Часть 59
Как же сладко. Ничего лучше я не испытывал. И не испытаю никогда. С ней все особенное. Все иначе. Даже воздух другой. Если не буду дышать ею, запахом свежести, грозы и молнии, то сдохну. От ее кожи исходит аромат роз. А ее влага... Я набросился на ее плоть, как голодный зверь, и мне до сих пор мало. Наслаждение мучительно неполное. Не хватает слишком многого. Того, что она пока не желает мне дать. Но я обязательно добьюсь от нее этого. Знала бы Джису, каких сил стоило сдержаться и не взять ее, наплевав на сопротивление и отказ.
Хочу вбиться в ее узкое горячее влагалище и трахать до тех пор, пока оба не лишимся сил. А потом усадить ее над своим лицом и пить стекающую влагу. Хочу именно пить. Насыщаться ее вкусом и запахом. Размазывать по губам, ловить ртом и не успевать глотать, чтобы настолько много было ее соков. Она лежит подо мной. Влажная и нежная. Не сопротивляющаяся. Невозможно от нее отодвинуться, перестать прикасаться. Мне хочется сделать с ней все. ВСЕ, на что хватит воображения. На что хватит сил. Она сказала, у нее был один мужчина. И он использовал ее. А я назвал ее шлюхой. Идиот. Потому что понимаю, что не смог бы выдержать рядом с пугливой девственницей. Она бы бесила меня и раздражала. Наверняка пугалась бы и смотрела с ужасом. Разбудив Джису я принялся принюхиваться к посторонним запахам.
– В коридоре кто-то есть.
– О, Господи!.. – Она быстро оглядывает свое полуобнаженное тело, а меня захлестывает удовлетворением и примитивной гордостью.
Моя женщина, полусонная и уставшая после безудержных ласк. Волосы растрепаны, спутались. От платья остались одни лоскуты. Моя страстная и нежная. Вспыльчивая. Мстительная. Ревнивая. Вкусная. На ней следы нашей любви. И одного взгляда достаточно, чтобы понять, что она принадлежит мужчине. Который имеет ее в любой момент, когда только пожелает. И она не может ему отказать. Не хочет. Она так сердито на меня смотрит, как будто понимает, о чем я думаю. Но мы не успеваем сказать друг другу ни слова. Шаги раздаются рядом с дверью. И одновременно со скрежетом петель я успеваю схватить Джису за руку и утащить за самый дальний стеллаж. Ненадежное укрытие. Остается только надеяться, что нежданные посетители пришли не читать. Слышу два дыхания, шаги двух пар ног. Два знакомых запаха, один из которых – ненавистный. Смрад того, кого скоро будут жрать черви и могильщики. И младшая княжеская дочь.
Полудохлая девка, которая вчера не могла закрыть говорливый рот. Даже не верится, что ужин у Джуна был только вчера. Посторонние запахи раздражают. Испытываю отвращение от каждого вдоха. Мне слишком мало Джису. Тянусь к ней. Прижимаю сладкую ведьму к себе и зарываюсь носом в шелк волос. Вот теперь становится легче. Внутри все возвращается на свои места, и я впервые за всю жизнь чувствую себя полноценным. Джису напряжена в моих объятиях. Тяжело дышит и пытается закрыться руками. Но я рад хотя бы тому, что она не вырывается. Гребаный шажок к тому, что мы наконец поймем друг друга. Чувствую себя так, словно победил в сражении. Голоса на другом конце читальни режут слух. Моя ненормальность превращается в болезнь, но только голос Джису воспринимается правильно.
Все остальные звуки – жуткая какофония. Но как только я начинаю вслушиваться и осознаю весь смысл сказанного, становится еще хуже. И человек, и зверь выпускают когти и щетинятся, готовые в любой момент напасть.
– Иди же сюда, скорее! В крепости полно ушей. Поговорим тут. – Отвратный голос младшей княжны дрожит от волнения и нетерпения.
Ей плохо удается скрывать эмоции. И я уже предчувствую, что девка что-то задумала.
