37
Лалиса
- Мне это не нравится, - заявляю я. - То есть у меня болят ноги. Я говорила, что я не гибкая.
Смех Чонгука отдается во всем моем теле. Уточняю: в моем обнаженном теле, потому что мы занимаемся любовью. И свое заявление я сделала прямо в середине процесса.
Наверное, я убийца настроения.
Но мне, если хотите знать, плевать. Я категорически отвергаю эту позу. Чонгук стоит на коленях передо мной, и мои щиколотки лежат на его плечах. Возможно, если бы он не был огромным хоккеистом, мне бы не казалось, будто мои ноги задраны на вершину «Эмпайр Стейт Билдинг». От этого их сводит судорога.
Смеясь, Чонгук наклоняется вперед, я с облегчением снимаю ноги с его плеч и обхватываю его за талию. И сразу издаю стон.
- Лучше? - спрашивает он.
- О боже, конечно. Сделай так еще раз.
- А что я сделал?
- Ты крутил бедрами, как... о-о-о... да, вот так.
Каждый раз, когда он входит в меня, мое влагалище сжимается вокруг его члена. Каждый раз, когда он выходит, я чувствую болезненное, отчаянное опустошение. Я пристрастилась к этому парню. К его поцелуям, к его запаху. Мне приятно ощущать под ладонью короткий «ежик» волос, когда я глажу его по голове, под пальцами - крепкие мышцы, когда я вцепляюсь ему в спину.
Его движения убыстряются, дыхание учащается, он входит в меня все резче и глубже, и мое сознание затуманивается. Он касается моего клитора, и мы кончаем. Он кончает чуть раньше, но, оставаясь во мне, бьется в судорогах. От этого мой оргазм еще острее, я даже до боли закусываю губу, чтобы своим криком не потревожить его соседей.
Потом Чонгук перекатывается на спину, я ложусь на него и покрываю поцелуями его лицо и шею.
- Почему у тебя после секса так много энергии? - бурчит он.
- Не знаю. Мне безразлично. - Я целую его всего, пока он не засмеется от удовольствия. Я знаю, что ему нравится внимание, и это хорошо, потому что мне нравится давать это ему. По какой-то причине с ним я превращаюсь в монстра нежности.
Жизнь снова прекрасна. После Дня благодарения прошла неделя, а мы с Чонгуком все еще вместе. Однако заняты оба по горло. Скоро надо сдавать курсовые, в том числе и по предмету Толберт, и я помогаю Чонгуку писать работу. У него, как всегда, очень плотное расписание тренировок, да и моя подготовка к конкурсу не дает мне времени для отдыха. Зато я снова испытываю воодушевление.
Мне очень нравится аранжировка, которую придумали мы с Дже, и я уверена, что выступление пройдет на ура. Но я все еще не простила Кэсса и Мэри-Джейн за их подставу. Эм-Джи несколько раз писала эсэмэски с просьбой встретиться и поговорить, но я игнорировала их, и с тех пор, как Фиона выделила мне время для репетиций, я больше не сталкивалась ни с Кэссом, ни с Эм-Джи.
И на этом торте под названием «Мне нравится, черт возьми, эта жизнь» есть еще и сахарная глазурь. На прошлой неделе позвонил папа и сообщил хорошую новость: на Рождество родители едут к тете Николь, и мы там встретимся. Я сразу же заказала билет и теперь жду не дождусь, когда увижусь с ними. Правда, меня расстраивает то, что Чонгук не может поехать со мной. Я пригласила его, но он сверился с расписанием и сказал, что на следующей день после моего отъезда его команде предстоит игра, а потом еще одна, за два дня до моего возращения. Так что Чонгуку придется праздновать Рождество с Логаном, который живет в городке, расположенном в двадцати минутах езды от Гастингса.
Оглушительный стук в дверь выдергивает меня из приятных размышлений. Дверь заперта, так что я не боюсь, что кто-то ворвется, но все равно машинально прикрываюсь одеялом.
- Мальчики и девочки, простите, что отрываю, - кричит Логан, - но вам пора вытаскивать наружу ваши ПСКи! Чонгук, надо ехать.
Я устремляю на Чонгука непонимающий взгляд.
- ПСКи? - Мне не всякий раз удается уловить смысл сокращений и аббревиатур, придуманных Логаном.
