Яды и противоядия
Гермиона заснула в гостиной. Когда в доме послышалось движение, девушка резко подняла голову, наставляя палочку на дверной проход. Через мгновение там показались Малфой и Забини. Второй, едва передвигал ногами.
— Скорее, Грейнджер! – быстро выкрикнул Драко, укладывая друга на диван.
— Что с ним? – темнокожий слизеринец стремительно серел.
— Мы попали в заварушку. – пояснил Малфой, разрывая рубашку друга.
На его теле виднелись несколько глубоких ран от укусов. Гермиона ахнула, понимая, кому могли принадлежать эти укусы, а Драко, буквально прочитав её мысли, подтвердил:
— Лорд оставил в Годриковой впадине Нагайну.
— Мерлин всемогущий... - Гермиона ринулась в кабинет, чтобы принести всё необходимое для оказания первой помощи.
— Грейнджер, что..? – Пэнси вышла из своей комнаты.
Гермиона мысленно возликовала, увидев подругу. Она боялась, что та уйдёт, покинув их тоже, но Паркинсон, в той же одежде, сильно бледная и осунувшаяся, требовательно смотрела на гриффиндорку.
— Блейз ранен. Его укусила Нагайна.
— Чёрт. – выругалась девушка и тут же ринулась вниз.
Когда Гермиона спустилась, принося все известные ей снадобья, Паркинсон уже осматривала друга. Его лихорадило. Яд змеи был очень силён, а если теория о том, что та была ещё одним крестражем Волан-де-Морта была верной, то это делало её яд ещё более сокрушительным. Руки Пэнси были в крови, она шептала какие-то заклинания, параллельно упрашивала Блейза не терять сознание. Малфой стоял над диваном, наблюдая за её действиями.
— Грейнджер! Мне нужно Крововосполняющее зелье! – скомандовала Пэнси.
Гермиона тут же вложила а её ладонь склянку. Яд Нагайны был одним из самых смертоносных в мире, что делало исцеление большой проблемой. Пэнси влила в глотку Забини зелье и снова зашептала какое-то заклинание. Затем, девушка быстро осмотрела противоядия и зелья, которые принесла Гермиона.
— Я не могу остановить яд. Нужно специальное противоядие. – Паркинсон дала Блейзу несколько капель другого зелья. – Но я могу немного замедлить процесс, чтобы выиграть время. Грейнджер, записи твоего деда? Они здесь? Или в Особняке?
— Я...я прихватила некоторые его наработки, но не уверена, что...
— Я должна их увидеть! – перебила её Паркинсон.
Пока Гермиона призывала записи, Пэнси дала Блейзу зелье Сна без снов и наложила ещё какие-то чары. Вскоре Забини затих. Заклинания сдерживали действие яда, хотя и Драко приходилось обновлять их каждые пять-семь минут. Руки слизеринки были в крови, а она быстро просматривала записи, не обращая внимания на этот факт.
— Титу! – позвала она домовика, который тут же появился, кланяясь присутствующим. – Мне нужны записи из флигеля, о противоядиях ко всем известным ядам, которые оставил Бернард Гонтье.
— Титу, это срочно! – добавила Гермиона, давая понять домовику, что приказ нужно выполнить незамедлительно.
Эльф молча кивнул и тут же исчез. Пэнси отложила записи и прикрыла глаза.
— Нам нужно сварить ещё Крововосполняющее зелье. Ещё нужен Бадьян и... - она не успела договорить.
— Что здесь происходит? – голос Нарциссы Малфой заставил всех обернуться в проход, где она стояла.
— Мама? – Драко, поддерживающий заклятия над другом, резко обернулся к ней. – Что ты тут делаешь?!
— Что случилось с Блейзом? – спросила женщина, подходя ближе.
— Мы попали в ловушку, оставленную Волан-де-Мортом для Поттера. – пояснил он, переводя вопросительный взгляд на Гермиону.
— Мисси Малфой прибыла вчера вечером. – быстро ответила она.
— Мам? – теперь он снова смотрела на Нарциссу.
— Думаю, сначала нам нужно помочь Блейзу. – справедливо заметила женщина, видя, как сын уже набирает воздуха в лёгкие, чтобы разразиться очередной гневной тирадой.
В гостиной снова появился Титу. Пэнси тут же кинулась к нему, забирая записи. Она стала бегло их просматривать, хмурясь и кивая своим собственным мыслям.
— Грейнджер, нам нужен порошок безоарового камня, листья омелы и яд. – Паркинсон снова подошла к Блейзу, снимая заклятие и вытягивая палочкой нить яда змеи.
