ГЛАВА ВТОРАЯ
Лучше просто уйди отсюда, ведь все эти люди вряд ли хотят...
Когда мы вернулись домой, Рита подошла ко мне и выразила свое сожаление по поводу ситуации с Марком. Сделала она это в своей привычной манере — словно это ничего особенного.
— Мне неудобно, что так вышло, но что есть, то есть, — сказала она с отсутствующим выражением на лице.
Что ж, могла бы и не подходить, раз уж ей так сложно хотя бы изобразить сожаление. Впрочем, я не держала на нее обиду, поэтому просто махнула рукой:
— Забей, все в порядке. Я рада за тебя, Рита.
Потом мы с девочками рассказали ей про то, что Мария желала украсть ее поцелуй, и она отреагировала недовольством, но не вышла из себя и осталась более-менее спокойной.
— Как она могла?.. — качала она головой. — Черт, о чем она вообще думает?
— Рита, ведь это твой любовник! — воскликнула Таня. — Нельзя ей просто так это прощать!
— Да, ты права... Ох, ладно. Я должна поговорить с ней об этом.
Она нырнула, и мы с девочками, немного подождав, последовали за ней.
Рита нашла Марию на самой глубине, а мы остановились чуть выше, не желая им мешать.
— Мария, ты ведь помнишь правила? — отчитывала нерадивую подругу Рита. — Время с любовниками проводит та, которой он принадлежит, — это касается всего помимо секса. И поцелуев особенно! Помнишь, мы уже много раз говорили про поцелуи? По крайней мере рот любовника не будет гулять от одной девочки к другой, да?
— Я помню, Рита... — тихонько произнесла Мария. Она сидела, обхватив колени руками, ее рыжеватые волосы были раскиданы по плечам. Было видно, что ей очень стыдно говорить о случившемся.
— Тогда зачем ты хотела сделать это? Ты же знаешь, что я долго этого ждала. Слушай... Я не осуждаю тебя, Мария, я понимаю, тебе тяжело, что ты... Тяжело, потому что у тебя не клеится, в общем. Но все равно — нужно ведь держать себя в руках.
— Но ведь вы даже не даете мне попробовать, Рита!..
Я видела, что и Рите крайне неудобно. Если Оля была тем, кто пытается поддержать или утешить Марию, то Риту можно было назвать ее полноправной защитницей, так в силу характера ее до скрежета зубов бесило наше "несправедливое" отношение к слабой и неспособной постоять за себя подруге. И все же сейчас, когда был затронут ее кусочек пирога, она решила провести с Марией исправительную беседу, а не защищать ее, и это не могло не вызвать насмешек с нашей стороны. Конечно же, самой злорадной была Настя.
— Если бы Мария полезла к кому-нибудь из наших любовников, Рита бы нам глотки повыгрызала, защищая ее. Вот лицемерная идиотка!.. — шептала она, и ее едкая улыбка сверкала в нашей темноте. — Теперь-то она перестала корчить из себя гребаного борца за справедливость, а?
— Да, но ведь это не просто так, — продолжала Рита объяснять Марии ее неправоту. — Ты ведь и сама понимаешь, что... Мария, ты ведь все понимаешь.
— Но я тоже хочу, Рита... Мне тоже хочется, чтобы у меня-нибудь появился...
Она закрыла лицо руками и стала плакать.
— Чего она разнылась? — снова раскрыла рот Настя. Остальные смотрели молча.
— Мария, пожалуйста, перестань, — попросила Рита и присела с ней рядом. — Давай нормально поговорим, без этого, ладно?
Мария продолжила тихонько хныкать. Стало ясно, что дельный разговор закончен и что Рита вот-вот начнет успокаивать подругу, после чего они помирятся и закроют тему до следующего подобного раза. Да, я думаю, что все бы произошло именно так, если бы не Настя, которая, не выдержав, вмешалась в их беседу.
— Эй! — крикнула она, спустившись к девочкам.
Рита тут же подскочила и окинула ее недобрым взглядом, словно злая собака, увидевшая незваного гостя на своей территории.
