4
– Ты не должен идти с нами, если не хочешь. – Изана повторял это уже раз пятый за эти несколько минут, что они идут, но его ответ не изменился.
– Я иду с вами. – Голос его немного дрогнул. Ему все еще было страшно рядом с ними. Парень даже не подозревал, что будет настолько плохо, но раз уж он решил строить нормальные отношения с этими двумя, то и привыкать к их образу жизни тоже надо.
Сначала Манджиро вообще предложил представить его перед всеми членами бандами, чтоб не повторялись ситуации из прошлого, но Таке решил отказаться. Он все еще боязно относился к его банде, да и ему было бы очень неловко стоять возле народа для «представления себя». Он же не кукла в конце концов, поэтому от этого действия было решено отказаться.
– Иза, прекрати уговаривать Такемичи отказаться, видишь же, что он не против. – Майки неуверенно улыбнулся. На самом деле все чувствовали максимальный дискомфорт рядом с друг-другом, хоть и пытались не показывать этого. Изана пытался нормально мыслить и сделать так, чтоб соулмейт чувствовал себя хотя бы малость, но хорошо. Еще ему надо было следить за тем, чтоб его младший брат не сморозил и не сделал какую-нибудь глупость, о которой потом будет очень сильно жалеть. И самому не сделать что-то похожее. Манджиро просто боялся что-то сказать, ему было стыдно, смотреть в сторону блондина тоже не решался. Мало ли, что он может подумать насчет его? (А по мнению самого Сано, Ханагаки думал лишь о том, чтоб разорвать любые связи с ним). Но если парни думали о том, чтоб не навредить третьему, то третий думал о том куда можно убежать в случае чего. И пытался скрыть дрожь в руках. Он действительно не понимал за что такой сюрприз судьба ему решила преподнести. Почему он просто не мог родиться человеком без соула? Такие же есть, Мичи точно это знал. Кисаки (который, к слову, переехал учиться за границу из-за этого) не имел соулмейта, он вообще никогда не слышал музыку. Раньше блондину было очень жаль Тетту, но сейчас был не против обменяться местами.
В первые на памяти Майки, он шел на собрание в таком странном настроение. Он был безумно рад, что у него появился хоть какой-то шанс на хорошее отношение с соулом, но также ему казалось, что тот сейчас же развернётся и скажет, чтоб они больше не приходили. Или не приходил только он. С Изаной все было вроде бы не так плохо. Оно и очевидно, не его группировка избивала его на протяжении долгого времени.
Во второй раз на памяти Майки, он идет к большому камню возле храма. Первый раз он шел туда с Эмой, когда знакомил банду с сестрой. Обычно, когда она приходит, то идет туда сама и поэтому было непривычно сворачивать немного в другую сторону от привычного места.
В третий раз на памяти Майки, он видит, как брат настолько сильно волнуется. Первый был, когда его представляли семье, а второй, когда они втроем узнали, что он не родной им по крови. В тот вечер Курокава очень боялся, что младшие откажутся от него и перестанут считать его братом. Но, конечно, так не было. Они с Эмой были в огромном шоке и не знали, что сказать на это. Но отказываться от родного (может и не по крови) брата не планировали, не было даже намека на такие мысли. Оба решили дать время Изе, чтоб тот принял информацию. Дали ровно час, чтоб тот не успел загнаться из-за этого. Через час они пришли и позвали его играть в мяч. Сначала старший брат неуверенно кивнул, но после десяти минут играни в недо-футбол все стало на свои места.
Вот бы они и сейчас были с Изаной и Такемичи детьми. Было бы круто решить проблему обычной игрой в мяч. Но сейчас так не сработает и придётся учиться решать проблему взрослыми способами. Может спросить совета и Шиничиро?
.....
На самом деле Эма попыталась придумать то, что никак не связано не с ее семьей, ни с воспоминаниями об ней. Вообще. Особенно, чтоб это место не ассоциировалось с чем-то плохим, и тем более о соулмейтах. Таких мест было настолько мало (особенно в современном мире, где каждый второй фильм о том, как хорошо встретить свою родственную душу и жить с ней счастливо до конца своих дней.), что их, наверное, и нет.
Людные места отметаются сразу, там могут ходить слишком много пар. Неприятные ассоциации навесят подругу почти сразу же, как она их увидит. Людей тоже не должно быть много. Это просто для комфорта, не сильно хотелось сейчас видеть кого-нибудь. На данный момент все, что приходила на ум Эме это - кладбище. Нет. Туда они точно не пойдут. Можно пойти в какой-нибудь неблагополучный район, людей там всегда мало, но там могут быть враги братьев. Да и в принципе ходить туда - не самая лучшая затея.
