Глава 80. Расследование
* * *
— Это... это не я!
Не понять, куда клонила профессура и почему в первую очередь вызвали именно меня, было невозможно, и мне вмиг стало плохо. А ещё крайне обидно, ведь я на самом деле была здесь ни при чём и только что узнала о случившемся. И моё чистосердечное признание с картами только лишний раз подтверждало мою невиновность.
— Я действительно забрал Валери из гостиной, и они играли с мальчиками, там стоял такой шум... это явно продолжалось долго, — заступился за меня Слизнорт, а Спраут вздохнула.
— Прости нас, дорогая... просто вы c Ирмой накануне сильно поругались на глазах у всех, и мы... мы хотели лишь...
М-да, если посмотреть с их точки зрения, то мотивы у меня действительно могли быть: отрицать, что я и Ирма Уизли открыто ненавидели друг друга, было глупо. Но неужели они ещё не поняли за этот год, что когда я пакостила, то открыто признавала свою работу?!
— Я прекрасно понимаю, что эта дурочка просто завидует, — хмыкнула я, посмотрев на Ирму, у которой на лице было написано лёгкое замешательство, и только. И судя по взгляду, смотрела она куда-то под ноги, а её волосы, обычно развивавшиеся во все стороны, были собраны и убраны под капюшон мантии, и торчало лишь несколько коротких огненных локонов. — И мне нет смысла превращать её в камень, лучше бы она завидовала дальше... мне это нравится куда больше.
— Мы поняли твою позицию, Валери, — поджав губы, кивнул Дамблдор, ведь моя честность снова была моим главным козырем. — Ты можешь идти...
Дважды просить было не нужно, так как я только недавно покинула это место и снова возвращаться сюда больше не планировала. И всё же новость о нападении на Ирму повергла меня в сильный шок. Кто мог напасть на неё... и зачем?
Обратно я решила пойти той же дорогой, и у залитого водой коридора замедлила шаг, чтобы внимательно осмотреть место преступления... а Ирму нашли именно здесь, ведь её обувь и носки были насквозь сырыми. Почему опять именно это место?..
Коридор утопал в полутьме, и один-единственный чахлый факел не спасал ситуацию. Вечером здесь действительно было немноголюдно, поэтому, в общем-то, Миртл любила здесь прятаться, когда её задевали Трикс... И в голове что-то быстро щёлкнуло: «А где, собственно говоря, сама Миртл?..» И почему никто не подумал допросить именно её?!
Я немало разозлилась, и если бы плаксивая когтевранка попалась мне под руку именно сейчас, то ей было бы несдобровать. Однако вокруг не было ни души, ни живой, ни мёртвой, так что я, увидев всё, что хотела увидеть, поспешила в гостиную. И меня там уже ждали.
— Что случилось? — с порога спросил Хью, едва завидел меня, и они даже карты без меня не доставали, судя по пустому столу, а ждали новостей. А Антоха с тревогой добавил:
— Вэл, если Слизнорт хотел наказать тебя за то, что мы играли в карты в больничном крыле, и нас сдал Уолш, то я возьму всю вину на себя! Ты чемпион, тебе надо отдохнуть после выходных!
— Кто-то несколько часов назад напал на Ирму и превратил её в камень, как Тангенс, — пробормотала я и упала на диван к Антохе, а мальчики так и разинули рты от неожиданности.
— Что?!
— А ты здесь при чём?! Ты же всё это время сидела с нами! — возмутился Эд, и я медленно кивнула.
— Это, в общем-то, меня и спасло. Но я же на глазах у всей школы поругалась с ней с утра пораньше в понедельник... и Диппет с деканами это видел.
После второго нападения в стенах школы никому уже было не смешно, а уж тем более мне, главной подозреваемой. И мне почему-то казалось, что ответ на все вопросы был очень близко, только руку протяни, но... не хватало какого-то кусочка головоломки, чтобы увидеть картинку целиком.
