Глава 3
Почти четверть часа они шли вдоль рядов покосившихся крестов, осторожно огибая насыпи земли, сделанные словно на скорую руку. Все сильнее казалось, что могилам не будет конца.
Дети настолько привыкли к отсутствию людей, что, когда в их поле зрения появилась темная фигура, неподвижно возвышающаяся у одной из могил. сильно растерялись. Мальчик остановился, и внимательнее рассмотрел её. Человек был одет в чёрное выцветшее пальто, свободно висящем на его худощавом теле, на голове повязан платок неопределенного цвета. Спустя какое-то время мальчик понял, что это была женщина. Она выглядела глубоко задумчивой, поэтому взгляд сам собой начал цеплять предметы, окружающие ее. Насыпь земли возле неё выглядела довольно свежей, а чуть в отдалении безвольно лежал мешок, в котором определенно что-то лежало.
Внутри мальчика появилось жуткое, необъяснимое предчувствие, словно сейчас происходило что-то очень нехорошее. Он инстинктивно загородил собой девочку, когда женщина внезапно посмотрела на них. Ее глаза были полны глубокой опустошающей печали, какой до этого ребенок никогда не встречал.
Вдруг спиной он почувствовал, как девочка начала медленно оседать. Резко обернувшись, так, что перед глазами появились темные пятна, он успел подхватить ее, и аккуратно уложить на кладбищенскую землю.
- Что с тобой?
- Я устала... – едва слышно прошептала она, закрывая слипающиеся глазки. – Спать... хочу...
- Подожди! – Мальчик запереживал. Отчего-то ему казалось, что, если она сейчас уснет, то больше не проснётся. – Подожди, – снова, словно мантру, повторил он, – Не засыпай. Только не здесь. Мы же собирались найти еду, помнишь?
- Да... еда... – Сонным голосом отозвалась сестрёнка. – Кушать... хочу... и спать...
- Нет, нельзя спать! – Мальчик уже чуть ли не кричал ей в ухо, вцепившись в костлявые плечи. – Не засыпай, слышишь?! Мы скоро найдем еду, обещаю! Только не засыпай!
Шевелящиеся губы девочки уже почти не издавали звуков. Склонившийся над ней мальчик чуть ли не начал впадать в истерику, как тут на него упала чья-то тень. Он поднял обезумевшие глаза наверх и встретился взглядом с незнакомкой, что до этого стояла у одной из могил.
- Не кричи. – Спокойно произнесла она. Ее голос оказался на удивление стальным и холодным, так что паника, зарождавшаяся было в мальчике, начала угасать. – С ней ничего не случится. Пусть засыпает.
Ребенок ослабил хватку, и с мучительным сомнением смотрел, как постепенно выравнивалось ее дыхание и расслаблялось тело, пока наконец не стало совершенно неподвижным.
Он снова посмотрел на женщину. Ее лицо напоминало каменную маску, не выражавшую никаких эмоций, и лишь глаза все так же лучились той страшной невыносимой тоской. Невозможно было понять, куда направлен этот взгляд – на него, или же куда-то в глубину себя.
- У вас есть родители? - Все так же невозмутимо спросила она.
Мальчик покачал головой.
- Понятно. – Женщина на какое-то время задумалась. Запрокинута голову и посмотрела на мертвое небо, словно выискивая в нем ответ.
– Хочешь пойти со мной?
На этот раз задумался ребенок. Но раздумья его длились совсем недолго. Он не знал, что ему делать дальше, не знал, где искать еду, не знал, что делать с сестрой. Он настолько устал, что ему уже сделалось все равно. Почти все равно. Лишь одна вещь не давала ему окончательно впасть в пучину отчаяния. Семья. Долг. Любовь. И маленькая хрупкая жизнь у него на руках.
- Да. – Наконец ответил он.
Женщина подошла ближе и взяла у него спящую девочку. Та не проснулась. Теперь мальчик заметил у нее в руке мешок, что раньше лежал на земле возле одной из свежих могил. От него исходил странный запах. У ребенка снова похолодело внутри от неприятного предчувствия. Однако он все также решительно не понимал, в чем же дело.
Одежда женщины была испачкана в грязи, как и ладони. Они были худыми, но не такими, как у мамы. Ее пальцы были более короткими, как обломки засохшей ветки, а ладони грубыми и квадратными.
- Пойдём. – Сказала она, развернулась и зашагала прочь.
Мальчику не оставалось ничего, кроме как идти следом за ней, оставив позади безмолвно глядящие им вслед безымянные могилы