Хамелеон душ

Нельсон.

На столе остывала очередная чашка кофе, пока я задумчиво наблюдал в окно. Осенняя туча топила тяжестью небесное светило. Соседский пёс всё утро уныло гонял мячик. Моё состояние было в несколько раз хуже. Мне нужно сосредоточится над новой работой, но мысли никак не вязались в единую цепочку.

— Эта осень будет дождливой, — заключает мама, войдя в мой кабинет.

— Привет. — коротко бросаю ей через плечо.

— Сеньора Море жаловалась, что ты практически ничего не ешь, только пьёшь свой, цитирую: «поганый кофе». И я решила взять инициативу в свои руки.

Аманда ставит передо мной поднос с богатым наполнением к завтраку.

— Спасибо, но не стоило. Нет аппетита.

— Нельсон, посмотри на меня, — нехотя поворачиваю голову и поднимаю глаза.

На глаза мамы сразу же наворачиваются слёзы.

— Ты измучил себя, так нельзя, — она гладит тёплой ладонью по щеке. — Мы все переживаем нелёгкие времена, но тебе тяжелее всего и я очень беспокоюсь.

— Всё нормально, мам. Думай лучше о себе.

Она поджимает нижнюю губу, сдерживая слёзы.

— Мам, ну ты чего, — поднимаюсь и крепко обнимаю её. — Всё хорошо, всё будет хорошо.

— На тебя так много навалилось, а ты не успел, даже восстановиться. Твоему организму нужны силы.

— Если я поем, ты перестанешь изводить себя?

Женщина отстраняется и кивает.

— Я выполню твою просьбу, а теперь прими, пожалуйста, успокоительные и ложись отдыхать. Вижу, ты снова не спала всю ночь?

— Не смогла уснуть. Разбирала его вещи...

Лезвием по незаживающей ране. Отец. Все мы совершаем ошибки и причиняем боль другим людям, даже если не со зла. Руководствуемся своими убеждениями, уверенные что так будет лучше. Каждый заслуживает второго шанса, но Томас Ариас только и успел, что встать на этот путь. Я старался делать шаги навстречу. Видел, как он сожалеет о содеянном и пытается всё исправить. Но есть вещи, над которыми мы не властны.

Два месяца назад меня привезли в госпиталь с пулевым ранением в бедре. Оно было пробито насквозь и вызывало сильное кровотечение. Спустя несколько дней кризис миновал, и я более или менее стал приходить в себя. Убитая горем Аманда сообщила о повторном инсульте отца, в этот раз, с летальным исходом. Я не смог физически присутствовать на похоронах. Долго злился, что нам не хватило времени всё исправить. Тогда я убедился в том, как много времени мы тратим на ненужные вещи. А жизнь сгорает быстро, как спичка. И ты остаёшься один на один, с мыслями о том: «Как могло быть, сложись всё иначе».

Всё это подкосило меня куда сильнее, когда стали приходить полицейские и расспрашивать о случившимся. Я говорил, что это случайность: Лиля была не в себе, но не собиралась стрелять в меня. Хотя сам до конца не верил в это. Её откачали несмотря на то, как сильно она сопротивлялась и поместили в психиатрическую больницу. У неё диагностировали психическое расстройство с сопутствующим синдромом Адели*. Мне не разрешалось навещать её. Возможно, оно и к лучшему. Семья Лопесов винила во всём меня, поэтому они разорвали с нами партнёрские связи.

Я отказался от углублённой реабилитационной программы и вернулся домой. Мама временно переехала ко мне, и мы вместе старались справиться со всем происходящем. Пришлось продать «империю» отца, которую он строил больше пятнадцати лет. На удивление меня все поддержали, а когда сделка состоялась, я почувствовал облегчение. Тяжёлый груз свалился с плеч, и я смог вдохнуть жизнь в новое дело. Теперь я занимался созданием фонда и клиники помощи наркозависимым, и душевнобольным людям.

Раздался резкий звук входящего сообщения. Прожёвывая омлет, вкуса которого практически не чувствовал, я вытер руки и взял телефон.

«Мне очень жаль, Нельсон. Прими мои соболезнования».

— Кто там? — интересуется мама.

— Крис. Выражает сердечное сочувствие.

Мама удивилась не меньше меня. Не думал, что после всего, он когда-нибудь выйдет на связь. Но отличительная черта Криса — это всегда оставаться человеком. Несмотря ни на что.

— Тебе сто́ит позвонить и наконец-то всё объяснить.

С сомнением хмурю брови, но решительный взгляд мамы продолжает сверлить меня.

— Думаю, если до него дошли новости об отце, то и про ситуацию с Лилией подавно.

— Тебе ли не знать, как распространяются сплетни, — невольно усмехается она. — Слухи и домыслы, сомневаюсь, что ему известна правда.

Аманда была в чём-то права. Я наделал много глупостей, и только я мог всё исправить. Или попытаться. Мне не хватало лучшего друга: его поддержки и умных наставлений, его шуток и дурацких идей. Я скучал даже по Стефани. По постоянному подкалыванию Криса и бубнёжа в сторону Мелиссы. Интересно, как у них сейчас всё сложилось?

Смогла ли Мел, вопреки пережитому из-за меня, прийти к тому, о чём мечтала?

Мама одарила меня понимающим взглядом, нежно провела по плечам и молча удалилась. Пока смелость не покинула, а на её место не пришёл стыд и знакомая вина́, я набрал номер друга и принялся ждать. В волнение начал слоняться из угла в угол, слушая бесконечные гудки.

— Алло, — собирался отключиться, как ответил женский голос.

Тело бросило в жар, а язык прилип к нёбу.

— Алло? Вас не слышно, — повторяет девушка и я облегчённо выдыхаю.

— Стефани? — прокашливаюсь. — Это Нельсон.

Напряжённое молчание затянулось.

— Крис мне всё рассказал. Прими мои соболезнования, но звонить сюда не стоит.

— Ты имеешь право злиться. Но я хочу всё объяснить...

— О, я не злюсь, — с иронией произносит она. — Я просто не позволю вам, Нельсон Ариас, рассказывать очередные небылицы.

— Стеф, успокойся. Я понимаю, как это выглядит со стороны, но...

— Нельсон, я передам Крису, что ты звонил. Если он захочет, то выслушает тебя. Но в любом случае пообещай выполнить мою просьбу. Ты обязан это сделать.

Стеф выдерживает небольшую паузу.

— Оставь Мелиссу в покое, какой бы ни была твоя правда. Последнее, что сейчас нужно — это твоё появление. Поэтому я прошу тебя, чтобы там ни было, не появляйся в её жизни. Ведь это всё равно ничего не изменит.

— Она должна знать. — обреченным эхом отзываюсь я.

— Не сейчас, Нельсон. Так будет лучше.

Сколько раз мне повторяли эту фразу, убеждая в правильности решения. И сколько раз я убеждался в обратном. А сейчас снова соглашался. Порой приходится отпускать любимых людей. Отпускать надежды. Ведь только так, можно жить дальше. Такие люди не встречаются дважды, их посылают свыше лишь раз. И если она, меня когда-нибудь забудет, то я всегда буду находить её в других жизнях и любить до скончания мира.

— Синдром Адель Гюго, или синдром Адели* — длительная любовная одержимость, психическое расстройство, которое заключается в безответной любовной зависимости, схожей по тяжести с наркотической. Синдромом Адели называют всепоглощающую и длительную любовную одержимость, болезненную страсть, которая остаётся без ответа. (первым зарегистрированным случаем проявления синдрома, была дочь знаменитого французского писателя Виктора Гюго).