Пернатый враг[18+]

Утренний кофе не сумел поднять настроение. Наверное, чтобы оно всегда было, мне нужно сменить место жительства, дабы не иметь соседа по балкону как Крылова.

Выйдя на балкон перед школой, я обомлела, пролив на себя кофе.
На соседнем балконе стояла девушка, в одной рубашке, ее острое плечо было открытым, а длина едва скрывала бедра. Она затягивала сигаретный дым, и делала это так изящно, словно снималась в кино.

Моя кожа покрылась гусеницами от одного осознания, как ей холодно, но она даже не дрожала. Сама я стояла в теплых пижамных штанах и кофте с оленями. И смотря на нее, не понимала, кто из нас сумасшедший.

Но это не единственное, что смутило меня. Но и то, что мнение о Кирилле в моей голове меняется поминутно.
В глубине души стало жалко Ланскую, ведь она не только встречается с эгоистом с завышенным ЧСД, но еще и изменником!

Темные волосы девушки развевал ветер, и заметив меня, подмигнула, заставив наконец зашевелиться. Кошмар!

Я бегом ушла с балкона, снимая с себя испачканную кофту. Внезапно дверь открылась, и из нее аккуратно выглянула мама.

– Доброе утро, – мама уже куда-то собранна. Темные короткие волосы завиты в кудри, а карие глаза как всегда накрашены темными тенями, подчеркивая их красоту. – Сегодня вечером мы едем ужинать в ресторан.

– Ужинать? – удивилась я. Неужели мама в свой выходной решила провести со мной время?

Раньше, когда семья была еще счастлива, мы собирались и гуляли по набережной. Папа покупал мою любимую сладкую вату, а мама не могла удержаться и заполняла галлерею телефона фотками.
Но после развода это стало лишь воспоминаниями. Каждый засел в своем углу, а я не могла разобраться, какой угол принадлежит мне.

Вспомнив, что в прошлый выходной мама собиралась побыть со мной, удивление пропало, сменяясь на понимание.

– Да. Думаю, тебе понравится, – загадочно улыбнулась она, и почти ушла, но остановилась, спросив то, чего я не ожидала: – Как там Володя?

– Он замотан в работе. Мы редко созваниваемся, – расстроилась я, вспомнив, что давно не разговаривала с отцом. На лице матери появилось мимолетное смятение, и тут же сменилось на безразличие.
Она кивнула, и ушла.

В школу я опаздывала. Бежала быстрее, чем на стометровке. Волосы спутались, а тушь, хоть и еле заметно, потекла.
Шел урок алгебры, и к моему сожалению, контрольная.

Поспешно зайдя в класс, девочки уже сидели друг с другом, и я, извинившись, уселась за спинами подруг. Получив свой вариант, я подняла взгляд на своего соседа и окаменела.

Крылов даже не смотрел на меня, решая свой вариант, а я едва не вскочила со стула. Но, чтобы не привлекать внимания, начала решать задания.

Теперь я не могла сосредоточится, и тупо смотрела в листок, не понимая, что за цифры передо мной.

Я боялась даже вздохнуть громко или тихо. Мне попросту не хотелось, чтобы он слышал, как сильно стучит мое сердце от простой близости меньше метра. Скоро у меня появится новый страх под названием «Крылофобия».

Дверь класса распахнулась, и в класс зашла Ланская. Лицо девушки скривилось, когда заметила, что ее место заняли.
Она села около своей рыжей подружки. И, клянусь, я чувствовала, как она прожигает мою спину взглядом.

Прошло пол урока, и я почти ничего не решила. А если и решила, то сомневалась в своем ответе.
Вытащив телефон, я украдкой наблюдала за учительницей, которая хитро осматривала каждого ученика.

Закрыв лицо волосами, я, положив телефон на ногу, быстро тыкала по экрану, нажимая на цифры в калькуляторе.

Момент, и телефон шумно падает на пол, обращая на нашу парту внимание.

– Кто списывает? – грозно спросила учительница, пробуждая во мне страх. Я замерла, боясь пошевелиться.

Все молчали, а учительница встала, идя в нашу сторону.
Мое сердце замерло, а руки под партой тряслись. Паника начала душить, словно удав. Казалось, весь класс заполнило мрачностью.

– Это мой телефон, – неожиданно для всех, бесчувственно произнес Крылов, привлекая к себе внимание. Каждый ученик смотрел на него круглыми глазами, как и я сама.

