29.
На свою смену в «The Black Ivy» я приехала рано — на чистеньком папином Volkswagen Seraph. Один из плюсов того, что родители были в городе. Ещё один плюс — они устроили ночной киносеанс с Лекси у Дороти.
Мне было велено как можно скорее купить себе машину.
С выигрышем в покер и прибылью от продажи дома моё финансовое положение стало вполне неплохим, даже с учётом будущей покупки нормальной машины.
А ещё Том уговорил меня на быстрый секс, когда пришёл помочь собрать новый письменный стол для Лекси.
Я чувствовала себя чертовски счастливой, когда зашла в «The Black Ivy».
— Привет, девочки, — сказала я Нине и Белле. — Вы сегодня просто роскошны.
— А ты сегодня рано и в хорошем настроении, — заметила Нина, задвигая кассовый ящик. — Ненавижу это в тебе.
Белла, которая как раз отодвигала стулья от барной стойки, посмотрела на меня и застыла.
— У неё лицо после оргазма. Она не с нами.
Чёрт. Последнее, что нужно нам с Томом, — это сплетни коллег о нашей насыщенной сексуальной жизни.
— Тьфу на вас, — фыркнула я, завязывая фартук и пряча лицо за волосами. — Девушка может быть в хорошем настроении и без оргазма. А это что — шоколад и грелки?
Возле кассы стояла тарелка с брауни, завернутая в розовый целлофан, коробка с грелками-наклейками и таблетки от менструальной боли.
— Ежемесячный набор от Тома, — сказала Белла. — Так кто виновник твоего счастливого лица?
— Набор для чего? — спросила я, проигнорировав её вопрос.
— У нас у всех синхронизировались циклы. У Майи тоже, — пояснила Нина. — Каждый месяц босс собирает нам набор для выживания во время месячных и день-два ведёт себя как лапочка.
— Это очень мило с его стороны, — сказала я.
Нина хлопнула ладонью по стойке:
— О-боже-мой-ты-переспала-с-Томом!
— Что? Я? С Томом? — я почувствовала, как загорелось лицо. — С чего ты взяла? Можно мне брауни?
— Явно уходит от ответа, — заключила Белла.
— Ага, Эмма. Тебе надо серьёзно поработать над своим покерфейсом. Ну ничего себе! Он же никогда раньше не спал с подчинёнными. А я видела между вами искру! Я же говорила, что между ними искры летают? — Нина хлопнула Беллу по плечу.
— Ага. Искры, — согласилась Белла. — Так вы теперь типа вместе? Или это было что-то вроде «вспыхнула страсть, как раз моего брата подстрелили»?
— Ну и как он по шкале от «ну так себе» до «моя вагина навеки опустошена»? — спросила Нина.
Всё шло совсем не так, как я планировала. Я бросила взгляд на дверь на кухню, потом — на их лица, ждущие ответа. Новости в этом городе распространялись слишком быстро, а мне совсем не хотелось подливать масла в огонь.
— Девочки, я правда не хочу об этом говорить.
Они стояли и смотрели на меня. Потом переглянулись и кивнули.
— Ладно, так и сделаем, — сказала Нина. — Ты нам всё рассказываешь, а мы никому ничего не скажем.
— А если нет? — спросила я.
Белла хитро улыбнулась.
— Иначе всю смену будем вслух при клиентах гадать, кто нарисовал эту улыбку на твоём лице.
— Злюки вы.
— Мы злюки. Но нас можно подкупить, — напомнила Нина.
***
— Твои родители застукали вас за перепихоном. Классика, — сказала Белла через десять минут, когда я закончила изливать на них словесный поток.
— И твоя вагина официально опустошена, — добавила Нина.
— И мы не встречаемся. Если только вы не мои родители или социальный работник, который оценивает мою стабильность как опекуна — тогда у нас внезапно начался роман.
— Но сексом вы занимаетесь, — уточнила Белла.
— Временно, — подчеркнула я.
Белла приподняла проколотую бровь. Нина перестала жевать брауни.
— Вслух это звучит глупо. Может, хватит уже нам готовиться к открытию?
— Эх, у меня ПМС. Я лучше буду есть брауни и говорить о длине пениса и интенсивности оргазма, — сказала Нина.
Меня спасло от ответа уведомление о смс.
Мэг: «Моя болтливая племянница кое-что мне рассказала, думаю, тебе стоит знать».
Я: «Что? Что мой косой пробор вышел из моды?»
Мэг: «Да. И ещё она сказала, что учительница последние два дня была довольно жёсткой с Лекси».
Я: «Что ты имеешь в виду?»
