне и коснувшись моей коленки.

— Да, это очень красиво, Корин, — согласилась я, мысленно благодаря подругу.

Корин улыбался, но уже слабо. Он кивнул и отвернулся к музыкальной аппаратуре.

Получилось не очень. Корин признался в своих чувствах ко мне через песню. Это был романтический и милый жест, и я уверена, что каждая бы девушка растаяла, если бы парень создал про нее песню.

Но я не испытывала того же. Тем более, слушая эту песню, я думала о совершенно другом парне, который никогда не сделал бы ничего подобного. Однако я и не хотела от него этого. Я хотела большего. Хотела, чтобы Донато не пел о своих желаниях со мной, а превращал их в реальность вместе со мной.

Спустя время Корин вышел из студии на какое-то время, и мы с Линой остались одни. Она тут же приблизилась ко мне, привлекая к себе внимание.

— Похоже, он расстроен, подруга, — усмехнулась она. — У тебя талант разбивать парням сердца.

— Не смешно, — сделала вид, что обиделась.

— А что, разве не так?

— Донато, я сердце не разбивала, — прошипела я.

— Тогда почему сделала это с Корином? — допытывала Лина.

— Я просто ничего не чувствую к нему, я же не буду врать о любви только чтобы не ранить его, — объяснила я.

— Может, ты испытаешь чувства к другому? — не сдавалась подруга.

Я задумалась, не сказать ли ей правды о Донато. Лина умела поддерживать меня по поводу него, не осуждая меня. Она всегда знала, что происходит между нами и что я чувствую, поэтому я рассказала обо всем и в этот раз.

— Все ясно, — выдохнула Лина после моего долгого рассказа.

— Что ясно? — злилась я.

— Вас тянет друг к другу, — уверенно заявила она.

— Да, это правда, меня точно тянет к нему, но я уверена, что Донато ждет и хочет каких-то отношений с кучей чувств и эмоций, а мне не хочется этого, просто его, страсти и пламя, которое возникает между нами при каждой встрече.

Лина придвинулась еще ближе ко мне, уставившись на меня с таким выражением, словно она придумала самое гениальное решение моей проблемы.

— Однажды у нас с Корином тоже появились чувства, и какое-то время мы думали, что с этим делать, потому что до этого уже дружили пять лет, однако не стали ломать голову и решили остаться друзьями, но с привилегиями.

— Отношения без обязательств? — вздернула я бровь.

— Можно сказать и так, но это другое, — поправила она. — Сначала это было интересно и завораживающе, но в итоге мы перегорели и поняли, что нам лучше остаться просто друзьями.

— И что ты предлагаешь? — нахмурилась я.

— Вот что, если вы с Донато попробуете подобный вариант, вы поймете, или вы нужны друг другу и вам надо вступить в более серьезные отношения, потому что вы нуждаетесь в друг друге, или вам лучше держать дистанцию и быть друзьями, например.

В этом был какой-то смысл, если бы мы с Донато были обычными людьми. Но мы были связаны с мафией и определенными правилами.

Мне, как девушке, нельзя было заводить отношений, пока отец не найдет мне мужа в тактических или политических целях. Донато не касалось это, и мы оба привыкли нарушать какие-то правила.

Но если я когда-нибудь решусь на что-то подобное, мне стоит быть осторожной с этим. Не только переживать за то, чтобы нас не поймали, но и за то, чтобы не увлечься и не забыть о границах, которые невозможно было соблюдать, если рядом со мной был Донато.