Метка Мародёров

Теперь оставалось самое важное: разузнать адрес Люси. И как это можно сделать, Лео пока представлял слабо. Бегать по всему городу он, разумеется, не собирался. Во-первых, потому, что это было бы ужасно долго и заняло бы несколько дней. Во-вторых, потому, что в половине домов ему наверняка не мечтали открывать дверь и едва ли нашли бы повод переступить через себя, а ещё половина пустовала большую часть дня, и их хозяев нужно было круглосуточно караулить. В-третьих, беготня приезжего по городу просто обязана была привлечь к себе внимание тех, кого она никак не касалась, но у кого носы были столь длинными, что просто физически не могли не влезть не в своё дело. К ним принадлежали полиция, стукачи и сплетники. Уж эти-то чуть что взвиваются в воздух, как потревоженный осиный рой, и жалят в оголённые места так же больно. Да и, кроме того, хоть Лео и стремился хотя бы делать вид, что уверен в собственных выводах, всё ещё оставалась возможность того, что он ошибся и Люси жила совсем не в Друиде, а в каком-нибудь заплесневевшем Твинсе. В общем, обыскивать город «вручную» – не вариант.

Следующим способом выяснить адрес, часто довольно действенным, являлись расспросы. Обычно в городах, особенно провинциальных, находятся такие всезнающие личности, которые не только знают, где кто живёт, но и с упоением и в красках расписывают едва ли не нижнее бельё какой-нибудь вертлявой девчушки, живущей на другом конце селенья в семье пьющего, но чертовски хорошего кузнеца. Подобные проныры есть всюду, только где-то их чуть меньше, чем положено, и часто их совершенно невозможно отыскать именно тогда, когда по какой бы то ни было причине возникает в них нужда. Проблема состояла в том, что Друид, судя по всему, отнюдь не был крошечным городком, где каждый знает в лицо не только своего соседа, но и каждую из куриц или уток, которых он у себя держит. И, разумеется, Лео отнюдь не прельщала возможность быть осмеянным и обруганным теми десятками пустоголовых идиотов, которые неизбежно должны были подвернуться под руку во время поисков того единственного вездесущего старожила, который мог спокойно распоряжаться знаниями об адресах горожан. И это ещё если забыть о том подавляющем большинстве простых смертных, которые на любой вопрос только подозрительно косятся на говорящего и просто-напросто ничего не отвечают. Нет, это слишком хлопотное и нервное дело. Нервы у Лео, как он сам заметил, никуда теперь не годились, так что вариант с расспросами для поиска адреса не выдерживал никакой критики.

Над другими способами добыть вожделенную информацию мальчик продумал ещё долго, но в голову как назло ничего не шло. Тогда он решил прогуляться по городу, чтобы немного отвлечься, развеяться, как бы, наверное, сказал Азамат.

И прогулка, стоит заметить, действительно пошла Лео на пользу, потому что именно во время неё решение проблемы буквально свалилось мальчику на голову. Дело в том, что когда он вывернул на один из центральных бульваров, то буквально влетел, слишком поздно её заметив, в длинную очередь, выстроившуюся в направлении какой-то маленькой железной будки, крашенной в голубой цвет и с вставленным в дверь толстым стеклом. Лео недоверчиво осмотрел неказистое на вид сооружение и решительно прошёл к нему сбоку, обогнув цепочку галдящих людей. Внутри оказалось пусто, только к стене напротив двери был приделан некий громоздкий аппарат с каким-то рожком на боку. Второй похожий рожок держал в руках мужчина в надвинутой на глаза мятой шляпе. Он прижал его к уху и, кажется, напряжённо к чему-то прислушивался, а затем придвинулся к конструкции на стене и что-то оживлённо заговорил невидимому собеседнику в ответ. В будке оказалось ужасно тесно, пожалуй, здесь бы не уместились двое за раз; и высокий широкоплечий мужчина чуть ли не подпирал головой потолок. Лео ещё немного понаблюдал за странным разговором, фыркнул и, наконец, пошёл дальше по улице, оставив занимательное сооружение и окружившую его толпу за спиной.

