Легенда о Чу Цяо

Древняя столица Чанъань.

Несколько слов, погрузили зал в тишину!

В Главном зале Фангуи наступила мертвая тишина, все замолчали, чтобы понять правильно ли они расслышали странные слова маленькой принцессы. Затем раздался тихий ропот, словно высокая волна, поднялась в небо и опустилась на высокий берег, на хрупкие плечи Юань Чуньэр!

«Глупости!» - ледяной голос Благородной супруги Шу перекрыл, поднявшийся шум. После смерти Императрицы Мухэ, она лично занималась подготовкой к свадьбе дочери Императора. Услышав, как маленькая принцесса предлагает разрушить, то во что она вложила столько усилий, чтобы показать свою преданность правящей династии благородная супруга готова была взорваться от ярости.

Девушка стояла на коленях на полу, она умоляюще посмотрела вверх, на отца, ее глаза покраснели от слез, лицо было совершенно белым. Она нервно кусала губы, но все равно повторила, то, что произнесла раньше: «Отец, пожалуйста, отмените ваше решение. Ваша дочь больше не хочет выходить замуж».

Благородная супруга Шу нахмурилась, и перебила ее: «Представители из Северной Янь уже прибыли. Они стоят за городскими воротами. Приказ Императора о Вашей свадьбе был оглашен более месяца назад. Теперь, в присутствии всех дипломатических посланников, вы отказываетесь выходить замуж? Это сестра Мухе научила вас быть такой неблагодарной?»

«Умершие ушли. Сестра Шу, вам не нужно их беспокоить». Юйвень Ланьсюань с улыбкой посмотрела на Юань Чуньер. «Чуньер, вы не можете смириться с тем, что покидаете дом вашего отца? Но не беспокойтесь, даже после свадьбы, вы можете часто приходить во Дворец, навестить Его Величество ».

«Сюань Няньцзян, Чуньер больше не хочет выходить замуж. Пожалуйста, помогите мне умолять отца отменить свой приказ». Юань Чуньер наклонилась вперед, касаясь лбом пола, когда она подняла голову, слезы стояли в ее глазах, но выражение лица было твердым.

«Подойдите, и приведите принцессу в порядок!»

Император Вэй не смотрел на свою дочь. В ярких огнях, выражение его лица было сложно разглядеть. Его голос звучал безразлично, как будто он не слышал, все то, о чем молила любимая дочь. Служанки, прятавшиеся по углам зала, быстро подошли к ЧуньЭр одна из них взяла ее за руку, помогая подняться, потянула, чтобы вывести ее из павильона.

«Отпусти меня!» - маленькая принцесса вздохнула и оттолкнула дворцовую девушку. Она снова опустилась на колени и поползла вперед. Слезы текли по бледному лицу, падая на пол. Она потянулась, чтобы вытереть слезы, и смело посмотрела на того, кого так боялась и любила с детства, но сейчас другой страх вел ее за собой. «Отец!», ее голос почти не дрожал, она попыталась встать и медленно сказала: «Отец, пожалуйста, отмените ваш приказ».

«ЧуньЭр!» - Юань Че нахмурился и тихо сказал: «Что ты делаешь? Прекрати!»

На лицах присутствующих, отражались разные чувства: удивление, любопытство, злорадство, где-то мелькало и сочувствие. Но никто не произнес, ни слова, в огромном павильоне Фан-Гуй можно было расслышать только звуки ветра.

«Седьмой брат, - маленькая принцесса, повернула голову, чтобы взглянуть на Юань Че, покрасневшие глаза пугали своей настойчивостью - пожалуйста, помогите Чуньэр. Чуньер больше не хочет выходить замуж. Пожалуйста, попросите отца за меня».

«Седьмой принц, поднимите и увидите свою младшую сестру».

Юань Че нахмурился, мгновение он словно колебался, но наконец, кивнул. Он осторожно поднял принцессу и сказал: «Ваш сын повинуется».

«Отец Император!»

ЧуньЭр, почти захлебнулась криком, хрустальные слезы катились по бледному лицу: «Пожалуйста, выполните мою просьбу! Я выйду замуж за любого, даже если он будет из западных пустошей, с северных границ или вообще не из наших земель. Прошу вас, пожалуйста, умоляю. Отмените свой приказ!»

«ЧуньЭр, успокойся и не позорь нас, следуй за Седьмым братом!»

«Отец!» - Юань Чуньер оттолкнула руку протянутую Юань Че в сторону, упрямо оставаясь стоять на коленях и с силой отдавать поклоны. Звуки ударов ее головы о пол разносились по павильону.

«Отец, прошу вас, пожалуйста, откажитесь от своих планов. Пожалуйста, отмените ваш приказ...»

Император Вэй не взглянул на любимую дочь, а вместо этого строго посмотрел на Юань Че, жестко приказав: «Седьмой принц!»

Юань Че нахмурился. Он опустил голову, помог подняться Юань Чуньер с пола и направился к выходу из павильона. Юань Чуньер, которая до этого, хоть как-то сдерживала слезы, разрыдалась, громко умоляя отца: «Отец, пожалуйста, откажитесь от вашего плана. Отец, Чуньэр больше не хочет замуж. Отец, я прошу вас, пожалуйста...»

Кровь капала со лба Чжао Юэра на белый ковер, расстеленный в главном зале. Это было тяжелое зрелище. Весь павильон погрузился в мертвую тишину. Все приглашенные стояли, опустив головы, стараясь краем глаза отследить происходящее. Никто не осмеливался поднять голову и посмотреть вверх, туда, где сидел Император.

«Чуньэр – добрый ребенок. Ваше величество не должны сердиться. В конце концов, она девочка, и она боится покидать свой дом», - когда благородная супруга Сюань произнесла эти слова, все, кто находился в павильоне, казалось, облегченно вздохнули, послышался шепот согласия. Атмосфера в зале снова оживила. Ученый Ши Цуй из Министерства образования добавил: «Принцесса добрая и заботливая дочь. Это редкое зрелище. Плакать во время свадьбы - это отражение достоинств принцессы, так говориться в древних свитках».

