МОЯ ЖИЗНЬ - УЖАСНАЯ СКАЗКА

Предвыборная кампания длилась уже второй день. До этого момента Юнги и Хоа жили в одном доме, но как соседи, не обмениваясь ни взглядом, ни словом. Девушка намеревалась снова переехать в другую комнату, однако парень об этом позаботился и все гостевые комнаты оказались запертыми, а работники дома невозмутимо и учтиво твердили, что у них запасных ключей не имеется. Лишь несколько часов назад игра в молчанку внезапно прервалась.

— Завтра состоится торжественное мероприятие, посвящённое годовщине моей компании, — доносился из гардеробной приглушённый голос Юнги. — Я собираюсь объявить о ребёнке.

Хоа, расстилавшая себе на диване, на мгновение замерла от услышанного. Она крепко сжала в руке тёплый плед. В груди разлилась обжигающая пустота, а в глазах застыли слёзы безысходности.

Он принял это решение сам.

Глубоко вздохнув, девушка молча поправила подушку и легла на диван, укрывшись пледом.

— Делай что хочешь, — шёпотом проговорила Хоа, прежде чем закрыла глаза.

***

Мероприятие было запланировано на шесть часов вечера. Юнги не было дома с самого утра, но к четырём он всё же приехал. Парень зашёл в спальню в тот момент, когда Хоа стояла посреди неё в одном лишь нижнем белье, примеряя со стилистом очередное платье.

— Боже, Юнги... — пальцы девушки инстинктивно метнулись к вешалке, чтобы схватить первое попавшееся платье и прикрыться им.

— Извини, — в его голосе не было искреннего раскаяния, — не думал, что ты будешь стоять полуголая среди нашей спальни и смущаться, будто я тебя такой никогда не видел.

— Это... другое, — её голос дрогнул, но, услышав сбоку сдержанный смешок стилиста, Хоа взяла себя в руки, стараясь придать своему лицу выражение безразличия, и снова встретилась взглядом с мужем. — Ты пришёл что-то сказать или так просто заглянул?

— Господин Мин, ваш образ полностью готов, — голос девушки прозвучал как бы между ними, перебивая неловкую паузу. — Я оставила в гардеробной пару украшений, чтобы вы выбрали те, которые вам понравятся. Можете примерить, и если что-то не так, то у нас ещё есть время подобрать что-то другое, — казалось, стилист отвечала вместо Юнги на вопрос Хоа о том, почему он здесь.

— Хорошо. Хоа, я поеду без тебя, чтобы подготовиться к выступлению, — он обратился к жене, не отрывая взгляда от телефона. — Гувон будет ждать тебя через час, поэтому не опаздывай, — парень на ходу начал стягивать с себя верхнюю одежду, направляясь в гардеробную под пристальным, но за последние дни уже привычным, недовольным взглядом Хоа.

— Вот это, — она выставила перед девушкой платье, которым только что неуверенно прикрывалась. — Мне абсолютно всё равно, в чём я там буду, и если бы была моя воля, то и вовсе не поехала бы, — Хоа старалась говорить громче, чтобы Юнги услышал её. — Думаю, никому нет дела, буду я там присутствовать или нет, как будто кто-то когда-то интересовался моим мнением и уважал его...

— Выйди, — неожиданно появившись из гардеробной, Юнги указал рукой на дверь. Этот приказ, однако, был отдан не Хоа, удивлённо развернувшейся к нему, а той, чьё присутствие сейчас абсолютно не к месту.

— Как скажете, — невесомо склонив голову, девушка быстро направилась к двери.

Хоа, словно потерянная, переводила взгляд с удаляющейся фигуры стилиста на своего мужа, с которым её оставили наедине. Странное чувство опасности начало подбираться. Но почему она должна его бояться? Что он мог сделать ей?

— Я разве сказала неправду? — скомканное платье, прижатое к её груди, казалось, стало единственной опорой в надвигающемся шторме. Её взгляд по-прежнему оставался растерянным.

Юнги стоял в дверном проёме, не приближаясь, но и на таком расстоянии Хоа прекрасно видела, как напряглись его лицевые мышцы, как под кожей затанцевали желваки, пытаясь сдержать раздражение.

— Хоа, прекращай. Если ты хочешь что-то высказать мне, то говори прямо сейчас. Не надо этих громких намёков и сцен на глазах у посторонних, которые пойдут и расскажут об этом кому-то ещё, а те пойдут и расскажут другим, и вот вся семья Мин окутана очередным витком неприятных слухов.

— Ну уж извини! Надо было думать на ком женишься! Я абсолютно не для твоего этого мира, который держится на обмане и ложных представлениях. Будь у нас с тобой всё хорошо, я бы ничего такого не говорила. Получается, ты хочешь, чтобы я обманывала людей и создавала вокруг нашей семьи идеальную картинку, которой по факту не существует!

— Выйди тогда сегодня на сцену и откровенно расскажи всем, по каким причинам мы поженились, как на тебя давили, а в конце опровергни мои слова о ребёнке. Так все увидят, какой я обманщик и плохой человек.

