Часть 49
Запах тина и ила стал различимее. Ведьмы выбрали идеальное место для своего логова. У реки они легко могли получить многие ингредиенты для зелий. Да еще и лес рядом. Никто не потревожит. Можно творить любое чародейство, не опасаясь людских глаз и случайных свидетелей. Среди сонма лесных запахов почувствовался и аромат одного из наших.
Йелек хорошо замаскировался, но мне удалось различить его присутствие. Сам он обнаружился в небольшой яме у корней старых трухлявых сосен. Повернулся к нам и махнул рукой, призывая пригнуться. Мы улеглись рядом.
– Обе дома. Кажется, собираются колдовать. Цирьяк передал Йелеку еду с питьем.
– Мельника они зачаровали – мужик сам не свой. – Йелек торопливо приложился к фляге.
Я кивнул:
– Поешь. Потом расскажешь.
Пока он спешно расправлялся с ужином, я взглянул на добротный деревянный дом. Окна горели мягким золотистым светом. Но что происходило внутри, – не разглядеть. Везде висели плотные занавески. Невдалеке от дома возвышалась мельница. Лопасти, поскрипывая, крутились, отбрасывая мрачные тени. Одна из теней металась туда-сюда, слишком непохожая на мельничное «крыло». Словно желая нам помочь, из-за туч вышла луна. Она осветила обрывок плотной черной ткани. Как будто стяг колыхался на ветру.
А на нем отражалось звездное небо. Ткань переливалась сиянием звезд. Проклятье! Трольхар. Еще один. Я точно знаю, что встречался в лесной хижине с другим. Этот слишком «плотный» и черный – такие бывают у опытных ведьм, которые кормили трольхара кровью своих жертв. Кивком головы указал остальным на сгусток тьмы:
– Они тоже выставили дозорного.
Сначала никто не понял, о чем я. Но спустя пару секунд Цирьяк выругался.
– Трольхар...
– Нужно его изловить. – Ферко вглядывался в темноту, пытаясь рассмотреть ведьминого помощника.
– Я не видел в доме никаких животных. – Йелек вытер рот рукавом.
– Наверное они его прячут.
– Интересно, они его каждую ночь отправляют дежурить или только сегодня?
Цирьяк уже доставал из мешка все необходимое для поимки трольхара. Он был одним из лучших в этом деле – изловил не один десяток ведьминых приспешников. И всегда был готов к охоте на них. Я не сомневался, что и на этот раз ему все удастся, но остановил его:
– Не сегодня.
– Почему?
– Если ты его поймаешь, они заметят пропажу и начнут его искать. Станут намного осторожнее. А мне нужно узнать, что они задумали.
– Но ведь мы можем их допросить. – Ферко тоже не понимал моего решения.
– Думаешь, они не найдут способ скрыть правду?
– У нас достаточно с собой зелья истины... Я усмехнулся.
Случись это до встречи с княжной, я бы разрабатывал план, как уничтожить ведьм. Но не теперь. Не тогда, когда одна из них якобы похожа на княжну, а сама княжна своим поведением постоянно ставит меня в тупик. Я докопаюсь до истины, чего бы мне это не стоило. Тихо, но угрожающе рыкнул:
– Вы решили оспорить мой приказ?
Неожиданно Йелек пришел на помощь:
– Многие из них убивают себя, лишь бы не терпеть наши пытки и не пить зелье. Если они задумали что-то крупное, то не станут так рисковать. Покончат с собой, лишь бы не выдавать нам свои планы.
Я кивнул:
– Мы будем следить за ними. И здесь, и в городе. Хочу знать, с кем они общаются, что подмешивают в зелья, какими чарами владеют.
– Можно попытаться втереться им в доверие. Я мог бы прикинуться проезжим. Явиться в лавку к лекарю, купить какое-нибудь зелье. Сделать вид, что интересуюсь ею.
План Ферко был хорош, но кто знает, насколько умелы они в распознавании оборотней.
– Нет, так рисковать мы не будем. Всем известно об Отборе. Наверняка они продумали защиту от оборотней. А увидев нас в городе, могут что-то заподозрить и будут намного осмотрительней.
