Squats

— Кому ты там пишешь? – Ее брат улыбнулся и Эме захотелось плакать. Ее брат и подруга были соулмейтами. – Хей, все хорошо?

— Шин, я знаю кто твой соулмейт. – Она все-таки заплакала. – Это ужасно. Ты так хотел встретить ее, начать встречаться, завести семью, а теперь вы не сможете этого сделать. Она тоже хотела этого, но это не случится. Я так переживаю за вас, я хочу, чтоб у вас все было хорошо.

— Эм, тихо, успокойся. – Шиничиро крепко ее обнял, поглаживая по голове, чтоб она успокоилась. – Давай сначала. Кто она?

— Это Хината. – Теперь он мог понять ее переживания. У них слишком большая разница в возрасте и это может сыграть плохую шутку с ними. Он уже смирился с мыслью, что отношений до соулмейта у него не будет из-за неумения общаться с противоположным полом, но теперь он понял – отношений не будет вообще. Хотя, если учитывать, что он был немного готов к такому повороту событий, то ему было еще нормально. Сано начал догадываться об этом во время разговоров с Тачибаной на кухне. Она часто упоминала факты о музыки ее родственной души, которые были подозрительно похожи на факты о его любимой музыке. Пытаясь скрыть свои дрожащие руки, Сано смог выговорить один вопрос:

– Она знает? – Сейчас нужно беспокоиться не о нем, а маленькой девочке, у которой, возможно, сейчас разрушиться мечта найти нормального человека для проживание счастливого будущего. Эма тихо сказала, что нет, не знает и снова заплакала. – Эмочка, иди в комнату, поспи, успокойся и потом подумаем.
Эма и вправду сразу же ушла, оставив свой телефон.

<b>Хината (12:43):</b> Эм, все хорошо? Почему ты не отвечаешь? Что-то случилось?

<b>Эмочка (12:43):</b> Приходи к нам, нужно поговорить. (Шиничиро)

Шиничиро? Почему он пишет, а не Эма? Что-то случилось? А вдруг он прочитал переписку? Тогда будет неловко. Липкое чувство страха и непонимания засели в ее голове.

Тачибана начала собираться «в гости» к Сано. Предчувствие было плохим, ей казалось, будто сейчас что-то случится нехорошее. Она попросила Наото закрыть за ней дверь, а сама пошла к дому подруги.

Она очень сильно надеялась, что Шин просто прочитал переписку и сейчас будет говорить, что нельзя заниматься таким за его спиной и, что можно было просто поговорить с ним. Конечно, это тоже будет плохо, но лучше, если он будет ее соулом, и Хината ошиблась в своих выводах.

Хина шла, пиная небольшой камешек, который валялся на дороге. От слишком сильных эмоций, ей казалось, что сейчас произойдет что-то, что изменит ее жизнь. В плохую сторону. Она считала, что нужно отвлечься от этих мыслей. Нужно подумать о чем-нибудь другом. Например, о том, что сегодня нужно будет зайти в магазин и купить хлеб, ведь ее попросила мама. Сегодня приезжает отец после долгой командировки, поэтому мать решила приготовить много еды на ужин, чтоб отпраздновать это. Ее и младшего брата снова будут мучить насчет музыки в голове, ну или в простонародье вопросами о соулах. Почему все вообще так сильно обсуждают соулов? Есть же пары, которые не родственные души и им вроде тоже хорошо с друг другом. Родители объясняют это тем, что с предназначенными будет гораздо легче в быту, да и просто им легче полюбить друг друга. Хотя сами они не являлись ими и говорить так было с из стороны – глупо.

Подойдя к дому Сано, она постучалась. Открыл ей брат подруги.

— Проходи, Эма спит в комнате. - Он закрыл дверь и пошел на кухню. – Чай будешь?

— Буду. Зачем вы меня позвали, если Эма спит? – Она прошла за ним и села за стол.