Сперва он шёл, погрузившись в свои мысли, но вскоре шаг его стал уверенней и быстрей: у мальчика в голове зародилась идея, способная добыть столь необходимый ему адрес сестры. Там, на бульваре, он вспомнил, что аппарат в будке назывался «телефоном» и что Люси о нём говорила кое-что, именно же то, что они были большой редкостью и устанавливались в исключительных домах, адреса которых непременно заносились в специальные телефонные книги, используемые в узком кругу счастливых владельцев технического новшества. И, главное, Лео был уверен в том, что у Люси телефон был. Он знал о её работе не так много, но тех сведений, что находились в его распоряжении, с лихвой хватало для того, чтобы предположить, что связаться с ней могли желать многие, часто и по важным делам. О принципе работы телефона мальчик, правда, знал не больше, чем о том же занятии сестры, но по обрывочным упоминаниям о нём Люси и только что виденному собственными глазами представлял, что, как бы этот аппарат ни был устроен, он помогал связаться с собеседником на некотором расстоянии и говорить, не встречаясь с ним лично.

Таким образом, оставалось только добыть телефонную книгу. Дальше действовать без контактов с людьми было невозможно, и Лео поневоле пришлось искать того, кто бы подсказал, где можно добыть искомый справочник. И вскоре удовлетворённо улыбнулся, поскольку на сей раз ему незамедлительно повезло: мальчик вытянул из толпы приятную на вид женщину с грубоватыми чертами лица и мягкими глазами, и та, одобрительно покивав на заданный вопрос, сообщила, что телефонную книгу можно добыть, разумеется, исключительно на телефонной станции и что та находится в конце Косой улицы, неподалёку, на небольшом холме сразу за окраинными домами. Лео поблагодарил её и бодрым шагом пошёл в указанном направлении.

На станцию, как ни удивительно, ему удалось пройти без затруднений. Он действительно легко нашёл описанное услужливой женщиной здание, и, когда пытался пройти внутрь, его не остановила охрана, с которой он уже ожидал столкнуться.

Сперва ему показалось, что внутри было пусто, но затем из-за стены послышались какие-то щелчки, а после из дальней комнаты, должно быть, расположенной во втором этаже, донеслись приглушённые звуки звучных девичьих голосов. Лео замер, раздумывая, стоит ли подниматься туда, а затем решил попытать счастья и как мог громко постучал в косяк внутренней двери, чтобы привлечь к себе внимание кого-нибудь из тех, кто засел наверху. Через несколько минут он постучал повторно и принялся ждать.

И, пусть и не сразу, на лестнице действительно раздались шаги, и через перила свесились голова и плечи румяной девушки с завитыми короткими волосами и в белой блузе.

– Вам кого, молодой человек? – обратилась она к посетителю, даже и не думая спускаться на первый этаж.

– Могу я здесь купить телефонную книгу? – отозвался Лео и тут же, спохватившись, прибавил: – Скажите, пожалуйста.

Девушка задумалась, а затем отрицательно тряхнула головой.

– Мы их не продаём, – заявила она, и глаза её упёрлись в замершую пролётом ниже фигуру. Они недолго задержались на ней и вновь принялись бегать по серым крашеным стенам станции. – У нас, знаете ли, телефонный узел, а не магазин. Если Вам нужно позвонить... Что ж, пройдите в комнату ожидания, она справа от Вас. Вам дадут связаться по стационарному аппарату. Только не забудьте тогда приготовить мелочь: у нас сдачи нет. И помните про добавочный номер.

Лео слегка опешил от обрушившейся из уст не предвещавшей своим видом ничего плохого девушки тирады и даже моргнул от удивления, но тут же взял себя в руки и попытался объясниться:

– Извините, но Вы меня неправильно поняли. Мне не нужно никому звонить. Мне нужна телефонная книга.

– Вы что же, не понимаете? – возмутилась девица. Лео она начинала нравиться всё меньше. – Не продаём мы их, их на заказ печатают, изредка выставляют на почте. Мы можем устроить Вам звонок, а книг у нас нет. Нет!

– Но... у вас же есть здесь хоть одна книга? – принялся соображать, на ходу подбирая подходящие слова, мальчик. – Не на продажу, а так... для личного пользования.