— Сколько у нас есть времени?
— Не больше часа. Раны достаточно глубокие, яд распространятся быстро.
— Возможно, это сможет помочь? – Гермиона применила манящие чары, и в комнате появилось нечто золотое.
— Руно? – уточнил Драко.
— Да. Возможно, оно поможет защитить Блейза, пока мы будем делать противоядие. – она взмахнула палочкой, расширяя кусок, что бы им можно было укрыть грудь и руки Блейза.
Когда оно опустилось на израненное тело слизеринца, тот захрипел, но Руно засветилось, окутывая его своей магией, и Забини задышал ровнее.
— Всё равно, за его состоянием нужно следить. – откликнулась Пэнси.
— Хорошо. Я займусь этим. – откликнулся Драко.
— А мы пойдем варить противоядие. – кивнула Гермиона, удаляясь за Пэнси.
Место для варки зелий было расположено на чердаке. Пэнси молчала, пока раскладывала нужные ингредиенты и зажигала огонь под котлами. Гермиона не стала заводить разговор, на него просто не было времени. Пока Паркинсон занималась изготовлением противоядия, Грейнджер варила Крововосполняющее зелье. В целительстве гриффиндорка была не так сильна, но в обычных зельях разбиралась. Нужно было действовать быстро, заклятия Пэнси и магия Руно могла сдержать действие яда, или поддерживать какое-то время Забини на краю жизни, но магия была не бесконечной и обе девушки это понимали. Гермиона украдкой наблюдала за сосредоточенной слизеринкой. Кто бы мог подумать, что девушка окажется так хороша в целительстве, но она была. И это снова поражало Гермиону.
Та репутация, которая ходила за ней в школе, к созданию которой она сама приложила руку, рушилась, как карточный домик. Её рушила война и новые обстоятельства, в которых им всем пришлось выбирать. И хотя Гермиона не всегда ясно понимала мотивов Пэнси, она видела, что девушка совершенно точно не могла больше оставаться той, кем являлась все эти годы. Та Пэнси осталась в хогвартсовском кабинете истории магии, сидящая закинув ногу на ногу, сыпя колкостями и остротами и считающая ниже своего достоинства находиться в обществе гриффиндорцев.
— Я солгала. – неожиданно проговорила Пэнси, заставляя Гермиону отвлечься от размышлений. – Я виделась с Роном.
— Давно? – Пэнси кивнула после паузы.
— Почти сразу, как он покинул их, он пришёл сюда. И я... - Пэнси усмехнулась. – знаешь, это странно. Он предлагал мне сбежать с ним, но я отказалась. Назвала его трусом, сказала, что не могу любить такого человека, как он и выставила вон.
— Ты думаешь, он не вернётся? – она пожала плечами.
— Мерлин знает. Но я хочу надеяться, что он понял, что оказался не прав.
— Ты считаешь, что он не прав?
— Знаешь, я ещё год назад была уверена, что моя жизнь ясна и понятна. Отец подобрал мне достойную, по его мнению, партию, я должна была закончить школу, выйти замуж и родить наследника своему мужу. – она усмехнулась. – А потом в нашу жизнь ворвалась ты со своими дружками. Я не просто так оставила родителей. Я рассказала им о Роне, и отец...он выставил меня вон, сказал, что у него больше нет дочери.
— Мне жаль, Пэнси. – тихо проговорила Гермиона.
— Знаешь, все думали, что я была влюблена в Драко. Ведь мы даже пошли вместе на Святочный бал. Но это никогда не было правдой. Малой был для меня, как для тебя Поттер. А вот Блейз... - она снова усмехнулась. – Забини никогда не нужна была блестящая партия. Репутация его матери шла впереди него, а он, тоже не спешил обременять себя отношениями. В какой-то момент я смирилась, к тому же, я сама не знала нужды в поклонниках. А сейчас... я не могу позволить ему погибнуть, Гермиона! – в её голосе снова звенели слёзы.
— А как же Рон?
— Рон? Ну если он вернётся, вероятно, у меня будет шанс что-то исправить. Блейз для меня, это что-то вроде приятной ностальгии по детской влюблённости.
— Пэнси, ты поразительная девушка. – честно призналась Гермиона. – И я уверена, что Блейз был идиотом, раз потерял тебя.
— Ну, теперь я с Роном. – слизеринка смахнула слёзы и улыбнулась. – Если, конечно, он всё ещё захочет быть со мной. – Гермиона не успела ответить, на чердак поднялась Нарцисса.
— Заклятия спадают, леди. – сообщила она. – Драко становится тяжелее их поддерживать.
