31
Всю обратную дорогу я в оцепенении смотрю в окно, игнорируя идиотские расспросы Евгения. Паспорта, лежащие в моей сумке, отлично иллюстрирует выражение «победа». Цель достигнута, но от этого почему-то так горько, что с трудом удается сдержать слезы.
Т.И:Спасибо.
Бормочу я, стоит автомобилю подкатить к воротам. Не дождаясь полной остановки, судорожно дергаю ручку пассажирской двери. Если разрывусь на глазах у этого орангутанга – никогда себе не прощу.
То, что папы, кажется, нет в доме, сейчас только радует. Проигнорировав вопрос Руфины о том, буду ли я обедать, я со всех ног несусь на второй этаж и запираюсь в комнате. Неотступно преследует ощущение, что сегодня я лишилась гораздо больше, чем приобрела. Чего? Сама не могу понять. Чимин для меня никто. Даже если я никогда больше его не увижу – это не будет иметь значения.
Однако, несмотря ни на что, мысли о нем продолжают одержимо меня преследовать: его взгляд, приглушенные интонации голоса, каждая сказанная им фраза.
«Хочу. Пиздец как.
Думал постоянно.
Ты меня за тупого малолетку держишь?
Лимит моей щедрости на этом иссяк.
За помощь не приходи.»
Накрыв голову подушкой, я крепко жмурюсь в надежде прервать эту эмоциональную атаку. Бесполезно. Кадры его потемневших глаз прорываются сквозь сомкнутые веки, а голос продолжает звучать в ушах.
«Передай привет Мудрому. Эта паскуда всегда знает, что делает.»
Т.И:Мне на тебя плевать.
В отчаянии шепчу я.
Т.И:Отлично, что тебе хватило совести вернуть паспорта и лишить меня необходимости с тобой встречаться. Без тебя моя жизнь снова станет нормальной.
Дверь за спиной хлопает, заставляя меня вскочить. В комнату входит папа.
– Все прошло удачно, я так понимаю?
Т.И:Пап...
Я тру покрасневшие глаза, делая вид, что дремала
Т.И:Я бы была признательна, если бы ты не входил ко мне без стука. А так - да, все прошло удачно.
– Неужето паспорта просто так там лежали?
Проигнорировав мое замечание, папа опускается на край кровати.
– Что-то не верится, что Чимин настолько потерял хватку.
Ответить удается не сразу – требуется секунды, чтобы собраться. Меньше всего сейчас мне бы хотелось возвращаться мыслями назад, рассказывая папе о своей победе.
Но соврать ему о том, что Чимина в квартире нет, было, не могу. Ложь он моментально почувствует.
Т.И:Он пришел.
Я опускаю глаза в пол, теребя край покрывала.
Т.И:Я сделала так, как ты и сказал – расплакалась, и он вернул паспорта.
Папин пристальный взгляд жжет щеку.
– Так сразу и отдал? Что-то странно.
Т.И:Сказал, чтобы за помощью к нему не обращалась, и тебе привет передал.
Я стараюсь сделать тон небрежным.
Т.И:Еще сказал, что ты всегда знаешь, что делаешь.
– Так, уже интереснее.
Удовлетворенно хмыкает папа, улыбаясь.
– Все- таки не влюбился, а жалеет. Но нас любой вариант устраивает. Главное, конечный результат.
Я кусаю губу до крови. Отчего-то замечание папы причиняет мне боль.
– Чонгук как? Не звонил больше?
Т.И:А разве должен?
Уточняю я, нахмурившись.
– Ну а кто его знает.
Папа пожимает плечами.
– Я вчера переговорил с Чоном. На то, что тебя снова примут в семью, надежды нет, так что Чонгук больше не интересен. Сама все испортила, но да ладно. Что уж теперь.
В голове как по команде всплывают слова Чимина о том, что единственное, что мне светит с Чонгуком– это быть любовницей. Он тоже это знал.
Т.И:Я и не планировала с ним сходиться.
– Ты молодая пока, и мало в жизни чего понимаешь.
Сухо замечает папа.
- Если бы хоть шанс оставался остаться в семье Чонов , сошлась бы. Так.
Хлопнув в ладони, он поднимается.
– Загран мне дай. Послезавтра вылетаем в Испанию. Вещей себе закажи – а то, я так понимаю, других у тебя нет.