МОЯ ЖИЗНЬ - УЖАСНАЯ СКАЗКА

— А что Лирим? Лирим отказалась бы от карьеры в пользу семьи. Это безоговорочно.

Девушка огорчённо опустила глаза. С самого начала пути их семейной жизни она ощущала себя в невыгодном положении. Финал этой истории всегда был открытым: она родит семье Мин наследника.

Но до сих пор Хоа думала об этом, как о чём-то отделённом от себя, о холодной махинации, не имеющей к ней никакого отношения. Она до сих пор не могла представить образ, где они с Юнги – счастливые родители, воспитывающие общих детей, которых она искренне любит и которым является настоящей, любящей матерью, дарящей ласку и нежность. Воображение рисовало лишь мрачные картины, где за каждым шагом следовали тяжёлые слова «долг», «обязанность», «наследство».

Заметив, как сильно поникло лицо жены, Юнги обнял её одной рукой и притянул к себе. Теперь её голова покоилась у него на груди.

— Юнги, пожалуйста, дай мне возможность хотя бы попробовать пожить жизнью, где я чего-то достигла, — прошептала она, и в её глазах застыли слёзы безысходности, — чтобы я имела какое-то представление об этом... Меня и так в своё время лишили права выбора. Не закрывай передо мной и эту дверь, пожалуйста.

— Попробуй, — тихо ответил он, гладя Хоа по волосам. — Время ещё есть. Я не стану тебе мешать и давить, но, когда обстоятельства потребуют неотложного решения, мы вернёмся к этому разговору, и я надеюсь, он завершится без слёз и криков.

Юнги почувствовал, как тело жены расслабилось в его объятиях и напряжение медленно отступило. Он понимал, что будущее не будет простым, нелёгкими будут и последствия после ложной новости о ребёнке. Тем не менее, держа её в своих объятиях, даря чувство безопасности и, понимая, что он – её единственная опора, ловил себя на мысли, что не может пойти против её желаний.

— Я тебя очень люблю, — горько усмехнулась Хоа, подняв голову, и заглянула мужу в глаза. — И я очень соскучилась по тебе за последние дни, — она утроилась поудобнее, выпрямив спину, чтобы дотянуться до Юнги. Лёгкий, мимолётный поцелуй коснулся его губ. — Спасибо, что выбираешь меня... для меня это очень важно, — в её глазах заблестели слёзы.

Хоа знала, что ему тоже непросто. Понимала, что он несёт на своих плечах невидимый груз, тяжесть которого ей, с её женской хрупкостью, никогда не понять. И хоть иногда вспышки гнева и недопонимания заставляли их отдаляться, возводя между ними стены из обид и разочарований, каждый раз, когда его глаза вновь находили её в этой суете, и в их глубине загоралась та прежняя, искренняя теплота, она чувствовала, что они не потеряны.

Он нежно коснулся рукой щеки Хоа, стирая непрошеную влагу. В её глазах он видел ту глубину чувств и ту искренность, что были редкостью в его мире. Слова, произнесённые ею, легли на душу, словно бальзам, и заставили сердце сжаться, но сжаться от понимания, что в его власти лежит тень, которая однажды способна погасить этот яркий, трепетный огонёк, горевший в её душе. Он тоже мечтал о другом исходе, но его долг был неумолим.

— И я люблю тебя.

Юнги нежно поцеловал Хоа. Однако девушка углубила поцелуй, дав понять, что хочет большего и не собирается останавливаться. Её пальцы скользнули вниз по его груди, очерчивая каждую напряжённую мышцу под тонкой тканью рубашки. Пуговица за пуговицей – одна, вторая – расстегивались под напором её желаний, пока Юнги не напрягся и аккуратно перехватил её запястье.

— Мне нужно идти, — уклонившись от губ жены, он тяжело вдохнул, пытаясь унять бушующее внутри пламя.

— Идти? Куда? — она тоже тяжело дышала и в её глазах, широко распахнутых, плескалось невысказанное желание, отражающееся и в его собственных.

