ГЛАВА 26
Чон Ари.
- Мисс Чон? - я выхожу за ворота и резко останавливаюсь.
На обочине припаркован черный мерседес, примерно такой же, на котором меня возил Арно и от воспоминаний об этом человеке мне на секунду стало плохо. Воспоминания нахлынули новой волной, заставляя меня вспомнить все события той ночи и напоминая мне, что я буквально стала свидетельницей убийства. Оно произошло, казалось бы, совсем недавно, и тело Арно до сих пор не нашли.
Я все еще переживаю, что его кто-нибудь найдет и это все вскроется. Но Хёнджин занимает верхнюю ступень в мафии, это же не должно стать проблемой, верно? Они постоянно убивают, занимаются чем-то незаконным и им это сходит с рук, поэтому я думаю, что наврятли кто-то будет серьезно расследовать убийство обычного рабочего, пропавшего при странных обстоятельствах.
Надеюсь.
Холодок по коже пробегается по мне, когда я замечаю мужчину европейской внешности, в черном костюме и белых перчатках, ровно стоявшего перед автомобилем. Он высокий и более крупный чем Арно, поэтому мне это совсем не нравится.
Если такое вновь произойдет, я уже не смогу сбежать.
Где Кан Чонволь? Даже с ним мне стало куда комфортнее ездить, потому что я знаю, что он не навредит мне. Хёнджин каким-то образом держит его на мушке и Чонволь не собирается рисковать.
Он знает, что проиграет.
- Это твой новый водитель, Ари. Пока мои ребята ищут Арно, он будет возить тебя, - говорит отец за моей спиной, сложив руки на груди.
Пот появляется у меня на лбу. Я бы сбежала прямо сейчас.
- Что с Кан Чонволем? - я оборачиваюсь, чтобы разговаривать с отцом с глазу на глаз.
- Он не может охранять тебя вечно, Ариайла. Он учится и работает. Не испытывай мои нервы и садись в машину. Ты можешь опоздать.
Как бы мне не хотелось этого делать, но если стоит выбор: остаться с отцом или поехать с незнакомцем в университет, я выберу второе. Я просто знаю, что отец куда опаснее, чем этот незнакомый мне мужчина. Здесь хотя бы есть шанс того, что я могу остаться в живых.
Мне ничего не осталось делать, поэтому я шагнула к уже открытой для меня двери. Мужчина выглядел невозмутимо, даже глазом не взглянув на меня. Он смотрел либо вперед, либо в сторону, но никогда его взгляд не падал на меня.
Когда я села на заднее сидение и мужчина усевшись сам, завел машину, я нервно вздохнула, уставившись в окно.
Водитель выглядел сурово. Он выглядел так, как-будто только недавно вернулся с войны. Несколько шрамов на его лице и очень короткая стрижка делали его похожим на солдата. Кажется, он определенно умеет пользоваться орудием.
На этот раз отец постарался сильнее, выбрав кого-то более подходящего на роль охранника-водителя, исключив из выбора кого-то старого и хилого как Арно.
- Меня зовут Джеймс, мисс. - говорит он.
Даже грохот его голоса выдает в нем военного.
Я наигранно улыбнулась, сверкнув своими идеально белыми зубами.
- Очень приятно, Джеймс.
Джеймс ведет машину одной рукой, а второй копошится в кармане своих черных брюк. Не проходит и пол минуты, когда он достает оттуда аккуратно сложенный листок и передает его мне.
- Возьмите пожалуйста, мисс. Это ваше расписание на сегодня.
Я недоуменно хмурюсь, забирая у него белый лист. Мой график всегда у меня в телефоне и всегда доступен мне. Я никогда не просила водителя предоставлять мне график и уж тем более мой отец тоже не делает этого. Если что-то нужно передать - он говорит сам, ну либо на крайний случай просто просит передать водителя словами.
Я разворачиваю белый лист и замечаю на нем аккуратный красивый почерк от руки.
«Джеймс мой солдат, кошечка. Он на твоей стороне. Моя армия - всегда твоя армия.»
