Связь со Звездой | 18+ | ✔️ [Связь Мафии #3]

— Донато.

Теплый прием семьи закончился, когда мы с Витторио направились на второй этаж в кабинет отца, где он уже ждал нас.

Брат постучался и, получив ответ отца, он, а потом я зашли внутрь. Отец развалился в кресле за своим дубовым столом. Одна его рука держала стакан с дорогим виски со льдом, а вторая сжимала пистолет. Это заставило меня напрячься, пока Витторио не попросил отца убрать его. Он этого не сделал и не по-доброму хмыкнул.

Мы присели на два кресла напротив него, но никто из нас не говорил. Я спокойно сидел в кресле, наблюдая, как отец не спеша пил виски.

— Надо решить много вопросов, отец, у меня нет времени, — напряженно произнес Витторио, с ненавистью глядя на нашего отца.

— Ты прав, и я знаю, как нам все решить быстро, — ответил отец, и его рука с пистолетом легла на стол, направленная прямо в мою сторону.

Когда я был в Мексике, меня резали и били, я почти умер, и казалось, мое тело больше не подвластно боли. Однако, когда ты так считаешь, жизнь будет подкидывать тебе моменты, чтобы ты мог постоянно бороться с болью, доказывая, что твое тело не поддастся ей несмотря ни на что.

— Отец, — предупреждающе зарычал Витторио, заметив руку отца с оружием, которая легла на стол, направляя пистолет в мою сторону.

Встретившись взглядом с отцом, я видел смесь разных эмоций в его глазах. Когда-то эти эмоции тоже были у меня, но теперь их не было.

Когда раздался выстрел, я не вздрогнул, только думал, куда же полетела пуля. Может, в мое сердце, в котором жила моя любовь к одной девушке. Или, может, эта пуля попадет прямо мне в душу, что была привязана к той же самой девушке. Я думал о ней, несмотря на боль и смерть перед глазами. Мысли о ней прикрывали смерть и боль, заставляя меня бороться.

— Сука! — громко выругался Витторио и вскочил со своего места.

Пуля попала мне в ногу, но я понимал, что это ничтожно и не приведет к смерти. Брат ринулся на отца, который, как только сейчас мы поняли, был пьян. Витторио вырвал у него пистолет, откинув его в сторону, а затем стакан с виски в руках отца так же отлетел за оружием.

Отец в ярости вскочил со своего места, пытаясь навредить Витторио ударом, но тот его заблокировал, однако отпор не давал. Я наблюдал за этим безумием, зажимая рану на ноге. Пуля не прошла.

Дверь в кабинете распахнулась, и, обернувшись, я увидел испуганную Габриэлу и маму, летевшую за ней. Сестра влетела в кабинет, вероятно, услышав выстрел. Надеюсь, она не подумала, что меня убили. А может, отец пытался, но из-за того, что был пьян, промахнулся. Точно нет.

— Уходите! — взревел Витторио, но Габриэла не слышала и быстро подошла к нам.

Когда она повернулась ко мне, испуг в ее глазах стал еще больше. Кровь пропитала мои светлые брюки и руки и стекала по полу.

Моя нежная невинная сестра не должна была видеть это. Она не могла такое вынести. Габриэла упала передо мной на колени от безысходности, хватая мою ногу и отчаянно пытаясь остановить кровь. По ее глазам текли слезы, а руки сильно дрожали от страха.

Сестра и ее нежно-розовый халат частично окрасился моей кровью. Мне пришлось отнять руки от своей проблемы и подхватить Габриэлу подмышки и поднять на ноги, полностью игнорируя свою боль в ноге.

Габриэла продолжала плакать, а я стоять рядом с ней и успокаивать, стараясь не наступать на свою раненую ногу. Отец упал в свое сидение, а Витторио стремительно подошел к нам, хватая Габриэлу и толкая в сторону, чтобы мама забрала ее.

Наконец матери удалось забрать и увести сестру, когда я вновь сел в кресло, а брат осмотрел мою рану.

— Вызову нашего дока, — сказал он и заставил меня подняться.

Мы оставили отца одного в кабинете, а сами направились на третий этаж в мою комнату.

— Ты работал на этих вшивых мексикашек, предатель, теперь смотри, как люди сравняют тебя с грязью! — кричал отец нам вслед, пока мы уходили.