«Ваше Величество добр, и заботиться о своей дочери. Когда ваши дети покидают дом, они больше не могут внимать мудрым словам Императора. Конечно, дочь опечалена».

«Правильно, все так и должно быть».

Пока все были заняты разыгравшимся представлением, Чу Цяо осторожно поднялась и хотела незаметно покинуть зал, но как только она встала, то почувствовала, что кто-то потянул ее рукав вниз.

Юйвень Юэ сидел, опустив взгляд и неторопливо пил вино из драгоценной чаши, когда Чу Цяо раздраженно посмотрела на него, дергая рукав, он медленно поднял голову, на его губах оставались капли красного вина. Несмотря на бесстрастное выражение лица в глубине глаз затаилась злость. Обманчиво мягкий изгиб рта, но его голос был низким и хриплым: «Куда ты идешь? Что собираешься делать?»

Чу Цяо наклонилась вперед, ее лицо оказалось слишком близко к лицу Юйвень Юэ, губы кривила саркастическая усмешка: «Я в таких хороших отношениях с четвертым молодым господином, что должна отчитываться о своих действиях? Вы переступаете границы».

Юйвень Юэ, качнулся вперед, теплое дыхание коснулось щеки девушки: «Банкет в самом разгаре, оставлять свое место и покидать Зал сейчас, невежливо».

«И что?» - холодно ответила Чу Цяо: «Это Золотой Священный дворец, а не двор Зеленых холмов. Четвертый Господин, считает своим долгом вмешиваться в дела, которые его не касаются?»

Закончив говорить, девушка неожиданно сжала запястье Юйвень Юэ снизу и быстрым четким движением, вывернув руку, выдернула рукав, легко прижав его ладонь к полу. Глаза Юйвень Юэ сузились, темные, как ночь, они следили за дерзким противником. Он мягко улыбнулся и сказал: «Есть люди, которые спокойно уступают дорогу, но я любопытный человек, мне нравится вмешиваться в дела других».

Пять пальцев теперь уже на ее запястье, и ладонь Юйвень Юэ, как вода, внезапно выскользнула из под пальцев Чу Цяо, и вернулась к ее рукаву.

«Да? Я не видела вас в течение нескольких лет. Молодой господин действительно изменился. Я всегда думала, что вы хладнокровный, безжалостный человек, которого мало, что интересует, и вам незачем беспокоиться о других».

Чу Цяо использовала два пальца, чтобы нажать на болезненные точки на его локте, обездвижив руку, освобождая одежду.

«Ты мне льстишь. С точки зрения хладнокровия и безжалостности, я признаю свое поражение перед тобой».

Двое противников обменивались словесными и настоящими ударами, скрытыми длинной скатертью. Никто не смог бы этого заметить. Поскольку в Зале все были полны ликования, после того, как история с принцессой разрешилась, никто не смотрел в сторону бокового павильона.

«Чем вы так увлечены, о чем вы оба говорили? Вы оба выглядите такими счастливыми. Позвольте мне тоже это услышать».

Сяо Це неожиданно возник над ними, ярко улыбаясь.

Его голос разорвал противостояние, два одинаково злых взгляда скрестились теперь на принце Биан Тан. Двое противников, которые так яростно сражались друг с другом, теперь были объединены общим врагом.

Этот человек всегда вмешивается, не подумав. Разве можно прерывать серьезный разговор других, имея в запасе такое плохое оправдание?

Чу Цяо холодно посмотрела на Сяо Це, затем повернула голову и ласково улыбнулась Юйвень Юэ, сказав: «Я сейчас иду в сторону уборной, четвертый молодой господин собирается последовать за мной?»

Юйвень Юэ не знал, как реагировать на подобное высказывание. Он не ожидал, что молодая девушка перед мужчинами сможет придумать такое оправдание. Обычно отчужденный молодой господин семьи Юйвень покраснел от смущения, это заставило его выглядеть более живым, тем красивым молодым человеком, которым, по сути, он и был.

Чу Цяо встала, довольная произведенным эффектом. Она протянула руку, и легко коснулась пальцами щеки Юйвень Юэ, насмешливо сказав: «Вам не стоит идти за мной. Помните кто вы. Аристократу, принадлежащему одному из семи правящих кланов, не пристало преследовать бывшую рабыню».

Пока покрасневший теперь уже от ярости Юйвень Юэ, приходил в себя от подобной наглости и собирался ответить, Чу Цяо успела выйти из бокового павильона, растворившись в темноте ночи.

Оглянувшись вокруг, Юйвень Юэ вдруг заметил странные, удивленные и даже брезгливые взгляды, в свою сторону. Богатые дамы из аристократических семей смотрели на него с ужасом. Очевидно, что события, которые, только что развернулись, не ускользнули от их взгляда. Четвертого молодого господина из семьи Юйвень, высокого статуса, только что неподобающе коснулась бывшая рабыня, кроме того смотрела ему в лицо и спорила!

Юйвень Юэ резко поставил на стол тяжелую чашу с вином, красные капли осели на праздничной одежде.

«Какое забавное зрелище!» - Принц Та, со скорбным видом, сел рядом с ним, завистливо рассматривая его лицо.

Юйвень Юэ внезапно осознал, что этот человек невероятно утомителен, и раздраженно отвернулся в сторону Главного Зала, с отвращением, глядя на танцовщиц, пытающихся отвлечь гостей от недавно разыгравшейся сцены.

***

Когда Чу Цяо вышла за двери павильона ФеГуи, холодный ветер обрушился на нее, заставляя пожалеть о том, что она не оделась теплее. Она нахмурилась, оглядываясь и наконец заметила Ли Це, который одетый в темную одежду почти слился со стеной.

Ли Це, поняв, что она его видит, смущенно вытер ладони и сказал: «На улице темно, мне приказано сопровождать вас».

Лицо Чу Цяо потемнело, она шагнула вперед, Ли Цэ сделал два шага назад, приняв оборонительную позу. Он пояснил: «Я подожду вас снаружи, и не буду мешать».

