Пернатый враг[18+]

Я застыла, смотря на Влада круглыми глазами. Сердце, как и тело замерло от неожиданности.

Антипов кивнул мне, в знаке приветствия, и не был вовсе удивлен, как будто заранее знал, кого увидит перед собой в новой компании.

Я оторвала от него свой сверлящий взгляд, переведя к себе на ноги. Неужели он тот самый сын?

Мы сели за стол, располагавшийся около огромного окна. И за счет того, что он был самым дальним, но не менее комфортным, мне было немного спокойнее.

Сердце перестало стучать как под сильным током, и теперь на него осела тоска.
Я не могла воспринимать их смех и смеяться в ответ. Все было так, словно я невидимка, но только для себя.

– Куда собираешься поступать, Александра? – неожиданно вырвал меня из мыслей, и я наконец подняла глаза на Дмитрия, вскинув брови.

– Куда именно, еще не знаю, но точно знаю кем, – поставила ударение на последнее слово.

Будто зная, я оглянулась на маму, которая, уже привычно мне, тяжело вздохнула.
Это самая нелюбимая тема, которую мы когда либо обговаривали с матерью.
Для нее профессия художника ничем не отличается от тех же дворников.

Но она не понимает, что даже дворник может превзойти все ожидания окружающих, и показать, что он способен на большее. Потому что наши мечты имеют способность сбываться.

– И кем же? – вопросительно вскинул Дмитрий бровь, и теперь внимание каждого за столом было обращено на меня.

Я посмотрела на Влада, и наши взгляды встретились. В его глазах мельком засверкал огонек, но так же быстро потух, меняясь безразличием.

В этот вечер Антипов казался мне незнакомым, словно это не он, а его двойник, имеющий совсем противоположные черты настоящего.

Он отвернулся, сложив руки на груди, откинулся на спинку дивана и разглядывал капли мелкого дождя на окне. Смотря на него, невозможно понять, о чем он думает, но безумно хочется узнать каждую мысль.

В какой-то момент, мне даже хотелось оказаться рядом, прижаться к его плечу, и ощущать себя более увереннее. Комфортнее.

– Художницей, – сказала я. Дмитрий удивился, а мама едва заметно закатила глаза. Вот только Влад, что делал вид незаинтересованности, слегка улыбнулся.

– Думаешь, что известность можно получить так легко и просто? – спокойно спросил меня Дмитрий, и его слова задели меня.

– Я считаю, что всему предстоит долгая дорогая стараний, трудностей и разочарований. – сердито высказалась я, что было очень заметно.

– Но с пути можно сбиться и остаться ни с чем, – влезла в наш диалог мать, смотря на меня с прищуром, словно презирала.

– Считаешь, я не способна на реализацию цели?

– Это не цель, это глупые, детские мечты, – прошипела она, отворачиваясь. Взгляд стал хмурым, а губы поджатыми.

Я тут же сделала глоток мохито со льдом, в знаке, что не желаю продолжать эту тему. Но даже это не помогло заглушить тянущую боль в груди.

Сердце закололо больнее, а глаза защипало, и мне пришлось их закрыть, дабы не показывать, как сверкают мои слезы.
Обида горячо разливалась по телу, а пальцы больно вжимались в ладонь.

Я не понимала, почему мама так жестоко относится к моим целям, желая сменить их на свои, думая, что так будет лучше для всех.

Было больно только от одной мысли, что у нее нет желания сделать меня счастливой. Что нет веры в меня. В свою единственную дочь...

Дальше вечер продолжался ужасно. Я не желала произносить ни слова, Влад изредка отвечал на вопросы, а родители говорили только о работе, отчего болела голова.

Не выдержав, я встала с места:

– Я отлучусь, – пробормотала я, отклонившись.

Немного посидев в туалете в раздумьях, я решила покинуть ресторан, но перед этим сказать об этом маме.

Пройдя пол пути, я замедлила шаг, увидев, что за столом сидели только мама и Дмитрий державшись за руки и прижимавшись друг к другу.

Я спряталась за длинное растение, стоявшего чуть ближе к столику. Листья едва щекотали кожу, но все мое внимание было к их разговору:

– Дима, я больше так не могу, – устало произнесла мама, положив голову на плечо знакомому. – Я не знаю что мне делать!

– Ната, успокойся, – прижал ближе к себе женщину, погладив ее по плечу. – Я постараюсь сделаю все возможное...

– Как сказать обо всем Саше? – перебила она его подняв голову. И я только заметила, как сияли ее глаза от слез.

Что они собираются мне сказать?
Я сжала кулак, желая подойти к ним.
Внутри меня потихоньку загорался тот самый огонь, бушующий как лесной пожар.

Неужели, эта встреча была, чтобы я познакомилась с новым партнером матери, так еще и с будущим братом? Так вот почему здесь был Влад?

Сделав шаг, мой лесной пожар потух.
Сердце забилось быстрее от испуга, когда рука Антипова легла на мое плечо.