– А тут нас как будто не подслушают! – Мразь, осквернившая своим касанием мою женщину. Его голос изменился. Нет привычного почтения и раболепия. – В читальню никто никогда не ходит. Не пойму, зачем она вообще тут нужна... Великие Боги! Что здесь произошло?!
– Кажется, кто-то пытался ее поджечь...
– Ладно, это неважно. Ты достал то, что я просила?
Осторожно, чтобы не привлечь внимания и не выдать своего присутствия, слегка пододвигаюсь и заглядываю в тонкую щель между пухлыми книгами. Воевода как раз достал из кармана круглый пузырек. Мутная, темно-зеленая, жидкость, кажется смутно знакомой. Не помню, где видел такой отвар, но точно видел.
– Вот, как и было приказано. Такой силы, что хватит усыпить всю волчью стаю.
– Вируш ни о чем не догадался? – Мелкая тварь выхватила пузырек почти с волчьей скоростью.
– Нет.
– Замечательно. Осталось дождаться Ночи Личин, и Волчий Принц станет моим.
Не знаю, кого больше удивляет эта новость: меня или Джису. Ведьма вздрагивает в моих руках. Ногти впиваются мне в кожу, и я вижу, как крепко она сжимает челюсти. Разрываюсь между яростью после услышанного и сладким тягучим удовлетворением от реакции Джису.
– Вы уверены, что у вас получится?
– Да. На празднике я не отойду от него ни на шаг. Мне останется только улучить момент и подлить ему снадобье. А дальше дело за тобой. Поможешь мне перетащить его в мои покои и раздеть. Все должно выглядеть так, будто он сам явился ко мне и обесчестил. Тогда отцу придется вспомнить, что он тоже имеет мужское достоинство. А Принцу не останется иного выхода, кроме как жениться на мне.
– Если раньше он не женится на вашей сестре.
– Что-о-о?! Да Джисуида никогда в жизни не выйдет замуж за оборотня. Она лучше счеты с жизнью сведет. Я свою сестру знаю. Не могу пока понять, в какие игры она играет с принцем... Наверное просто хочет утереть остальным нос. У нее-то до принца поклонников не особенно много было. С таким характером. И широкими боками.
Сейчас мне хочется разделаться с ней, как с ведьмой. Но хуже всего то, что Джису, кажется, задевают ее слова. Она сутулится, зажимается и опускает плечи. Пытается отстраниться, но я не пускаю. Ее тепло проникает в меня, течет по венам вместе с кровью. Чувствую, что начинаю гореть, словно в ведьмовском костре. Хочется поделиться этим жаром с Джису, но она ускользает от меня. Ее разум уже где-то далеко.
Сосредоточенное лицо отвернуто от меня. Я не владею более ее мыслями. Изгнан из них ущербной девкой.
– Княжна, может и не хочет за него замуж, вот только он сегодня просил ее руки у вашего отца.
Вот же мра-а-азь... Нужно было выпотрошить его прямо там, когда увидел, как он лапает Джису. Или еще раньше, когда учуял на ней его вонь.
– Этого не может быть! Нет! Ты врешь!
– Не вру. Сам слышал. Он в крепость явился, на Сатану был похож. Сразу к князю пошел. Меня выгнали, но я у дверей подслушал. Он сказал, что ночью присунул этой недотроге и теперь хочет жениться на ней.
– Нет.... Нет-нет-нет... Не может этого быть. А она что?
– Вроде бы против. Я так и не понял. Этот ублюдок утащил ее куда-то. Поговорить якобы хотел. Мне уйти пришлось. Не знаю, такой ли у них звериный слух и нюх, как все говорят, но проверять не хотелось.
– Это все из-за тебя! Потому что ты идиот! Ты должен был ее соблазнить! Уложить в постель первым!
– Я пытался...
– Да ничего ты не пытался! А может, тебе вообще нечего в нее вставить?! А? Всего-то и требовалось задурить ей голову. Ты бы уже был князем! Да почему я тебя всему учить должна?
– Я пытался! В любви ей признался. Но она, как будто и не слышала. Холодная стерва.