— Зачем ты приперлась? — спросила она.
— Мария, ты че нюни пустила, а? — бросила Настя, проигнорировав Риту. — Ты не понимаешь, почему мы тебя ни к кому не пускаем? А я тебе скажу: потому что тебе никогда не удастся заполучить кого-нибудь, а мы не намерены тратить время на бесплодные попытки. Другими словами: ты бесполезная, Мария. Теперь ясно?
Фраза, которую произнесла Настя — "бесполезная Мария" — это давным-давно данная Марии кличка, которая среди нас пользовалась большой популярностью. Рита ненавидела, когда Марию кто-то так называл, оттого она разъярилась еще больше.
— Отвали от нее! — воскликнула она, шагнув к Насте.
— Ты не хочешь быть с ней честной, зато я хочу — и буду, — ответила та.
— Заткнись.
— Скажи ей все сама, если мне не даешь.
— Мне нечего говорить. — Рита повернулась к Марии. — Все, что сказала эта мразота, — неправда. Мы тебя очень ценим и... Мы не пускаем тебя не потому, что ты бесполезная.
Мария шмыгнула носом, а Настя усмехнулась и сказала:
— Да? Почему бы тебе тогда не доказать это на деле, а не разбрасываться словами?
— Доказать? Да легко!
Мария подняла на Риту заплаканные глаза; в этот миг она была похожа на зашуганного подростка, который узнал, что кто-то из популярных во дворе ребят собирается позвать его на вечеринку. Рита перехватила ее взгляд, и это окончательно отрезало ее от возможности отступиться от собственных слов.
Мы с девочками переглянулись: вокруг Марии разгоралось немало конфликтов, но чтобы они доходили до подобного — никогда.
— Я отдам ей Марка, — сказала Рита.
Мы ахнули — такого просто не могло быть! Конечно, иногда кто-то из девочек из жалости соглашался поделиться любовником с кем-нибудь из девочек-одиночек, только вот это происходило совсем редко и скорее в качестве исключения, но чтобы отдать любовника кому-то другому... Это был первый раз, чтобы кто-то хоть заикнулся о подобном. А если к тому же подумать, что Рита собралась отдать то, что во многом определяет нашу суть, то, ради чего нас придумал Создатель, то ее слова вообще становятся настоящим абсурдом...
Услышав сказанное, Настя широко распахнула глаза, — такого она явно не ожидала, — но уже через секунду пришла в себя, сложила руки на груди и громко фыркнула.
— Да-да, отдашь Марка. — В ее голосе звучал нескрываемый скептицизм. — Дашь ей поглядеть на него две секунды, а потом вернешь себе обратно — вот так отдашь, да?
— Нет, — абсолютно серьезно ответила Рита, глядя Насте в глаза. — Он спрашивал, не занята ли я завтра. Так вот: я не занята. Завтра мы встретимся, и я отдам его Марии. Полностью. Никто ведь не против?
Она задала этот вопрос нам, остальным девчонкам; она, конечно, знала, что мы подслушиваем.
— Никто! — крикнули мы в один голос. Каждой из нас было до ужаса интересно, как закончится их противостояние (хотя его исход был довольно предсказуем), и мы не собирались никак им препятствовать. Лишь Оля промолчала: она наверняка подумала, что ни к чему хорошему это не приведет. Что же, мне и самой так показалось, но любопытство в тот момент оказалось сильнее опасений.
Настя снова фыркнула.
— Окей. Завтра ты отдашь Марии пока что твоего Марка — ты сама сказала, это все слышали.
— Да-да, — подтвердила Рита. — Я от своих слов не отказываюсь. И Мария отлично справится, вот увидишь, тупая дура.
Мария, хлопая ресницами, смотрела на Риту и глупо, но очень счастливо улыбалась. Настя взглянула на нее, с раздражением вздохнула и вернулась к нам.
— Она хочет, чтобы мы думали, будто ей не наплевать на эту бесполезную имбицилку, — произнесла она, — но все дело во мне, м? Чертова лицемерка.