— Юнги, ты не скажешь о ребёнке... — умоляюще прошептала девушка, её голос задрожал изз-за поступающих слёз.

Молчание.

— Юнги, пожалуйста... — она сделала робкий шаг к нему, но он демонстративно отвернулся и скрылся в глубине гардеробной. — В момент, когда ты будешь всем объявлять о ребёнке, знай, что мне ты объявишь о том, что не любишь!

...

Зал был наполнен сотнями людей, круглыми столами, расставленными в хаотичном порядке, позвякиванием хрусталя и тихими голосами. Среди присутствующих мелькали разные категории людей: сотрудники компании, сдержанно обсуждающие последние новости, тщательно отобранные гости, чьё появление здесь не было случайностью, и, конечно, влиятельные персоны, чья связь с бизнесом Юнги могла быть как прямой, так и посредственной, коренящейся в давних и крепких дружеских узах. Особое место занимали репортёры, ловко лавирующие между столиками, их объективы запечатлевали каждый момент происходящего.

Хоа провели к столику, расположенному в первых рядах, прямо напротив импровизированной сцены, где совсем скоро выступит Юнги. Её взгляд, пробегающий по незнакомым лицам, с облегчением остановился на знакомых фигурах: там, среди моря чужих, сидели родители её мужа. Несмотря на давно сложившиеся сложные отношения с господином Чоком, она была рада этой встрече, потому что возможность увидеть знакомые лица в таком многолюдном собрании была для неё бесценна.

— Хоа, моя красавица, как ты? — госпожа Мин поднялась со своего места и крепко обняла невестку, словно ждала этой встречи всю жизнь.

— Всё хорошо, спасибо, — ответила Хоа, её губы растянулись в лёгкой, но искренней улыбке. — Вы как? И это платье... оно вам так к лицу! — девушка действительно восхищалась элегантностью госпожи Мин, её утончённым вкусом, который подчёркивал её статус.

Женщина с благодарностью кивнула, её глаза заблестели ещё больше. Она взяла Хоа за руку, лёгким давлением приглашая присесть.

— Садись, дорогая, я так давно с тобой не виделась.

Непринуждённая беседа продлилась несколько минут, прежде чем Хоа решила отвлечься и скользнула взглядом по просторам зала. Именно в этот момент, среди мельтешения лиц, её взгляд зацепился за то, что заставило внутренний мир сжаться. Лирим. Конечно, она ведь партнёр Юнги, и её присутствие здесь было вполне закономерным. Но не слишком ли часто она мелькает в их жизни?

Странное необъяснимое подозрение, словно та всё ещё влюблена в её мужа, не давало Хоа покоя и сейчас. Ибо почему, спрашивается, Лирим так пристально смотрит на неё? В этом взгляде не было ничего обыденного, ничего, что можно было бы списать на случайность или мимолётное любопытство. Это не просто интерес – это что-то более сложное.

Наконец губы Лирим тронула лёгкая, едва заметная улыбка, которая, однако, не достигла глаз. Лёгкий кивок головы, и Хоа, стараясь сохранить видимость полного спокойствия, ответила тем же. А затем её взгляд скользнул по остальным фигурам за столом – и там она тоже увидела знакомые лица: Минхёк и Джио, но на девушку они не смотрели.

— Добрый вечер, почётные гости, дамы и господа! — голос ведущего разнёсся по залу, заставив приковать к себе взоры присутствующих. — Мы собрались здесь, чтобы отпраздновать не просто круглый год жизни M.Y. Company, но и ту силу, которая за эти годы превратила мечты в реальность, а идеи – в вещи, которые меняют мир вокруг нас.

Мужчина сделал плавную паузу, чтобы позволить залу уловить важность его слов, и после того, как шум оваций умолк, он продолжил:

— За плечами у нас пять лет напряжённого труда, инноваций и прочного партнерства! За каждым успехом, за каждой блестящей победой стоят люди, для которых вызов был не просто задачей, а смыслом бытия, а ответственность – не тяжким грузом, но нормой жизни. Сегодня мы поделимся с вами историей развития компании, раскроем тайны наших прорывных инноваций и приоткроем завесу над планами, сулящими новые горизонты. Но главное – мы чествуем тех, кто своей самоотверженностью сделал этот блистательный успех возможным!

Его взгляд скользнул по залу, заставляя всех застыть в предвкушении.

— Я приглашаю на сцену, под ваши самые громкие аплодисменты, человека, чьё имя стало синонимом M.Y. Company, президента нашей компании – Мин Юнги!

Сцена осветилась яркими прожекторами. Под динамичную музыку оркестра на сцену вышел Юнги и тогда зал взорвался ликующими приветствиями. Ведущий, с чувством выполненного долга, уступил место президенту, предоставляя возможность продолжить эту вдохновляющую историю.

— Дорогие друзья, — начал он, и его голос, спокойный, но обладающий какой-то завораживающей силой, мгновенно завладел вниманием, — сегодня, глядя на вас, я вижу не просто гостей, а партнёров, единомышленников, членов нашей большой и дружной семьи...