Неожиданно возле дома что-то начало происходить. Трольхар метнулся к входу. Отворилась дверь, выпустив наружу немного света, и появилась черноволосая женщина. Она быстро спустилась со ступенек, держа в руке большую корзину. Волк внутри ощетинился и зарычал, предчувствуя врага. Это точно была не княжна. Волосы другого цвета и выше ростом. Цирьяк достал небольшую баночку и быстро намазал лицо черной мазью. Передал мне, и я сделал то же самое. Вдоль лба, носа, от глаз до нижней челюсти. Мазь из могильника перекрывала наши естественные запахи. Конечно, ведьмы не обладали звериным чутьем и не могли нас унюхать. Но могли призвать на службу любых зверей, а вот тем уже не составило бы труда нас выследить.
Повторения того, что случилось утром, я не мог допустить. Нам некогда сражаться с половиной леса. И нельзя выдать себя.
– Мы идем за ней? – Ферко, тоже нанесший боевую личину, не отрывал глаз от ведьмы.
– Да. – Я взглянул на чародейку.
– Но двое останутся здесь – следить за домом.
Она шла в нашу сторону. Трольхар вился за ней черным плащом.
– Возьми меня. Я уже затек здесь в одной позе лежать.
– Хорошо. Ты идешь со мной. Ферко и Цирьяк, вы остаетесь здесь. Можете попробовать подобраться ближе, но осторожно и кто-то один. Второй пусть всегда прикрывает. До нашего возвращения никто пост не покидает. – Повернулся к Цирьяку: – И узнай, кем оборачивается трольхар.
– Слушаюсь, принц.
– Пошли. – Кивнул Йелеку.
Мы покинули место у сосны и быстро переместились к душистым зарослям местного кустарника. Ведьма как раз дошла до кромки леса, остановилась и несколько раз оглянулась. Ступила в тень деревьев и уверенно пошла в нашу сторону. Она не особо скрывалась, шумно пробиралась через цепляющиеся ветки, ломала их и даже тихо ругалась. Когда она прошла мимо нас, я ощутил тяжелую смесь запахов. Травы – причем много.
Ведьмина пыль, еле-еле ощущается, но она точно колдовала с ее помощью. Запах другой женщины. Должно быть это аромат лжекняжны. Я принюхался. Ничего общего с ароматом Джисуиды. Кем бы ни была эта вторая, пахла она иначе. Или я просто хочу себя успокоить? Ветер подул в нашу сторону, и я различил еще один оттенок запаха. Животного. И молока. Шерсть. Кровь. Но не человеческая. Ведьма прошла, уходя далеко вперед, оставляя только след из смеси запахов.
Когда я еще был мальчишкой, Лазаж часто повторял, что у волка не должно быть слабых мест. Если я лишусь одного из чувств, другие должны будут его заменить. Он выводил меня в лес, приковывал к дереву и завязывал глаза плотной тканью. Настолько туго, что волокна впечатывались в кожу. Я должен был угадывать запахи. Если называл неправильно, то приходилось стоять так до рассвета. Если чуял запах, которого не знал, то все равно стоял до рассвета, узнавая все его оттенки и малейшие нюансы. Мне было пять. Или шесть. Не знаю точно. Знаю только, что в тот момент ненавидел его. А он все повторял, что однажды я скажу ему «спасибо». И даже если не произнесу вслух, то в душе поблагодарю. И этого ему будет достаточно. Что ж, старый лис оказался прав. Я благодарен. И обязательно скажу ему это. Едва шевеля губами, спросил у Йелека:
– Почувствовал запах животного? Он нахмурился и еще раз принюхался:
– Могильник все запахи перебивает. Только травы чую. Разит ими.
Могильник действительно приглушал многие запахи – в этом и был его недостаток. Он влиял и на наше обоняние. Но мазь специально была приготовлена так, чтобы не целиком подавлять запахи. Он влиял на зверей. Но не на человека.
– От нее пахнет козой. Должно быть это и есть трольхар.
– Нужно предупредить Цирьяка.
– Сам разберется, если не дурак. Пошли.
Бесшумно мы двинулись за ведьмой. Она ушла уже на приличное расстояние и вряд ли могла нас заметить. Но мы все равно держались поодаль и передвигались короткими перебежками. Она хорошо здесь ориентировалась. Шла уверенно и быстро. Куда бы она не держала путь, лес вокруг начал меняться. Все больше встречалось мертвых деревьев. На земле белели обглоданные кости животных. Эти места были пропитаны губительным чародейством. Мы как раз проходили мимо одного из покореженных деревьев. Здесь защиты крон был мало. Приходилось быть вдвойне осторожнее. Наверное, луна и впрямь нам сегодня благоволила.