Настя — не глупая девчонка. Я в тот момент подумала абсолютно так же: Рита пыталась показаться подругой Марии, всячески заботилась о ней, но предложила бы она то же самое, если бы Настя не вмешалась? Она сделала это не чтобы поддержать Марию, а чтобы доказать Настину неправоту — вот, что я думаю. Неужели ненависть Риты к Насте настолько велика, что она готова отдать то, ради чего мы живем, лишь бы позлить ее? Получается, что так... А может, это сам Создатель шепнул ей на ухо, что делать?.. Кто знает.
Что касается Насти... Эта дрянь не упускает ни одной возможности испортить Рите жизнь. Да что уж там — само ее существование началось с такой попытки.
Незадолго до того, как она присоединилась к нашей компании, нашей целью стал парень, которого звали Коля. Он был высокий красавчик, обладал челюстью как у супермена и такой прямой осанкой, что завидовали даже спинки стульев. А еще он при ходьбе смешно размахивал руками, будто отгонял от себя воздух — я слышала, эта черта говорит об открытом характере и экстравертности. Мы знали, что он пользуется популярностью, и подходить к нему просто так показалось мне плохой идеей, — таким образом мы бы просто поставили себя в один ряд с множеством других девчонок и не смогли бы выделиться. Задача заключалась не в том, чтобы провести с ним свидание и затащить его в постель, а в том, чтобы сделать его постоянным любовником одной из нас, а для этого, как я думала, требовался особый подход. Но прежде, чем уточнять детали плана, следовало понять, которая из нас с большей вероятностью придется ему по душе. Тогда свою кандидатуру предложила Рита.
— Мне кажется, я — неплохой вариант, — бросила она как бы между делом. Собственно, как уже стало понятно, она всегда делает вид, словно не заинтересована нашими занятиями, хотя это очевидно не так.
Мы отнеслись к этому с сомнением:
— Не обижайся, Рита, но между вами мало чего общего... — произнесла я. — Вообще-то вы, если на чистоту, — полные противоположности.
— Да, но кто говорит, что это плохо? Противоположности притягиваются, разве нет? Я не люблю спорт, ненавижу тренировки, зарядку и всякую такую чушь... Зато я люблю многое другое, и его это может заинтересовать. Но если нет — то нет. Как знаете.
— Вообще-то можно попробовать... — протянула Оля — отказывать Рите вот так наотрез ей было слишком неудобно.
Я, в свою очередь, была против, однако несогласие выразить не успела, так как именно в эту минуту появилась Настя. На первый взгляд она выглядела точно так же, как все мы, но разница всегда скрывалась в деталях. Все мы отличаемся друг от друга — в основном внутренне, что так или иначе влияет на внешность. Можно сказать, что Настя — самая красивая из нас по общепринятым стандартам, потому что она умеет лучше одеваться, умеет держать лицо, тратит больше всех времени на косметику и с поразительной тщательностью ухаживает за волосами и кожей. В остальном — та же длинная шея, те же аккуратные уши, веснушки, зеленые глаза... А цвет волос у нас от природы рыжеватый, но раз в несколько недель мы позволяем одной из нас перекраситься. Большинство из девочек этим не пользуется, но вот Настя чаще всего перекрашивается в темно-каштановый. А когда очередь доходит до Риты, она всегда выбирает какие-нибудь совершенно вырвиглазные кислотные цвета...
Как это обычно бывало с посланными Создателем новенькими, Настя появилась совершенно неожиданно и влезла в разговор так, словно все время была с нами. Тем не менее от других новеньких ее все-таки кое-что отличало: удивительная прямота и грубость.
— Если вы думаете, что эта девчонка сможет заполучить любовника, то вы просто безмозглые курицы, — вот, какими были ее первые слова. — Можете обижаться, но мне плевать, потому что я права.
Рита заметно напряглась; ни она, ни мы не ожидали подобного от новенькой.
— Да кто ты вообще такая? Думаешь, у тебя выйдет лучше? — спросила Рита, глядя на Настю с вызовом.
— Я это знаю, — уверенно заявила она.