Чонгук ухмыляется.
- Да ладно, неужели не поняла? Даже я понял. Это же из младших классов.
Я задумываюсь, потом краснею.
- А как можно куда-то тащить письку?
Он фыркает.
- Спроси об этом у Логана. Хотя нет, не надо. - Он сползает с кровати и бродит вокруг, собирая разбросанную одежду. - Ты придешь на игру после репетиции?
- Да, но только к началу второго периода. Ох, когда я доберусь до стадиона, там будут только стоячие места.
- Я попрошу кого-нибудь занять тебе местечко.
- Спасибо.
Я ухожу в ванную, привожу себя в порядок, выхожу и вижу, что Чонгук сидит на кровати. При виде него мое сердце замирает. Спутанные волосы, перекатывающиеся под кожей бицепсы, красные засосы на шее. Как же он прекрасен.
Через пять минут мы выходим из дома и разъезжаемся каждый в свою сторону. Я еду в кампус на репетицию на машине Трейси. Теперь, когда Кэсс сгинул, я могу снова получать удовольствие от пения.
И получаю. Мы с моим личным виолончелистом отшлифовываем великолепную концовку песни, и два часа спустя я уже направляюсь к стадиону. На мое приглашение присоединиться ко мне Элли ответила, что они с Шоном заняты. Другие мои друзья утопают в море подготовительной работы, и я в очередной раз радуюсь, что заранее сдала все задания. Большая часть моих предметов связана с исполнительским мастерством и теорией музыки, так что мне осталось написать работы только по английской литературе и этике, а они почти готовы.
Я попадаю на стадион позже, чем ожидала. Только что начался третий период, и я с разочарованием вижу на табло счет один-один. Сегодня «Брайар» играет с командой второго дивизиона из Буффало. Чонгук был уверен, что им не составит труда разделаться с ними, но, видимо, он ошибался.
Меня ждет свободное кресло позади скамейки «Брайара». Его держит для меня старшекурсница по имени Натали. Чонгук как-то упоминал о ней, но вижусь я с ней впервые. Кажется, она с первого курса встречается с Берди. Такое постоянство внушает уважение. Мало каким парам удается так долго сохранять отношения.
Натали забавная и милая, мы отлично проводим время, наблюдая за игрой. Когда Дин получает мощный удар, от которого кубарем катится по льду, мы обе испуганно вскрикиваем.
- О боже, - суетится Натали. - Как он там?
К счастью, с Дином все в порядке. Он поднимается и едет к скамейке «Брайара» для смены состава. Едва Чонгук появляется на льду, мой пульс ускоряется. Он та сила, которую следует брать в расчет. Быстрота, маневренность, умение вести шайбу и делать точные броски. Его первый пас адресован Берди, и они несутся через синюю линию в зону ворот. Берди делает бросок, Чонгук устремляется за шайбой. За ней же спешит и центр-форвард команды соперника. У площади ворот идет силовая борьба, когда нападающий «Буффало» пытается отобрать шайбу.
Чонгук выходит победителем, молнией объезжает ворота и делает бросок. Вратарь без труда отбивает шайбу, но она скользит прямо к Берди, и тот отправляет ее обратно к воротам, однако вратарь опаздывает всего на долю секунды.
Когда на табло загорается лампочка над ячейкой «Брайара», Натали вскакивает и восторженно вопит. Мы с ней обнимаемся, а потом, затаив дыхание, смотрим последние три минуты игры. Команда «Буффало» всеми силами пытается завладеть шайбой, но центр «Брайара», второкурсник, выигрывает следующее вбрасывание, и мы доминируем до конца периода. Игра заканчивается со счетом два-один.
Зрители толпой устремляются в проходы, и мы с Натали в этой толчее идем к выходу.
- Я рада, что ты с Чонгуком, - оживленно говорит она.
Я улыбаюсь: мы знакомы всего двадцать минут, а она уже поднимает такие личные темы.
- Я тоже, - говорю я.
- Нет, я не шучу. Он отличный парень, просто он сдвинут на хоккее. Он почти не пьет, ни с кем серьезно не встречается. Это вредно для здоровья - так концентрироваться на чем-то одном, понимаешь?