— Учитывая, что я узнал можно на ты. – Шиничиро нервно усмехнулся. – Хината, мы с тобой вроде-как соулы. – Он поставил кружку с чаем на стол и стал ждать реакции девушки. Она лишь вздохнула и взяла стакан в руки, выпив глотка три, она спокойно сказала:

— И что нам делать? – Тачибана посмотрела на него испуганно-извиняющее. И если первую эмоцию он мог легко объяснить, то вторую понять не мог. – Извини, что испортила тебе жизнь. Наверное, не прикольно иметь предназначенного, который на одиннадцать лет младше тебя.

— Не надо говорить глупости. Не портила ты никому жизнь. А вот, что нам делать я не знаю. – Он отпил немного чая и посмотрел на потолок.
Ему захотелось курить. Какой ужас. Он хотел бросить ради братьев и сестер и даже держался несколько дней, но видимо не судьба.

– Извини, мне нужно сходить в гараж. – Он быстро вышел из дома, оставляя девушку одну.

Она даже не знала, что делать. Глаза наполнились слезами, но ей пришлось быстрее скрыть этот факт. Ей не сильно хотелось плакать при постороннем человеке. Быстро проморгавшись, она начала перечислять варианты вслух. Если она будет говорить вслух, то гораздо легче отложить надвигающееся истерику. Хотя бы на несколько минут.

— Можно попробовать общаться как друзья или как брат и сестра. Вполне нормальная идея. Никто не должен осудить за это или что-то вроде того. - В этот момент зашел старший Сано, зажигая сигарету в руках, Хинате пришлось быстро замолчать. Она очень сильно надеялась, что Шин не услышал ее разговоров с самой собой.

— Надеюсь ты не против. – Он подошел к окну, стряхивая на улицу пепел. – Придумала, что нам делать? Мне на ум ничего не приходит. – Конечно, ему не приходит. Дед с самого детства учил, что, если встретил соула, то надо хвататься за него руками и ногами и никому не отдавать. Здесь явно такое не прокатит. Как минимум из-за моральных принципов парня.

— Можно было бы общаться как брат и сестра. – Она сморщилась от противного запаха табака, который успел заполнить всю кухню. – Лучше идей нет.

— Клево. У меня будет еще одна сестра. – Шиничиро невесело засмеялся. Было нелегко понимать, что твой предназначенный младше тебя на одиннадцать лет. Это слишком много.

— Пиздец. – Обычно он не матерится при детях, особенно незнакомых, но сейчас момент такой.

— Да. – Тачибана согласна. Ситуацию по-другому не описать. – Раз я тебя встретила, то попрошу об одном. Прекрати так часто слушать музыку. Это мешает сосредоточиться.

— Хорошо, а ты дай свой номер. – Он увидел ее недоверчивый взгляд. – Не подумай ничего, но нужна же нам хоть какая-то связь, не так ли? – Она согласна с этим. Им и вправду не помешает взять номера друг друга.
Им обоим нужно подумать и смериться с этим фактом. Обоим нужно побыть в одиночестве.

.....

Немного волнительно. Они шли к незнакомому дому, пытаясь найти нужный адрес. Все что хотелось Манджиро – поскорее найти того парнишку и обнять его. Желание, которое он никогда не испытывал. Желание кажущимся слишком странным для такого человека как он. Иза шел немного впереди него, изредка поглядывая со спины на брата.

Волнительно. Они наконец нашли нужный дом и подходили к нему. Здание не выглядело старым, скорее даже новым. Но Сано знал, что построилось оно пять лет назад. Когда ты управляешь людьми, которые живут в этих самых постройках, то рано или поздно узнаешь, когда они появились. Руки немного потрясывало от нетерпения. Хотелось уже увидеть лицо этого милого парня. Изана посмотрел на него, стуча в дверь.