Он подписал свой смертный приговор. Дело времени – когда от него останутся куски мяса на съедение червям. Разорву тварь на мелкие лоскуты. Голыми руками. Когтями вспорю на живую.
– Признался в любви?! Ты ополоумел? Она где-то шаталась ночью, полуголая. Тебе даже не хватило ума ее грудь пощупать.
– За такое она меня сразу отправила бы на виселицу.
– И правильно бы сделала. Будь ты настоящим мужиком, она и вякнуть бы не посмела.
– Да только у нее, похоже, между ног побольше твоего телепается.
– Не забывайтесь, Василина. Вы хоть и княжна, но мне много ваших секретов известно.
– Угрожать мне надумал?
– Нет, просто напоминаю, что мы связано крепкими узами. И не стоит нам ссориться.
Мелкая тварь мельтешила из стороны в сторону. Никогда я не испытывал к женщинам каких-то особых чувств. Для меняя были ведьмы и... все остальные. Некоторых можно было использовать для снятия напряжения, но со временем я привык обходиться без них. В походе легче от руки спустить. Опостылели вечные искательницы лучшей жизни. Все они думали, что раздвинув перед нами ноги, предлагают что-то необычайное.
Тем сильнее отличалась от них Джису. И тем более жалкой выглядела ее сестра. Хоть она и не была ведьмой, но желание свернуть ей шею пересиливало даже вечный инстинкт уничтожать ведьм.
– Слушай, как мы поступим... Перед самой Ночью Личин напою этим же Джисуиду. Как только она уснет, перетащишь ее к себе в покои и вернешься ко мне. Я постараюсь напоить принца. Поможешь мне уложить его в постель и раздеть, а дальше я уже сама справлюсь. Ты же вернешься к себе, овладеешь Джисуидой. Да постарайся, чтобы выглядело так, будто она сама тебя соблазнила. Тогда отцу не останется иного выхода, как выдать ее замуж за тебя. А принцу, чтобы не развязать войну, придется жениться на мне.
– Думаете, он согласится?
– У него не будет выхода. Я же не какая-то служанка. И не одна из этих дур с Отбора. Я – дочь князя, который принял их кланы на своей земле. Никто не снесет подобное оскорбление. Я уверена, даже король будет на моей стороне.
– Я слышал, они с принцем не ладят.
– Ну и что? Ему придется ответить за свой... поступок. – Она мерзко хохотнула, а я вдруг понял, какое наказание будет для нее самым ужасным. – Совращение княжеской дочери не сойдет с рук даже Волчьему сыну. А тебе нужно постараться с Джисуидой. Я поговорю с матерью: она поднимет панику на утро, и вас начнут искать. Ты понял, как все должно выглядеть?
– Понял.
– Вот и чудесно. И смотри, не подведи меня. Если я не получу принца, то первым наказан будешь ты.
– И что в нем такого, что все на нем помешались?
– Он – настоящий мужчина. Ты бы хоть попытался стать похожим на него.
– Я не хочу быть похожим на дикое зверье.
– Благодаря этому зверью мы имеем возможность жить спокойно, не боясь превратиться в слуг ведьм. А еще говорят, что они неудержимы в постели. Не переживай, тебе никогда не стать похожим на них. Ты слишком жалок.
– Княжна...
– Надеюсь, Джисуиде удастся взять власть в княжестве в свои руки. А иначе ты все тут превратишь в жалкое болото. Я, конечно, буду жить с мужем, мне до Фьорира и дела не будет. Но все же я здесь родилась.
– Я не развалю княжество. Оно будет процветать.
– Ой, делай что хочешь. Но для начала тебе нужно стать князем. И если ты сделаешь все правильно, то хоть спали тут все дотла. А теперь идем – время поджимает. Нужно еще переодеться к Испытанию. Говорят, волки готовят что-то грандиозное. Буду молиться богам, чтобы Джисуида опозорилась.
