Ангел
Москва.
Радик сидит неподвижно уже более получаса, пытаясь осознать происходящее. Пытаясь поверить в то, что девушка с невинными карими глазами и добрым сердцем предала его.
Кира медленно открывает глаза и хмурится от боли в рёбрах и животе. Удары приходились по всему телу, но Лиза убедившись, что у неё простой обморок, обработала внешние раны и покинула гостиную, оставив сына наедине со своими мыслями.
Ее взгляд переводится на Радиона, и она поджимает губы, не зная что сказать. Он замечает ее пробуждение, и его лицо становится холодным и беспристрастным.
—Ты рассказываешь мне все с самого начала, а потом выметаешься из моего дома, - говорит он строгим тоном, и Кира пару секунд пытается увидеть в голубых глазах хоть каплю жалости, но ее нет.
Кира сглатывает, и как бы ей не хотелось, вспоминает больную для неё тему.
—Майе нужна была опека, - шепчет она, продолжая хмуриться от боли, но Радион прикован к ее глазам, и старается не реагировать на ее движения, — просто так мне ребёнка не отдали. Восемнадцать лет, сама из детдома, за спиной только квартира в малосемейном доме и ни копейки в кармане.
Радик вспоминает Майю, и тепло разливается по телу. Она была солнечной девочкой, слишком милой и до безумия доброй, совсем не похожей на настоящую душу Киры.
—Сказали, найдёшь двести тысяч, будет тебе ребёнок, - говорит Кира, и привстает на локтях, но тут же падает обратно.
Радион дергается чтобы помочь, но возвращается на место, пытаясь подавить свою тягу к предательнице.
—Мне пришлось, - слеза стекает по раненой щеке, и она прикрывает глаза, — мне пришлось податься в эскорт. Нашла в интернете мужчину, он на руки отдал мне эти чертовы деньги, я забрала Майю, а затем мне пришлось отрабатывать.
Радион качает головой, осознавая какие ужасы переживала, и его пальцы рефлекторно тянутся к ее лицу, а в ее глазах блестит надежда. Вспоминая об аварии и записке, а затем и про пытки, он отдергивает руку.
—Дальше, - говорит Радион, и потирает вспотевшие ладони между собой.
—Седой был одним из клиентов, - ее дыхание останавливается, она закрывает рот ладонью, вспоминая тело мужчины поверх себя, — он выкупил меня, и пообещал, что если я все сделаю правильно, обеспечит мне с Майей лучшую жизнь.
Апатия окутывает парня, и он смотрит, как Кира сквозь боль поднимается, и садится, а затем кладёт ладони, все еще измазанные кровью ему на колени.
—Я правда полюбила тебя, - хрипит она, затем кашляет, и с ее рта бежит кровь.
Давление в ее теле растет, но она пытается выглядеть непринуждённо. Радик хочет оттолкнуть девушку, выгнать, сказать, что предательница ему не нужна, но это будет самой большой ложью. Она нужна ему. Он хочет ее рядом.
—Я не думала, что привяжусь к тебе, к твоей семье, - протягивает девушка, одной рукой упираясь в колено парня, а другой вытирая кровь из угла рта, — я не хотела этого делать, но жизнь моей сестры казалась мне дороже. Я просто хотела дать Майе нормальную жизнь.
—Ты бы убила и мою мать, что приняла тебя и Майю? - резко спрашивает Радик, чьи глаза уже наливались слезами, — отца, что уже считал тебя дочерью? Меня?
—Нет! - восклицает Кира, и снова кашляет, кровь, в перемешку со слюнями льются на пол, — он дал мне яд, и сказал отравить всю твою семью. Я отказалась. Я не хотела причинять тебе боль. И за это он забрал Майю. Забрал, и сказал, что убьет ее, если вы окажетесь живы.
—Скажи мне его адрес, - рявкает Радион, сбрасывая руки девушки с себя, — скажи, блядь, адрес этого ублюдка, и можешь идти.
Она продолжает кашлять, а затем прижимает руку к боку, и поднимает глаза.
—Я покажу. Я не пущу тебя одного.
—Я поеду с Демо, - фыркает Радион, и встаёт с места, а затем достаёт телефон и набирает номер брата, — Демо, мне нужна срочная помощь. Приедь за мной. Я дома.
Радион выходит из дома, удерживая за локоть избитую, в ужасном состоянии Киру, а затем кивает Данилу, что уже подъехал.
—Ты едешь с нами только потому, что не помнишь адрес, - шипит Радик, а Кира кивает, и придерживает салфетку у рта.
Органы изнывают, тело болит, а кровь с каждым вздохом все чаще льётся со рта, но она прячет салфетку. Говорит, что все в порядке. Говорит, что все хорошо.
Они садятся в машину, и Демо не задаёт лишних вопросов. Впервые он видит на лице брата замешательство, разочарование и безумную боль. Поэтому молчит.