В вестибюле мы идем не к выходу, а пробираемся через толпу к раздевалкам, где собираемся ждать своих парней. Надо же, Чон Чонгук - мой парень. Звучит сюрреалистично, но мне нравится.
- Вот поэтому я считаю, что от тебя ему будет только польза, - продолжает Натали. - Последнее время он такой счастливый и успокоенный.
Я напрягаюсь, когда вижу в толпе знакомое лицо.
Отца Чонгука.
Он стоит в двадцати футах от нас и смотрит в том же направлении, что и мы. Его бейсболка низко надвинута на лоб, но его все равно легко узнают. К нему подходит группа ребят в майках «Брайара» и просит автограф. Он подписывает им майки, а затем фотографию, которую протягивает один из парней. Я не вижу, что на фотографии, но предполагаю, что на ней запечатлен игровой момент из его давних славных дней, наверное, такой же, как на снимках в его доме. Фил Чон, легенда хоккея.
Продолжающая жить в своем сыне.
Ненависть к отцу Чонгука захватила меня настолько сильно, что я продолжаю идти не разбирая дороги и удивленно вскрикиваю, когда со всего маху на кого-то наталкиваюсь.
- Простите. Я не видела, куда... - Слова замирают у меня на губах, когда я понимаю, с кем столкнулась.
Роб Делани удивлен не меньше, чем я.
За ту долю секунды, что наши взгляды встречаются, я превращаюсь в ледяную статую. Холод сковывает мое тело. Ноги примерзают к полу. Внутри огромными волнами поднимается ужас.
Я не виделась с Робом с того дня, когда он в суде свидетельствовал против меня и в пользу моего насильника.
Я не знаю, что говорить. Или делать. Или думать.
Кто-то кричит:
- Манобан!
Я поворачиваю голову на крик.
Когда я опять поворачиваюсь к Робу, он уже спешит прочь, да так быстро, будто хочет обогнать пулю.
Мне тяжело дышать.
Сзади подходит Чонгук. Я знаю, что это он, потому что чувствую знакомую ладонь на своей щеке, но мой взгляд остается прикован к убегающему Робу. На нем куртка с эмблемой «Буффало». Значит, он учится там? Я так и не удосужилась выяснить, что случилось с друзьями Аарона. Куда они поступили, чем занимаются. Последний мой контакт с Робом был опосредованным, когда папа поколотил его отца в магазине в Рэнсоме.
- Лалиса. Посмотри на меня.
Я не могу оторвать взгляд от Роба. Он еще не вышел со стадиона. Он присоединился к своим друзьям, но те остановились поговорить с какими-то людьми, и, пока они там стоят, он то и дело испугано оглядывается и бледнеет, когда понимает, что я слежу за ним.
- Лалиса, господи. Ты белее мела. В чем дело?
Наверное, я и вправду бледна. Наверное, у меня вид такой же, как у Роба. Наверное, мы оба только что увидели призрак.
Чонгук уверенно берет меня за подбородок и поворачивает мою голову, тем самым заставляя посмотреть ему в глаза.
- Что происходит? Кто этот парень? - Он проследил за моим взглядом и теперь тоже наблюдает за Робом.
- Никто, - слабым голосом отвечаю я.
- Лалиса.
- Никто, Чонгук. Пожалуйста. - Я поворачиваюсь спиной к Робу, исключая даже малейшее искушение посмотреть на него.
Чонгук молчит. И вглядывается в мое лицо. Потом в сердцах выдыхает.
- Черт, это? - Незаконченный вопрос повисает в воздухе.
- Нет, - поспешно отвечаю я. - Не он. Честное слово. - От недостатка воздуха у меня горят легкие, и я заставляю себя сделать глубокий вдох. - Просто парень.
- Что за парень? Как его зовут?
- Роб. - К горлу подкатывается тошнота, она кружится в желудке, как стая акул. - Роб Делани.
Чонгук смотрит мимо меня, и я понимаю, что Роб еще здесь. Проклятье, ну когда же он уберется отсюда?
- Кто он, Лалиса?
Хотя я и стараюсь изо всех сил, но больше не могу делать вид, будто мой мир в полном порядке.
- Это близкий друг Аарона, - шепчу я. - Один из тех, кто свидетельствовал против меня.
Чонгук уже бежит от меня.