«Где ты хочешь подождать?» - девушка сделала еще один шаг вперед. На ее губах застыла мягкая улыбка, но в голосе слышалось отчетливое намерение убивать. Мурашки побежали по спине Ли Це. Он лихорадочно махнул рукой в неопределенном направлении и ответил: «Я буду стоять там, и ждать вас».

Выражение лица Чу Цяо заметно расслабилось. Она протянула руку и погладила Ли Це по голове, улыбнувшись: «Хороший мальчик».

Ли Це подумал, что она выглядит более жестокой, когда улыбается, чем тогда, когда ее лицо оставалось бесстрастным и холодным.

Чу Цяо была известна всем, как доверенное лицо Ян Сюня. На его свадьбе она должна была быть во Дворце, для спокойствия врагов, чтобы те, у кого были скрытые мотивы, могли ослабить свою бдительность.

Согласно плану, она быстро пошла по узкой дороге, думая «Если бы не Юань Чуньер, ей пришлось бы приложить гораздо больше усилий, чтобы покинуть банкет незамеченной».

Время пришло, девушка сунула в рот пальцы, издавая пронзительный свист, похожий на крик ночной совы в темноте.

Тени, прятавшиеся во всех уголках Столицы империи, получили сигнал к действию, быстро заняли свои позиции согласно разработанному плану, и темная ночь стала их лучшей защитой. Лицо девушки отстраненно холодное, ее губы медленно растягивает мрачная усмешка: «Действительно, добро пожаловать в ад».

В темноте ночи, фигура девушки плавностью и скоростью движений, похожа на черную пантеру. Холодный ветер дует навстречу, скулит как раненый зверь. Она бежала по освещенным в честь праздника улицам, направляясь к неприметному зданию, расположенному в Сианьмэнь, на северо-западе от Имперской столицы. Там ее цель свистела, лежа на кровати, и похоже была довольна жизнью.

Никаких сомнений, Чу Цяо спокойно вошла во внутрь. Стремительный прыжок в сторону кровати, левая рука зажала жертве рот, до того, как та смогла позвать на помощь. Она подняла правую руку, взглянула на мужчину и быстрым ударом перерезала ему горло. Глубокий надрез! Мягкое движение! Здесь нет места боевому искусству. Убивать людей во многих случаях просто.

Чу Цяо отняла руку ото рта жертвы, кровь текла по постели просачиваясь сквозь покрывало, зрачки мужчины постепенно расширились, напрягшееся в момент нападения тело обмякло. Чу Цяо вытащила одеяло и накрыла тело, затем повернулась, направляясь к следующему месту назначения.

Это была операция, над которой она работала совместно с последователями Датун. В течение первых двух часов после сигнала Ян Сюня они прервали систему сигналов между военными подразделениями императорской армии. Золотой Священный Дворец был отрезан первым.

Одновременно с этим, те, кто должны были совершить убийства ключевых чиновников и военных, добились значительных результатов: глядя на голубые вспышки, взлетевшие в небо, и череду «криков ночной совы», Чу Цяо вздохнула с облегчением. Сидя на корточках в мертвом императорском саду, она пальцем провела последнюю линию в иероглифе «Все готово».

Среди убитых людей были офицеры, отвечающие за внутреннюю безопасность в Империи, люди, работающие в службах связи, старшие офицеры 7-й армии, солдаты, служащие в городском гарнизоне, торговцы лошадьми, офицеры связи Внешнего городского управления и Бюро водяных драконов. Дежурные солдаты и евнухи внутреннего Дворца, последними были убиты ночные стражи городских ворот.

Цель Датуна - защитить справедливость, построить великое общество, искоренить рабство и содействовать равенству для всех. Таким образом, несмотря на значительное влияние, поддерживаемое различными могущественными кланами по всему миру, они не совершали лишних убийств.

Конечно, трудно вершить историю, без смертей с обеих сторон. Метод выбора убитых, Чу Цяо был тщательно продуман. Никаких случайных жертв. Средства чистые и точные. Тщательно разработанный план, давал четкий ответ, какой эффект будет получен при удалении нужного человека. Все нити вели в ее руки, в этот момент она собиралась постепенно поменять линию первоначального плана.

Предварительная работа выполнена, пора заняться главным.

Чу Цяо встала, собираясь уходить, но обернувшись, увидела стройную фигуру, стоящую в бесконечной ночи, холодный лунный свет освещал ее, серебристый силуэт в темноте.

«Хорошая работа», - голос был тихим, несмотря на странную похвалу, в нем сквозило безразличие. Первоначальная растерянность исчезла, Чу Цяо холодно посмотрела вперед, отслеживая тени в темноте, пытаясь понять есть ли рядом кто-нибудь еще.

«Здесь больше никого нет», - мужчина сделал два шага вперед. Под лунным светом фиолетовая одежда, казалось, была покрыта легким слоем серебряного тумана. Его лицо было красивым, наверное, ему могла позавидовать даже женщина, но в глазах стоял ледяной холод. Мужчина вышел вперед и тихо сказал: «Куда ты собираешься пойти? Кого еще ты хочешь убить?»

Девушка выглядела мрачной. Она холодно произнесла: «Уйдите!»

«Как наивно!» - усмехнулся Юйвень Юэ.

Быстрые движения Чу Цяо и уже ее рука, как ветер резко выброшена вперед, она прогнулась в талии, как лист под порывом урагана. Юйвень Юэ ответил. Оба они были проворны, их удары были изысканными, соответствуя друг другу. Их силы были равны, еще несколько ударов, и каждый из них сделал два шага назад, понимая, что боем победы не добиться.

«Ян Сюнь никогда не преуспеет в своем восстании. Ба Лэй и Вэй Шу Е уже разложили сети. Предателей, которые выступают против императорской династии, ждет смерть».

Чу Цяо вытерла пот со лба и холодно произнесла: «Раб!»

Юйвень Юэ почувствовал, как ярость поднимается из глубин его сердца, он спросил тихим голосом: «Что ты сказала?»

«Юйвень Юэ, я привыкла думать, что вы благородный аристократ, в котором отсутствует сострадание и человечность, кроме того слишком много самодовольства. Сегодня я поняла, что вы просто еще один раб династии Юань».

«Я не предан клану Юань, но верен Великой Вэй».