– У нас, может, и есть, – после секундного раздумья ответила бойкая девушка, – только к Вам она отношения не имеет. Документы и книги со станции мы никому на руки не выдаём.

– Но могу я хоть просмотреть её, а? – продолжал гнуть своё Лео, внутренне начиная закипать от того, что девица, кажется, даже и не пыталась понять, что от неё хотели. – Это очень важно. Мне нужно передать информацию одному значительному лицу, а номера его я не знаю, – не моргнув глазом, начал сочинять он. – И, поверьте, окажи Вы мне и, как следствие, ему незначительную услугу в виде книги, он бы не остался в долгу. Пожалуйста, дайте мне её пролистать. Это не займёт много времени, а для Вас не будет сопряжено ни с какими затруднениями. Поймите меня, это действительно важно. Пожалуйста.

На девицу, кажется, его слова произвели определённое впечатление, потому что она впала в задумчивость и, как бы желая это показать, принялась изящно потирать двумя пальцами подбородок, а гладкий её лоб пересекла между бровями тонкая вертикальная морщинка.

– Хорошо... Пожалуй, нашей телефонной книгой Вы сможете воспользоваться, если будете под моим присмотром, – наконец протянула она после нескольких секунд раздумья. – Ждите здесь, я скоро вернусь.

Голова девушки скрылась на лестнице, и сверху вновь донеслись её лёгкие быстрые шаги, а Лео смог облегчённо вздохнуть.

Когда говорившая без умолку телефонистка скрылась в кабинете с телефонной книгой под мышкой, Лео, на протяжении всего времени общения с ней поминутно изображавший приветливую улыбку и только что вручивший девушке потрёпанную купюру за оказанную услугу, с кислым видом посмотрел на хлопнувшую секундой ранее перед его носом дверь и проворчал вполголоса:

– Вот же мартышка наштукатуренная. И где они её только взяли? У неё же в голове, наверное, последний таракан от такой трескотни повесился...

И всё же результат стоил жертв, положенных на его алтарь. В глубинах истёртой телефонной книги, с которой явно обращались слишком неряшливо для такой редкой вещи, действительно обнаружились имя и фамилия Люси, и даже болтовня румяной телефонистки не смогла помешать Лео перечитать их несколько раз и запомнить.

– Улица Народного Единства, дом тринадцать, – повторил он про себя, когда вышел на улицу. – Улица Народного Единства... Ну и название! Хотя, пожалуй, могло быть ещё хуже. И всё же забавно. Дом тринадцать... Ладно, будем искать.

***

Дом, в котором жила Люси, оказался двухэтажным, с шершавыми в шоколадных тонах стенами и добротной рыжей черепицей на крыше. Сбоку от него отрастал более низкий кусок стены, тоже крытый сверху черепицей. В нём зияла закрытая дверь, очевидно, ведшая во дворы. Дом определённо внушал уважение и чем-то походил на банк.

Лео подобрался к низкому и плоскому, в две тонкие ступени, крыльцу, прятавшемуся под аркой, и, взявшись за висевший у двери молоток, постучал, потом сделал шаг назад, ожидая, когда откроют. В доме, однако, ничто, кажется, не шевельнулось, и внутрь мальчика не пустили. Он нахмурился и снова постучал молоточком, но и теперь за дверью не раздались шаги и не всколыхнулся звон проворачиваемого в замке ключа. Тогда Лео попробовал дёрнуть дверную ручку, но та, конечно, не поддалась. Дома никого не было. Это мальчик понял совершенно отчётливо и так же ясно, как и то, что уж с этой-то догадкой не прогадал.

Дело немного осложнялось, но пока не прогорело. Лео ещё пару минут простоял на крыльце, поправил на плече сумку и медленно пошёл по улице Народного Единства. Он решил, что будет виться у дома, чтобы уж точно не пропустить момент, когда вернётся Люси. Ожидание, конечно, могло затянуться надолго, но, как утешал себя мальчик, место для этого мероприятия подобралось не худшее, да и, хоть тучи на небе и хмурились, дождя пока не было; должно быть, из-за спрятавшегося за облаками солнца, не парило, как это часто бывает в жаркие дни в городе. Словом, всё было не так уж плохо. Главное, чтобы не оказалось, что Люси уехала в одну из своих затяжных командировок, а то ждать её можно будет хоть до посинения, и всё же она не объявится не только через неделю, но и, пожалуй, по истечении месяца.