— На эту предательницу крови мог напасть кто угодно... она не самый дружелюбный человек в школе, — заметил Аб, тоже включившись в диалог, и я снова кивнула, а после задумчиво посмотрела на Тома, который немного напрягся.
— Ты же вроде сказал Корвусу Лестрейнджу, что это Фред напал на Тангенс?!
— Я действительно так думал именно на тот момент, — прошипел он, и я устало выдохнула. — Хочешь сказать, что на Тангенс и Уизли напал один и тот же человек?
— Раз их до сих пор не смогли привести в чувства, значит, так оно и есть. Но я за последний триместр всего раз поругалась с этими сучками... с Миртл они ругаются намного чаще, и все об этом знают. Миртл... чёрт возьми, это она!
Меня вдруг осенило, а парни от подобных загадок дружно скривились.
— Вэл, не хочу тебя расстраивать, но... Миртл... как-то... не способна на такое, не находишь? — осторожно проговорил Орион, и я эмоционально взмахнула руками.
— И все остальные думают точно так же, как и ты! Никто не подумает на бедняжку Миртл, которую вечно все шпыняют и которая ревёт в туалете на втором этаже! А ведь это именно её туда загоняет Ирма с подружками! И Тангенс, надо сказать, нередко придиралась к ней на занятиях... и обеих жертв нашли именно там, на втором этаже!
— Боюсь, что Миртл просто не смогла бы до такого додуматься... — возразил Эд, но я даже не собиралась сдаваться.
— Шляпа сама распределила её на Когтевран, откуда вам знать, до чего она могла додуматься, а до чего — нет?!
— И всё же, Миртл до этого не отличалась особой дальновидностью, — присоединился к товарищам Августин, но я в прежнем тоне заявила:
— И именно поэтому она напала на Ирму под конец года, как раз перед экзаменами! Будь моя воля, то я наоборот сделала бы всё, чтобы Ирма дошла до экзаменов и даже отправилась на пересдачу, чтобы подольше страдать, а вот Миртл... она просто захотела избавиться от той, кто вечно её задирает, и ей вдруг выпала такая возможность.
— Так... ладно, — пожал плечами Антоха, и я удивлённо на него посмотрела. — В любом случае Тангенс скоро приведут в себя, также как и Ирму, и... они обе сами скажут, кто на них напал. И если это не ты, то тебе абсолютно не о чём беспокоиться.
Мне понравилась эта мысль, и я довольно растянула губы, как вдруг Том негромко заметил:
— Если только на них напали не со спины... и они просто могли не увидеть нападающего. Или увидеть какие-то блики в отражении, но этого явно будет недостаточно, чтобы вынести обвинение.
Улыбку мигом смыло с моего лица, и я с гримасой посмотрела прямо на старосту. А Эд выразительно закатил глаза.
— Том, ты мог хоть сейчас промолчать и не умничать?.. Вэл только успокоилась!
— Нет-нет, он прав, — помотала я головой, снова обдумывая ситуацию со всех сторон. — Их обеих нашли достаточно поздно, в полутьме, да и по их лицам не сказать чтобы они точно видели нападавшего...
— У тебя алиби, — твёрдо прошипел Том, неотрывно глядя мне в глаза, но я всё ещё искала подвох. — Тебя в любом случае никто не будет обвинять...
— У меня алиби только на сегодня, а вот с Тангенс — нет. И мне нужно как можно быстрее найти доказательства, что это сделала Миртл, пока ко мне не пришли с допросами и дементорами.
— Никто не придёт к тебе с допросами и дементорами, Вэл! — взвыл Хью. — Ты новая звезда школы! Ты — чемпион турнира!
— Я — тёмная лошадка с непонятным происхождением и достаточно выделялась за этот год, чтобы привлечь внимание. И за меня точно некому будет заступиться, если Тангенс и Ирма так никого и не увидели, а виновного не найдут.