– Лучше не лезь, – спокойно произнес он, тут же убрав руку, стоило мне посмотреть на него широкими глазами.

Я шумно выдохнула, чувствуя, как сердце колотиться в груди, едва-ли не выпрыгивая.
Было неожиданно увидеть рядом Антипова, а тем более почувствовать его касания.

Еще раз посмотрев на родителей, я замешкалась. Боевой дух как след простыл, и захотелось просто уйти подальше от них. Не видеть и не слышать.

– И не собираюсь, – фыркнула я, хотя уйти, но Влад схватил меня за запястье, останавливая.

– Я довезу тебя до дома, – я хотела возразить, но он тут же покачал головой: – Это не обсуждается.

Влад неожиданно переплел наши пальцы и мы вышли на улицу. Если бы не он, я, наверное, замерла на месте, наслаждаясь каждым мгновением давно пропавшего тепла.

Я так давно не разговаривала с ним, не касалась и просто не смотрела в его ореховые глаза, по которым так давно скучала. Может, я сделала неправильный выбор?

– Пристегнись, – мягко попросил он, но даже не взглянул, заводя машину.

Я замешкалась, услышав его слова.
В мыслях промелькнули воспоминания, как Кирилл, хоть и грозно смотря, застегивал мне ремень.

Непроизвольно по коже пробежались мурашки, покалывая. Прокашлявшись, я резко схватилась за ремень, но тот поддался только с третьего раза.

Ехали мы в мертвой тишине. Не играло даже радио, и обстановка становилась все тяжелее, а на душе пусто и некомфортно.
До дома оставалось пару остановок, и я, наконец, соизволила заговорить:

– Что с тобой? – тихо спросила я. Его ресницы тут же задергались, а рука сжала руль.

– А что со мной? – посмотрел на меня парень, пытаясь выглядеть бесстрастно, но глаза выдавали ту печаль, засевшую глубоко в душе.

– Сегодня, ты какой-то другой.

– Не переживай, это не из-за тебя, – отвел он взгляд, и поехал, как только загорелся зеленый.

Я кивнула, снова замолчав.
Хотя, я даже рада, услышав его слова, но и часть обиды присутствовала. Все же я эгоистка.

– Тогда из-за чего? – вновь отозвалась я. Страх, что я не выясню ничего, а после мы не поговорим – не давал покоя.

– Я всегда был таким: тихий, безразличный и всегда задумчивый. Ты плохо меня знаешь.

– Но ты же не такой...

– С тобой я был другим. – Услышав это, мир вокруг нас пропал, оставляя одних. Та самая тоска начала нарывать в груди. – Но, ты сама приняла решение.

Я отвернулась, ведь было больно даже посмотреть в его глаза. Вина убьет меня окончательно.
Я прикусила губу, ничего не отвечая.

Домой мы прибыли в полной тишине.
Я отстегнулась, а Влад, как настоящий джентельмен, открыл дверь.

Не знаю зачем, но мы, даже не смотря на моросящий дождь, стояли около машины, не говоря ни слова.

– Прости меня, – наконец, вырвалось у меня, и тут же отвернулась, спрятав лицо.  По щеке побежала мелкая слезинка, обжигая кожу.

Неожиданно, Влад коснулся моей щеки, стирая соленную каплю, и мигом притягивая в объятья.

Прижавшись щекой к его плечу, мне стало легче. Вина потихоньку уходила, зная, что Влад не зол на меня.

– Спасибо, – прошептала я через пару минут, и отстранилась, уходя к дому.

Как только Влад уехал, мне стало стыдно за свои слезы и неловкие вопросы. Ну что я за дура? Можно было просто помериться...

Но а что если отец Антипова и правда имеет особенные отношения с моей мамой?

Недолго постояв под козырьком, я начала искать ключи в сумке, и стоило поднять глаза, как перед моим лицом оказался большой букет красных роз, а за ними курьер в красной кепке с логотипом магазина.

– Какая красота, – восхитилась я, уже радуясь за того, кому он достанется. – Кому такое счастье?

– В 76 квартиру, – так же радостно ответил мне молодой парень, но моя улыбка померкла.

Семьдесят шестая?

– Вот, только мне никто не отвечает, – скромно отозвался парень, слегка подпрыгивая. Кажется, ему было холодно. – Откроете, если не сложно?

– Конечно, я как раз из 76, – удивила я курьера, и тот сразу оценил недоверчивым взглядом.

Пришлось доказывать, что я и есть квартирантка. Курьер все же отдал букет прямо на улице, но вместе с этим какую-то коробку среднего размера. Может, это прислали маме?

Любопытство взяло вверх, и я оглядела весь букет. Заметив маленькую записку, открыла ее, и асфальт подо мной словно исчез.

«Прости. Александре.»

Оказывается, все же мне. Но кто мог мне его прислать, и что могло значить? Неужели Влад успел за такое короткое время отправить букет?

Улыбка на моем лице расцвела, до того момента, пока я не услышала позади голос Арины:

– Милый подарочек.