Очень волнительно. Дверь открыл этот самый мальчик. Смотрелся он мило. По-другому сказать он не может. Кажется, у него тоже мелко подрагивали руки. Волнуется. Знакомство с соулмейтами всегда волнительно, но, когда они – главы двух опасных банд, становиться еще волнительнее. Такемучи застенчиво-неуверенно-боязненно улыбнулся и открыл дверь шире.

— Проходите. – Мичи отошел от входа, приглашая их на порог квартиры. – Может вам чай сделать?
Изана отрицательно покачал головой, а Майки легонько кивнул, боясь показаться грубым. И куда подевалась его уверенность?

Пройдя на кухню, первое, что заметил Манджиро были настенные часы похожие, если не одинаковые, стояли у них дома в зале. Курокава тоже разглядывал комнату, пытаясь найти что-то интересное. Или пытаясь не словить взгляд предназначенного. Им было неловко. Точнее Изе было неловко, а Сано стыдно. Не каждый день узнаешь, что твою фактически судьбу избивала твоя банда. Сначала ему просто было не сильно приятно от этой новости, но сейчас он понял, насколько все плохо. Во время их первой встречи разглядеть телосложение Таке не удалось. Зато удалось сейчас. И Майки чувствовал себя ужасным человеком. Почему он не прикрыл эти бои со ставками раньше? Он же знал о них еще за два месяца до этого. Почему не выгнал Киемасу сразу, как узнал об этом?

Парень выглядел очень хрупким. Драться явно не умеет, в банде тоже на вряд ли состоят или состоял. Ноги худые, как, впрочем, и все тело.
И как он хотел выпросить прощение у человека, который регулярно терпел избиения, хоть и не прямо, но все-таки от его лица?

— Если честно, то я не знаю о чем говорить. – Мичи неловко улыбнулся и посмотрел на них. – Я могу объяснить почему убежал в тот день, если Хина сама вам обо всем не рассказала.
Они переглянулись и кивнули.

— Хината нам все рассказала. Я бы хотел извиниться, что моя группировка принесла тебе... - Как бы ему правильно подобрать слова? – Неудобства. – Неудобства? Это худшее существительное, которое мог подобрать Майки в этот момент.
— Все хорошо. – Курокава неверующе посмотрел на него. – Нет, все правда хорошо. Мне друг объяснил, что Тосва, скорее всего, не знала об этих боях. – Он пожал плечами и бросил чайный пакетик в кипяток. Возможно, Изана мог не заметить трясущихся рук соулмейта, но Манджиро заметил. Его Такемучи все равно боялся их.

— Извини еще раз. – Он опустил голову вниз.

— Все нормально. – Он посмотрел на них и нервно улыбнулся. – Мне просто понадобиться время привыкнуть к мысли о своих соулах. – Ханагаки встал к ним спиной, пытаясь не заплакать. Он вспоминал, что происходило в те дни и страх окутывал его тело.

.....

Спустя час Эма наконец проснулась. Прокрутив новые знания о предназначенной старшего брата, ей снова стало грустно. Грустно от того, что Шин так и не найдет девушку своей мечты (Сано понимала, что ее брат не будет встречаться с человеком, который настолько младше него), а Хината должна будет смериться с мыслью, что ее соул – человек, с которым она не сможет построить нормальные отношения. (Минимум из-за разницы в возрасте, а максимум, потому что ее брат не умеет общаться с девушками).

Кстати, о Хине. Она же до сих пор не знает о том, что ее догадка оказалась верна. Сано не успела сказать ей об этом. Нужно срочно ей позвонить и рассказать. Лучше, конечно, сказать об этом в живую, но Эма боится это делать вот так. Боится реакции подруги.

