Часть 60
Принюхиваюсь и свободной рукой пытаюсь отодрать это нечто от себя. Хватаю существо за шкирку и швыряю на пол. Это кот. Огромный жирный кот.
– Нет! – Джису бросается к мохнатому монстру. А он встает на короткие лапы, выгибается и шипит. Отвратная морда. Почти человеческая.
Джису берет его на руки и нежно гладит. Прижимает к груди и шепчет ласково: «Не бойся... Он не специально.» Какая-то мерзкая мохнатая тварь заслуживает от нее больше ласки, чем я. Подтверждая эти мысли, Джису отбрасывает назад волосы и гневно стреляет в меня глазами:
– Он же просто хотел защитить меня!
Кот не причинил мне никакого ущерба, но почему бы ей не пожалеть меня?! Показываю окровавленную руку с длинными бороздами царапин и следами зубов:
– И я должен был это терпеть? Позволить твоему питомцу полакомиться мною?
– На тебе же быстро все заживает!
Проклятый кот вызывает у нее больше эмоций, чем я. Хочу порадоваться, что она немного оттаяла. И не могу этого сделать. Потому что эмоции у нее вызываю не я. От ее ответа меня аж корежит.
– Серьезно? Поэтому мохнатому сатане можно меня калечить?
– Мохнатый сатана – это ты. А это. Мой. Кот.
Что-то в ее глазах... В ее голосе... В почти осмысленном выражении кошачьей морды. В том, как она прижимает к себе этот нелепый меховой мешок, и как доверчиво он устроился у нее на руках. Размахивая хвостом, он гладил кожу у нее под ребрами. Это отродье как будто считало ее своей, и демонстрировало мне это. Трольхар... Трольхар, мать его! Она уже успела обзавестись собственным помощником. Шустрая девка, нечего сказать. И именно она моя элльлеле, которую я должен защитить от других ведьм.
– Значит, кот? – Смеюсь над собственной глупостью.
После знакомства с Джису я долго соображаю. Даже не верится, что именно меня прозвали Катонским палачом. Катонский палач был умнее. Ему не требовалось столько времени, чтобы распознать трольхара. И он всегда знал, что делать. Я не Катонский палач. Я – кто-то другой. И я не знаю кто. Хреновое чувство. Так я чувствовал себя, когда перестал быть сыном Лазажа, и стал незаконным сыном короля. Не то и не другое. Вот и теперь то же самое.
– Он не сможет тебя защитить. А я смогу.
– От самого себя ты меня не защитишь!
Это уже переходит всякие границы.
– Серьезно? Считаешь, тебя нужно защищать от меня? Поверь, – я делаю шаг ближе, и пушистая мерзость на ее руках злобно шипит, – если бы я хотел, ты бы уже давно покоилась в глубокой сырой могиле. Я бы вырыл ее собственноручно. В знак моего особого к тебе расположения. И никакие молнии, бури или грозы тебя не спасли бы. Но ты до сих пор жива и в здравии. Более того, я пытаюсь уберечь тебя от трех хитрых мразей, которые решили развязать с твоей помощью войну. Точнее, с помощью твоего трупа. Во время второго испытания тебя будут пытаться спровоцировать на выброс чар. Если не удастся, то повторят попытку Ночью Личин. А я предлагаю тебе уйти со мной. Под защиту лучших охотников на ведьм. По-моему, тебе стоит быть немного более... благодарной.
Она вновь стала холодной. Ни одной эмоции. Равнодушие, которое просто убивало.
– Ты врешь.
Она так уверена... Боги, дайте мне сил сдержаться. Желание разодрать тут все на куски превращается в манию. И начать хочется с Джису. А может она все-таки водит меня за нос? Это какие-то хитрые манипуляции, которые, как ни странно, действуют.
– Конечно, вру. Решил опорочить трех ни в чем неповинных леди.
– Джисуида сказала, что я должна всего лишь заменить ее. Потому что она увидела себя в каком-то волчьем логове.
Наигранно громко смеюсь:
– Конечно же, она сказала тебе правду. А как думаешь, зачем передала тебе чары? По доброте душевной?
– Это плата... – Наконец, голос Джису немного дрогнул. – За то, что она выдернула меня из моего мира и перетащила сюда.