Никаких больше мест вспомнить она не могла. Серьезно. Она живет в огромном городе, но, когда надо найти хорошее место сделать это практически невозможно.
Пока Хината собирались можно было думать куда они все же пойдут. Но собирались она совсем недолго. Максимум, что можно ожидать семь минут. И это если учитывать, что недавно у неё была истратила.
– Я готова. - Девушка развернулась к ней лицом и попыталась улыбнуться. Волосы уже были не такие растрёпанный, глаза уже не были полны слез. Сано улыбнулась ей в ответ, мысленно коря себя, что так и не придумала нормальное место. – Эм, может нам в лес пойти?
Лес? Это отличная идея. Там никогда никого нет, есть своя атмосфера. Плюс ко всему у многих оттуда приятные воспоминания. Сано раньше очень часто ходили туда и веселись. Чаще всего братья дрались, а они с Шином разговаривали о каких-нибудь мелочах. Главное не сказать это Хине. Нужно будет расспросить ее о том почему она выбрала именно это место. Может у нее тоже оттуда приятные воспоминание?
Доходили они туда в полной тишине. Обычно, когда они молчали это было комфортно. Вместе наслаждаться тишиной было очень круто, но сейчас эта тишина напрягала. Притом очень сильно. Если Эма пыталась найти темы для разговоров, которые не доведут подругу до истерики. Оказывается, это было сложно. Хината же в этот момент думала, что ей делать. Мало того, что ей было просто плохо от того, что ее соулмейт — это почти тридцатилетний мужик, так еще нужно будет что-то делать с родителями. Можно просто сказать в лицо как факт и уйти, но уже от мысли об этом ее руки начинали трястись, а на глазах вставали слезы. Сейчас лучшее решение – скрывать это от них. Как минимум от отца. От него нужно будет скрывать до последнего. До совершеннолетия уж точно, он может отреагировать слишком эмоционально и доставить проблем Шиничиро. (А она и так доставила ему много проблем.) Еще придется рассказать все брату. Тот явно мог понять, что произошло что-то очень плохое. Соврать не получится, он понимает, когда она врет, а когда нет. Придется все рассказать.
Ей нужно отвлечься от этих мыслей. Нужно думать о том, что сейчас они идут в ее любимый домик на дереве. Тачибана не была там уже давно. Интересно насколько он изменился? Существует ли он все еще или его уже кто-нибудь убрал?
.....
Вакаса стучался в эту дверь уже минут десять. Что за херня? Какого черта Эма позвала его, если ему даже не собираются открывать? И что там с Шиничиро?
– Я знаю, что вы дома. Шиничиро, если ты мне сейчас же не откроешь, я залезу к тебе через окно. Это легко сделать. – постояв еще секунд тридцать, и так и не дождавшись ответа, он решил, что надо лезть через окно. В случае если окно закрыто, Имауши взял камень. Нет, сначала он, конечно, будет стучаться туда, а может и во все окна, что есть дома. Все-таки разбивать окно – крайний вариант. Платить за это придется ему.
Окно закрыто. Пиздец и что ему реально окно разбить? Его же потом убьют. И скорее всего это будет даже не Шин, а дед Сано. Может найти открытое окно? Точно, отличная идея. Пройдя несколько раз возле дома, он точно понял, что никакие окна не открыты. Только в спальне Эмы, но туда он заходить не будет. Первое – Эма девочка, к тому же сестра его лучшего друга (мало ли, что тот может подумать?), второе – Эме четырнадцать и заходить к маленькой четырнадцатилетней девочке он не хочет. Но походу будет. Сначала надо ей позвонить. Мало ли она сейчас переодевается там? (Он понимал, что, скорее всего, дома ее вообще нет, но спросить все-таки нужно.)
– Эм, ты дома? – Чего он ожидал так это того, что она вместо того, чтоб ответить начала на него ругаться. Мол Шиничиро там страдает, а он вместо того, чтоб помогать другу, звонит ей и спрашивает глупые вещи. Какого хрена вообще?
Зато он точно убедился, что зайти ему можно.
Первое, что он почувствовал, когда залез в комнату сестры друга это невыносимый запах сигарет. Она начала курить? Младшая Сано всегда была против гадкой привычки брата и всегда просила бросить его, а сейчас сама начала? Вакаса усмехнулся, слишком уж быстро она поменяла свое мнение.