Хоа заворожённо смотрела на мужа и, будто прилежная ученица, внимала каждому его слову. Она впервые видела Юнги в роли лидера – в роли того, благодаря кому выросла эта масштабная бизнес-империя. Осознание того, что почти все сидящие за столами люди – его партнёры, сотрудники, которыми он умело руководил, придавало его образу ещё больше величия и масштабности.

Он был полностью погружён в атмосферу мероприятия и сосредоточен на своей команде: лично поздравлял каждого, вручая награды за заслуженный труд, крепко пожимая руку и находя особые слова для каждого. Становилось очевидно: он действительно ценил каждого, кто работал с ним и на него. Потому Хоа начинала понимать, что в какой-то степени Юнги переживает за свою репутацию не из-за себя самого, а из-за того, что может подвести этих людей.

Иногда их взгляды встречались. Секунда, и он тут же отводил глаза, переключаясь на свои обязанности. Хоа же, в это время, пока наблюдала за ним и восхищалась его лидерскими качествами, забыла обо всём – об обидах, о тревоге, о том, что Юнги собирается объявить о грядущих переменах, которые разделят их жизнь на «до» и «после». Мир вокруг неё сузился до одной лишь фигуры – её муж. Это был тот Юнги, которого она знала лишь по рассказам, но теперь могла видеть воочию, восхищаясь его достижениями.

В этот вечер Хоа чувствовала не только гордость, но и какое-то новое, глубокое понимание. Бизнес Юнги – это не просто деньги и власть. Это его детище и ответственность, и он нёс её с достоинством, не забывая о людях, которые были рядом.

Церемония награждения медленно подходила к своему логическому завершению, оставляя в воздухе лёгкое послевкусие прощания. Юнги вновь подошёл к микрофону.

— В завершение этого прекрасного вечера, — начал он, и его голос, сейчас звучал с особой теплотой, — я хочу поделиться с вами радостной и, смею утверждать, долгожданной новостью для моей семьи.

Нет...

— Любой мужчина, посвятивший себя большому делу, желал бы, чтобы оно никогда не иссякло, чтобы его суть продлилась как можно дольше. Я не стал исключением...

Нет. Нет...

Хоа замерла на стуле, пойманная в сети невидимого напряжения. Её тело сковал страх, глаза, полные тревоги, были устремлены на мужа. В его словах она уловила нечто, что заставило сердце забиться в диком ритме, ожидая смертного приговора.

— Хоа, цветочек, что с тобой? — мягко спросила госпожа Мин. — Ты совсем побледнела. Тебе нехорошо?

— Эту новость вы услышите самыми первыми... — с горделивой улыбкой произнёс Юнги.

Он ни разу не взглянул на Хоа, которая с трепетом в сердце желала уловить его взгляд, моля, чтобы он одумался, осёкся.

— Цветочек, что же с тобой? Выпей... — женщина, чьё лицо исказилось тревогой, протянула Хоа стакан воды, но девушка осталась неподвижной.

— Наша семья, даст Бог, в этом году станет больше, — короткая пауза позволила словам повиснуть в воздухе. — Мы с моей женой, Хоа, ждём ребёнка!

Зал взорвался шквалом аплодисментов и радостных возгласов. Хоа же вскочила на ноги, намеревалась опровергнуть сказанное, однако для этого ей катастрофически не хватало воздуха, а каждое слово мужа по-прежнему отзывалось внутри раздирающей болью.

— Боже! Хоа! — госпожа Мин, радостно отставив стакан, обняла невестку. — Какая же ты умница! Как я за вас рада! — искренний поцелуй коснулся её щеки, словно она была её родной дочерью.

— Нет... — попыталась вымолвить девушка, но звук застрял в горле.

— Милая, это такая прекрасная новость!

Вдруг где-то в зале глухо брякнул и зазвенел разбившийся бокал. Взгляды присутствующих обратились к источнику звука. Лирим, стоявшая у стола, медленного подняла глаза, оказавшись в центре внимания. Их с Хоа взгляды вновь встретились в этой напряжённой тишине, и она впервые увидела в её глазах растерянность, сменившуюся нескрываемой болью.

Картинка перед глазами Хоа начала расплываться в тот момент, когда к Лирим в спешке подошёл официант. Дальше её рецепторы отключились от внешнего мира, сконцентрировавшись на всепоглощающем ощущении проваливания в чёрную бездну. Земля, казавшаяся такой твердой еще мгновение назад, почему-то уходила из-под ног, оставляя висеть в пустоте. Лишь ловкое движение мужчины с соседнего столика спасло Хоа от падения. Он мигом подхватил девушку, и они стояли так несколько мгновений, пока Юнги, наконец, не обернулся.

Его лицо казалось безразличным, когда он подал знак охране и те подбежали к Хоа.

______________

Дорогие читатели! Приглашаю вас в ТГ-канал, где будут публиковаться СПОЙЛЕРЫ и НОВОСТИ по книге «Моя жизнь - ужасная сказка», а потом и по будущим 😁

Тг: pkavtor