«Какая разница?» - Чу Цяо усмехнулась: «Давайте ничего не будем говорить о призраках предателей. Важны только победители. Откуда вы знаете, что напишут о вас в будущем, например, что вы - собака вассала для охоты на тигра? Историю пишет победитель».

«Ты так уверена в нем», - холодно улыбнулся Юйвень Юэ: «Я бы хотел посмотреть, как ему удается вырваться за ворота ЧаньАнь».

Глаза Чу Цяо широко открылись, и резко прозвучало: «Боюсь, у вас не будет такого шанса».

Агрессивное намерение убийства повисло в воздухе, девушка достала кинжал, готовая к нападению. Под лунным светом две фигуры были одинаково стремительны, они двигались среди цветов и деревьев, похожие на героев древних легенд.

«Если ты последуешь за ним, то тоже рано или поздно умрешь!» - Юйвень Юэ отступив, успел вытащить свой кинжал.

«Спасибо за беспокойство, но сначала позаботьтесь о себе!» - Чу Цяо перевернулась в воздухе, приземлившись за спиной Юйвень Юэ, она замахнулась, рассчитывая беспощадным ударом вонзить кинжал в его плечо.

«Несправедливость обречена на уничтожение. Не заставляйте меня действовать!»

«Мы заклятые враги. Нет необходимости проявлять милосердие».

«Кто здесь?» - громкие шаги внезапно отозвались эхом в тишине Императорского сада. Противники одновременно замерли, стоя рядом и касаясь друг друга. Потом одновременно они бросились налево, где цвели плотные кусты. Побежали к своему укрытию, они не сразу заметили, что другой, следовал в том же направлении. На мгновение они забыли, о преследователях, и продолжили обмениваться ударами.

«Шум на востоке, надо посмотреть!» - дворцовые стражники быстро шли в их сторону.

Юйвень Юэ нахмурился и схватив Чу Цяо за запястье, тихо произнес: «Хочешь умереть? Собираешься еще драться?»

Чу Цяо подняла брови и ответила: «Почему вы преследуете меня?»

Юйвень Юэ разозлился: «Кто следует за тобой?»

«Впереди, быстрее!»

Чу Цяо ударила Юйвень Юэ ногой, тот яростно сжав ей руку, сказал: «Я не знаю более сумасшедшего человека, который почему-то еще до сих пор жив!»

Девушка опустилась на корточки, прячась за кустами, и холодно ответила: «Например, человек, который преследует меня!»

«Быстро!» - звук шагов приблизился, двое, наконец, перестали драться друг с другом и скатившись в сторону, спрятались в густых кустах.

«Где это?»

«Командир, вы, наверное, ошиблись».

Ведущий охранников осторожно покачал головой: «Невозможно, я, очевидно, видел несколько черных теней».

«Эй, это кот, в этом саду много кошек».

«Нет, я видел тень человека своими собственными глазами», - сказал командир Шэнь Шэн: «Осмотрите все вокруг. Сегодня день свадьбы принцессы ЧуньЭр, надо быть осторожными, нельзя допустить промаха».

«Да!»

Охранники прошли вперед, внимательно вглядываясь в темноту. Две пары глаз настороженно следили за ними, пока солдаты не исчезли за поворотом и только вдалеке были слышны их голоса.

Резкий поток воздуха и Юйвень Юэ почувствовал удар в живот. Прежде чем он успел среагировать, Чу Цяо прыгнула на него сверху, постаравшись прижать к земле. Юйвень Юэ не ожидал, что она решит напасть в этот момент. Чу Цяо рассчитала верно, Юйвень Юэ потерял необходимые для сопротивления секунды и этого было достаточно, чтобы она воспользовалась сложившейся ситуацией. Его колени коснулись земли, Чу Цяо провела захват и в следующую секунду его руки были крепко связаны веревкой за спиной.

«Учитывая, то, что вы никого не позвали схватить меня, я не убью вас сегодня».

Чу Цяо встала и посмотрела сверху вниз на Юйвень Юэ, который раздраженно разглядывал ее. Выражение лица девушки было холодным, она сказала: «Юйвень Юэ, вы не разоблачили меня восемь лет назад, дали мне возможность жить, и я благодарна вам за это. Но, это не значит, что ненависть между вами и мной может исчезнуть. Понятно, что для аристократа, принадлежащего к правящему клану, убийство нескольких рабов, не имеет значения, но я ценила этих людей, они были моей семьей. Я почти сбежала из столицы, но из-за вашего плана, нас с Ян Сюнем вернули назад и держали здесь долгих восемь лет. С самого начала мы были врагами, и никогда не сможем примириться и этого не изменить. Я надеюсь, что вы сможете это понять. Я не убью вас сегодня, но это не значит, что я не убью вас в следующий раз, так что вам лучше быть осторожным».

Юйвень Юэ кипел от ярости. Увидев, как она отворачивается, он внезапно сказал: «Если ты пойдешь за ним и покинешь столицу сейчас, ты наверняка умрешь. Как же ты собираешься убить меня в будущем?»

Чу Цяо обернулась, холодная улыбка, заставляла детское лицо выглядеть жестоким, она спокойно сказала: «Вы так уверены в этом? Я так не думаю. Почему бы нам не поспорить?»

Юйвень Юэ холодно смотрел на нее, ее улыбка раздражала, он молчал.

«Вы должны поставить на то, что мы не сможем убежать, и что умрем, не имея места захоронения. Я же убеждена, что мы сможем не только выйти, но и выйти открыто, пусть люди всего мира узнают о нас! Весь народ Янбэй увидит их вернувшегося правителя (Ван)!»

В этот момент лицо девушки словно светилось изнутри. Казалось, что темная ночь отступила, позавидовав этому сиянию.

Это искреннее доверие и уважение, абсолютная верность, без каких-либо подозрений и беспокойства. Внезапно Юйвень Юэ почувствовал зависть, к этой яркой улыбке. Наверное, он даже ненавидел ее. Почему тот кто ее вызвал, это не он? Почему она так верит этому человеку, как никогда не будет верить ему?

Девушка посмотрела на него и уверенно сказала: «Юйвень Юэ, подождите и увидите!»