Не знаю, что бесило меня больше всего: такая глупая наивность или готовность поверить ведьме, лишь бы не верить мне? Она ведь не глупа. Так почему воспринимает слова Джисуиды за чистую монету? Зачем нужно это дикое упрямство?! Чтобы позлить меня? Мне снова трудно совладать с собой. Бросаюсь к Джису и хватаею ее за волосы. Она болезненно морщится и вскрикивает. Трольхар пытается ее защитить. Но на этот раз я выхватываю кота из ее рук и, сжимая хвост, удерживаю на весу. Орущая тварь сопротивляется и дергается. Но мне сейчас не до того.
– А теперь послушай меня внимательно. Ведьмы решили развязать войну между людьми и оборотнями, а заодно и воскресить всех мертвых соплеменниц. А для этого им нужна ты. Джисуида наделила тебя чарами в надежде на то, что ты сразу же выдашь себя. Волчьи сыновья будут вынуждены схватить тебя, подвергнуть пыткам и казнить. Только бездушная тварь позволит сделать подобное со своей дочерью. Кажется, Джисуида верит, что ее отец не такой. И пока в княжестве разгоралась бы битва за княжну, ведьмы провели бы обряд. Мне неприятно это осознавать, но так бы и было. Не окажись ты моей элльлеле.
– И зачем им проводить обряд у вас под носом? – Джису несколько раз ударила меня кулаком по плечу, но я даже не обратил внимания, завороженный вновь оголившейся грудью.
Она перестала придерживать платье, и ткань снова повисла у нее на талии, обнажив сливочнобелую грудь. Проклятье! Мне не насытиться ею никогда.
– Ведьма, которая все это придумала, живет в клане Джуна.
– Что? – Джису громко рассмеялась. – Серьезно? И вы ее не убили? Как же ей удалось избежать твоей кары, великий Катонский палач?
Мое прозвище звучало на ее губах жуткой насмешкой. Чем-то постыдным и отвратительным.
– Тебя это не касается!
– А что же меня касается? – На щеках Джису появился едва заметный румянец.
Она мне нужна. Я дал ей обещание, но единственное, чего хочу, – нарушить его. Взять ее прямо сейчас. Немедленно. Иметь до тех пор, пока она не сорвет голос от криков. Поставить метки на самых сокровенных участках ее тела. Еще немного, и я сам свихнусь. Хочу ее аромат на себе. Повсюду. А вместо этого мы ругаемся из-за какой-то херни.
– Я хочу тебя защитить.
– Ты обращаешься со мной, как с чем-то недостойным тебя.
Все-таки не выдерживаю. Срываюсь. Отшвыриваю кота и впиваюсь руками в плечи Джису. Когда же она подчинится? Когда признает мою силу?!
– Я сказал все, что ты хотела услышать! Признал тебя своей женщиной, не смотря на то, что сама мысль о том, что проведу остаток жизни с ведьмой, мне противна. Что ты еще хочешь от меня?
Ее ладонь оставляет удар на моей щеке. Кожа загорается огнем, вызывая в нас с волком волну сокрушительного гнева. Голос Джису чувственно хрипит, но говорит она совсем не то, что нужно произносить таким тембром.
– Ты думаешь, это я хочу услышать? То, что противна тебе? Что всю оставшуюся жизнь, ты будешь блевать, едва я отвернусь?!
– Я этого не говорил!
– Именно это ты и сказал!
– Знаешь что? – Я отталкиваю ее. Заставляю себя, хоть и чувствую, что совершаю самую большую ошибку в жизни. – У тебя тут полно женихов, как я посмотрю. Воевода, лекарь. Должно быть, каждый из них лучше меня. Попытай удачи с ними. Да хоть с обоими сразу. Мне плевать! Когда решишь, кто тебе больше по душе, дашь знать. Но пока ты не попросишь, я даже пальцем не пошевелю. Даже если ты будешь гореть на костре. Пока не приползешь ко мне на коленях, считай, что мы незнакомы. Мое почтение, княжна.
Я поклонился и, не оглядываясь, направился к выходу. Читальня выглядела ужасно. Повсюду следы погрома, обугленные стеллажи, криво стоящая мебель. А в груди такая боль, словно из меня жилы тянут. Чем дальше иду, тем сильнее натягивается кровавая нить. Когда выхожу из пропахшей грозой и сексом читальни, отчетливо понимаю, что мое нутро осталось там. Там мое сердце, моя душа и мой волк. Там – все. А по коридору идет пустая оболочка. Безвольная бездушная марионетка, в которых ведьмы так любят превращать людей. МОЕЙ ведьме даже не потребовалось заклинание.