Так он думал до того момента, пока не вышел в коридор. Парень начал кашлять, пытаясь вздохнуть нормальный воздух хотя бы раз. Можно задохнуться от этого мерзкого запаха. Приближаясь к комнате друга, Имауши понимал, что не младшая Сано начала курить, а ее брат решил выкурить все, что есть у него в запасах. Учитывая какой запах стоял дома, можно было подумать, что все двадцать паче были пусты.
Его теория подтвердилась, не полностью, но подтвердилась. По всей комнате валялись окурки и не ясно сколько до этого он выкинул еще. Шторы закрыты, вся комната засрана, а по среди всего этого лежит Шиничиро. Даже не на кровати, а на полу. Лежит спит. Что вообще произошло?
– Вставай и пой! – Парень крикнул это, открывая шторы на распашку. Свет осветил лицо друга и тот поморщился. – У тебя тут что произошло?
Друг молчал и смотрел на него недовольно.
– В смысле? – Он непонятливо оглянулся и резко замолчал. Голова опустилась, он достал из кармана зажигалку и попытался найти сигарету. Вакаса быстро забрал у него зажигалку. Нет, сейчас он точно не позволит ему курить. И так воняет на весь дом, а он еще хочет. – Какого хера?
– Что случилось? – Он еще раз спросил это.
– Я нашел своего соулмейта. – Сано сказал это таким тоном, будто случился конец света, а не свершилась его мечта. Имауши вопросительно выгнул бровь. Он то точно знал, что брюнет мечтал об этом, как только в первый раз услышал песню в голове. Ему было семнадцать, а вел он себя так, будто ему тринадцать и он только что узнал об соулмейтах. Конечно, его понять можно было. Семнадцать лет ничего не слышать и вдруг понять, что родственная душа у тебя все-таки есть. После этого он начал слушать любую музыку двадцать четыре на семь. По его мнению, так было бы легче найти его. Если он почти не слышит музыку, а этот человек слышит ее почти всегда, то найти будет легче. Вака посчитал это дерьмовой идеей, но друга было отговорить невозможно.
– Так это же хорошо. Ты вроде бы всегда этого хотел, не?
– Ей четырнадцать. – Шин поднял голову и увидел, как глаза друга открылись в немом шоке. Он невесело усмехнулся на выражения лица своего друга. – Я вообще не знаю, что делать.
– Пиздец, - он посмотрел на потолок, протягивая последнюю гласную. – Пиздец, что делать? – Это было сказано шёпотом, но друг его услышал.
– Мы договорились быть просто друзьями. – Он оглянул комнату взглядом, прикидывая сколько ему придется убирать все, что он натворил. – Точнее теперь мне придется считать свою родственную душу, с которой мечтал провести всю жизнь, сестрой. Потому что по-другому никак не получится.
Вакаса молча смотрел в потолок, переваривая услышанное. Было паршиво. Он понимал, что чувствовал его друг, когда узнал об этом. Всю их дружбу он видио как тот мечтает встретить того самого человека, а сейчас с этим самым человеком ничего нормального не построишь в плане отношений. Все очень плохо.
Шиничиро встал и начала убираться. Выглядело странно, учитывая, о чем они только что говорили. Но убраться явно стоит. Как минимум это может привести мысли в порядок и подумать, что делать дальше (Хотя думать тут особо нечего. Остаться друзьями. – лучший вариант, на который они способны.).
– Что тут вообще произошло? – Имауши поднял комод, который был опрокинут. Все вещи, что раньше стояли на нем лежали на полу тоже.
– Я слишком сильно психовал, когда узнал об этом. – Сано пожал плечами и посмотрел на пепельницу, которая была опрокинута.
.....
Все это время Такемичи сидел на этом огромном камне и смотрел на своих соулмейтов. Сейчас, смотря на всю группировку со стороны, можно было подумать, что они не такие уж и плохие. Но некоторые смотрели на него слишком пристально. Блондин, что стоял в первых рядах и парень рядом с ним смотрели на него почти все время. Он уже подметил, что подходить к ним не стоит. Если блондин выглядел еще более-менее дружелюбно и его локатор тоже говорил, что человек этот хороший (Ему он правда перестал доверять после всего случившегося.), то человек рядом с ним выглядел злым. В любом случае подходить к ним он не будет.