— И в чем твой план? — поинтересовалась Лена.
— Какой еще план? Если вы правда думаете, что тут понадобится план, то вы все чересчур романтичные девственницы. Я просто пойду и заберу его, только уберите ее отсюда, — она указала на Риту, — а то я боюсь, что эта собачка кусается.
Рита сложила руки на груди и посмотрела на нас, взглядом как бы спрашивая: "Вы реально доверитесь этой наглой суке, а не мне?"
Мы с Олей и другими девочками долго обсуждали, кого выбрать. Я настаивала на том, что нужно выбрать Настю, ведь она появилась специально для Коли — Создатель очевидно рассчитывал сделать ее ключом. Но многим другим девочкам ее поведение настолько не нравилось, что они голосовали за Риту (не считая Олю, она голосовала за Риту, потому что чувствовала себя перед ней неудобно). Голоса разделились поровну, и мы оказались в тупике. В конце концов Настя, предварительно закатив глаза, воскликнула:
— Я просто не представляю, как можно не понять, что я подхожу ему больше, чем она! Это же очевидно, стоит просто чуть-чуть пораскинуть мозгами! Ой, ладно... Раз вам так сложно принять правильное решение, давайте сделаем так: я пойду первой, и если у меня не получится (чего не случится), то эта — она кивнула на Риту — пойдет за мной и попробует сама.
— Я не стану запасным вариантом, — уперлась Рита. — Так что засунь это предложение себе в жопу, поняла?
Настя только появилась, а уже успела выбесить Риту так, как не удавалось ни одной из нас за все время ее существования. Да и вообще, такого сердитого лица, как тогда, я за ней не припомню, разве только в тот момент, когда Настя вмешалась в их с Марией разговор.
— Окей, — пожала Настя плечами. — Тогда ты иди первой, а потом уже я. Все равно у тебя нихрена не выйдет.
— Девочки, мы не может так рисковать, — запротестовала я. — Если у Риты не получится, то мы можем навсегда испортить наши с Колей отношения.
— Ничего-ничего, — бросила Настя. — Она не сможет испортить их настолько, чтобы я не смогла их потом исправить.
По итогу мы условились, что Рита и Настя проведут с Колей по одному свиданию, а оставшиеся девочки станут судьями, которые решат, кто лучше провел встречу и кому Коля достанется. Изначальный план, который должен был выделить нас из массы Колиных поклонниц, отправился в топку, и я, если честно, сильно из-за этого переживала, но поделать ничего не могла.
Дело близилось к началу, и Рита выглядела вполне уверенной в своих силах. Договорившись о встрече, они с Колей отправились на прогулку по Басманной улице, а потом в ресторан, который находился там же. И вот, нам представилось отличное практическое доказательство того, что теория о притягивающихся противоположностях правдиво далеко не всегда: химии между Ритой и Колей не возникло абсолютно. И дело не только в отсутствии общих тем для разговоров, но и в характерах. Почти сразу стало понятно, что ему на нее чхать, а он ее раздражает. Когда они, нагулявшись, пришли в ресторан, Рита совсем прекратила стараться. Вся уверенность куда-то исчезла, и теперь вид у нее был совсем угрюмый, а во взгляде читалась безнадега, отстраненность и даже злость. Все, о чем они поговорили за полчаса, — это меню и диета:
— Я бы взял пасту, может, — рассуждал Коля, — но не знаю, как ее здесь готовят. Хотя ту же карбонару ведь хрен испортишь... А вообще-то я пытаюсь следить за калориями в последнее время. Ты ешь жирную пищу?
— Угу... — отвечала Рита; она этим "угу" реагировала на почти все его фразы.
— Ну, каждому свое... — продолжал Коля вздохнув. — Я вот предпочитаю поддерживать себя в форме.
— Ничего более жалкого я в жизни не видела, — говорила нам Настя, и слышать это было смешно и странно, если учесть, что жизнь ее длилась не так уж долго.
В конце свидания Коля предложил Рите отправиться к нему, но она отказалась. Осуждать ее решение мы не стали, ведь это в любом случае стало бы праздником всего на одну ночь — было абсолютно очевидно, что Рита провалилась, и дальше их с Колей отношения точно не зайдут.