Это была встреча с отцом, которую я ожидал после того, что сделал. Не сказать, что Витторио был доволен мною больше. Его хватка на моей руке, за которую он меня придерживал, была мертвой. Если бы он хотел, то задушил меня голыми руками, поломав все кости.

— Он прав, люди не примут тебя, — кивнул, Витторио уложил меня в постель.

— Я ждал этого, но они и так ни во что меня не ставят, — выдохнул я и положил голову на изголовье кровати, чтобы справиться с легким головокружением.

— Тогда возьми себя в руки и докажи, что ты Барбаросса и что ты управляешь этими ублюдками, а не потакаешь приказам мексиканских псов, которым доставлял грязные наркотики, как собачка косточку хозяину, — рыкнул Витторио и вышел из комнаты, вероятно, чтобы развеяться и привести доктора, который должен был приехать залатать меня.

Я все еще не видел большого смысла заниматься всеми делами Диаволы. Я делал все грязные дела в Мексике, потому что мне нужно было выживать. Делать все, чтобы сохранить свою шкуру и дожить до завтрашнего дня. В моих действиях был смысл.

Зачем делать мне это сейчас? Только чтобы люди видели во мне что-то? Мне нет до них дела. Если бы это могло вернуть мне Астру. Если бы я мог получить ее благодаря этому, но не могу.

Мне нужно забыть ее. Попрощаться с воспоминаниями и прошлым. Астра смогла начать новую жизнь. Я тоже пытался, но я не буду терять попытки.

У меня больше не было варианта уехать куда-то. Но я попробую начать что-то здесь. Если мне не помешает отец или Витторио. Это будет сложно, когда первый хочет прикончить меня, а второй требует моих вмешательств в дела.

***

Спустя часа полтора доктор сделал все необходимое, чтобы залечить мою рану. Мне понадобится пара дней, чтобы вернуться в норму. Я пережил в Мексике более тяжелые раны, с этим тоже должен справиться.

Когда Витторио увел доктора, в комнату проскользнула Габи с подносом в руках. На ней уже не было того окровавленного халата, его заменил розовый длинный сарафан на лямках, открывая белые худые плечи и ключицы моей сестры.

Она выдавила улыбку, и я не смог не умилиться ее ямочкам, словно видел впервые. Но я действительно давно не видел их, хотя всегда восхищался.

Габриэла поставила поднос с чашкой, как я понял по запаху, лавандовым чаем и песочным печеньем рядом на тумбочку у кровати, а сама присела рядом со мной и обняла, положив голову мне на плечо.

— Мы с мамой не находили себе места все эти пять месяцев, — вздохнула Габриэла и крепче прижалась ко мне.

— Я скучал по тебе, — тихо признался я.

— Только по мне? — подняла голову Габи и удивленно уставилась на меня.

Я пожал плечами, потому что не хотел говорить про Астру. Габриэла снова легка поцеловав мое плечо.

— Рождество и Новый год без тебя были не теми, — с сожалением произнесла сестра.

— Я бы прислал тебе подарок, но это было рискованно.

— Понимаю, главное, что сейчас ты с нами живой и почти здоровый.

Я тихо засмеялся, а Габи вздернула бровь, видимо, не находя ничего забавного в нынешней ситуации.

— Габи, — шепотом позвал я.

— Да.

— Астра... Приезжала домой? — неуверенно решил спросить я.

— Она присутствовала с родителями на нашей рождественской вечеринке, — напрягшись, ответила она.

Габриэла говорила это отстраненно. Что-то было не так, и я понял это.

— В чем дело, Габриэла? — я наклонился, чтобы видеть выражение лица сестры и понять ее эмоции, но она сама поднялась и села напротив меня, выглядя немного по-злому. Габриэла не умела изображать злость, даже если хотела. Это была моя сестра.

— Признайся, что из-за нее ты сбежал? — жалостливо промямлила она. — Ее отец приезжал к нам, и они узнали, что ты был в Париже, я подслушала это, пока они были в кабинете отца.

Я вздохнул, прикрыв глаза ладонью. Не хотелось, чтобы Габриэла знала об этом.

— Да, я в самом деле был в Париже, чтобы передать Астре подарок и поговорить с ней.