Двое отродьев направились к выходу, и я едва дождался, когда за ними закроется дверь. Джису тут же попыталась вырваться из моих рук. Не было сил ее отпустить, и я вцепился в нее, как ребенок в мать. Я позволил ей развернуться лицом. Так сладко кожа потерлась о кожу. Ее набухшие от холода соски отвердели и уткнулись мне в грудь. Будет ли когда-нибудь моя жажда утолена? Вряд ли... Глаза Джису горели. Она криво улыбнулась:
– А знаешь, вы с ней подходите друг к другу... Считаете, что кто-то должен принадлежать вам независимо от его желания.
– Хочешь меня оскорбить? – Я потянулся к ее волосам, не в силах удержаться от прикосновения к ней.
– Нет... Хочу услышать, что тебе нужна не она, а я.
Не смотря на мои «широкие бока».
Меня начинает трясти от ее слов. Неужели это то, чего я столько ждал? Кровь зашумела в ушах. Я даже испугался, что ослышался.
– С тех пор, как почуял тебя в лесу, мне нужна была только ты.
– В лесу? – Русые брови удивленно поднимаются, и сейчас они как никогда похожи на два полумесяца.
Я никогда не думал, что встречу ту, которая заменит мне ВСЕ. Волчьи сыновья поклонялись Луне. Для нас она была и прародительницей, и проводником в ночи. Абсолютная богиня. Но не теперь. Не для меня. Джису закрыла собой все.
– Да. В лесу. Той ночью, когда ты стала ведьмой. Я бежал к тебе. Но этот... – Проглотил ругательство. – Он меня опередил.
Джису натянула на плечи остатки платья, скрыв от меня свое тело. Когда будем дома, заставлю ее сутками ходить передо мной обнаженной. Прищурившись она смотрела на меня каким-то странным взглядом.
– Ты был... волком? – Вот что ее волновало.
– Да. Я шел за вами до самой крепости. Запоминал твой запах.
– Ты и вправду можешь... превращаться в зверя?
Она была похожа на маленькую девочку, пытающую взрослых о том, как устроен мир. И я понимаю, что наравне со страстью, неудержимым желанием обладать ею, меня душит нежность. Взяла за горло и сжимает невидимой рукой. Она слишком уязвима для моего мира. Я обязан ее защитить. Спрятать.
А мы обсуждаем, могу ли я превращаться. Неужели это волнует ее больше того разговора, который мы услышали?
– Конечно, могу. – Улыбаюсь удивленному и чуточку испуганному выражению на ее лице. – Я же оборотень.
Нам нужно столько обсудить, но я малодушно тяну. Наслаждаюсь мгновениями внезапного перемирия. Пью жадными глотками ее покорный, почти мечтательный взгляд. Я привык действовать. Всегда чтото делать, планировать. Нападать и осаждать. Сражаться. Но сейчас, когда нужно использовать все свои силы, чтобы уберечь мою элльлеле, я бездействую.
– Я видела тебя. Твои глаза. Они всегда так ярко горят. И очень необычного цвета. Красивые.
Волк внутри радостно задрал морду и победно завыл. Сердце застучало чаще. Но моя человеческая часть оцепенела. С Джису что-то происходило. Слова, которые она произносила... Она просто не могла сказать такого. Не после того, что я сделал. Ее белая кожа побледнела еще сильнее. Она выглядела... застывшей. Я шагнул ближе и, наплевав на возможное сопротивление, прижал Джису к себе. Она оказалась ледяной. Мелко дрожала и дышала жуткими рывками.
– Что случилось? – Прошептал ей в ухо, вдыхая сладкий запах.
Невозможно насытиться. Никогда. Я прочно и остро подсел на этот наркотик. По венам течет жидкий дурман. Аромат Джису опаснейшим из ядов проникает прямо через кожу. Я плыву, теряя способность соображать, и именно в этот момент она меня резко отталкивает. Пытается. Потому что ни хрена я ее не отпущу. Никогда. Она смотрит на меня, гипнотизируя штормовым взглядом.
– Расскажи мне о ведьмах. Все, что знаешь. Чего они добиваются? Предсказания о них.