Эту ночь Юйвень Юэ не сможет забыть всю жизнь. Много лет спустя он все еще будет помнить выражение лица девушки, когда она ушла, и слова полные уверенности: Юйвень Юэ, вы увидите!

Тогда он действительно смотрел, наблюдая, как она с легкостью покидает его, как порыв ветра, как облако, так же, как в ту ночь восемь лет назад. Она всегда была человеком, который четко понимал и говорил, что собирается делать, даже когда мир резко менялся, а хаос охватывал землю и жизни простых людей, разрушая их мечты.

Он всегда думал, что не сожалеет о прошлом. Той ночью если бы он знал обо всем, что случиться потом, продолжил бы он спокойно смотреть, как она уходит? Позволил бы ей уйти, не попытавшись удержать?

Но, в конечном итоге, никто не знает своего будущего, поэтому он тихо лежал на холодной траве, наблюдая, как фигура девушки, скрывается в окружающей тьме, словно гордый феникс, сгорает, чтобы возродиться прекрасной птицей уже для другого мира.

Небо подобно красочно вышитой ткани, таких фейерверков нигде нет, кроме столицы!

«Император!» - внезапно прозвучал крик, за пределами зала, полный паники. Вбежал слуга и, опустившись на колени, воскликнул: «Император, принцесса Юйэр принцесса Юйэр ...»

«Что случилось с Восьмой Сестрой?» - Юань Сун встал и спросил с гневом, глядя на слугу. Лицо старика было перекошено: «Госпожа, она убежала!»

«Что?» - Благородная супруга Шу резко встала и громко спросила: «Как она сбежала? Куда она могла пойти? Вы должны были следить за ней, но вы все же позволили ей убежать! Какой смысл Императору держать вас во Дворце?»

«Я заслуживаю смерти, я заслуживаю смерти! - воскликнул старый евнух. - Ваше Величество, пожалуйста, пощадите мою жизнь!»

Свадьба уже должна скоро начаться, а невеста сбежала, все придворные начали переглядываться, и тихий шепот скользнул по залу.

Юань Че встал, наклонившись над стариком, и тихо сказал: «Не кричи, объясни. Когда принцесса сбежала и куда она могла убежать?»

Когда старый евнух приготовился отвечать, его прервал громкий шум снаружи, зазвучала резкий звук гонга. Люди вздрогнули, предчувствуя надвигающуюся беду.

«Что происходит снаружи?» - Император нахмурился, спрашивая тихим голосом.

Имперский гвардеец, одетый в зеленую форму, без предупреждения ворвался в павильон и, приклонив колени, громко сказал: «Ваше Величество, Благородные супруги, ваши высочества и благородные господа прошу проследовать за мной в безопасное место. Во дворце вспыхнул пожар. Пламя очень высокое, огонь вышел из-под контроля».

«Дворец в огне?» - Третий принц, Юань Ци, застыл. Он с недоверием заметил: «Где огонь? Где представители водных драконов? Почему они ещё не начали тушить?»

«Я послал людей в Бюро водного дракона, чтобы сообщить, но до сих пор никто не ответил. Что касается пожара, рабы не знают, где начался пожар, но огонь охватил уже треть территории Дворца, он распространяется в сторону Фан Гуй Павильона».

«Какая наглость,» - ругался Юань Ци. - «Сунь Ипу, этот чурбан с его водяными драконами не хочет ничего делать!»

«В настоящее время бессмысленно спорить о том, кто несет ответственность, отец в опасности, огонь выходит из-под контроля, давайте покинем это место», - заметил Юань Че.

Император нахмурился, кивнул и встал. Евнухи с обеих сторон бросились вперед, чтобы служить, но они не успели коснуться даже складок на одежде императора, когда послышался еще один крик.

Вбежавший Солдат встал на колени и громко сказал: «Император, пожалуйста, не выходите из Главного зала. Группа убийц только что проникла во дворец и убила более шестидесяти наших людей. Число погибших все еще растет!»

Как только это заявление было понято чиновниками, паника поселилась в Зале, кто-то пытался покинуть павильон, кто-то просто спрятаться. Юань Че нахмурился и спросил: «Кто был убит?»

Солдат ответил: «Среди убитых есть командир армии Юйлинь Хэ Шэньцзянь, командир внутреннего гарнизона Симэнь Лушэнь, офицеры по связи из гарнизона Южных ворот, стражи внутренних покоев, начальник управления водяных драконов Сунь Ипу, солдаты, охраняющие юго-западные ворота...»

Слушая список убитых, который все увеличивался, Юань Че переглянулся с генералами, участвовавшими в военных действиях, и увидел в глазах тех понимание и растерянность, в некоторых появился страх.

Хотя список имен убитых кажется странным и не связанным между собой, все эти люди вместе были щитом, против возможного восстания. Их смерть вела к тому, что огромная армия Великой Вэй сейчас была бессильна, не было связи, не было тех, кто мог эту связь организовать, или просто принять командование и поднять солдат на борьбу с мятежниками.

Что случилось этой ночью, чего они не знали?

«Известие!»

Те кто находился в Главном зале уже не ждали ничего хорошего, они боялись новых известий. Прежде чем солдат заговорил, Юань Ци громко спросил: «Кто-нибудь снова был убит?»

Солдат, был растерян, но покачал головой: «Нет».

Все вздохнули с облегчением. В этот момент солдат продолжил: «Ваше Величество, мне приказано передать! Площадь Цзы Вэй, за пределами дворца, юго-западные храмы предков, Храм Да Ан, улица Джиу Вай, южные озера, Хуа Город Ронг возле ворот Си Чжи, западные жилые районы, восточный город Гуан, восточный прибрежный лагерь, дома обучения на юге. В этих местах вспыхнули пожары, а в городе свирепствуют бандиты, убивают и совершают поджоги магазинов и складов. На улице Джиу Вай, лежат трупы мирных горожан. По нашим оценкам, около 30 тысяч человек участвую в беспорядках».

Несколько пожилых чиновников схватились за сердце и чуть не потеряли сознание от этих слов. Юань Сун гневно спросил: «Что происходит? Это мятеж? Где находятся солдаты армии Зеленого флага? Чем заняты внутренние войска, отвечающие за порядок? Они, что, все умерли?»

