2 Том. 26 глава
Я уже немного успокоилась в окружении подруг и сестры, когда в коридоре раздался глухой звук закрывающейся двери. София удивлённо поднялась:
— Я же никого больше не ждала…
Но прежде чем она успела выйти в прихожую, в комнату вошёл Харланд. Его высокий силуэт сразу выделялся, а за ним в дверях показались Шион и Асаги.
Элла ахнула и тут же вскочила.
— Шион!
Она улыбнулась, бросившись к нему, и он смущённо почесал затылок, явно не зная, как реагировать на её радость.
Ева, увидев Асаги, улыбнулась шире обычного.
— Ты тоже здесь… значит, теперь всё серьёзно?
Асаги чуть наклонил голову, его спокойные глаза задержались на мне.
— Я почувствовал, что она нуждается в защите.
Харланд обвёл взглядом всех присутствующих и, заметив моё заплаканное лицо, тяжело вздохнул.
— Я слышал достаточно.
Голос его был твёрдым, но не грубым.
— Картер перешёл грань. Угрожать девочке и её сестре… недопустимо.
Я удивлённо распахнула глаза.
— Вы… вы всё слышали?
Харланд кивнул.
— Да. И я пришёл не для того, чтобы осуждать. Я пришёл поддержать тебя.
Он положил руку мне на плечо.
— Не бойся. Теперь ты не одна.
Элла и Ева обменялись радостными взглядами. Они, похоже, чувствовали себя увереннее, когда рядом были Шион и Асаги.
София выдохнула с облегчением:
— Спасибо, что вы пришли…
Шион шагнул ближе, посмотрел на меня с серьёзным, но мягким выражением.
— Я знаю, как тяжело тебе. Но ты должна помнить — у тебя есть мы.
Асаги тихо добавил:
— И даже сны нельзя позволить превратить тебя в жертву.
Я посмотрела на всех вокруг себя: на Эллу и Еву, которые держали меня за руки; на Шиона и Асаги, которые стояли уверенно и спокойно; и на Харланда, чьи слова прозвучали так, словно у неё появился настоящий союзник.
Впервые за всё время я почувствовала, что мой мир не рушится — у меня есть сила бороться.
В комнате стало неожиданно тихо. Атмосфера поддержки и тепла окутывала меня, когда вдруг за дверью послышался знакомый голос:
— Я могу войти?..
Все обернулись. На пороге стоял Франклин. Его обычно уверенный взгляд казался немного растерянным, но на лице всё равно играла лёгкая ухмылка, будто он пытался спрятать смущение за привычной маской.
Шион нахмурился и шагнул вперёд:
— Тебя сюда никто не звал.
— Я знаю.
Спокойно ответил Франклин.
— Но я всё же пришёл.
Он перевёл взгляд на меня, задержавшись на мне красных от слёз глазах.
— Я слышал… и понимаю, что часть этого — моя вина.
Шион недовольно скрестил руки.
— И что? Решил снова вмешаться?
Франклин глубоко вдохнул.
— Нет. На этот раз я хочу помочь.
Его голос звучал искренне, без привычной насмешки.
— Я знаю отца лучше вас. Знаю, как он думает, и чего боится. Если он решил довести это до конца, вам понадобится кто-то… кто может предугадать его шаги.
Асаги прищурился, будто изучал каждое слово, но ничего не сказал.
Элла и Ева переглянулись — было видно, что они не доверяют Франклину. София лишь крепче обняла меня. Я дрожащим голосом спросила:
— И почему… я должна тебе верить? После всего, что ты сделал?
Франклин посмотрел на меня серьёзно, без ухмылки:
— Потому что я устал быть против тебя. Потому что если с тобой или с Шином что-то случится… я этого не переживу.
В комнате повисла тяжёлая тишина. Даже Харланд, хоть и скептически, но всё же задумался над его словами.
Харланд медленно подошёл к Франклину. Его массивная фигура и тяжёлый взгляд давили так, что даже Франклин невольно напрягся.
— Ты хорошо говоришь, мальчишка?
Произнёс Харланд, склонившись ближе.
— Но я знаю твою натуру. Сегодня ты союзник, завтра — предатель.
Франклин стиснул зубы, но не отводил взгляда.
— Я не откажусь от своих слов.
Харланд усмехнулся холодно и коротко.
— Тогда так: я дам тебе шанс. Но учти…
Он резко схватил Франклина за ворот рубашки и потянул к себе, заглянув прямо в глаза.
— Одно неверное движение, одна ложь, одно предательство — и я сам позабочусь, чтобы ты исчез навсегда. Пусть и дал тебе выбор вчера, но всё равно верится с трудом тебе. Я ясно выразился?
Франклин не отвёл взгляда, лишь хрипло ответил:
— Ясно.
Харланд отпустил его, и тот выпрямился, поправляя одежду.
— Докажи, что на этот раз ты действительно с нами?
Добавил Харланд.
Асаги наблюдал молча, но уголок его губ чуть заметно дёрнулся — он словно ждал, что Франклин сорвётся.
Шион лишь буркнул:
— Посмотрим, сколько продержишься.
Элла и Ева тихо переглянулись, а София крепче обняла меня, будто защищая меня от всех мужчин в комнате.
Я же смотрела на Франклина с болью и сомнением: моё сердце всё ещё рвалось к Шину, но слова Франклина прозвучали так серьёзно, что в душе поселилась странная тревога.
Франклин слегка улыбнулся, но уже без насмешки:
— Я докажу. Хотите вы этого или нет.