Сердце начинает стучать так громко и я совсем не замечаю как начинаю улыбаться. Хван Хёнджин невыносим. Я знала, что он придумает что-то такое, чтобы позволять нам проводить больше времени вместе, но на такое я не рассчитывала. Я даже более чем счастлива. Мое настроение поднялось за две секунды всего лишь от нескольких слов.
«Моя армия - всегда твоя армия».
Это.. так звучит.
Я не видела Хёнджина с того вечера, когда мы переспали и я отдала ему частицу своего сердца, души и, кажется, чего-то еще. Чего-то, что пока я сама не могу определить. Все это время я постоянно думала: поменялось ли что-то между нами? Как он будет себя вести? Когда я встретила Харин на следующий день после нашего свидания на озере, она сообщила, что у Хёнджина срочные дела по работе и я не стала вдаваться в подробности. Какая-то часть меня думала о том, что он просто захотел исчезнуть, после того как получил желаемое.
Но именно это письмо доказывает обратное.
Только вот.. после разговора с Харин я стала слишком много размышлять насчет этой ситуации. Мне нельзя иметь отношения ни с кем кроме моего жениха, но я действительно хочу попробовать завести роман с Хёнджином. Подруга была права. Если мне придется в конце концов выйти замуж за нелюбимого, я хочу провести остаток времени до свадьбы счастливой.
И, честно говоря, последнее время я вынашиваю мысль о том, что вообще не выходить замуж за Кан Чонволя.
Но чтобы мне этого сделать - мне нужно избавиться от самого главного злодея в этой истории.
Моего отца.
Хван Хёнджин.
Я сорвался.
Я переспал с Чон Ари там в лесу на пледе, когда обещал себе этого не делать.
Мои чувства к этой девушке невозможно утихомирить, убрать или заставить исчезнуть. Она засела в моей голове тогда, когда я этого больше всего не ожидал. Я обещал себе, что не буду в нее влюбляться, но с каждым разом, как я смотрю на нее, мое сердце болит и я не могу унять это нытье в своей груди, как бы сильно я этого не хотел.
Помимо моих внезапно появившихся чувств, проснулась и совесть. Честно признаться, долгое время я считал, что у меня её нет, так как я ни разу не чувствовал сомнения насчет своих каких-либо действий или решений, а также ни разу не жалел о своих действиях.
Но сейчас я хочу забыть для чего я вообще это завернул.
Но моя мать все еще ждет справедливости. Она погибла и человек, убивший её, так и не понес своего наказания. Я обязан наказать его и заставить жалеть, что он родился на свет. Но что если эти две вещи такие как быть с Ари и отомстить убийце матери противоречат друг другу? Нельзя ли найти способ не делать больно Ари?
Чертов Ли Феликс как обычно оказался прав. Я в полном дерьме.
- Ты смотришь на меня так, будто думаешь, что это я съел твой сендвич, - с сомнением произносит Феликс, разглядывая мое лицо.
Я и не заметил, как в раздумьях уставился на него с выражением лица, полным отчаяния.
Я молчу, все еще думаю об Ари. Через две минуты начнется занятие, а ее все еще нет. Это настораживает меня.
Я провернул всю эту затею с водителем, чтобы будь уверенным в том, что она в безопасности. Но он не должен произносить это вслух, так как везде могут быть прослушивающие устройства, поэтому мне пришлось накалякать ей эту записку. Я сам не знал, что делаю, когда взял ручку в руки и писал первое, что пришло мне в голову.
Я определенно уверен в том, что не отпущу эту девушку, даже когда узнаю всю правду о её отце и о его причастности к смерти моей матери.
Я лишь надеюсь, что она никогда не узнает о том, что я обманывал её. Что я втирался к ней в доверие, притворяясь влюбленным в нее.
Но я не притворяюсь.
- Окей, это я забрал твой сендвич, приготовленный тетей Пак, - он всплескивает руками, - хватит испепелять меня взглядом.
Голос брата выводит меня из мыслей и я в недоумении щурюсь.
- Мне плевать на сендвич.
- Боже, слава богу. Я думал ты убьешь меня, но искушение было слишком сильным.