Появление сестры он чуть не проспал. Усталость как назло дала о себе знать именно в тот день и час, когда Люси должна была объявиться дома, – хотя, конечно, тогда Лео этого ещё не знал.

К тому времени он исходил всю улицу вдоль и поперёк, несколько раз менял дислокацию «наблюдательного пункта» и успел убедиться, что сестру можно подождать и в тени арки, на пороге её собственного дома. Там он и пристроился, в уголке по правую руку от двери. Место это оказалось на удивление удобным: здесь выступ стены мешал прохожим разглядеть примостившегося у двери человека, а Лео мог видеть всех, кто проходил по улице. И сперва он развлекался именно тем, что наблюдал за горожанами, некоторые из которых, будто бы чувствуя на себе чей-то взгляд, растерянно оглядывались на плохо различимое в тени арки крыльцо дома номер тринадцать.

Занятие это изначально не было особенно интересным, а вскоре и вовсе наскучило, и Лео стал клевать носом, привалившись к косяку. Голову заволокло туманом, и мальчик что-то видел и слышал, даже не понимая, что это путаные сновидения, но неосознанно цепляясь за них и совершенно ни о чём не думая.

Из липкой паутины сна его вырвал чей-то голос, глухо возмутившийся:

– Неужели кто-то снова подпирает порог? Гражданин! Вы меня слышите?

Затем, когда Лео только продирал глаза, к нему подошли и легонько качнули за плечо.

Кто-то ахнул, и тот же голос, уже более разборчивый, выдохнул:

– Господи! Лео! Неужели?.. Да ты спишь, что ли?

– О, вот и ты, наконец, – улыбнулся тот в ответ. – Долго же тебя ждут бедные посетители!

– Какие глупости! – Люси укоризненно посмотрела на медленно поднимавшегося на ноги брата. И тут же добавила, вздохнув: – Нет, нет, не говори пока ничего, заходи скорее в дом. Потом всё расскажешь...

Пока Лео топтался в гостиной, Люси суетилась вокруг и задавала отвлечённые вопросы:

– Ну, как тебе у нас?

– Здорово. Только все такие законопослушные, что даже противно.

– А почему ты так решил?

– Меня ни разу не попробовали обокрасть. Видела ты на Западе города без карманников?

– Не расстраивайся. И у нас воры есть, хоть бедняги полицейские из кожи вон лезут, чтобы их извести. Просто по твоему виду ясно, что у тебя и красть-то нечего.

– У меня даже сумка была! – оскорбился Лео и для вящей убедительности указал на свой скудный скарб, как бы ища поддержки. – Наши бы обязательно заинтересовались. У вас здесь одни лентяи.

– Не лентяи, а осмотрительные люди. Они не лезут на рожон, если не ожидают стоящего вознаграждения. Что им с твоей потрёпанной сумой делать? Уж не обижайся, но, сам понимаешь, за такую ещё и доплачивать придётся. Одни убытки!

– А вдруг у меня там драгоценности? – не сдавался Лео.

– Мне кажется, ты расстроился, что у тебя ничего не украли, – отозвалась на это Люси, усмехаясь. Лео демонстративно нахохлился, старательно изображая из себя глубоко оскорблённую в лучших чувствах личность, но сестра, глядя на это, лишь рассмеялась и потрепала его по голове.

– Я тут вообще-то злюсь, а ты мне мешаешь, – обвиняющим тоном заметил мальчик.

– Знаю, знаю, – снова улыбнулась Люси, задумчиво поглаживая его по волосам. Её рука вдруг замерла, а затем переместилась к подбородку и аккуратно повернула голову так, чтобы стало лучше видно левую половину лица. – Что со щекой? Расшиб?

– Ага. Подрался, – взгляд Лео тут же стал отстранённым и убрался подальше от глаз сестры.

– Ты ведь не любишь драки, – скорее утвердительно, чем вопросительно откликнулась сестра. – И вообще, что-то мне подсказывает, что ты хочешь приврать. Только я не понимаю, зачем. Своими боевыми заслугами красоваться будешь перед ровесницами, а не передо мной.