— Хоа, меня ждут внизу гости, и тебя, кстати, тоже, — поддразнил он, усмехнувшись, и бережно убрал непослушную прядь волос, выбившуюся из её причёски.

— Нет, Юнги, я не пойду туда... — она отстранилась от мужа, и теперь уже сама, с некоторой нервозностью, стала поправлять свои волосы.

— Хоа, это не обсуждается. Если ты весь вечер просидишь в номере, это вызовет массу вопросов и ненужных сплетен, — его голос стал твёрже.

— Юнги, я правда не могу. Я не выдержу этого напора... Стоит мне только переступить сейчас порог зала, как меня начнут все поздравлять... Я не смогу вести себя естественно, не смогу подыгрывать... — она встала с дивана, желая инстинктивно отстраниться от мужа, будто он мог силой затащить её к шумной толпе. — Мне просто стало плохо! Я же беременная, поэтому мне нужно отдыхать. Да. Вот так пусть все и думают.

— Нет, дорогая, ты пойдёшь со мной, — строго проговорил он, поднявшись, и начал неторопливо застёгивать пуговицы своей рубашки.

— Я не пойду. К этому давлению я морально не готова. Меня сразу же раскусят...

— Хоа...

— Юнги, не заставляй меня! — повысила голос девушка.

— Успокойся, — спокойно проговорил парень. — Я буду с тобой весь вечер.

***

Светлая гостиная была наполнена мраком. Горел только торшер в углу комнаты, очерчивая силуэт девушки, сидевшей на полу у дивана. Лирим без умолку рыдала третий час, отчего её лицо опухло, а размазанная тушь добавляла её виду ещё большей трагичности.

Она подползла к телефону, лежавшему на другом конце ковра и повернула экраном к себе. Он, к счастью, оказался цел – напоминание о недавней истерике, когда в порыве бессилия она швырнула его со всей силы на пол. Десятки попыток дозвониться к Юнги оказались тщетными. Он не брал трубку. И в этом молчании рождались самые горькие мысли.

Он, наверняка, сейчас с ней – с той никчёмной простушкой, которая перевернула её мир с ног на голову. Той, что теперь носит под сердцем его ребёнка, той, которая станет госпожой Мин, единственной, кого будут уважать за право воспитывать наследника. Но это место, эти привилегии – всё должно было принадлежать ей! Её жизнь, её планы – всё было просчитано, взвешено. Ничем не примечательная девчонка, как наваждение разрушившая её тщательно выстроенный мир.

От этих осознаний в голове рождались самые страшные мысли. Чувство абсолютного бессилия сковало её, превращая в пленницу обстоятельств. Их с Юнги история действительно завершена...

Это безжалостный финал.

И в этой бездне отчаянии, в этом водовороте боли, единственным спасительным кругом стало желание манипулировать, давить, шантажировать. Это был последний и единственный шанс вернуть Юнги хотя бы на мгновение, чтобы вновь встретиться один на один, излить душу, обвинить, напомнить о былом.

Дрожащими пальцами Лирим снова набрала его номер.

Раздались гудки.

Долгие и настойчивые.

Она знала, они будут тянуться бесконечно, пока не умолкнут сами, не встретив ответа. Но все равно продолжала сидеть на полу, прислушиваясь к каждому звуку, считая их, словно минуты до расстрела.

Внезапно, среди этой какофонии отчаяния, раздался щелчок. Звук, столь простой и обыденный, показался Лирим инородным.

— Алё, — сонно прозвучал с той стороны низкий, слегка хриплый голос.

Девушка всхлипнула, пытаясь унять дрожь в голосе, и начала рукой вытирать слёзы, оставляя на щеках влажные дорожки.

***

Телефон, покоившийся на прикроватной тумбочке, вновь ожил, наполнив тишину спальни настойчивой вибрацией. Пробудившись ото сна, Юнги осторожно высвободил свою руку из объятий жены, стараясь её не разбудить, и потянулся к телефону.