— Я помогу тебе найти доказательства против Миртл, — решительно заявил Том. И я была глубоко тронута в душе, так как он единственный, кто верил в мою теорию, но всё же покачала головой.
— У тебя на носу СОВ, тебе нужно готовиться. А я... я в состоянии сама о себе позаботиться и найти виновного. И если это действительно Миртл, то я сдам её с потрохами и даже глазом не моргну!
Вокруг раздался дружный вздох, ведь парни отлично понимали, что я ни за что не отступлю от намеченного плана. А моё свободное время внезапно заполнили дела, и мне не терпелось приступить к расследованию и выйти на Миртл, а в том, что это была она, я даже не сомневалась... не над книжками же сидеть накануне итоговых экзаменов, в самом деле?
* * *
Все боялись подступавших экзаменов, но перед ними должно было произойти ещё одно событие: финальный матч Слизерин — Когтевран за первое место в турнире по квиддичу, который был назначен на пятое июня. Новость о нападении на Ирму быстро разлетелась по школе, однако кроме комендантского часа в девять вечера, каких-либо других ограничений не последовало. После занятий все вечера Антоха, Роди и остальные, кто был в команде, носились как угорелые по полю, а я... я либо выслеживала Миртл на предмет подозрительных действий, либо сидела на трибунах во время тренировок своей команды и обдумывала увиденное.
— Ты уже сделала всё возможное, чтобы наш матч... прошёл без неприятностей?
В один из таких вечеров, когда я прохлаждалась на стадионе на деревянной скамейке и следила за фигурами в чистейшем голубом небе, ко мне подсел Том, которого практически не было видно в последнее время... видимо, он настолько зарылся в книги перед СОВ, что выпал из реальности, и в кои-то веки я была рада такому стечению обстоятельств.
— Угу... — хмыкнула я, думая совершенно о другом. А Том, почувствовав моё безразличие, прищурился, и я махнула рукой. — У меня всё под контролем, можешь расслабиться. Я узнала, что задумала Ирма с подружками ещё до нападения, и ничего у Олив и Мири не получится даже с помощью Людо и Веспер.
— Какой... колоритный отряд собрался, чтобы добиться нашего поражения, — язвительно заметил Том, и я устало закатила глаза.
— Кажется, я тебе уже говорила, что это была плохая идея играть с огнём, то есть с Веспер, и она теперь не успокоится, пока ты при всех не сядешь в лужу.
— Кажется, я уже признавался, что ты была права, и я... я сожалею, что не послушал тебя раньше? — выразительно проговорил он, но меня подобная лесть в этот самый конкретный момент волновала мало. И мой собеседник это сразу почувствовал. — Что ж, я рад, что у тебя всё под контролем, и этот маленький отряд идиотов ничего не добьётся. Как дела с Миртл?
Дела были не ахти, и это-то как раз меня и расстраивало. Том внимательно пригляделся ко мне, терпеливо ожидая хоть какого-нибудь ответа, и я недовольно поджала губы.
— Я так ничего и не смогла узнать... Хотя я несколько раз видела, как Миртл тащила в подвал куски сырой курицы, непонятно зачем. И Хагрид туда зачастил, но мы и так знали, что он там прячет... может, они как-то объединились? Хотя нет, звучит, как бред...
Несмотря на богатую фантазию, я не могла никак представить, чтобы Миртл могла найти хоть какие-то точки соприкосновения с лохматым великаном. За этот год я даже не видела, чтобы они хоть раз заговорили на людях, настолько они были из разных вселенных. Да и тройка сучек была на том же факультете, что и Хагрид... вряд ли Миртл как раз из-за своих заклятых подружек захочет дружить с кем-то ещё с этого факультета. И если в плане финального матча у меня всё идеально сложилось, и я понимала мотив каждого мстителя и могла этому помешать, то здесь... здесь не складывалось буквально ни черта, и меня это ебать как бесило.