***
Глотая слезы, Джису пыталась привести в порядок разодранное платье. Кое-как закрепив его на плечах, она подняла с пола кота, который тут же прижался к ней мягким клубком и утешающе лизнул руку. Подавив тяжелый всхлип, она поправила волосы и приоткрыла дверь читальни. Снаружи никого не было. Джису быстро выскользнула и побежала по коридору, прислушиваясь к каждому шороху. Хотя сейчас ей уже было плевать, встретится ли кто-то на пути. Чонгук сломал ее. Сломал окончательно.
Сначала он признался, что любит ее. Потом сказал, что сам бы вырыл ей могилу. И словно желая растоптать окончательно, отказался от нее, отправив к двум отвратительным уродам. Почему? Почему это происходит именно с ней?!
– Княжна! Княжна, вот вы где! Я вас обыскалась... Джису обернулась на знакомый голос.
– О, Боги! Что с вами приключилось?! – Абигель тяжело дышала после бега, поправляя съехавшую набекрень шапочку.
Джису несколько раз быстро моргнула, чтобы не дать слезам пролиться.
– Неважно. Что случилось?
– Всех Невест собирают перед вторым испытанием. Велено немедленно явиться.
– Хорошо. Я сейчас буду.
Абигель не желала униматься, с любопытством заглядывая в ее лицо.
– Вы расстроились? Думаете, что не прошли первое испытание? Но я слышала, что приглашают только тех, кого отобрали. Вам не о чем беспокоиться.
– Лучше помоги мне переодеться.
Спустя десять минут Джису сидела вместе с остальными невестами в малом зале на своем привычном месте. Глаза до сих пор наполнялись слезами, но она заставляла себя не думать о том, что произошло в библиотеке. Появилась леди Лючия в расшитом сверкающими камнями платье.
Словно хотела всем продемонстрировать, насколько роскошная жизнь ждет тех, кто пройдет Отбор.
– Приветствую вас, Невесты. Как видите, одна из вас покинула Отбор после Первого испытания.
И действительно, Джису не заметила леди Мадален. Наверное, можно ей позавидовать. Впрочем, и Джису тут могло не быть. Если бы приняла предложение принца. Ее раздирало на части. Одна ее половина желала уйти с Чонгуком, переложить на его плечи все заботы и предоставить самому решать проблемы. Но тогда ей точно не вернуться домой. Другая половина... Джису и сама не знала, что с ней происходит. Не могла этого объяснить. Но, кажется, магия и вправду начинала на нее действовать. В тот момент, когда они разговаривали с Чонгуком, точнее пытались поговорить, ее несколько раз накрыло странным ощущением. Сначала холодом. Как будто, она разом лишилась способности испытывать какие-либо эмоции. Это было странно.
Такой хладнокровной и спокойной Джису никогда еще не была. Казалось, что она сможет все. Абсолютно все, что захочет. Вот тогда-то и созрел ее полубезумный план. Ей нужна Джисуида. И принц. С его способностью пытать. Но будет достаточно и того снадобья Истины, травы для которого они собирали. Так или иначе ей необходима княжна. Она знает, где Жертвенник Сатаны и как им пользоваться. Иначе Аглае домой не попасть. Она даже всерьез раздумывала «перевезти» сюда и мать, если Чонгук откажется последовать за ней. Но после его слов...
Внутренний голос нашептывал, что она же его на эти слова и спровоцировала. Но гордость или упрямство, или еще черт знает что, твердили, что он сказал именно то, что и было у него на душе. И если она ему это спустит, то никогда не станет для него равной. Он всегда будет воспринимать ее как нечто само собой разумеющееся. Хотел элльлеле? Получил. Теперь с ней можно делать все, что вздумается. Она стерпит и простит – ведь нет большей радости, чем стать женой оборотня.
– Как вы успели заметить, испытания Отбора не так просты, как кажутся. – Леди Лючия смотрела прямо на Джису, и пришлось сосредоточиться на ее словах. – У каждого имеется... «двойное дно», если можно так сказать. Вы должны проявлять свои лучшие качества. Не думать о том, как выставить соперницу в нелестном свете, а побеспокоиться о том, как продемонстрировать свои достоинства. Надеюсь, вы услышали мои слова и последуете этому совету.