«Отвечая Его Высочеству, тринадцатому принцу, подполковник Сонг вывел несколько сотен солдат на улицу, чтобы восстановить порядок. Выяснилось, что это простые люди участвуют в поджогах и грабежах. Некоторые из них - местные хулиганы, некоторые - вольномыслящие студенты, некоторые – наемники, приехавшие в город недавно. Многие из них, те люди, которые были ограблены, они говорят, что хотят вернуть свои вещи, верно, охранники и наемники им помогают».

«Солдаты из охранного ведомства тоже пошли на грабеж? Хотят умереть?»

Посланник вспотел, отвечая: «Ваше высочество, третий принц, солдаты, первыми вышли на улицу, чтобы поддерживать порядок, но их ограбили. Кто-то из них разозлился, кто-то получил деньги за помощь, кто-то был напуган, они сняли свою форму и присоединились к грабежам. Слишком большие беспорядки! Несколько сотен солдат беспомощны против толпы! Ваше Высочество, новостей из военного лагеря за стенами города и армии Зеленого знамени нет. Подполковник Сонг сказал, что эти беспорядки не случайны. Есть кто-то, кто руководит этой операцией, разжигает огонь. Ваше Величество, подполковник Сонг также сказал, что восстание усиливается. Все больше простых людей в нем участвует. Когда все кто живут в столице, будут вовлечены, мы не сможем контролировать ситуацию. Ваше Величество, пожалуйста, примите решение быстрее!»

Все глаза, в это время были сосредоточены на фигуре императора. Император Великой Вэй стоял на возвышение и выглядел мрачным. Он долго ничего не говорил.

«Император! Император!» - окровавленный солдат, ворвался в павильон. Теперь уже в сердце каждого был холод, и страх повисший в воздухе, можно было почувствовать на вкус. Никто не осмелился спросить, о последних новостях.

Юань Че стоял в толпе, хмурясь, но он, в отличие от других, сохранял спокойствие, тихо спросил: «Что еще случилось?»

«Ян Сюнь восстал! Он заставил солдат из юго-западного гарнизона перейти на его сторону, и напал! Армия Зеленого знамени, 7-я армия, 9-я армия, войска из шестнадцатого лагеря, резиденция магистрата, ни от кого нет новостей. Все дороги перекрыт, на все городские станции связи были совершены нападения, никто не выжил. Южные, северные и восточные ворота были захвачены. Командиры двенадцатой, девятнадцатой и тридцать шестой дивизий попытались оказать сопротивление, но против них выступили уже простые горожане. Они не могут прорваться через периметр улицы Джиу Вай. Ян Сюнь осадил ворота Цзы Цзинь. Подполковник Сонг сдерживает нападающих из последних сил. У нас меньше трех тысяч солдат, Мы недолго сможем держать оборону!»

Это было похоже на удар грома над головами присутствующих. Несколько старых министров, у которых уже было слабое здоровье, не выдержали напряжения и упали на пол, их лица были бледными и бескровными.

В этот день действительно все изменится?

Император медленно закрыл глаза, и в этот момент у него не было другого выбора, кроме как признать полный провал плана убийства, организованный Ба Леем и Вэй Шуе.

Тысяча солдат были отправлены убить беззащитную птицу в клетке, но вот как получилось. Те, кто мнили себя охотниками - убиты, а их жертва использовала эту ситуацию в свою пользу, чтобы вернуть юго-западный гарнизон в свои ряды. В течение восьми лет, что он просмотрел? Почему не принял мальчика всерьез? Почувствовав себя старым, Император вздохнул в своем сердце: «Шичен, как я мог забыть? Он ведь твой сын!»

Во всей Великой Вэй и даже на всей территории известных земель, никто не думал, что император Юань Чжэндэ отправит принца Ян Бея обратно на родину невредимым после восьми лет заключения.

Никто не ожидал, что Ян Шидзи будет предан Императору. Предполагали, что Ян Сюнь, смело сражавшийся с солдатами на площади в тот день, когда останки его родственников были преданы огню, будет планировать побег, используя такие методы, как отравление своих тюремщиков и маскировка под простого человека. А ускользнув из ЧаньАня, он, как погребальная собака будет бежать, преследуемый императорскими войсками тысячи миль. Если бы ему повезло, он бы нашел место, где мог начать все заново, боясь всю жизнь предательства, и строя заговоры против Императора. Если бы ему не повезло, он бы попал в руки преследователей и тогда, даже его кости никогда не были бы найдены.

По их мнению, Ян Шидзи, который был в заложниках у императора Вэй в течение многих лет, должен был искать именно такой выход. В конце концов, в течение восьми лет, за ним следили по приказу Императора Великой Вэй, день и ночь, что ещё он бы смог сделать?

Однако никто не ожидал, что Ян Сюнь будет способен поднять восстание и идти напролом. Он всегда выглядел вежливым, мягким и по донесениям посредственен как стратег. Поэтому когда он ударил, это было как гром среди ясного неба, он же был полон решимости сражаться до конца.

Кровь, реками текущая по ночным улицам, горящие дома, захваченные ворота города, и наконец, нападение на Золотой Священный Дворец.

Император не заметил, как в глубине логова родился тигр.

Ян Сюнь, достоин того, чтобы быть сыном Льва Янбэя, Вана Ян Шичэна! Глубина ума, сила терпения, великая смелость, сегодня его можно было бы назвать первым среди безумцев мира!

«Новости!»

От нового громкого крика старое сердце ученого Цуя не выдержало новых потрясений, он упал на пол, потеряв сознание.

«Почему ты паникуешь и громко кричишь перед Императором! Что случилось? Ян Сюнь пробил защиту Дворца?»

Солдат замер и ответил: «Нет, Ваше Высочество седьмой принц».

«Тогда почему ты кричишь?»

«Император, слуга должен сообщить, вы должны скорее покинуть павильон, огонь уже очень близко!»

Той ночью весь город ЧанъАнь был в огне, повсюду раздавались душераздирающие крики. Город действительно стал адом на земле.