Она еще несколько секунд посмотрела на потолок, подбирая правильный слова. Блондинка встала с кровати, ища глазами телефон на столе. Насколько она помнила именно там он и лежал в последний раз. Сано пробежалась глазами по предмету мебели, но не нашла там свой мобильник. Там лежало все, что можно было, но телефона не было. Девушка ходила по всей комнате и, кажется, посмотрела уже везде, но сотового нигде не было. Эма посмотрела в потолок, прокручивая недавние события и пытаясь вспомнить, где она могла оставить, кроме комнаты. Возможно, на кухне, но это маловероятно. Но посмотреть стоит.  (Конечно, она понимала, что, скорее всего, телефон находиться в комнате Шиничиро, но заглядывать туда не было никакого желания).

Зайдя на кухню и посмотрев все места, в которых можно было найти телефон, она уже начала сдаваться, но в ее голову пришла очень тупая идея. Та самая верхняя полка, где она раньше прятала сладости от Майки. Может он был именно там? И даже понимая, что мобильника там нет со стопроцентной гарантией, Эма все равно поставила стул и начала шарить там руками. Ничего там нет, разве что пыль, от которой в носу начало неприятно щипать. Собственно, она и не ожидала его там увидеть, но разочарованный вздох все равно сорвался. Сано понимала, что оттягивала время, чтобы подольше не заходить в комнату брата. Может быть, он в гараже и ей не придется видеть его. Если она грустила от этой новости, то что испытывал Шин?
Конечно, оттягивать этот момент ей пришлось недолго и уже сейчас она стоит возле двери брата. Девушка даже здесь могла почувствовать неприятный запах сигарет. Несколько секунд простояв возле двери и собираясь с мыслями, она наконец постучала в нее.

— Можно войти? – Услышав положительный ответ, она зашла в комнату и сразу начала кашлять. Если в коридоре просто стоял неприятный запах, то в комнате было нечем дышать. Сколько он вообще выкурил? Пачка? Две? Шиничиро стоял возле чуть приоткрытого окна, которое совсем не помогало от дыма. – Все хорошо?

— Как видишь не очень. – Он выдохнул дым в комнату. Ей стало ясно, что форточка открыта больше для вида, чем для прямого использования. – Извини, обещал бросить, но в такой ситуации...Это пиздец. – Эма вздрогнула, от настолько грустного тона брата. Ее даже не сильно смутил мат, хотя обычно Шиничиро не позволял себя таких слов даже при них. Старший кинул окурок в пепельницу, в которой лежало по меньшей мере пятнадцать таких же. Он начал доставать еще одну, но бросил ее в угол комнаты. Он лег на кровать и просто смотрел на верх, сжимая в руках пачку. Девушка заметила, что возле него лежит ее телефон.
– Я если сейчас не прекращу, то уже завтра у твоей подруги не останется соула. – Он истерично посмеялся от своих слов. – Ахуеть. У твоей подруги... Эма, тебе четырнадцать и ей тоже. Мне двадцать пять. Как там говорят? Не надейся на хорошее и тогда будет легче принять плохое? Я же надеялся на хорошее и вот. Вот такая вот херь сейчас происходит. Одиннадцать лет, мать вашу, одиннадцать. Мне никогда не везло с девушками, и честно старался верить, что соулмейт станет исключением. Я ради этого слушал музыку почти все свое свободное время, чтоб найти ее побыстрее, но нет. Это оказалась подруга моей сестры, которой четырнадцать. Судьба – лучший, сука, приколист.

Несколько минут тяжелого молчания. Все это время Шиничиро молчал, тупо пялясь в потолок, а Эма неловко переступала с ноги на ногу, стоя возле входа у комнаты.

— Ты, наверное, за телефоном? – Он чуть привстал на локтях и через несколько секунд кинул ей его в руки. – Хината знает, позвони ей и попробуй поддержать. Это ей явно необходимо. Если я чувствую себя плохо, то не знаю, что с ней. – Он еще раз посмеялся, но в этот раз было заметно, что сейчас он перейдет, кажется, на слезы. – Эм, можешь оставить меня ненадолго? Мне надо подумать. – Девушка кивнула и уже собиралась закрыть дверь, как услышала тихие слова брата. – Пожалуйста, поддержи Хину, она, наверное, сейчас нуждается в этом. – Эма кивнула и закрыла за собой дверь. Пройдя несколько шагов от двери, она все же услышала, что ее брат сорвался и сейчас плачет.