Я закатываю глаза и бросаю взгляд на входную дверь. Мы сидим в аудитории на один ряд дальше места, где обычно сидит Чон Ари с Харин.
Моя сестра наотрез отказалась идти на пару, пока не дождется Ари, поэтому она стоит где-то там в коридоре, ожидая свою подругу. Я не стал противоречить. Она и так последнее время загадочно поглядывает на меня, будто что-то знает. Хотя кого я обманываю.
Все она прекрасно знает.
На следующий день после нашего вечера с Ари я вернулся поздно домой. Харин сидела на диване и смотрела свой сериал, когда заметила меня. В её глазах появился веселый блеск.
- Как дела, старший брат? - улыбнулась она.
Я налил себе воды в стакан и присел на подлокотник дивана.
- Все в порядке, милая. Как твои показатели?
- Мои показатели сегодня очень зашкаливали, - она сделала акцент на слове «очень» и подвигала бровями, что меня насторожило. - Кстати, твои показатели, наверное, тоже?
- Что? - я недоуменно встряхнул головой, - я не...
- Если нет, они определенно будут зашкаливать, если твой язык окажется лживым, - спокойно говорит она, вставая с дивана. - я поставлю тебе фингал и не посмотрю на то, что ты мой любимый старший брат.
Я нахмурился, пытаясь спросить у нее о чем она, но Харин проскользнула мимо меня, на ходу чмокнув в щеку.
- Спокойной ночи, Джинни. Люблю тебя.
- И я тебя, - успел только прокричать я, когда она вышла из гостиной.
Поэтому я именно тогда должен был догадаться, что она все знает. Но почему-то именно в тот вечер я сильно был заморочен воспоминаниями о том, как приятно ощущается Ари в моих руках, а не о том, что моя сестра все узнала.
Дверь в аудиторию распахивается и Харин гордо входит внутрь, щебеча что-то темноволосой девушке, шедшей за ней. Ари как всегда сногсшибательна. На ней красная кофточка с открытыми плечами и белая короткая обтягивающая юбка. Красные шпильки стукают по паркету и мне кажется, что я слышу именно этот звук, а не громкие голоса своих однокурсников.
Я встаю, чтобы встретить её, отряхивая черные брюки и белую футболку, но она кажется даже не видит меня. Мы встречаемся на пол пути, пока они поднимаются на свой ряд, но когда я тянусь к Ари, чтобы приобнять её за талию, она будто бы невзначай уворачивается и бросает на меня взгляд.
Это единственное, чем она удостаивает меня, прежде чем пройти к своему месту, продолжая диалог с Харин.
- Какого?.. - тяну я, смотря как она бесстыдно игнорирует меня.
Звонок оповещает о начале занятия и мне максимально плевать на него, но я знаю насколько важно поддерживать репутацию и оценки Ари, поэтому не пытаюсь мешать учебному процессу и возвращаюсь на свое место.
Слушайте, обычно парни после секса делают вид, что они не знают девушек, с которыми спали. И со мной никогда не было такого, чтобы девушка проигнорировала меня, когда я лез к ней обниматься.
Вообще-то в никогда не лез обниматься ни к одной девушке, кроме сестры и матери. Но я имею ввиду совсем другие отношения. Я веду себя не так как обычно, что удивляет меня самого, а Ари буквально...
Плевать?
- Привет, френдзона, - хихикая шепчет Феликс, вставляя наушники в уши. - Надеюсь это карма настигла тебя в лице Чон Ари и ты перестанешь быть таким самовлюбленным мудаком.
Я даже не могу ему возразить.
Брат снова прав.
Где-то в середине занятия мое терпение лопается. Я перегибаюсь через свой стол и наклоняюсь так, что мое лицо находится у ее уха. Она определенно заметила мое присутствие рядом, но не подала вид.
- Что это было, моя красивая кошечка? - шепчу я. По её оголенным плечам пробегаются мурашки и я абсолютно точно замечаю их. Она слышит меня.
Ари откидывается на спинку своего сидения, чтобы лучше слышать меня и я улыбаюсь. Она не так холодна, как пыталась показать.
