30. Не оборачивайся
Lisbon at the same time
BLUES SARACENO – CARRY ME BACK HOME (песня в тгк: liabelww)
С влажных листьев дерева неспешно падали скопившиеся капельки дождя и исчезали во влаге земли. Трава многих могил превратилась в заросли, но только один ряд был аккуратно обставлен, пыль с гробниц вытерта, а гремучий ливень не пачкал их грязью благодаря нескольким возвышавшимся кедрам, служившим для Бэт и мамы Каролины небольшим укрытием.
Излюбленный шоколадный пирог, который принесла Антония для погибшего мужа еще по дороге промок насквозь, пропитавшись сыростью. Теперь он представлял собой разложившуюся массу, покрытую молочно-серой глазурью. На улице стоял полумрак из-за затянувшихся туч. Шум потопа – единственное, что нарушало идиллию. Беатрис молча наблюдала неутешительным состоянием женщины и проклинала себя за неспособность помочь. Она тоже не могла спать третий день – мысли о Каролине застряли слишком глубоко, как въевшееся пятно кофе.
Как бы девушка не пыталась отвлечься, ее внимание круглосуточно вертелось около телевизора с прямым эфиром центрального банка Испании. Ждала, что бедную подругу выведут на улицу, как в первые дни и покажут, что все хорошо. А сколько седых волосков она обнаружила, когда здоровяк по кличке Нерон сообщил о ранении Эрнест... Неизвестность пугала, тревожность стала лидирующим чувством у Бэт и Антонии – матери Каролины.
Страх – генератор самых мощных иллюзий. С его приходом ты начинаешь верить в мысли, намертво укоренившиеся в твоей голове.
Пока Беатрис бесцельно бродила по тропинкам, слякоть въедалась в утепленные ботинки. За один день температура упала до пятнадцати градусов, поэтому свои светлые волнистые волосы она собрала в хвост и сунула в капюшон синей куртки. Явно понимая, что Антоние требовалось уединение – стала изучать местность. Девушка не знала, зачем пошла с мамой Каролины сюда, однако чувствовала ее беспомощность и нужду в присутствии хоть кого-то.
— Ариан, тебя нет с нами больше двух недель... И для меня это настоящий груз. В ванной уже нет твоей щетки, запах одежды все еще витает в квартире, нерешенные кроссворды так и лежат, нетронутые, на журнальном столике, даже с того момента, как тебя парализовало. Я тебя люблю. Люблю, как никого на свете. Просыпаюсь с надеждой, что бы обнимешь меня утром, но вместо тебя пустота. Я наведывалась намного реже, чем Каролина, и не оправдывала себя... Но сейчас понимаю, что просто не хотела пугать своими слезами. Видеть тебя такого... Просто не могла. Я надеюсь, свет доченьки сейчас рядом с тобой.
Женщина сидела на согнутых коленях, пачкая их в грязи, но не отводила взгляд от счастливых глаз умершего мужа. Она потеряла уже больше двух близких в своем окружении. Утратила смысл жизни. Ее кучерявые черные волосы кинематографично развевались, ливень шел с направлением сильного ветра. Когда небольшая исповедь закончилась, Антониа хотела позвать Бэт и вернуться домой под молчаливые сочувствующие взгляды, как увидела...
Что на могилу приземлилась сова.
Черная, с яркими желтыми глазами и перьями, в некоторых местах окрашенными коричневым цветом. Птица прыгала по плите, ища тепло, и с интересом изучала заплаканное лицо сидящей перед ней женщиной. Только в тот момент она по-настоящему поверила в знаки судьбы. Ведь совы никогда по собственному желанию не летают в сильные, непрекращающиеся ливни, а уж тем более предпочитают прятаться в деревьях, а не шастать по гробницам.
Любимые уходят, но их душа, полная безграничной преданности, иногда возвращается. И тогда в глазах бродячего пса, в мягкой поступи кошки, вы можете увидеть отблеск тех, кого больше нет рядом и кто навеки остался в наших сердцах.
— О, мисс, тут еще одна. — тепло улыбнулась Бэт, обнаруживая птицу, сидящую сзади Антонии. — Всемирный слет, что-ли.
Мама Каролины так посмотрела на Беатрис, что она на секунду замерла.
— Это не Каролина, нет. Она до сих пор жива, и не смейте думать иначе.
— Я всю жизнь так холодно относилась к ней. — обреченно склонила она голову вниз, гладя сову по мокрой копне. — Она заслуживала жить в любви, но это оказалось невозможным. Хотя бы Ариан делал вид, что ничего не произошло. Я думаю, Каролина никогда меня не простит.
— Простит. — заверила Бэт.
— Как я посмотрю в глаза дочери?
— Только вы в ответе за свою судьбу. Никто другой. Зациклитесь на том, что можно изменить, а остальное наладится само собой...
— Ровно неделю назад я пыталась позвонить ей, чтобы рассказать обо... всем. Но в этот момент началось ограбление. Я молюсь всем богам каждый день, чтобы она вышла живой...
— Каролина снится мне ночами. — поникла Бэт, подняв голову вверх, скрывая предательский колючий ком в горле и слезы, собиравшиеся на уголках глаз. Если бы она могла все рассказать Тому, она бы сделала это. Однако не знала его адрес, а номер телефона отвечал бесконечными гудками. Значит, уехал, как трус, изменив любимой девушке? – размышляла Бэт. — Нужно идти.
— Иди... Я следом. Хочу еще немного поговорить с Арианом.
Беатрис твердо решила купить снотворное и успокоительное для временного умиротворения нервов. Сердце то и дело сжималось при любом воспоминании, связанным с Каролиной. Как они вместе решали задания в университете, играясь ответчиками или истцами по делу о краже коврика прикидывались парнями на сайте знакомств и кадрили девушек, смеялись от планов на будущее. Теперь это ощущалось, как пепел после костра – дунешь, и все пропало.
Антониа догнала Бэт. Обе обернулись на крайнюю могилу с изображением темноволосой девочки.
Смерть отнимает разом все, жизнь – по кусочкам.
А боль одинаково нестерпимая.