– А почему ты решила, что я вру?

– А ты как сказал, сразу на меня уставился. Вон, и сейчас смотришь, – Лео почему-то послышалось, что в голосе Люси звучал укор.

– Так ведь когда врут, глаза бегают, – отозвался он и действительно снова бросил взгляд на лицо сестры.

– А вот и нет. Если человек врёт, он внимательно наблюдает за глазами и мимикой собеседника, чтобы понять, принят ли его обман на веру.

– Родному брату не веришь!.. – только и смог выдать Лео, не найдя достойных аргументов в противовес изобличениям Люси, после чего замолчал и на всякий случай стал смотреть на косяк окна в противоположной стене.

– Так ты действительно подрался? – подала голос девушка, поняв, что брат не собирается ничего больше добавлять.

– Да.

– Ладно... Как скажешь, – Люси устало потёрла переносицу. – Надеюсь, ничего серьёзного? – она кивком указала на перевязанную щёку.

– Не-а.

– И посмотреть ты, конечно, не дашь?

– Нет.

– Надеюсь, ты хоть всё правильно сделал, когда бинтовал?

– Ага.

– Тогда хорошо. Надеюсь, хоть этому я тебя научила, – добавила Люси почти с таким выражением, с каким обычно говорят матери о своих детях. – Кстати... – её голос вдруг снова стал серьёзным, – я думала, вы с этим северянином отправились на Север. А вот ты здесь... Но, конечно, я рада, что ошиблась и ты оказался у нас... Хотя всё ещё удивляюсь тому, что ты смог сюда добраться.

– И я рад тебя видеть. Но... Подожди, а откуда... Почему ты решила, что мы не в Барре?

– Ах, ведь это-то проще простого! Думаю, ты мог бы догадаться и сам. Мне рассказал Азамат. Правда, я думала, что он почему-то отбился от вас, когда вы отправились на Север. Но почему вы ушли из Барры?

Тревожное ощущение, впервые кольнувшее Лео в лесу, когда он увидел обвязанный красным платком сук, снова проснулось и зашевелилось в груди. Наверное, он всё же беспокоился об Азе с тех самых пор, как между прочим подумал, что тот галстук был похож на принадлежащий его другу.

– Потом... – нетерпеливо отрезал он и попытался свести разговор к интересующей его теме. – Так Азамат был здесь! А где он сейчас?

– Да, был, но теперь ушёл... Так почему он оставил вас?

– Ай, какая ты нетерпеливая!.. Да и не он нас оставил, а мы его. Нам денег хватило только на один билет, ну, на корабль, вот мы и решили, что отправим на Восток Азу. Я ему сказал, что ты живёшь где-то здесь, но не знал, сможет ли он тебя найти.

– Но почему вы ушли из Барры? Я знаю, у вас должно было что-то произойти! Что вы натворили? Во что ввязались? – Люси всегда могла посоревноваться с братом в упрямстве, и нынешняя беседа определённо должна была и ему и ей дать превосходный шанс показать характер.

– Ни во что. Просто на Западе стало неспокойно.

– Везде нынче неспокойно, разве не так?

– Кстати, ты так и не сказала, где Азамат, – перебил её Лео, совершенно забыв о правилах приличия, основы которых сестра когда-то пыталась ему внушить. – Ты ведь видела его недавно, да?

– Видела, но давно. Я случайно встретилась с ним в городе – должно быть, вскоре после того, как вы посадили его на корабль, как ты мне сказал, – и пригласила к себе. Он жил у меня, но...

– Что? – Лео от нетерпения даже подался вперёд. Хорошо хоть сидел он не на краю стула, а то ещё чего доброго так бы и кувыркнулся с ним вместе вперёд головой.

– Он пропал несколько недель назад, – Люси принялась ходить по комнате, заложив руки за спину. Лео следил за ней взглядом. Он знал, что сестра часто так поступала, когда бралась о чём-то рассуждать, и справедливо полагал, что так ей легче было рассказывать о чём бы то ни было, чем сидя истуканом на одном месте. – Я искала его сама, ходила по городу, даже полиция завела дело. Но его так и не нашли. Пока не нашли, я хочу сказать. Должно быть... он просто решил покинуть город. Ты же знаешь, иногда эмоции берут верх над головой. Я не знаю, где его искать теперь. Прости, – добавила она, выдержав короткую паузу. – Больше ничего хорошего или полезного я не могу тебе сообщить. Мне очень жаль.