Волосы встают дыбом. Зачем ей это? Неужели, чары действительно отравляют ее, и она уже не может противиться их власти? Что тогда с ней станет? Единственным ее желанием будет служить Сатане и исполнять его волю, творить зло. Я должен буду ее убить, но не смогу. Нужно найти способ вытащить из нее чары. Для этого существует особый обряд, которого я не знаю. Но который известен другим ведьмам. Но даже если бы знал, не смог бы его провести. Мне нужны две твари, которых мы выследили.
Я знаю, как их заставить служить мне. Но даже под пытками они могут обмануть... А других ведьм искать некогда. Необходим большой запас снадобья Истины. Джису смотрит на меня нечитаемым взглядом. И, наверное, впервые, я не чувствую в ее запахе никаких подсказок. Она вдруг стала абсолютной загадкой. А я ощутил себя бессильным человеком.
– Зачем тебе знать о ведьмах?
– Чтобы не сделать то, что делают они, и не выдать себя.
Ее голос звучит слишком ровно. Я жадно вслушиваюсь. Шумно тяну носом ее аромат. Сейчас кровь из ушей и носа пойдет от бесплодных попыток понять, что происходит. Как ей это удается? Как, мать вашу?! В одну секунду она словно... словно утратила все эмоции. Это из-за подслушанного разговора? Или я опять сделал что-то не так? Что? Что-о-о?! Скажи мне!
– Тебе просто не нужно нервничать.
Идиотский ответ. Кажется, теперь она вообще ничего не испытывает. И на мои слова лишь иронично вскидывает бровь.
– Лазаж знает, что я ведьма. Ты сказал ему?
По спине аж проходит рябь. Кожа начинает лопаться, выпуская наружу волчью шерсть. Адским усилием воли заставляю себя остановить всплеск неконтролируемого обращения. Мне же не пять лет! Эта новость переворачивает мир вверх ногами.
– Почему ты решила, что он знает? – Голос охрип, но мне уже плевать, что она может счесть меня трусом или слабаком.
– Он сам мне сказал. Кажется, я все еще жива лишь потому, что нравлюсь тебе. А он испытывает перед тобой слишком большое чувство вины, чтобы отобрать любимую игрушку.
От ее холодного тона и невозможности понять, что она чувствует, крышу сносит окончательно. Бросаюсь к ней и хватаю за обнаженные плечи.
– Да, тебе лучше свыкнуться с тем, что ты теперь моя. Если считаешь себя игрушкой, то... Мне даже лучше. Волки – очень игривые существа. Мы любим забавы.
Надеюсь ее как-то встряхнуть, но она попрежнему смотрит на меня холодно. Даже не моргает. Кладу ладонь на ее упругие ягодицы и сжимаю. Так, чтобы она почувствовала боль. Всю ту агонию, которую ощущаю я сам. Может хоть это ее приведет в чувство?
– И я уже в предвкушении наших новых игр. Все, чего добился, – вновь нахлынувшее возбуждение.
Да успокоюсь ли я когда-нибудь?! Чем больше пробую ее, тем больше хочется еще. Еще немного и буду ходить с постоянным стояком. Но прожить жизнь, не вылезая из спальни и трахая ее сутками внезапно кажется самой желанной мечтой. Кажется, мне удается ее немного оживить. Аглая хмурится и упирается кулаками мне в грудь. Хоть бы погладила раз, холодная стерва.
Я уже в шаге от того, чтобы найти ведьму и заставить ее сварить любовный напиток. Чтобы эта подменная княжна наконец разделила мои чувства, забрав на себя половину. А иначе я сдохну под грузом желания к ней. На какую-то секунду я теряю концентрацию. И этого достаточно, чтобы все полетело к хренам собачьим. С раздражающим уши визгом в мою руку впивается огромный... клубок шерсти. Что-то пушистое, мягкое и увесистое. Когти вспарывают кожу, прорезая мясо. Не хочу отпускать Джису. Пытаюсь стряхнуть вопящую дрянь, чувствуя все новые и новые укусы. Джису сама отходит, отстраняется. И вдруг начинает смеяться, глядя на мою руку.