— О чем, Донато?

— Я хотел признаться ей в своих чувствах и чтобы она стала моей, — в моем голосе появлялся гнев, потому что я вновь прокручивал этот день в памяти, вспоминая того парня, что прикасался к Астре. Неужели это ее парень.

— Она отказала твоим чувствам, и поэтому ты уехал?

— Не совсем, я с ней не поговорил.

— Донато, — перебила Габриэла и села ближе ко мне, взяв мои ладони в свои, согревая их своим теплом. — Она отказалась от этого. Уехав в Париж, она дала понять, что хочет жить другой жизнью, где нет тебя. Прости за грубость, но это правда. Может, тебе не стоит так рисковать и просто забыть ее.

— А ты забыла Лоренцо? — угрожающе произнес я. Я не любил Лоренцо Романо за то, что он наотрез игнорировал мою сестру, которая, кажется, слишком сильно была влюблена в него.

Габриэла мечтала о его внимании, как я мечтал об Астре. Мы оба выдохнули, словно в отчаянии, поняв наше общее дерьмовое положение.

Мы с сестрой стремились к чувствам, любили и делали все ради любимых. Мы были не такие, как наш старший брат, который, похоже, уже давно наплевал на любые чувства и эмоции, а уж тем более на любовь.

Он излучал холод, гнев, ярость и злость. Беспощадно убивал и жаждал крови. Мы все были такие разные.

***

Габриэла оставила меня после нашего непонятного спора, дав мне возможность отдохнуть и восстановить силы.

Это стало моей привычкой, но я полез в тумбочку, достав оттуда свой пистолет, и сжал его в руке, положив ее на живот. Когда я был в банде, опасность могла нагрянуть в любую секунду.

Дома было так же, но я всегда был уверен в охране высшего уровня. Мексика показала мне реальность, и спать спокойно под одной крышей с отцом, который навострил на меня зубы, было неприятно. Я буду готов ко всему.

Когда я задремал и услышал звук открывающейся двери, мне пришлось подскочить на ноги, не обращая внимание на то, как запульсировала левая раненая нога от боли, наставил оружие прямо на дверь в голову... Витторио. Это был Витторио, который, надеюсь, пришел не убить меня.

Я выдохнул, а брат осмотрел меня удивленными глазами. Его явно смутили не мои боксеры, в которых я был.

— Тебе лучше лежать и не напрягать ногу лишний раз, ты обычно никогда не решался наставлять на меня оружие, даже когда я бил тебя, — непринужденно говорил Витторио, проходя в мою комнату, и сел на край кровати, уставившись на меня.

Он странно осмотрел мою комнату и ухмыльнулся. Это было странно. Очень.

— Говори, что хотел, — кивнул я, почему-то чувствуя раздражение и скуку.

— Я пришел сказать, что тебе не стоит ни из-за чего переживать, — сказал Витторио.

— Не понимаю, — вопросительно изогнув бровь, признался я.

— Люди не будут говорить, я закрою их грязные рты и помогу открыть тебе ресторан. Отец тоже не будет лезть к тебе, с ним я все решил, — неожиданно начал говорить брат, что привело меня в ступор. Что-то было в этом.

— Ты что-то хочешь взамен? — устало спросил я.

— Только чтобы ты задумался и все-таки стал Младшим Боссом, — брат тяжело вздохнул. — Мне нужна твоя помощь, Донато, мы братья, и я нуждаюсь в тебе.

Он сжал мое плечо, видимо, надеясь, что его слова дойдут до моего протестующего сознания.

— Я никому не говорил ничего похожего раньше, так что цени и давай поможем друг другу, — брат ударил меня по плечу и вышел из комнаты.

Идея с рестораном зародилась у меня еще до моего побега, но превратить ее в реальность было невозможно. Но идея все еще была актуальна для меня.

Однако я не думал о должности Младшего Босса. Я был благодарен брату за эту поддержку, но был не уверен, смогу ли я пойти на это. Мог ли я взять эту ответственность. Мог ли работать и решать проблемы так же беспощадно и холоднокровно, как старший брат.

Я все еще скрывал тьму и не давал ей выбраться, и все еще не хочу, чтобы она стала частью меня, потому что не знал, насколько она может быть извращенной и безжалостной. Впервые мне было страшно.