Джису уже поняла, что волки хитры. Ей же предстояло обхитрить и их, и их злейших врагов.
– А теперь о сегодняшнем испытании. Раз за разом, они будут становиться все сложнее. И потребуют от вас не только физических усилий. Сразу же за вторым последует третье. Поэтому я надеюсь, что вы хорошо отдохнули. Как и вчера, о сути испытания вы узнаете сразу перед ним, через час. Сейчас же, я подскажу, как лучше к нему подготовиться. На моей памяти это одно из сложнейших испытаний. Во всех смыслах. Мой вам совет: забудьте о внешней красоте и раздобудьте мужскую одежду. Она вам сегодня пригодится.
Девушки начали возбужденно перешептываться, некоторые возмущенно ахали. Джису их понимала: своими словами леди Лючия перевернула весь их мир.
– Так же я советую одеться потеплее. Вполне возможно, что испытание затянется. Сегодня за вами будет наблюдать еще большее количество Волчьих сыновей. Все пройдет под их контролем.
Перешептывание стало еще громче. Джису была готова поклясться, что невесты уже забыли все, что леди Лючия сказала до этого.
– Это все, о чем мне позволено вам рассказать. Через час вам всем нужно быть у выхода из крепости.
– Леди Лючия! А Его Величество и Его Высочество будут присутствовать?
– Не имею ни малейшего понятия. Они не сообщают мне о своих намерениях. Но насколько я знаю, король собирался почтить своим присутствием одно из испытаний. Какое именно – мне неизвестно. Это все. Советую немедленно отправляться к себе и готовиться.
Леди Лючия стремительно вышла. Выглядело, как побег. Сейчас Джису ее понимала – Невесты словно сошли с ума. Наперебой спорили о том, хотела ли она посмеяться над ними, и какие цвета предпочитают король с принцем. У Джису не было сил слушать эти споры. У нее не было сил вообще ни на что. Но если Чонгук ее не обманул, и ведьмы действительно хотят использовать ее как козла отпущения... то она должна взять себя в руки. Чонгук сказал, что княжне помогают еще две ведьмы. И одна из них служит Джуну. Бред какой-то... Как такое может быть? Ведьма на службе у оборотней? Ей нужно было затолкать свою гордость подальше и выслушать его. Хитростью выспросить все, что он знает. Но умная мысля приходит опосля. Джису едва не рассмеялась нервным смехом.
– Княжна! Княжна! Вы слышали? Леди Мадален исключили! – Элори выросла словно из-под земли и повисла на локте у Джису. Вряд ли настоящая княжна позволяла подобное. Джису попыталась ненавязчиво сбросить девчонку с руки, но не тут-то было.
– Да, конечно, я слышала. Я ведь тоже там была.
– Да-да. А как вы думаете, это шутка? Ну, про мужскую одежду? Мы вот с леди Жерменой никак не можем решить... Жермена встала с другой стороны от Джису и неловко улыбнулась, как будто извинялась за буйство подруги.
– Я считаю, она просто решила над нами позабавиться. Где это видано, чтобы женщина носила мужскую одежду? Да нас же засмеют. И с репутацией будет покончено наверняка.
Джису тяжело вздохнула, вытащила руку из крепкого захвата Элори и развернулась к ней лицом:
– Вам самим решать, надевать мужскую одежду или нет. Но посудите сами: распорядительницы должны нам во всем помогать. Как вы думаете, что с ними станет, когда все Невесты вырядятся в мужскую одежду, и хором, как одна, заявят, что им сказала это сделать леди Лючия?
Элори напряглась. Кажется, в ее голове шла нешуточная работа.
– А что если Волчьи сыновья проверяют, поддаемся мы чужому влиянию или нет? Ну-у-у... Вот у нас есть выбор: послушать незнакомого человека, или проявить.... проявить... Силу воли! Да и что это за испытание, в котором мы должны переодеться мужчинами? Дикость какая-то...
У Джису совсем не было желания вступать в споры с человеком, который уже все решил. Да еще и с той, которая размышляла о размерах Чонгука. Джису ненавидела себя за то, что продолжает ревновать его. Считает своим. Но это было выше ее сил – отказаться от него и сделать вид, что ничего не испытывает.