— А ещё я открыто прижала Миртл, и она как всегда разревелась и призналась, что назло открыла абсолютно все краны, чтобы затопить второй этаж, — вздохнула я, пока Том молча следил за игроками в квиддич. На этой новости он удивлённо повернулся ко мне, но ничего интересного из этой беседы я так и не получила. — В тот самый день, когда напали на Ирму. Только вот она, наревевшись, ушла на тридцать минут раньше, чем обнаружили Ирму, и она никого в этом проклятом туалете не видела... и сама не призналась, что столкнулась с Ирмой. Когда Миртл нервничает, то её видно насквозь, в том числе и злорадство... Видно, что она рада нападению на Ирму, очень рада, но вот своё участие она не признала... Но я так и не могу представить, зачем кому-то ещё нужно нападать на Тангенс и Ирму и превращать их в камень... больше ни у кого мотива точно нет.
Слова закончились, и я задумчиво замолчала, пытаясь сопоставить имеющиеся на руках факты, только вот их явно было недостаточно. А Том вдруг успокаивающе проговорил:
— Не думаю, что кто-то на самом деле решит обвинять тебя в нападениях, даже если Ирма и Тангенс очнутся и ничего не скажут.
— Думаешь, они очнутся, и... об этом все тотчас забудут? — недоверчиво нахмурилась я, и он легко пожал плечами.
— Но они же будут живы и здоровы... что они предъявят нападавшему, если решат его искать? В этом году чего только не произошло... здесь и оборотня искала целая армия дементоров, и Маклагген чуть не убился на метле, хайда поймали, причём мы с тобой... И кстати, после новости, что Фред оказался настоящим хайдом, которых никто не видел последние два века, особого ажиотажа не возникло, ты не находишь?
— Этому ажиотажу просто не дали разгореться, и мы оба знаем, кто это сделал и зачем, — вздохнула я, хотя Том говорил достаточно убедительно, и даже я на секунду потеряла смысл в своём расследовании. — Думаешь, историю с нападением на преподавателя тоже замнут?
— Тангенс недавно здесь преподаёт, и она из обычной семьи маглов, — лениво ответил он. — В министерстве у неё особых связей нет, и если она придёт в себя, то... все лишний раз порадуются и забудут. Я думаю, будет именно так. А Ирма... ты сама видела, что половина школы выдохнула, когда она окаменела, так что насчёт неё тем более никто переживать не будет. Ты помнишь, что у Антонина скоро день рождения?
Том внезапно переключился на более животрепещущую тему, и я тотчас улыбнулась и зацепилась взглядом за Антоху, который как раз тренировался с Гойлом отбивать бладжер.
— Конечно, помню, он же близнец, десятое июня... Я правильно понимаю, ты хочешь устроить очередную пьянку?
Мой собеседник ничего не сказал на этот счёт, но его сучья улыбка говорила о многом. И я так же многозначительно улыбнулась и протянула:
— А как же СОВ? Разве вы не будете готовиться день и ночь?
— Одну ночь можно и отдохнуть, точнее, вечер, — примирительно предложил Том, и я улыбнулась ещё сильнее. — Первый экзамен будет во вторник, восьмого числа, а потом через неделю, пятнадцатого. Обычно первыми сдают Когтевран и Слизерин, а Гриффиндор с Пуффендуем идёт после... а потом будет ещё одна попытка для тех, кто не уверен в результатах или почему-то пропустил экзамен по уважительной причине. Так что после восьмого июня лично мне можно будет выдохнуть...
— Какой ты счастливый, — хмыкнула я, так как обычные экзамены шли уже после сдачи СОВ и ЖАБА, так сказать, на десерт, и мне до последней недели учёбы придётся что-нибудь да сдавать. — И ты предлагаешь вечером десятого собраться и?..
— Как следует отдохнуть и отпраздновать и итог матча, и день рождения Антонина. Ты уже что-нибудь придумала интересного на этот счёт?
— Я хочу сделать пиньяту из папье-маше в виде бладжера, и набить её вкусняшками из «Сладкого королевства»! — воскликнула я, и Том тихо рассмеялся. — А потом дать имениннику биту и самому добыть свои подарки!