Серебристая дорожка протянулась до дупла и высветила грязно-серую ветошь. Йелек собрался выйти из-за дерева и идти дальше, но я вцепился в его плечо и указал на трухлявый ствол. Осторожно вытащил кинжал и подцепил тряпку. Еще одна кукла. Лежит здесь давно – ткань успела запреть. Чтобы снять чары, нужно лишить охрану глаз, которыми она может увидеть врага, ушей, которыми может услышать, и рта, которым может призвать защитников.
Резким движением отрубаю кукле голову. Тряпичное тело бросаю обратно в дупло, а голову втаптываю в землю. Йелек наблюдает за ведьмой, пока я «хороню» кусок ткани. Он подает знак, и мы осторожно продолжаем движение. Ведьма неожиданно остановилась. Поставила корзину и начала в ней ковыряться. Похоже, что она пришла туда, куда держала путь. Я всмотрелся в темноту. Длинные ветки цеплялись друг за дружку, превращаясь в живую стену и мешая разглядеть то, что скрыто за ними.
Мы с Йелеком осторожно опустились на землю, спрятавшись за поваленными деревьями. Здесь было надежное укрытие, если, конечно, ведьма не заманила нас в ловушку, а мы оказались так глупы, что не заметили этого. Пока все было тихо. Чародейка уселась на землю и принялась расставлять вокруг себя свечи. С помощью заклинаний зажгла, и все вокруг обрело более-менее четкие очертания. Мы не видели, что именно она делает, но это точно был ритуал. Кажется, она сыпала на землю какой-то порошок, причем, старалась нарисовать определенный символ. Потом начала тихо петь, раскачиваясь из стороны в сторону. Поднялся ветер. Но не природный – колдовской.
Может, тварь пытается вызвать бурю? Моей княжны не потребовались бы эти глупые ухищрения. Стоит ей немного разозлиться, и молнии сами летят ей навстречу. Меня захлестывает чувство гордости. И это ошеломляет. Настолько, что я даже теряю концентрацию. Я горжусь тем, что моей женщине не нужны заклинания для колдовства. Я действительно этим горжусь! Словно она достигла высот там, где другие лишь начинают обучение. Я горжусь ведьмой. МОЕЙ ведьмой... Что делать с этим проклятием? Как глубоко я увяз? С головой. Я это знаю. От нее уже нет спасения. Не тогда, когда попробовал на вкус ее плоть, влагу и кровь. Я полностью в ней. И сразу две, две гребаных метки тому подтверждение.
Заставляю себя сосредоточиться на деле. Каким-то чудом мне это все же удается, и я начинаю вникать в происходящее. Вокруг ведьмы стоит столб пыли и воздуха. Маленький смерч складывается в человеческую фигуру. Лица нет – просто существо в натянутом на голову капюшоне. И все оно состоит из земли, пыли и прелых листьев.
– Зачем потревожила меня? – Низкий хриплый голос был незнаком, но интонация...
Я уже слышал ее. Никак не мог отделаться от мысли, что звучать этот голос должен старчески, с дребезжанием.
– Пощади, Верховная.
Верховная... Главная ведьма в ковене. Это не хорошо. Очень и очень хреново. Если ведьмы образуют ковен, то могут творить совсем иную магию. Единение нескольких заклятий в одно, слияние самых разных чар в непреодолимую силу. Когда ведьмы объединяются, их сила возрастает в разы. Сейчас ковенов не осталось. В свое время мы уничтожили почти все. Теперь ведьмам сложно собираться вместе. По одиночке больше шансов выжить. Если они не побоялись составить ковен, значит, задумали что-то крупное. Настолько крупное, что даже угроза быть обнаруженными Волчьими сыновьями, их не пугает. У нас под самым носом...
– Вы сделали, что должны были? – Да где же я мог ее слышать?
– Нет, Верховная... Нам нужна твоя помощь.
– Я больше не могу вам помогать! У вас была простая задача! Вы убеждали меня, что все получится! А девчонку до сих пор не вычислили.
– Мы знаем... Прошу, Верховная... Возможно ты могла бы снова поговорить с королем...