«Молодой Господин! Слуга наконец-то нашел вас!»

Чжу Чен неуклюже развязал Юйвень Юэ, он добавил тихим голосом: «Старый Господин поручил мне найти вас. Вашего Слугу чуть не убили. Я так волновался. Скорее пойдемте! Императорский Дворец весь в огне».

Юйвень Юэ нахмурился и спросил: «Чжу Чэн, что случилось в городе?»

«Ян Сюнь восстал! Он привел войска юго-западного гарнизона, чтобы атаковать ворота Императорского Дворца. Горожане сошли с ума! Об армии Зеленого знамени ничего не слышно, а внутренние дивизии были разбиты. Новостей вообще нет. Никто не может ничего сделать! Это мятеж!»

Выражение лица Юйвень Юэ было мрачным. Он решительно ответил: «Хорошо. Я иду домой, чтобы собрать солдат, служащих нашей семье, мы наведем порядок!»

«Четвертый Молодой Господин, Старый Господин приказал передать вам, чтобы вы не действовали опрометчиво. Другие семьи не стали ничего делать, все остаются в своих резиденциях, давайте мы тоже...»

«Будет слишком поздно, если мы не предпримем сейчас никаких действий!» - Юйвень Юэ был в ярости, его глаза покраснели, и он сказал с горечью в голосе: - «О чем думает отец? По-прежнему интригует! А в это время они спокойно громят внутренние войска? Я уже говорил, что Ба Лей - идиот, и не сможет убить Яна Сюня!»

Чжу Чэн запаниковал: «Старый Господин сказал, что старейшины займутся этим вопросом, это не входит в сферу интересов молодого Господина, вам не нужно вмешиваться».

«Старейшины?» - Юйвень Юэ уже не мог сдерживать гнев: «Что они знают? Они уже давно занимаются лишь тем, что интригуют, и разрушают жизни друг друга. Их волнуют лишь доходы и влияние их кланов. Заботы о величие и беспокойство, о падении страны ушли в прошлое. Как они собираются справляться в этой тяжелой ситуацией! Чжу Чен, ты служишь мне!»

«Молодой господин», - лицо Чжу Чэна побледнело, он сказал: «Зачем вы это делаете? Ни одна из семей не отправила своих солдат на улицы города. Если вы это сделаете, то, что подумают в других правящих кланах?»

«Кого волнует, что они думают!» - Юйвень Юэ, нахмурился и попытался объяснить: «Если династия Юань падет, что случится с нашей семьей? Если империя Вэй будет разрушена в междоусобной войне, куда денется наш клан Юйвень? Я не делаю этого для Императорской семьи Юань, но для нашей семьи, для мирных жителей ЧанъАнь, для людей Великой Вэй!»

«Почему вы решили, что все так серьезно? Старый Господин сказал, что стена Имперского Дворца несокрушима и может противостоять атаке 100-тысячной армии в течение трех дней подряд. А те, кто сейчас пытается ее разрушить, вряд ли продержаться больше часу. Как только войска из девятнадцатой дивизии прибудут, силы Ян Сюня будут уничтожены. Это всего лишь небольшое восстание».

«Небольшое восстание?» - Юйвень Юэ душила ярость, он горько рассмеялся. «Почему, вы все решили, что Ян Сюнь - глупец? По-вашему он будет сражаться, пока к Золотому Дворцу не прибудет подкрепление? Он собирается сбежать. В Золотом Священном Дворце сейчас царит хаос, все войска разрознены, между ними нет связи, его никто не будет преследовать. После того, как он, полный ненависти к Великой Вей, доберется до Северной Янь, что он будет делать? Он умнее Ян Шичэна, то, что ты называешь небольшим восстанием распространиться по всей нашей земле. Этого будет достаточно, чтобы уничтожить всю империю, подобно урагану. Эти идиоты! Они не понимают, что своим бездействием, копают свои могилы!»

«Молодой господин!»

«Пропусти меня!» - тяжелый жезл ударил Юйвень Юэ по голове, он рухнул на землю.

«Молодой Господин, мне очень жаль, но так приказал Старый Господин», - Чжу Чен покачал головой.

«Вы правы, но Юйвень это правящий клан. И его люди должны следовать приказам Главы. Кроме того после стольких лет, вы все еще не забыли своей обиды на Ян Шидзи?»

***

Прожив в столице восемь лет, Чу Цяо никогда не видела ничего подобного. Повсюду был хаос, слышны громкие рыдания и крики агонии. К шуму добавлялись безудержный смех и бесконечные проклятия. Среди пожара, продолжаются грабежи и кровопролитие. Обычные законопослушные горожане отказались от своей морали и принципов, превратившись в диких, свирепых зверей. В одном месте Грабители, ворвались в торговый дом, убив владельца магазинов, которые умолял их о жизни. Его сыновья, увидев, что случилось, взяли ножи и убили разбойников. Они смотрели на дом, окрашенный кровью, безумие захватило их, громко смеясь, они выскочили из дома, чтобы присоединиться к распоясавшейся толпе.

Другие люди ворвались в двери пустого торгового дома и разграбили все годные к употреблению товары, что касается тех предметов, которые они не могли использовать, они разбили их или сожгли. Не ради наживы, а подчиняясь всеобщему духу разрушения и отчаяния, который жил сегодня в столицы Великой империи Вэй.

Повсюду люди убивали людей, повсюду грязные тела и пламя.

Какие-то люди с ножами в одной руке и бутылкой в другой, шатаясь, брели по разрушенным улицам. Они пили, размахивали ножом и слезы текли по лицам: «Конец идет! Конец идет!»

Безумие парило в небе над городом ЧанъАнь, и смерть собирала свою жатву в имперской столице.

Теперь она поняла слова Ян Сюня о том, что Солдаты 19-й дивизий не смогут пройти через город.

Чу Цяо почувствовала, что холод поднимается вверх по ее спине.

Пожары в столице и создание хаоса было основой их стратегии. Тем не менее, она не ожидала, что это вызовет такие серьезные последствия. Слишком много людей буйствовало на улицах, слишком много людей погибло, и слишком много невинных людей пострадало. Город ЧанъАнь, перед лицом всеобщего отчаяния, был на грани уничтожения, превратившись в горящий ад.