—Показывай, - рявкает Радион, и Кира превращается в путеводитель, что будто на последнем издыхании пытается помочь.
Они подъезжают к многоэтажному дому, и Кира кивает на него. Ее тело продолжает разрываться от боли, но она молча наблюдает за Радионом, и пытается мысленно извиниться. Язык не поворачивается, боль пронзает каждую частичку ее души, и она медленно выходит из машины, когда парни покидают ее.
—Этаж? - спрашивает Демо, уже узнав краткую историю о том, зачем они сюда явились.
Парень открывает багажник, и достаёт оттуда две бейсбольных биты, а затем вручает одну брату. Радион благодарно кивает, и берет Киру за локоть. Она поднимает на него свои глаза, и сглатывает образовавшийся кровяной ком в горле.
—Я проведу, - еле выговаривает она, и взгляд Радиона смягчается, а затем они входят в подъезд.
Парни встают по одной стороне от двери, и Кира стучится. Головокружение настигает ее, но она держится.
Мужчина по ту сторону двери подходит, и смотрит в глазок. Кира. Дверь медленно распахивается, и его лицо встречается с битой. Без вопросов Демо ударяет его, и он падает на пол, придерживая нос, что уже начал кровить.
—Доброе утро, гнида, - рявкает Радион, проворачивает биту в руках, и наносит удар по лицу мужчины.
Он пытается отползти, его взгляд цепляется за Киру, что медленно, держась за бок, двигается за парнями.
—Если меня найдут мёртвым, твою гребаную сестру продадут на органы, - проговаривает Седой, и Кира понимает, что Майи здесь нет.
Ее сердце уходит в пятки, и глаза Радиона вспыхивают гневом. Он наносит ещё один удар, а затем двигается к комнатам, разглядывая их, выискивая Майю. Демо же проходит на кухню, делая тоже самое. Седой лезет в карман, достаёт оттуда телефон, и начинает набирать номер, но Кира подбирается к нему, и пинает его по рукам, продолжая кашлять кровью.
Можете прочесть под песню: Парнишка и Ella - мы умрем
—Кира, - говорит Радик, выходя из комнаты.
Парень берет девушку за плечо, и отодвигает от Седого, а тот медленно начинает подниматься на ноги, причитая себе под нос. Снова его рука ныряет в карман, и в ней блестит лезвие. Нож. Он заводит его, чтобы ударить Радиона, но Кира быстро выступает вперёд, и лезвие, по самую рукоять входит ей в тот самый бок, что не давал ей покоя.
Демо ударяет Седого по затылку, и он отключается, а Кира качается и падает в руки Радиону.
—Ангел? - испуганно произносит Радик, и его рука окрашивается в красный цвет.
Он падает на колени, и укладывает голову девушку на них, а потом его глаза перебегают к ножу в ее теле.
—Ангел? - переспрашивает Радион дрожащим голосом, и Демо замирает рядом.
—В машину ее, мама залатает, - говорит Данил, и двигается к двери, пока его брат испуганно оглядывает кровь, растекающуюся вокруг Киры.
—Не доеду, - хрипло говорит Кира, и слабо улыбается, смотря в голубые глаза Радиона, — прости меня, любимый.
Она делает вдох, и кровь, будто вода в источнике начинает бурлить в ее горле. Она кашляет, жидкость растекается по ее щекам, и Радион обхватывает ее лицо руками.
—Доедем, Ангел, ты чего? - истерически смеётся Радик, а ее глаза потихоньку начинают закатываться.
Она через силу поднимает руку и касается его лица, а затем снова кашляет, уже захлебываясь кровью.
—Ты чего? - панически вскрикивает Радион, начиная трогать ее тело, пытаясь найти положение, чтобы поднять ее, —Ангел! Кира!
—Я должна была заплатить за свои грехи, - хрипит она, слова получаются отрывистыми от большого количества крови во рту, — я люблю тебя.
Его глаза. Голубые глаза, что сияли, как гребаная звезда в небе, резко гаснут. Его руки трясутся, а Демо прижимает ладонь ко рту.
—Ты моя жизнь, блядь, Ангел! Ты стала моей жизнью! - кричит он, приподнимая ее голову, и наклоняется к ее лицу.
—Береги Майю. Прости, и прощай, - хрипит Кира, и делает последний вдох.
Глаза перестают блестеть жизнью. Грудь перестаёт вздыматься. Запястье падает на холодный пол, и ее тело обмякает в его руках.
—Ангел! - истошный, больной крик заставляет стекла дрожать.
Радион прижимает к себе бездыханное тело, слёзы стекают по его щекам, его тело покрываются кровью, но он все еще обнимает ее. Демо садится на колени рядом с Радионом, ладонью закрывает ее карие глаза, а затем обнимает брата со спины.
—Я бы простил тебя, Ангел, - кричит Радик, бегая стеклянными глазами по окровавленному полу, — я тебя простил!
—Теперь она твой Ангел навечно, брат, - еле сдерживая слезы, проговаривает Данил.