- Неужели ты пытаешься избегать меня, после того как я тебя трахнул? - Мой голос в секунду срывается и сердце стучит как бешеное.
Я хочу довести её, но получается совсем обратное. Воспоминания о её безупречном теле не дает мне нормально дышать и функционировать.
- Не говори это, - шипит Ари еле слышно. Её пальцы нервно перебирают низ юбки.
- Почему ты меня игнорируешь?
Я абсолютно не знаю что творю, когда протягиваю руки и касаюсь под волосами её тонкой шеи, положив свои длинные пальцы ей на ключицы. Она вздохнула, но не дернулась. Не отшила меня.
- Я поговорю с тобой позже, - только и сказала она.
Ну давай поговорим попозже.
Феликс возмущенно взмахнул руками и утащил за собой ворочащую Ари, когда после пары я всем видом показал, что мы должны остаться в аудитории одни. Они могут побыть снаружи и посмотреть, чтобы сюда никто не зашел, но разговор должен быть приватный.
Я сел на стул у огромного проектора и сложил руки на груди, рассматривая как пустеет аудитория. Когда последний человек вышел, оставив только Чон Ари, медленно складывающую в сумку вещи, я откашлялся.
Ари бросила на меня быстрый взгляд.
- Я струсила, - заявила она, оперевшись о свой стол.
Не то чтобы меня это удивило.
Я встаю и медленно двигаюсь в её сторону, засунув руки в карманы. Она стесняется и старается не смотреть мне в глаза, а куда-то в окно, но я не осуждаю её. Зная то, какая она на самом деле, возможно, стоит ожидать от нее такой реакции.
- Что скажешь насчет Джеймса? Он был достаточно вежлив и тактичен? - резкая смена темы заставляет Ари врасплох.
Она поднимает на меня взгляд, с удивлением замечая, что я стою очень близко к ней. Если я слегка наклонюсь, мои колени коснутся её ножек.
- Джеймс? - переспрашивает моя кошечка и я киваю. - Он молчалив и очень вежлив.
Я удовлетворенно улыбаюсь, обвивая руками ее талию и слегка протягивая к себе. На этот раз Ари меня не отталкивает, она цепляется руками в мои плечи и с блеском в глазах смотрит на меня снизу вверх. Она влюблена в меня.
Когда мы успели так далеко сюда зайти?
Я поворачиваю нас и присаживаюсь на сидение, расставив ноги пошире, чтобы она встала между моих ног. Мое лицо напротив её груди и я слегка касаюсь руками её голых ног, рисуя пальцем на них невидимые узоры, вызывая одновременно с этим мурашки по её коже. Она пальцами играется с моими волосами и рассматривает мое лицо.
- Почему ты проигнорировала меня сегодня? - спрашиваю я, обнимая ладонями ее ножки.
- Ты можешь быть не согласен с моим мнением, но я хочу, чтобы все то, что происходит между нами оставалось в секрете. По мнению СМИ и моего отца я выхожу замуж за Кан Чонволя и пока это всё еще так, я не хочу, чтобы все вокруг окрестили меня шлюхой. Ты правда нравишься мне. Но я не хочу сейчас проблем.
- Только скажи и у тебя не будет помолвки с Кан Чонволем, я сделаю всё, ты же знаешь.
Её глаза в ужасе округляются. Я не знаю: напугана она моим напором или тем, что я могу отменить помолвку.
- Нет, - слегка напуганно произносит она, - у меня будут огромные проблемы. Ты не знаешь кто мой отец.
Я мрачно усмехаюсь.
- О, я знаю. Мы, считай, противники.
- Нет, Хёнджин. Он жестокий человек, он тиран. Нужно просто что-то придумать, чтобы избежать этого.
- Он жесток по отношению к тебе? - я щурюсь, нахмурившись.
Её глаза обеспокоенно рассматривают мое лицо.
- Ничего особенного, просто.. я расскажу все тебе чуть позже, но единственное, что я от тебя прошу: войди в мое положение. Какое-то время нам нужно молчать.
Я вздыхаю.
Видит бог, я смогу отнестись к этому с пониманием.
По многим, блять, причинам.