Она знала, что сейчас ее брат нуждается в поддержки, которую она не сможет предоставить, как минимум, из-за того, что он ей просто не даст дать эту поддержку. Для него он должен был оставаться сильным в глазах его братьев и сестры и помощь принимать не станет. Отмахнется и скажет, что справиться сам.
Набрав сообщение Хинате, что она скоро придет к ней, Эма позвонила другу Шиничиро, который правда мог помочь.

— Вакаса, нужна твоя помощь. – На другом конце трубки было слышно, как парень вздохнул.

.....

Как только Хината зашла в квартиру, она побежала к своей комнате, попросив Наото не беспокоить ее. Сначала она хотела просто подумать над ситуацией и оценить ее трезво, но уже через три минут она расплакалась, не понимая, что ей делать и как быть в такой ситуации? Тачибана в принципе мечтала встретить его, а постоянной музыке в голове научилась наслаждаться, потому что раз это слушает ее родственная душа, то можно привыкнуть. Сейчас она чувствовала себя одиноко. Хината не привыкла к длительным перерывам музыки и даже после тридцати минут начинала волноваться из-за того, что с ее соулом могло что-то случиться, но сейчас она понимала, что сама попросила об этом. Пустота в голове ощущалась еще сильнее обычного и от этого становилось не по себе. Возможно, если бы сейчас что-то играло на фоне, она бы смогла быстрее успокоиться, но нет. Девушка продолжала плакать и ее слезы не останавливались. Сейчас ее больше всего волновал один вопрос – что будет дальше?

С самого детства она мечтала о хорошем парне, который поддержит ее и сможет понять. Найти человека, с которым можно будет на стопроцентно свободно общаться, но это не произойдет. Может быть Шиничро и хороший человек, который смог бы подойти к ее какому-то идеализированному образу в голове, но разница в возрасте...Слишком большая. Они не справиться. Она не справиться. Шиничиро, может еще сделает что-то, да и это маловероятно. Им оставалось просто быть друзьями. Скорее всего, одинокими на всю жизнь и какой никакой тягой к друг другу, но друзьями. Хината понимала, что ничего не получиться. А если все-таки произойдет чудо? Как отреагирует Эма? В конце концов именно она сестра Шина. Что подумают люди? Одиннадцать лет – очень большой промежуток времени. Родители? Наото? Друзья? Это все слишком сложно. Если на незнакомых людей можно забить, то с семьей так не получиться. Отец явно будет против и сделает все, чтоб отношения у них не сложились, мама тоже не оценит, но, скорее всего, промолчит, но осуждение будет точно. Наото? Наото, возможно, примет, а может и нет. Она не знала. Да и как вообще можно было заглядывать куда-то туда в будущее, когда они только узнали об этом? Шанс то, что у них что-то выйдет один на миллион.

— Но есть же? – Она повернулась на бок, доставая вибрирующий телефон. Эма скоро должна прийти. – Хината Тачибана, даже не думай о том, что может что-то получиться. Ничего не будет. – Она посмотрела на себя в зеркало и попыталась придать лицу более радужный вид. Это было бесполезно, ведь все равно через каждые две минуты она начинала плакать и погружаться в мысли о тупизне своей судьбы. Наверное, она из-за этого никогда не сможет построить нормальные отношения.

.....

Как только Сано зашла на порог квартиры, к ней подошел Наото и начал расспрашивать о состояние его сестры.