– Но... он ничего не говорил, пока был здесь? – нахмурившись, Лео поискал взглядом глаза сестры. Он не мог себе представить, чтобы размеренный и часто сонный Азамат мог ни с того ни с сего взять ноги в руки и кинуться в неизвестные дали очертя голову. – Может, хоть намекнул, что хочет сделать?

– Нет, Лео, не ищи того, чего нет, – вздохнула Люси. – Он не рассказывал мне ни о чём, что бы смогло облегчить его поиски. Думаю, его решение было спонтанным. Он бы не смог ничего рассказать заранее – да даже намекнуть! – если бы и захотел.

– Но я знаю Азу много лет! Он бы никогда так не поступил, – Лео упрямо свёл к переносице брови и замотал головой. – Он всегда во всём копался и проверял. Иногда даже тошно становилось от его предусмотрительности. А это... В омут с головою, как барышня с разбитым сердцем... Нет, это смешно! – вдруг не выдержал он. – Глупо! Он не мог так поступить. Подумай сама, ведь и ты знаешь его хорошо.

– Извини, но, по-моему, ты слишком стремишься защитить его от кого-то. Уж не от меня ли, а? Я ведь вам не враг. Я сама сперва была удивлена таким безрассудным поступком, но потом вспомнила, как он вёл себя в последние дни, и поняла, что Аза и впрямь готовился выкинуть нечто подобное. Он казался тогда очень возбуждённым, понимаешь? Я не знаю, что именно с ним произошло, но оно ввело его в какое-то лихорадочное состояние! К сожалению, – обречённо прибавила она, – вы оба со мной никогда ничем не делитесь. Если бы хоть один из вас меня во что-то посвящал, уверена, у нас бы и речи быть не могло о возникновении нынешней или ей подобной ситуации.

– Мы всё самое важное тебе рассказывали, – отмахнулся от неё, как от комара, Лео. – И всё же, что ты имеешь в виду? Так он всё-таки что-то говорил? Почему он нервничал? Люси, ну, не молчи!

– Я не знаю, как тебе объяснить... Я даже не могу с уверенностью сказать, что это связано с его побегом... Но, видишь ли... Незадолго до его исчезновения в Друиде произошёл взрыв. Да, не смотри на меня так, – Люси потёрла лоб, как бы вспоминая. Или, возможно, у неё просто разболелась от долгой беседы голова. – Взрыв произошёл в цеху химической фабрики, и на город вынесло уйму опасных паров...

– Только не говори, что это Азаматова заслуга!

– Я и не собиралась. Да и лучше не перебивай. Так вот, говорили, что сделали это члены одной запрещённой группировки, появившейся недавно, во время гражданки. Они против старой власти...

– То есть, революционеры?

– ...и против новой тоже, – Люси пришлось немного повысить голос, чтобы вновь привлечь внимание к своим словам. – Они против всех, и только, прости, черти знают, за что они вообще борются. Как бы то ни было, это уже не первая атака с их стороны. Полиция с ними носится, а они показывают ей язык и смываются под шумок. Ни одного ещё не поймали, хотя разговоров – тьма!..

– А причём здесь Аза? – снова не утерпел Лео, но, впрочем, тут же прикусил себе язык, испугавшись, как бы Люси в отместку вовсе не бросила с ним говорить. Хотя, стоит признаться, сделал он это чисто машинально, потому что думать о такой ерунде у него теперь не было времени.

К счастью, Люси вошла во вкус и не стала прерывать речи из-за мелкого замечания – или, может, ей просто хватило такта не обращать на него внимания?

– Понимаешь, он много о чём говорил со мной в те последние дни. Перед тем, как исчезнуть. Он вообще стал необычайно разговорчив и суетлив. Но больше всего меня насторожило то, что он что-то говорил об этих самых бандитах, о том, что видел их где-то и что хочет помочь их поймать.