После неудачи Риты мы выждали некоторое время и наконец предоставили Насте возможность. Когда она позвонила ему и предложила новую встречу, он ответил не сразу, — видимо, предыдущий отказ навел его на мысль, что и следующее свидание может оказаться бессмысленным, — но все же согласился.
С самого начала стало видно, насколько велика разница между Настей и Ритой. Не знаю, как Насте это удалось, но за какой-то десяток минут она превратила Колю в самого скромного и обходительного парня на свете. Не сказать, что общих тем для разговоров у них было больше, чем нашлось у Риты, но Насте это и не требовалось — она просто говорила о своем и не затыкалась, а Коля слушал как миленький. К тому же в ее арсенале, помимо слов, находилось множество других инструментов: от многозначительных взглядов до мимолетных прикосновений. И она даже смогла исправить путаницу с именами, которая возникла из-за того, что первой была Рита, хотя обычно мы подобные проблемы оставляли неразрешенными — некоторых из девочек любовники уже долгое, очень долгое время называли не их именем.
— На самом деле меня зовут не Рита, — сказала она, и Коля тут же бросил на нее изумленный взгляд.
— Чего-чего?!
— Ну, в общем, да. Я Настя. Понимаешь, просто иногда меня так сильно достают всякие придурки, с которыми я хожу на свидания и с которыми у меня потом не складывается... Так что я всегда говорю чужое имя на первом свидание — и только на втором настоящее.
— Эм-м... Ну ты и странная! — воскликнул он изумленно. — Знаешь, ты сегодня вообще кажешься какой-то другой, как будто.
— Просто в прошлый раз я сама не своя была. Не скажу, что мне прям стыдно, но понимаю, что вела себя как полная дура, ха-ха!
— Ну-у, я бы не сказал прямо вот так... — протянул Коля улыбаясь. — Но да, было как-то странновато.
— Понимаешь, дома были проблемы... — продолжила Настя. — Еще всякие женские штучки, знаешь... В общем, не загружайся.
Предложение от Коли, которое последовало в конце встречи, Настя приняла без вопросов. В тот вечер они друг друга не жалели: он был груб, хватал ее за волосы, шлепал, не жалея сил; она царапала его, кусала, даже дала пощечину, когда была сверху. Не все из нас любили подобное, но попробовала каждая девочка-одиночка — кроме Риты, которая по-прежнему делала вид, словно ей абсолютно плевать на происходящее.
Как гласили условия спора, после свидания мы должны были рассудить Риту с Настей и решить, кому Коля достанется, однако все было столь прозрачно, что мы это даже не обсуждали. С тех самых пор Коля принадлежал Насте, и никто по этому поводу сомнений не высказывал — даже Рита.
То было лишь началом их вражды. На протяжении всех последующих лет Рита и Настя сталкивались лбами при первой же возможности, и примирить их не смогли ни время, ни даже дружелюбная Оля, которая, кстати, однажды сказала мне: "Я уверена, что когда-нибудь они станут хорошими подругами". Естественно, я тогда выразила свои сомнения по этому поводу, на что Оля ответила: "Нет, так точно будет. Это ведь сразу видно".
В подавляющем большинстве случаев в конфронтациях побеждала именно Настя, так как игра практически всегда проходила на ее условиях, и этот случай с Марией исключением не выглядел. Лично я была уверена, что у Риты ничего не выйдет, и Мария снова окажется непригодной для нашей "работы". Как мне кажется, Рита тоже об этом знала, просто шла наперекор Насте, как делала всегда. Кажется, единственной, кто смотрел в завтрашний день с надеждой на лучшее, была сама Мария: она сияла как лучик рассветного солнца, и мне даже стало жаль, что ее — такую наивную, глупую и бесполезную — очередной спор девочек подтолкнул к почти безвыходному провалу.
Лучше просто уйди отсюда, ведь все эти люди вряд ли хотят, чтобы перед ними мельтешила такая уродина.