Учительница оторопела, но тут же ее губы искривились в мерзкой ухмылке.

– М-да-а, Крылов, – вздохнула женщина, стуча своими каблуками по полу, идя к своему месту. – Самый лучший ученик! Победитель региональной олимпиады по математике, – начала перечислять его достоинства презрительным тоном. – оказывается списывает.

Кирилл молчал и не обращал на нее внимание, словно она разговаривает сама с собой. Да и звучали ее слова так, будто она не разочаровалась, а даже была рада его промаху.

Пока учительница стояла спиной к нам, Крылов изловчился, и спрятал под мою тетрадь свернутый листок.

Сердце замерло. Кирилл нагнулся забрать телефон под ногами, едва касаясь щекой моих коленок.

Кожа начала гореть, а он, вынув из своего рюкзака синюю тетрадь, точную, как у Антипова, кинул мне на ноги.

Мыслей, как и вопросов, в голове было не сосчитать.
Когда Крылов вышел, класс наполнился шепотом. А я долго смотрела в одну точку.

Что у него за бесконечное смена настроя? То отталкивает, игнорируя. То помогает, брав вину на себя. Может, у него раздвоение личности?

Тряхнув головой, я посмотрела на листок под тетрадью. Моя челюсть едва не отвисла, увидев на листке полностью решенный вариант, который я сверлила полчаса, думая.
С ним точно не все в порядке...

– Жесть, у твоего Пернатого биполярка? Ничего не понимаю. – Мы стояли с Леной около подоконника, листая страницы тетради, которую вручил мне Кирилл.

Это он забрал испорченную тетрадь Антипова.
Точно такая же сейчас в моей руке, только страницы здесь были сухие и не мятые, а каждая страница была исписана примерами от темы до темы...
Вот только зачем он это сделал?

– Во-первых, он не мой! – вскипела я, закрывая тетрадь. Моя голова была готова взорваться. – А, во-вторых, это простая выручка. Ну ты бы так же поступила!

– Нет, – тут же ответила Лена, и хотела сказать что-то еще, но к нам прибыла Катя, вручая мне мой телефон. 

– Он ничего тебе не сказал? – спросила я Катю, и та отрицательно покачала головой, поджимая губы.

– Нет. Просто отдал телефон и ушел.

Я выдохнула, покусывая губу.
Может, я себя накручиваю, и он просто помог по старой помощи?

– Так, выручка фигова, – обратилась ко мне Лена, тыкая пальцем в тетрадь Влада. – Вот это просто так не делается. Он Антипова терпеть не может! Скорее сжег бы её, так еще и видео записал, отправив ему лично. А не переписал с начала до конца.

– Я полностью согласна. Они же враги с первого дня знакомства, – заинтересовала меня Катя, продолжая: – Крылов как только перевелся к нам – стал самим гением математики. А через год к нам пришел Влад, не хуже Кирилла. Тот естественно разозлился, что его начали ставить на второй план. И между ними образовалась этакая «холодная война». Без драк и всего прочего, но умом они точно сражались.

– Ага. Однажды, Крылов даже девушку у Антипова увел, – мы с Катей странно покосились на Лену, и та нахмурилась. – Ну слух ходил!

– Ладно, девочки, – выдохнула я, взяв тетрадь. – Я пойду, а то у меня сейчас голова лопнет!

Попрощавшись с девочками, Лена напоследок снова посоветовала мне вернуть общение с Владом, но я только глаза закатила. Антипова, как на зло, в школе не оказалось, а написать все никак не решалась.

***

Мы с мамой прибыли к ресторану.
Я изумлено таращилась на заведение, ведь оно оказалось тем, где я работала, и где сумела впервые встретиться с Крыловым.
Почему мама выбрала именно это место?

Я поправила свое длинное, жемчужное атласное платье, и шагнула ко входу.
Персонал практически не изменился, как и интерьер.

Народу было много, всюду стоял шум, но его заглушала игра на пианино. Хостесс проводил нас до столика около окна, где сидел Дмитрий Сергеевич.

– Добрый день, дамы, – поприветствовал он, встав с места, и удивленно таращился на меня, но тут же перевел взгляд за мою спину. – О, вот и мой сын!

Мы с мамой машинально обернулись, и мое сердце, кажется, замерло, забыв как стучать.
Ладони резко запотели, и я быстро заморгала, надеясь, что мне просто кажется.

– Знакомьтесь, Наташа, это мой сын Влад.