– Боги, не хочешь же ты сказать, что наш волк-одиночка отправился их собственноручно ловить с сачком для бабочек наперевес?

– Я ничего не хочу сказать, я просто пытаюсь тебе объяснить, что Аза перед тем, как исчезнуть, был словно бы не в себе. Если он углядел шайку заговорщиков в каком-то кафе или забегаловке, что же ты думаешь, он и чего-то другого вбить себе в голову не мог? Я тоже переживаю за него... Но, думаю, сейчас Азамата и след простыл, – Люси пристально посмотрела на брата и, словно разглядев через череп витавшие в его голове мысли, строгим голосом заявила: – Не кидайся на его поиски. Я не перенесу ещё одного таинственного исчезновения. Я сыта этими кошками-мышками по уши. И... Я действительно рада, что ты здесь... – она снова вздохнула, и Лео показалось, что заговорила сестра мягче. – Не заставляй меня снова переживать теперь, когда мы спустя столько времени оказались под одной крышей.

Лео ничего не ответил, только посмотрел на Люси, встал и немного неуверенно, как в чужом доме, сделал несколько шагов по комнате.

Люси тоже немного помолчала и присела на край кресла, но тут же поднялась вновь, всплеснув руками:

– Ладно, что-то мы заболтались... Ты, наверное, устал, а я и не спросила. И раз уж наша скромная семья снова в сборе, изволь не лезть тут же в бутылку, – поспешила добавить она, заметив, что Лео задумчиво оглядывает комнату, явно ожидая какого-то подвоха от сестры и желая показать, что слишком занят, чтобы её слушать. – Твоя одежда хуже, чем у нищего на паперти. Иди-ка в ванную, а я постараюсь подобрать что-нибудь, чтобы ты переоделся. Ты ведь не брал с собой смену одежды и белья? Так я и думала... Свожу-ка я тебя завтра в лавку... Пора привести себя в человеческий вид! А уж потом-то настанет мой черёд задавать тебе вопросы.

– Но как ты можешь говорить о такой ерунде, когда только что сама призналась, что Азамат пропал! Тебе... Ты что... – Лео пытался отпереться, и это был тем легче, что он действительно был возмущён таким эгоистичным равнодушием. Подходящих слов ему было никак не подобрать, и он вынужден был плеваться обрывками незаконченных фраз.

– Всё, детектив, я уже жалею, что рассказала тебе об этом сегодня. Я уже и забыла, как информация ударяет тебе в голову. Поверь мне, ты всё равно не сможешь за один вечер распутать то, над чем я бьюсь уже битую неделю – и это с поставленным-то на уши отделением полиции!

– Значит, ты предлагаешь просто плюнуть на всё? – язвительно уточнил Лео, но Люси и тут не растерялась.

– Я предлагаю не гнать лошадей. Ничего не пропало, многие силы брошены на это дело... Если Азамата возможно найти, – а я на это надеюсь, – его найдут. Но не тебе этим заниматься. Ты – сторонний наблюдатель. Ясно? А теперь прекрати пререкаться – и марш в ванную! Включи хоть воду, а то до ночи так и не сполоснёшься.

Лео остановился посреди прогулки по гостиной и глянул исподлобья насестру:

– Грязь создаёт защитную оболочку для кожи и способствует её очищению иувлажнению. Это научно обоснованный факт.

– Ну, узнаю своего брата! – на лице Люси, наконец, снова вырисовывалась пусть иусталая, но улыбка. – А с твоим заявлением, кстати говоря, можно поспорить...Но я знаю, что тогда ты точно улизнёшь от вечернего туалета, – облапошить Люси,увы, всегда было нелегко. – Давай-давай, иди. Ванная комната в конце коридора,за углом.

Лео Люси действительно обо всём подробно расспросила, причём устроила именнодопрос в режиме вопрос-ответ, а не милые семейные посиделки за чашкой чая. Онаведь прежде всего была старшей сестрой, да к тому же ещё и взрослым человеком,как когда-то справедливо заметил Азамат, и она должна была быть в курсе всехважных событий, особенно тех, что касаются её брата. И всё-таки на её же головебудет меньше седых волос, если Лео где-то случайно или нарочно приврал и очём-то забыл упомянуть.