Это была ночь на 20-й день пятого месяца.

«Девушка!» - люди на дороге в страхе разбежались, когда темная лошадь выехала на середину. Всадник на ней весь был покрыт свежей кровью, не позволяющей различить первоначальный цвет одежды, только лицо, это был А Цзин.

«ШиДзи отступает от ворот Цзи Цзинь и едет к западным воротам города. Следуй за мной, надо уходить!»

Чу Цяо кивнула: отбросив тяжелые мысли, она последовала за А Цзином. Крики нападавших, крики ужаса и боли, продолжали раздаваться за ее спиной.

Посреди площади, она увидела, развивающиеся боевое знамя Янбэй, орел, расправивший крылья стремился в ночное небо. Бесчисленное количество солдат стояло на улицах, подходящих к площади Ци Вэй, в свете факелов блестели обнаженные лезвия. Все были наготове!

Человек в черной одежде сидел на коне, гордо выпрямившись, его лицо белое, как нефрит, яркие, как звезды глаза. Красивое лицо и словно запертая внутри сила, как обоюдоострый меч в ножнах, готовый в любой момент начать убивать.

Чу Цяо резко остановилась. В этот момент, она остро почувствовала, что никогда не знала Ян Сюня, что он для нее чужой.

Удивленный, Ах Цзин обернулся и спросил, «Девушка Чу, почему ты не идешь?»

«О, нет, все в порядке», - она ответила таким тихим голосом, что в эту шумную ночь даже Ах Цзин, стоящий рядом, ничего не услышал. Но человек, который был более чем в ста футах от нее, нахмурился, быстро повернул голову, его взгляд, своим холодом, как острый меч, ударил девушку.

Но вот, мрачное выражение исчезло, как туман, и Ян Сюнь улыбнулся, направив свою лошадь к ней, он громко позвал: «А Чу!»

Прошло восемь лет, с тех пор, как Чу Цяо в последний раз видела, чтобы он так радостно улыбался. Девушка медленно выдохнула, а затем выбросила из головы все тяжелые мысли и предчувствия. Даже если это будет путь, усеянный трупами, наполненный опасностями, лишениями и трудностями, если он будет рядом, и с ним будет все в порядке, пока они все еще могут смотреть друг другу в глаза и смеяться, все будет хорошо.

Прежде чем девушка послала лошадь вперед, ее улыбка стала ясной.

В этот момент, послышался стук подков со стороны ворот ЦзыЦзинь. Чу Цяо и Ян Сюнь были удивлены: Неужели в этот время кто-то готов покинуть дворец?

«Брат Сюнь!» - девушка, одетая в красное свадебное платье, спрыгнула с лошади и преградила путь Яну Сюню. В ее глазах плескалась паника, а лицо было бледным, даже белее снега.

Заикаясь, она сказала: «Нет, не делай этого! ЧуньЭр больше не хочет выходить за тебя, ЧуньЭр не будет настаивать, пожалуйста, пойдем со мной! Отец убьет тебя! Нет, ты не можешь уйти, ты должен признать свою вину перед отцом! Брат Сюнь, это вина ЧуньЭр! Вина Чунь Эр!»

Ян Сюнь нахмурился, он не мог этого понять. Сердце Чу Цяо дрогнуло, она не могла смотреть на грязные волосы и бледное лицо принцессы Юань. Та ей не нравилась, но сейчас, Чу Цяо было ее жаль. Но они теряли время! Эта глупая принцесса все еще не понимает, что происходит в данный момент?

«Брат, не веди себя так глупо!»

Девушка заплакала и вдруг слабо опустилась на землю, закрывая лицо обеими руками. Сегодня она действительно пережила слишком много. Прозрачные капли слез просачивались сквозь пальцы и капали на ее красивое красное платье.

«Ян Сюнь! Ты сумасшедший, как ты посмел поднять восстание против Императора? Я думал о тебе как о своем друге все эти годы, посмотри, что ты наделал!» - еще один всадник подъехал к ним со стороны Дворца. Юань Сун, одетый в зеленый праздничный халат, бросился вперед. Когда он увидел Юань Чуньер, выражение его лица изменилось, ярость исказила черты, и он воскликнул: «ЧуньЭр, почему ты здесь? Этот человек восстал против Императора, а ты все еще следуешь за ним?»

Юйер встала, в панике обернулась, чтобы посмотреть на Юань Суна. Хотя она боялась, она сделала шаг, который потряс всех. Медленно раскрыв свои хрупкие руки, она встала, защищая Ян Сюня и всю черную армию позади него.

Девушка упрямо качала головой: «Тринадцатый Брат, это не так. Он просто отказывается жениться на мне, и хочет доказать нашему отцу...»

«Глупая, это только предлог!» - со вздохом сказал Юань Сун: «Он уже получил армию и возвращается в Янбэй! Ты глупая!»

Юань Чуньэр нахмурилась, ее лицо было бледным. Она тихо повторила: «Армия ... Янбэй?»

«Если ты мне не веришь, спроси его!»

Девушка была похожа на марионетку. Она медленно опустила руку, медленно повернулась и новыми глазами посмотрела на черных солдат. ЧуньЭр не могла поверить в то, что видит. «Брат Сюнь, он лжет мне, вы не пытаетесь идти против Императора, не так ли? Вы просто хотите показать отцу, что не женитесь, я права?»

Холодный ветер повсюду, воет голодным волком. Тело Юань Чуньэр маленькое и худое, а лицо бледное и бескровное. Она смотрит на Яна Сюня таким взглядом, словно он последняя надежда в ее жизни.

Ян Сюнь раздраженно хмурится, он выглядит немного нетерпимым, наконец, он тихо сказал: «Я собираюсь поднять восстание и это не вопрос одного-двух дней. Это не имеет ничего общего с тобой, я никогда не думал о женитьбе на тебе всерьез».

Свист ветра, древняя столица погрязла в хаосе, крики сотрясают небо. Первый вестник будущей войны, двадцатого дня пятого месяца, мало кто ещё осознал это.