— Я почти закончила. – быстро ответила Пэнси, отверчиваясь к котлу.
Бернард Гонтье изобрел заклятие, которое ускоряло варку зелий. Оно позволяло не выжидать иногда долгого времени, для того, что бы снадобье настаивалось, до нужно температуры или консистенции, ведь иногда на то требовались недели или месяцы. И пусть оно было экспериментальным и не было никаких точных подтверждений, сработает ли это на противоядии, они должны были рискнуть.
Блейз был без сознания уже сутки, но противоядие, которое приготовила Пэнси, вывело яд Нагайны из его организма. После чего девушка ещё несколько часов провела за тем, чтобы залечить его раны и привести состояние в норму. От укусов, оставленных змеей Волан-де-Морта, на его теле появились шрамы, которые магия не в силах была убрать. Но Забини был жив, а это было уже успехом.
Пока Пэнси занималась лечением Блейза, в кабинете Драко, Нарцисса и Гермиона обсуждали прибытие женщины в Гармонию. Драко был в бешенстве, узнав, что мать, рискуя жизнью, оставила Малфой-Мэнор и прибыла в дом Гермионы, подвергая опасности всех, включая её саму. Нарцисса стойко вынесла все нападки единственного сына, поражая Гермиону своей выдержкой. Даже мускул не дрогнул на её бледном лице, пока он сотрясал стены и потолок, высказывая недовольство её решением.
— Вы обе! Вы сумасшедшие! – ткнул он пальцев в мать и Гермиону по очереди. – И сведёте с ума меня! Одна постоянно лезет в самое пекло, навлекая на нас всех смертельную опасность и никто ей нипочём. Но ты, мама! Ты вроде бы училась на Слизерине, а безрассудство не является нашей отличительной чертой!
— Ну, тогда шляпа ошиблась, отправив тебя на этот факультет. – спокойно заметила миссис Малфой, заставляя Гермиону улыбнуться.
— Мама! Не выводи меня из себя, ради Мерлина! – он беспомощно опустился в кресло, прикрывая глаза. – Если кто-то узнает, что ты здесь, а не во Франции...
— Никто не узнает. Во Францию отправилось доверенное лицо, под оборотным зельем. Моих волос хватит на пару месяцев, чтобы я могла спокойно перемещаться. Или ты думаешь, что я настолько глупа, чтобы не перестраховаться, отправляясь сюда?
— Мама, ради всего Святого! Ты глупа, даже потому что ты подумала об этом. – Гермиона фыркнула.
— То есть, когда ты собирался отправиться в Малфой-Мэнор, это было разумно? – Нарцисса вопросительно взглянула на хозяйку дома.
— Это совсем другое. – тут же отмахнулся парень.
— О да, разумеется! – вспыхнула девушка. – Если ты хочешь рискнуть жизнью, это нормально! А если это делает кто-то другой, это сумасшествие в чистом виде!
— Гермиона, умоляю тебя. – Малфой прикрыл глаза рукой, понимая, что он заведомо проиграл эту битву.
— Не хотелось бы прерывать вашу милую беседу. – привычно хлёстка реплика раздалась от двери. – Грейнджер, мне нужен Рябиновый отвар.
— Блейз очнулся? – спросил Драко, радуясь возможности сменить тему, но Пэнси лишь покачала головой.
— Думаю, он очнётся к вечеру. Если нет, то нам нужно будет звать сюда целителя. – забрав нужный ей отвар, девушка снова покинула кабинет.
— Мама, ты не могла бы почти, помочь Пэнс? – обратился к Нарциссе Драко.
Женщина несколько мгновений смотрела на сына, но затем кивнула и вышла, закрыв за собой дверь. Когда шаги Нарциссы стихли, он подошёл к столу, за которым сидела Гермиона, и опустил руки на её плечи. Он глубоко вздохнул и мягко поцеловал девушку в макушку.
— Я конечно рад, что ты нашла общий язык с моей матерью, но я был бы не против, если бы ты хоть иногда поддерживала меня. – мягко проговорил он.
— Я всего лишь говорю то, что является правдой. Мы освободили тебя от проклятия, теперь пытаемся достать Блейза с того света. Но ты продолжаешь упрекать всех в безрассудстве, сам то и дело бросаясь на амбразуру.
— Куда? – Гермиона покачала головой.
— Лезешь в самую гущу, не заботясь о своей жизни. – Драко кивнул, опускаясь на подлокотник её кресла.
— Пожалуй, ты права. – он повёл скулами. – Блейз спасал меня, бросаясь под клыки змеи.
— Драко, что там произошло? – парень снова покачала головой, прикрывая глаза.