Мэг: «Айрис сказала, что миссис Вуд плохо относится к Лекси. Кричит на неё перед всем классом. Делает "странные" комментарии про её маму. У Айрис и Виктории были проблемы из-за того, что они заступались за Лекси».
Я: «Спасибо, что сказала».
Мэг: «Пойдёшь, как мама-тигрица, к той учительнице?»
Я спрятала телефон в карман.
— Не хочу вас расстраивать, но мне надо идти в школу к Лекси.
— У неё неприятности? — спросила Нина.
— Нет, но у миссис Вуд скоро будут. Прикроете меня, пока я не вернусь?
Белла оторвала взгляд от грелки, которую прикладывала к животу.
— Я прикрою, если принесёшь мне крендель с карамельной глазурью из кафе возле школы.
Глаза Нины загорелись.
— О-о-о! Принеси два!
— Лучше три, — добавила Белла. — Рейна приезжает в 16:30, и у неё как раз второй красный день.
— Три кренделя с карамельной глазурью. Поняла, — сказала я, развязывая фартук и беря сумочку. — Ты точно не против прикрыть меня?
Нина махнула рукой, отмахиваясь от моих волнений.
— Час-два после открытия здесь всегда малолюдно. И Том не захочет быть здесь один среди девушек в неделю кровавого патруля.
— Неделя кровавого патруля?
Она указала на таблетки и брауни.
— Ах, точно. Вот почему кровавый патруль. Спасибо, что прикрываешь!
Я послала им воздушные поцелуи и направилась к двери.
Школа была менее чем в двух кварталах отсюда, так что я побежала туда. Это дало мне время подготовиться к разговору. Мне надоело, что люди думают, будто могут судить человека по поведению его родственников. На меня всю жизнь ложилась тень проступков сестры, и мне больно видеть, что теперь из-за них страдает Лекси.
Она ведь просто ребёнок. Она должна ночевать у друзей, играть в игры, тайком есть вредную еду — а не отвечать за плохую репутацию матери.
И самое плохое — она не доверяла мне настолько, чтобы рассказать о своих проблемах с учительницей. Как я могла решить проблему, если даже не знала о её существовании?
Начальная школа Роузвилла расположилась в низком кирпичном здании в центре города. Справа был обычный деревянный игровой комплекс, перед входом — длинная подъездная дорога, где каждый день грузились и разгружались автобусы.
Занятия уже закончились, но я надеялась застать миссис Вуд.
Двери всё ещё были открыты из-за массового выхода учеников, и я вошла внутрь. Пахло полиролем для пола и дезинфицирующими средствами. Несмотря на первую неделю учебы, информационные доски возле шестых классов уже были заполнены рисунками. За исключением класса 303. На его доске был календарь с зачеркнутыми днями и бумажка с именем миссис Вуд.
Я не видела её на собрании «Снова в школу». Она заболела, а я почти весь вечер мягко напоминала родителям и школьному персоналу, что я — не моя сестра. Я корила себя за то, что не постаралась познакомиться с учительницей прежде, чем оставить под её опекой мою племянницу.
Я увидела её за столом в передней части класса. На вид ей было немного за пятьдесят. Серебристые волосы были собраны в такой тугой пучок, что, наверное, причинял ей головную боль. С головы до ног в бежевом, женщина что-то листала в телефоне, сжав губы в тонкую линию. Она производила впечатление человека, разочаровавшегося почти во всём, что могла предложить жизнь.
Я быстро постучала и вошла в класс.
— Миссис Вуд, вы меня не знаете, но...
Женщина подняла голову и уронила телефон, её глаза за очками зло прищурились.
— Не играй со мной в игры. Я знаю, кто ты.
Господи. Неужели это проклятое сплетническое радио ещё не дошло до учителей?
— Я не Скарлетт. Я Эмма Лейн. Моя племянница Лекси учится в вашем классе, и я хотела бы поговорить с вами о вашем отношении к ней.
Я никогда не умела вступать в конфронтацию. Чёрт побери, я вылезла из окна церковного подвала и сбежала с собственной свадьбы, только чтобы не говорить жениху, что не собираюсь выходить за него!
Но в тот момент я почувствовала, как у меня в животе разгорелся огонь. Отступать было нельзя.
— Моё отношение к ней? Я отношусь к ней так, как она того заслуживает, — взорвалась миссис Вуд. Морщины на её лице словно углубились. — Я отношусь к ней так, как заслуживает дочь проститутки.
— Простите?
— Ты меня услышала.
Краем глаза я заметила какое-то движение и поняла, что у меня проблема гораздо серьёзнее, чем какая-то никчёмная учительница шестого класса.
***