— Что у вас там случилось? – Может он и не показывал это, но было видно, что мальчик переживает за свою сестру. – Вчера она была у вас, а когда пришла была очень сильно рассеянной, даже толком не поздоровалась со мной. Она что-то смотрела в телефоне, потом быстро обулась и убежала, со словами: «Я к Эме», я даже ничего не успел сказать. Спустя минут двадцать Хина вернулась, закрыла свою комнату, попросила не трогать ее и из ее комнаты слышится плач. Что у вас случилось!? – Последние слова были сказаны громче, нежели остальные. Младший Тачибана сильно переживал за свою сестру, а музыка в голове только усугубляла ситуацию. Его соул вместо того, чтоб слушать свою дрянь, включил что-то грустное. Из-за этого он беспокоился, как и о сестре так и о своем соуле.

— Наото, я не знаю, как все нормально объяснить, но твоей сестре нужна поддержка. Пропусти меня, - немного подумав, она добавила быстрое. – пожалуйста.

— Ты же понимаешь, что рано или поздно мне все равно придется все объяснить?

— Понимаю, но это должна сделать Хината, но не я. – Эма понимала и видела, как сильно напуган брат ее подруги, сама была напугана не меньше его, но объясняться должна была не она, поэтому придется проигнорировать переживания младшего Тачибаны. – Она все расскажет тебе, когда сможет, хорошо?

Наото кивнул и пропустил блондинку в квартиру. Показывать, где находится комната Хинаты не было смысла, младшая Сано слишком часто к ним приходила, поэтому знала расположение всех комнат.

Постучав несколько раз в свето-розовую дверь, Эма сказала тихое: «Можно?», услышав утвердительный ответ, она зашла.
Хината поблагодарила всю существующую нечисть за то, что она успела привести себя в порядок. Сейчас она выглядела намного лучше. Волосы были не запутаны, как десять минут назад, лицо было более-менее нормального цвета. (Лишь легкая краснота выдавала ее, но это можно было объяснить тем, что в комнате стояла жара. Окны были закрыты со вчерашнего дня и Тачибана совсем забыла открыть их со всеми навалившейся новостями). Она даже успела переодеться в домашнюю одежду, чтоб точно выглядеть как нормальный человек, который точно не плакал. Но Эма заметила детали, которые выдавали ее подругу: расчёска, лежавшая на полу рядом со столом, была вся в волосах. Если бы это была любая другая девушка Сано даже не заметила этого, но Хината никогда так не делала. Она очень сильно дорожила своими волосами, они у нее были жидкие. Конечно, для некоторых девушек это не было бы сильной проблемой, но не для Хины. Она всегда расчесывалась аккуратно и бережно, пытаясь сделать так, чтоб ни один волос не упал. Теория, что это могут быть другие волосы отпадает сразу же, редкий цвет выдает ее сразу. Поэтому можно сказать, что Тачибана делала это впопыхах и явно не в лучшем состояние. Второе, что Заметила Эма были лопнувшие капилляры в глазах, мокрые ресницы (хотя второе, было скорее из-за частого умывания, дабы скрыть свою недавнею истерику). И третье – шкаф был не закрыт и можно было заметить одежду, что очень сильно контрастировала с другой. Если остальные вещи были аккуратно сложены, чуть ли не по цветам разложены, то одежда, в которой она недавно ходила была скомкана и явно запихана в шкаф.

Сано понимала, что говорить какие-либо слова поддержки – не имеет особого смысла. Надо дать ей проплакаться и высказаться, так подруга почувствует себя лучше, а потом уже на трезвую голову, обговорить ситуацию. Эма осторожно подошла к подруге и обняла ее. Поглаживая ее голову, она тихо произнесла:

— Хин, я рядом, и я всегда буду пытаться помогать тебе в таких ситуациях. Я пойму. – Блондинка почувствовала, как ее футболка начинает намокать видимо от слез подруги. Она говорила ей в плечо, что ей страшно и она не знает, что делать.

В ее голову пришла мысль, как можно отвлечь подругу.