– Я и так вложила в его голову сомнения! Он послал за девкой лучшего охотника. Не моя беда, что вы обе оказались глупее ее. – Я едва не выругался. Потому что понял, о чем они говорят. Все еще хуже, чем я думал.
– Все должно было получиться... Она совсем не владеет своей силой. Не может управлять даже крупицами.
– Хватит и того, что твоя подружка не поняла, какими мощными чарами обладает!
– Ее уже давно должны были поймать... Я не знаю, как ей удается скрываться. Наш план...
– Ваш план оказался жалкой потугой двух слабачек сделать что-то стоящее.
– Прошу, Верховная, не гневайся... Нам нужно еще немного времени...
– Завтра состоится еще одно испытание. И близится Ночь Личин. У вас есть последний шанс...
– Ты поможешь нам? Нужно напугать ее. Если она подумает, что раскрыта, то допустит ошибку. Ты укажешь королю на ведьму?
– Я и так указала ему, где искать! Это вы, дуры, не можете сделать все, как надо!
– Возможно, охотник, посланный за ней не так уж хорош...
– Не ищи себе оправданий, идиотка! У вас есть последняя попытка. Я постараюсь убедить короля, что во время Ночи Личин ведьма попытается напасть. Спровоцируйте ее. Она должна проявить свою силу. На глазах у всех. Сами заколдуйте кого-нибудь, в конце концов, но подумать должны на нее!
– Благодарю тебя, Верховная... Ведьма начала кланяться, а я скрипнул зубами.
Йелек с недоумением смотрел на меня. То ли не понял, то ли не осознает. Я так и знал! Всегда был против этой старой твари Ганны. Никогда не понимал, какого рожна папаша притащил ее в клан. Впрочем, я его вообще не понимал. Но вырезать на глазах девчонки всю семью, а ее пощадить, потому что была ребенком... Лазаж рассказал, что отец заставил ее смотреть, как он мучает и пытает ее мать и сестер. Умирая, они передали свой дар ей – больше некому было. А отец привез ее в клан в надежде, что она станет верной помощницей и союзницей в борьбе с другими ведьмами. Она и стала, твою мать! Джун прислушивается к каждому ее слову. Доверяет ей больше, чем рунам. А эта тварь у нас под носом собирает ковен. Конечно, ей известны все планы Джуна. И она может влиять на его решения. Проклятье! Я с трудом переваривал все услышанное.
Кровь застыла в жилах, когда я начал понимать, о чем они говорили. «Он послал за девкой лучшего охотника.» Джун приказал мне найти ведьму, которая подле князя. Джисуида... Ганна знала о ней. И вместе с двумя другими суками пыталась подставить. Но зачем? Вместе с тем я услышал подтверждение своей догадки. И надежды. Джисуида стала ведьмой лишь недавно. И похоже, не по своей воле.
Чародейки передали ей мощные чары, даже не подозревая об их силе. И они надеялись, что мы вычислим ведьму. Им БЫЛО НУЖНО, чтобы мы поняла, что это Джисуида. Но зачем?! Пока я старался представить цепочку возможных событий, ведьма начала собираться обратно. Жестами указал Йелеку, что мы продолжаем следовать за ней, а сам погрузился в мысли. Если мы находим ведьму, то вариантов тут немного. Сначала почти всегда идут пытки, чтобы узнать, какие злодеяния она творила, что планировала, какими чарами обладает. В зависимости от того, кто именно изловил чародейку ее может постичь разная участь.
Многие из нас находят удовольствие в истязании врагов, в насилии. У Джуна вообще любимая забава: стравливать пойманных ведьм друг с дружкой, обещая, что победительницу он отпустит. В любом случае, что бы мы с ними ни творили, результат один: смерть. Значит, ведьмы хотели княжне смерти. Но почему не убили ее сами? И тут меня словно саданули чем-то тяжелым по голове. Конечно! Они хотели убить княжну НАШИМИ руками. Начал вырисовываться вполне отчетливый план.
Если мои догадки верны, то три мрази собирались нарушить перемирие между оборотнями и людьми. Не сойди я с ума от княжны, наверняка бы потребовал выдать ее для казни. А какой нормальный отец пожелает отдавать свое дитя на растерзание? Пусть даже она ведьма. Хотя... Отцы тоже бывают разные. Мне ли этого не знать. Но сейчас вопрос в другом: кто оказался настолько близок к княжне, что смог передать ей дар? Теперь я не сомневался: это именно ее колыбель я нашел в лесу. А значит, она стала чародейкой именно в ту ночь, когда я ее впервые почуял. И вряд ли все это происходило по ее воле. Ее пытаются использовать. На душе стало муторно и грязно. Я обвинил ее в ужасных вещах. И чувствовал ведь, что она не такая, как все!