Спустя долгих тридцать минут все эти люди закричали чему-то. Кажется, у них случилось что-то хорошее. А может и что-то плохое. Ханагаки все это время прибывал в своих мыслях и не особо слушал речь своих солумейтов. Спустя еще десять минут все начали расходиться. Но именно те парни начали к нему подходит. Таке быстро начал искать глазами своих предназначенных, но там, где они стояли несколько секунд назад, их не было. Значит нужно быстро найти выход и побежать к нему. Он уже встал и побежал, но тот блондин резко начал догонять его. Неужели это правда была западня и его попытаться избить? Слезы начали течь с глаз. Он же знал и понимал, что доверять им было нельзя, но все равно пошел за ними. Нельзя было им доверять. Надо быстро завернуть лес. Так его точно не догонят. Так он думал, пока его не схватили за руку. Его все-таки схватили. Ок зарыдал. Такемичи уже понимал, что сейчас его изобьют.
– Твою мать, ты что плачешь? – Блондин в шоке распахнул глаза, притягивая его к себе. – Ты че, все же нормально.
Мичи молчал. Это уловка. Сейчас он скажет: «Правда?», а тот заржет, и начнет его бить. Надо вырываться, но тело парализовало. Все что он мог сделать это смотреть на этого парня, дожидаясь, пока его хватка ослабнет. Может так получится вырваться. Хотя тело все еще не слушается. Нужно что-то придумать. И прекратить плакать.
– Все нормально же? – Он поднял брови, отпуская его руку. – У тебя все хорошо?
Он правда волновался. Он просто бежал за ним, чтоб узнать кто это, но тут начал убегать. Ему просто хотелось узнать кого привел Манджиро и чуть ли не за ручку посадил на камень, да, и Изана смотрел на них как-то слишком...боязно? Он так и не смог понять, что было в этом взгляде. Даже не это было важно. Важно было то, что он просто хотел узнать кого привел глава, а тот начал убегать и сейчас плачет.
– Я ничего делать плохого не буду. – Он поднял руки в примирительном жесте, пытаясь показать, что он не собирается делать что-то плохое. – Правда. Мне просто интересно кто ты. Не больше, извини, если испугал. – Лучше пойти отсюда. Если этот человек правда важен для главы и сейчас он доведен до слез из-за него, то ему не жить.
– Точно? – Ханагаки спрашивал это, надеясь, что этот парень не скажет, что это была шутка.
– Точно. – Он улыбнулся. – Как тебя зовут?
– Не говори со мной, как с психбольным. – Мичи посмотрел на него недовольно.
– Ладно-ладно. – Он посмеялся и улыбнулся, кажется, этот парень перестает его боятся (или ему кажется?). – Как тебя зовут?
– Такемичи Ханагаки. – Может хотя бы в этот раз локатор не подвел и случай с соулмейтом – лишь исключение из правил?
– Чифую. – Чуть подумав, он добавил. – Чифую Мацуно. Извини, если испугал я не хотел.
– Все нормально. Я просто слишком ярко отреагировал. А зачем ты хотел узнать кто я?
– Просто ты пришел вместе с Майки, и я подумал, что вы друзья, но про тебя я не слышал, поэтому решил спросить кто ты. – Это выглядела как тупая отмазка, но так оно и было. Ему просто хотелось узнать кто это. – Ты можешь ответить на этот вопрос? Или нет? – Все-таки надо быть с ним поосторожней, раз он испугался всего лишь от того, что за ним побежали. (Между прочим, сначала он хотел подойти к нему спокойно, но тот начал убегать!) Что ему оставалось как ни побежать в ответ за ним?
Мичи же в этот момент думал можно ли отвечать на этот вопрос. Все-таки он не знал, будет ли Изана и Манджиро против того, чтоб об этом узнали. Учитывая, что его хотели представить перед всей бандой, то нет, но кто их знает? Судьбу лучше не испытывать. Можно же промолчать на этот вопрос? Наверное, да. В любом случае стоит спросить их об этом.
– Извини, но мне надо идти. Меня там Баджи ждет. – Он повернулся к Такемичи спиной, пытаясь выйти из леса. – Тебе показать, как отсюда выйти? Мы довольно далеко забежали. – Таке кивнул. Показать надо и желательно привести его обратно на тот камень.
Всю обратную дорогу они говорили. Чифую оказался приятным собеседником, но иногда слишком сильно боготворил некого Баджи (Мичи догадывался, что «Баджи» - парень, который стоял рядом с Мацуно и тоже глядел на него все собрание. Только тот, в отличие от нового знакомого казался злым.)