Лирим.

Парень откинулся на подушку, обречённо вздыхая. Время было три ночи. Единственное, что заставило его в этот раз всё же поднять трубку: мысль, что с ней могло что-то случиться и именно поэтому она так отчаянно названивала.

— Алё, — он прикрыл веки, ожидая услышать голос Лирим на другом конце провода, однако молчание тянулось несколько секунд, прежде чем он снова прервал его. — У тебя что-то случилось?

Тишина на другом конце продолжалась, но теперь она была наполнена невысказанными эмоциями, которые, дай им волю, безжалостно обрушились бы на него.

— Юнги... — наконец раздался голос Лирим. — Пожалуйста, приезжай.

— Что-то случилось? — его веки оставались закрытыми, а голос казался безразличным, почти равнодушным. — Ты плачешь?

— Пожалуйста, Юнги... — девушка не сдержалась и всё же разрыдалась, начав его умолять, её голос срывался на всхлипы. — Мне так плохо... Так больно... У тебя... У тебя правда будет ребёнок?

Из груди парня вырвался глубокий вдох, когда он бросил взгляд на Хоа. Она в этот момент что-то невнятно пробормотала, переворачиваясь на другой бок.

— Где ты?

— Я... я дома... Ты приедешь?

— Ты пьяна?

— Не... нет... Я только... совсем немного. Так ты... ты приедешь? — её слова были пропитаны тончайшей нитью надежды.

— У тебя ничего не случилось? Всё хорошо?

— Случилось! Юнги, мне плохо! Очень! И мне... мне так больно! — в пьяном бреду повторяла одно и то же Лирим.

Он всё понял.

— Давай, будь умницей и ложись спать, — произнёс парень, стараясь, чтобы его голос звучал как можно мягче, но в нём слышалась непреклонность.

— Ты... ты не приедешь?

— Нет.

— Юнги, прошу тебя!! — возопила девушка, начав плакать сильнее. — Если... если ты не приедешь! Я... Я с собой что-то сделаю! Я наглотаюсь таблеток! — в истерике кричала Лирим, понимая, что он действительно не собирается приезжать.

— Не говори глупостей, — резко оборвал её Юнги, снова бросив взгляд на спящую жену, боясь, что она может проснуться.

— Если ты не приедешь, я сделаю это! Я сделаю, Юнги! Ты не должен был так поступать со мной! Не должен!

— Лирим, эта тема закрыта. Ты звонишь мне. Время три часа ночи. Я в постели со своей женой. Ты осознаешь ситуацию? — он начал раздражаться, потому что совершенно не понимал, как достучаться до бывшей возлюбленной. — Ты умная девушка, и я уверен, что ты не станешь делать никаких глупостей. Я сейчас же отправлю к тебе своего человека, чтобы он помог тебе успокоиться. Жди.

Юнги закончил разговор и тут же набрал другой номер. Раздалось два гудка, и после этого с той стороны послышался мужской голос:

— Слушаю, господин Мин.

Парень уже собирался отдать распоряжение, но внезапно замер. А что, если она действительно собирается с собой что-то сделать? Ему не до конца была понятна её боль, но он видел, как тяжело ей приходилось всё это время. Что, если новость о ребёнке стала для неё последним ударом?

— Подготовьте мою машину, — произнёс он, прежде чем сорваться с места и быстрым шагом направиться в гардеробную.

Хоа не спала. Она проснулась одновременно с Юнги и слышала не только его, но и громкие всхлипывания Лирим, доносившиеся из динамика телефона. Теперь же девушка, едва приподняв веки, наблюдала, как её муж направляется к двери, на ходу натягивая на себя свитер.

_________________________

Дорогие читатели! Приглашаю вас в ТГ-канал, где будут публиковаться СПОЙЛЕРЫ и НОВОСТИ по книге «Моя жизнь - ужасная сказка», а потом и по будущим 😁

ТГ: pkavtor