– Леди Элори, только вам решать, как одеться на испытание. Это абсолютно не мое дело. Мне вообще все равно, кто и как будет одет. Это ясно?
– Д-да... княжна.. Простите меня за...
Элори сделала шаг назад, и Джису почувствовала себя прокаженной. Жуткое ощущение, но наверное пора привыкать с ним жить. Жермена смотрела на нее осуждающе, хоть и старалась этого не показать. И Джису вдруг поняла княжну. Одинокая, брошенная, никому не нужная девчонка, на которую плевать даже собственному отцу. Она озлобилась и никому не доверяла.
Потому что некому было доверять. Джису сознала, что повторяет путь Джисуиды. Только намного быстрее. Но ей совсем не хотелось превратиться в жестокое, одержимое местью существо. Она отвернулась от Элори и поспешила в свои покои. Этот мир не для нее. И Чонгук не для нее. Ему нужна другая женщина. Которая безропотно подчинится ему. Молча будет сносить все оскорбления. Невинная. И не ведьма. Она не его элльлеле. Наверное произошла какая-то ошибка. Джису ворвалась в спальню. Кот закружил вокруг нее, свернулся клубком и замер. В воздух взмыла темная тень.
– Хоз-зяйка-а-а... обор-р-ротень знает, кто вы...
– Да, знает... – Джису достала одежду Чонгука и разложила на кровати.
– Но мне он пока не опасен. Ты узнал что-нибудь о Жертвеннике Сатаны?
Трольхар завис напротив окна, и в спальне тут же стало темнее.
– Да-а-а... Я изучал книги прежней госпожи... Пока обор-р-ротень меня не нашел... В одной из книг сказано, как его постр-р-роить...
– Построить? – Джису бросило в холодный пот.
– А тот, которым воспользовалась Джисуида?
– Он спр-р-рятан под землей...
В висках начинало раздражающе стучать, в затылке скапливалась тупая пульсирующая боль.
– Как это?! Как он может быть под землей?
– Это особые ча-р-ры, госпожа... – Трольхар пошел волнами, как ткань на ветру, словно чувствуя ее переживания. – Сатана живет под землей, в пекле. Жертвенник опускается к нему, когда становится не нужен. Чтобы его призвать нужно выполнить особый обряд и принести человеческую жер-р-ртву... Я нашел книгу, в котор-р-рой все подр-р-робно описано. Но обор-р-ротень помешал мне ее забрать.
В дверь громко застучали, и Джису едва успела привалиться к ней спиной.
– Я раздета!
– О... простите, госпожа... – Голос Абигель звучал глухо и испуганно. – Невесты уже собираются. Вам следует поторопиться.
– Сейчас-сейчас...
Джису обернулась к трольхару. Но его уже и след простыл – по полу наматывал круги кот. Джису быстро опустилась на колени и заглянула в смышленые глаза:
– Найди мне эту книгу, умоляю! Она нужна мне.
Кот мяукнул и по-человечески кивнул. Джису отворила дверь. На пороге мялась обеспокоенная Абигель:
– Госпожа, вы бы знали, какой переполох!
– Заходи и помоги мне переодеться. Взгляд Абигель скользнул по разложенной на кровати одежде:
– Значит вы решили послушаться совета леди Лючии?
– Ты уже и об этом знаешь?
– Вся крепость шумит. Я даже слышала, как некоторые господа обсуждали, что «с удовольствием посмотрят на то, что благородные леди столько времени скрывали». Фу! Ну не гадость ли?! А вы собираетесь дать им пищу для сплетен.
– Нет, я всего лишь следую совету распорядительницы.
– Но разве это не нелепо? Что за испытание такое, в котором может понадобиться мужская одежда?!
– Я не знаю! – Джису сорвалась на крик, испытывая огромное желание схватить служанку за волосы и вышвырнуть из спальни.
– Простите, госпожа...
Абигель отскочила от нее и уставилась в пол. Джису отвернулась, тяжело дыша. Откуда в ней это? Откуда ярость? Гнев? Злость? Она ведь понимала, что этот мир отличается от ее, но не могла совладать с бушующим внутри огнем.
– Вы позволите помочь вам, госпожа?
– Да.