А все равно предложил ей эту сатанинскую сделку, будь она неладна. Она теперь вряд ли когда-то простит меня. Не после того, как я едва не изнасиловал ее. Хуже всего было то, что когда увидел ее кровь на своем члене, меня затопило ощущением эйфории. Пусть не девственница, но я все равно порвал ее. Сам не понимаю, как стал таким. Ее притяжение сбивает все мои ориентиры. Медленно я теряю крупицы разума. Она нужна мне. Ведьма или нет. Девственница или распутница. Плевать. Плевать на все. Просто нужна-а-а...
Мне придется долго вымаливать у нее прощение. И кажется у меня есть мысли, как это сделать. Вот только по своей воле она вряд ли позволит мне совершить задуманное. Опять придется прибегнуть к силе. Но не отверну ли ее от себя еще больше? Не хочу думать о том, что своими попытками добьюсь лишь того, что она окончательно меня возненавидит. Но я просто не знаю, как к ней подступиться. Она совершенно не такая женщина, к каким я привык. Да и нужны они были лишь для того, чтобы скидывать напряжение. С Джисуидой все так сложно... Замечаю, что мы вернулись обратно, и немного прихожу в себя. Тело само знает, что делать. Оно давно привыкло не зависеть от головы, поэтому я мог позволить себе отвлечься. Но теперь снова нужно собраться. Вот только решить это сделать намного легче, чем изгнать Джисуиду из головы.
Меня пугает собственное помешательство на ней. За пару часов я испытываю десяток самых разных эмоций. От ненависти до ненасытной жажды. И все из-за нее. Не хочу все это ощущать. Мне нужна прежняя убогая жизнь, когда все было просто и понятно. Хочу вновь вести унылое существование, подчиненное привычным целям. Процветание клана, охота на ведьм, увеличение территорий и власти, пополнение казны.
Я не хочу сходить с ума по княжне. Не хочу! Не хочу постоянно, ежесекундно думать о ней. Не хочу вспоминать выражение ее лица, когда она смотрела на мои раны, с тревогой и заботой. Не хочу ревновать ее к другим. Не хочу желать вновь ощутить нежность ее плоти и вкус на языке. Не хочу думать о том, насколько охренительно, сладко и больно, было в ней. Не хочу представлять наших детей. Не хочу придумывать, как удивить и порадовать ее, как заслужить прощение. Ничего этого не хочу. И понимаю, как отвратно было без нее. Пусто и мерзко. До нее и жизни не было. Впервые в жизни мне по-настоящему страшно. Страшно от того, что я настолько помешался на женщине, которую даже не знаю! Если это и есть действие связи элльлеле, то это самая хреновая штука в мире. Но волк мотает головой. Как всегда он оказывается умнее меня. Потому что заметил то, что я не хотел замечать. Он увидел, что моя княжна умна. Остра на язык. Находчива. А еще она добрая и заботливая.
Гордая, но не заносчивая. Она не ставит себя выше других и не пытается никому угодить. Страстная и горячая. От ее ласк в голове моментально начинает шуметь, и мне уже абсолютно все равно, сколько мужчин у нее было до меня. Ведь я стану последним. И единственным. Но захочет ли она этого после того, что я совершил? Как заставить ее принять меня? Как убедить? Я еще никогда не оказывался в такой ситуации.
Понятия не имею, что делать. Нужно сосредоточиться на том, что знакомо и привычно. Охота на ведьм. И тут же в голове кто-то коварно ржет: доохотился. Одна из них сейчас у тебя в шатре. Безнаказанная. Под защитой твоих людей. А если еще кого-то околдует? Ты ж сам, дурак, приказал оберегать ее ценой их жизней. Все, хватит. Хвати-и-ит. Не могу больше думать о ней. Как будто мозг жерновами проворачивает. Сдохнуть можно от такого количества эмоций.
– Ну как? Идем за ней? – Даже не заметил, как из темноты вырос Ферко. Немного очнулся и кивнул:
– Я иду.
– Может, не стоит? А что если мы не всех кукол успели найти?