Харланд выпрямился, прошёлся по комнате и остановился у окна. Его голос прозвучал тяжёлым и уверенным:
— Слова — это пустота. Проверим тебя делом, Франклин.
Франклин вскинул брови.
— Что вы имеете в виду?
Харланд повернулся к нему, глаза сверкнули жёстким светом:
— Завтра состоится официальная помолвка Шина и Памелы. Но такие вещи не делаются за один вечер. Семья Сумер что-то готовит… и явно не просто свадьбу. Узнай, что именно.
Он шагнул ближе и ткнул пальцем Франклину в грудь.
— Хочешь доказать, что не враг? Принеси нам эту информацию.
Асаги, опершись на стену, усмехнулся:
— Вот и проверим, трус ли ты или всё-таки решишь сыграть в опасную игру.
Шион недовольно пробурчал:
— Лучше бы его сразу убрать. Слишком скользкий.
Элла и Ева переглянулись — девочки явно нервничали от такого серьёзного разговора.
София лишь сжала моё плечо, успокаивая.
Я же дрожащим голосом вмешалась:
— Но… это же опасно. Семья Сумер не доверяет никому. Если они заметят Франклина — ему не поздоровится.
Франклин поднял взгляд и на мгновение задержал его на мне, в глазах мелькнуло что-то странное — смесь упрямства и мягкости.
— Я справлюсь.
Харланд хмуро кивнул:
— Хорошо. Тогда докажи нам, что твои слова чего-то стоят. У тебя есть ночь и завтрашний день. Если вернёшься с пустыми руками — значит, всё, что ты говорил, было ложью.
Франклин чуть усмехнулся и бросил вызов в голосе:
— Я вернусь.
Он развернулся и ушёл, оставив за собой ощущение напряжения и какой-то странной надежды, смешанной с тревогой.
Pov: Франклин.
Ночь опустилась на город, и дом семьи Сумер был погружён в полумрак. Я осторожно скользил между тенями, наблюдая за подготовкой к свадьбе. Я прятался, прислушивался к разговорам и пытался выяснить, что именно планируют эти люди.
В одной из комнат собралась семья Сумер, и в центре внимания была Памела. Голоса шептались, но суть разговора была ясна: они знали о чувствах Шина к Анжеле и её нежелании быть частью помолвки.
— Мы должны действовать хитро.
Тихо произнес Отец Памелы.
— Девочка слишком упряма.
— Так и есть.
Холодно ответила Памела.
— Если она останется с Шином, наша помолвка сорвётся. Надо, чтобы она испытала страх, чтобы сердце её обратилось к разлуке.
Шпион вынул небольшой мешочек с порошком.
— Непережевайте, у них больше нет те отношения которые были. Вот этот порошок помог мне, Анжела его съела и выпила, я потихоньку её травил и она даже не замечала. Он вызывал кошмарные сны. Она видела аохоже Шина… как волка, который пытается её разорвать на части. Страх, боль и чувство беспомощности… мы заставили её подчиниться.
Памела кивнула, улыбаясь.
— Молодец. Никаких смертельных последствий только. Просто пугающий сон, чтобы запугать её и разлучить с Шином. Продолжай в том же духе.
— Итак, порошок был тайно добавлен в напиток, который Анжела, не подозревая, выпивала каждый день.
Я продолжал на крыше дома, в тени, наблюдая за окном семьи Сумер. Лёгкий ветер развевал мои волосы.
Я услышал шёпот изнутри дома:
— Помолвка Шина с Памелой будет завтра. Всё уже подготовлено…
— Да, и нужно убедиться, что отец Шина выполнит условия договора.
Голос другого члена семьи Сумер был зловещим.
— Его легко подкупить.
— А насчёт его жены…
Раздался холодный женский голос.
— Именно благодаря нам она стала такой, жаждущей крови и своей похоти. И теперь она хотела соблазнить собственного сына, чтобы муж убил её. И теперь Картер Карл больше не верит в любовь.
Сердце моё застыло. Я сжал кулаки, и мои глаза вспыхнули красным светом от злости. Моё дыхание стало тяжёлым, а мысли метались, словно огонь.
Я видел, как все члены семьи Сумер постепенно уходят, оставляя за собой лишь пустую комнату. На столе оставался маленький пузырёк с порошком — явно какой-то шпионский приём, чтобы кто-то мог забрать его.
Я аккуратно спустился с крыши, вошёл в дом и забрал порошок. Мои пальцы дрожали, но взгляд был твёрдым. Я спрятал пузырёк под одежду и незаметно выбрался на улицу, возвращаясь к дяде Харланду, к Анжеле и к остальным.
............
— Я вернулся.
Тихо сказал я, появившись в дверях. Мой голос был напряжённым, но сдержанным.
— И у меня есть информация.
Все обернулись, и даже Харланд хмуро посмотрел на него:
— Давай, выкладывай. Каждое слово важно.
Я показал порошок и начал рассказывать всё, что услышал. Мой взгляд иногда задерживался на Анжеле, как будто говоря: Я сделаю всё, чтобы тебя защитить.
Асаги и Шион молча слушали, а Элла и Ева смотрели на меня с восхищением — я рисковал ради Анжелы.
Дядя Харланд кивнул, почти одобряя:
— Отлично. Теперь мы знаем всё, что нужно. Этот порошок может пригодиться… и ещё одна деталь: Франклин, ты сделал правильный шаг, проявив смелость.
Я едва заметно кивнул, внутренняя ярость ещё не ушла, но теперь она сочеталась с решимостью: я собирался использовать полученную информацию, чтобы защитить Анжелу и, если потребуется, бросить вызов самой семье Сумер.