Спустя долгое время они дошли до нужного места. Мичи даже не заметил, что убежал настолько далеко. Еще несколько метров назад не было слышно ничего, но сейчас можно было услышать, как орет Сано. Очень громко и явно ругается на кого-то. Мацуно испуганно схватил Таке за руку и побежал в сторону криков. Он то понимал, что сейчас кому-то будет пизда. И скорее всего будет ему или Баджи. Он утащил (хотя говорить так – очень грубо, ведь утащили фактически его.), скорее всего, важного человека для главы. И тот очень долгое время не возвращался.
Да, теория Мацу подтвердилась кричали на Кейске. Притом Изана держал Майки. А тот пытался вырваться и явно хотел врезать своему старому другу.
– Изана, твою мать, хватит меня держать, я спокоен. – Курокава хмыкнул, но хватку ослабил. Но так и не отпустил его. Тот может натворить какую-нибудь херню и ему потом это все расхлебывать. Ага, как же. – Таке чувство, что ты вообще не переживаешь, где он.
– Если он спросить нормально не может, то спрашиваю я. – Пепельноволосый говорил спокойно, но в душе сам хотел врезать Баджи со всей силы. Он тоже переживал за своего соулмейта, но сейчас важнее узнать, где он, а не доказывать, кто переживает больше. – Где парень, который сидел на этом камне?
– А вы про него. – Он закатил глаза, радуясь, что наконец понял о ком, они говорят. – Так бы сразу и скахали, а то «Где мой Такемичи, тварь!», я бы вам никогда не ответил. Кто этот ваш Такемичи вообще? – Увидев злой взгляд братьев, он быстро сообразил, что так и не ответил на вопрос. - Не знаю я, с Чифом пошел куда-то. Сейчас позвоню ему. – Он достал мобильник, набирая нужный номер, но из кустов вышли эти двое.
– Вот они. Можете не благодарить.
Майки и Изана резко подбежали к нему. Нужно было узнать, где он был и, что он делал все это время. Курокава быстро прошелся по нему взглядом, облегченно понимая, что ран на его теле нет, а вот Сано начал лезть к нему, чтоб убедиться наверняка.
– Убери свои руки от него.
– Я просто хочу проверить... – Он не успел продолжить, как заметил напуганный взгляд Ханагаки. – Да, ты прав. Извини, Мучи.
– Все хорошо. – Парень неуверенно улыбнулся. – Извините, что ушел, я просто решил посмотреть, что тут есть. – То, что его напугал Чифую, он решил не говорить. Подставлять новго друга не хотелось. – Но зато Мацуно меня нашел и показал, как прийти обратно.
Братья недоверчиво посмотрели сначала на Таке, а потом на Мацу, но кивнули. Потом Такемичи познакомили с Баджи. Этот парень был вроде нормальным, но слишком сильно грубоватый. Про двух людей, что сидели на лестнице, он решил не спрашивать. Они казались злыми. У одного из них было очень злое лицо, а другой просто не выглядел дружелюбным. Раз их решили не знакомить, то так и надо.
Через несколько минут Изана отвел его в сторонку.
– Мичи, ты не будешь против, если сейчас сюда придет мой друг? – Такемичи было приятно, что его мнением все же интересуются. – Я бы очень хотел, чтобы вы познакомились.
Ханагаки кивнул. Может быть их друзья правда хорошие, а все что было раньше – правда недоразумение? Так же и говорил Казутора (которого он сегодня, к своему сожалению, не видел. Таке очень сильно хотел познакомиться с соулом своего друга, но его здесь не было.)
Чифую был хорошим, Баджи тоже вроде не самый плохой человек. Но это друзья Майки. Может друг Изаны будет плохим человеком?
Спустя десять минут к месту, где они находились с Курокавой начал подходить какой-то незнакомый парень. За это время, что они сидели здесь Кейске и Мацуно успели уйти, а Иза попросил брата тоже покинуть это место. (На что тот очень сильно был против, но уговорить его все-таки сумели.)
– Такемичи, знакомься, это мой друг Какуче. – Изана неуверенно посмотрел на соулмейта. Он знал, что его друг выглядит угрожающе, но познакомить их это то, что он хотел. Даже, если учитывать, что это произошло слишком рано. Он ожидал любой реакции. Ханагаки мог: убежать, закричать, хотя бы спрятаться за ним. Но меньше всего он ожидал этого:
– Какосик! – Крикнул он, кидаясь в объятья его друга. На лице Курокавы было изображено удивление. Какосик?
– Мичи?.. – Хитто слабо приобнял его.