— А торт? — с довольной улыбкой спросил Том, и я хмыкнула:
— Да проще будет сварить борщ и прямо в котёл воткнуть свечи, он будет максимально счастлив. — Мой подельник выразительно посмотрел на меня, и я вдруг подумала, что это была не такая уж и плохая идея. — Да, точно... или испечь блины и из них сделать торт, он точно будет в восторге!
— Тогда с тебя угощения, а мы позаботимся о пиньяте и подарках. Побегаем сегодня по лесу?
Погода с каждым днём была всё лучше и лучше, тёплое лето дышало в спину, а гулять ночью в лесу было одно сплошное удовольствие. И как-то незаметно Том снова занял всё моё свободное время, которое только недавно вдруг освободилось.
— Мистер Холмс, вы отвлекаете меня от крайне важного расследования, — притворившись недовольной, проговорила я, и Том в ответ заливисто рассмеялся.
— Мисс Дрю, иногда стоит отпустить все дела и просто наслаждаться возможностью, пока она есть. Мы скоро уедем отсюда, и мне весьма грустно снова напоминать об этом...
— Ты прав, может, и не стоит вся эта возня потраченного времени, — вздохнула я и положила голову на плечо Тома, а тот поудобнее уселся и легко приобнял меня. Мальчики продолжали с бешеной скоростью носиться по полю и отрабатывать манёвры, а на небе тем временем начали проглядывать первые звёзды, хотя было ещё достаточно светло. — Надо будет дождаться СОВ, а потом, уже после... дня рождения, как раз перед отъездом, подумать, как поговорить с Роди, чтобы мы... мы расстались друзьями на лето, и он ничего не ждал в следующем учебном году.
— Ты наконец готова? — удивился Том и даже повернулся, чтобы посмотреть мне в глаза, и я невозмутимо кивнула.
— Да. Думаю, что после победы на матче и успешно сданных экзаменов, да ещё и после бурного веселья он... спокойнее отреагирует на мои слова. И всё закончится как можно лучше. А летом я ему не буду попадаться на глаза, и к сентябрю он окончательно забудет, что между нами что-то было, и... возможно, встретит кого-то другого. Если так всё и выйдет, то я буду на седьмом небе от счастья.
— Если ты будешь довольна, то мне уже не будет нужно ничего другого, — прошептал Том, с трудом удержавшись от поцелуя, пусть мы и были в тени, а игроки заняты своими делами. И я смущённо улыбнулась и закрыла глаза, наслаждаясь этим самым моментом абсолютной безмятежности.
* * *
На стадионе к моменту начала финального матча собралась вся школа, включая привидений. Когтевран умудрился с последней строчки турнирной таблицы выбиться вперёд, и кое-кто даже верил, что он может выиграть кубок. Но те, кто знали, как же обстояли дела на самом деле, нисколько не переживал об итогах матча, и я была в их числе.
Том к концу года окончательно расслабился. Он лишь дождался, когда я закончу принимать ставки в самом начале игры, а после быстро поцеловал меня, пока никто не видит, и пошёл наверх наблюдать за зрелищем. А я побежала дальше, под соседнюю трибуну, чтобы испортить планы нашим недоброжелателям, обеспечив тем самым Роди абсолютную победу. Он этого точно заслужил, как никто другой. А когда все дела были сделаны, то я с непередаваемым удовольствием вернулась к трибуне своего факультета и села на самое видное место рядом с Томом, и он кратко обрисовал мне ситуацию на начало матча.
— И когда же нам ждать западни? — с предвкушением поинтересовался он, пребывая в этот раз зрителем, как и все остальные, а за спецэффекты и интригу отвечала именно я. И я расслабленно выдохнула и привычно упала ему на плечо, так как быстрой развязки ждать точно не стоило.
— Думаю, что они не сразу полезут пакостить, так что придётся подождать. Им сначала нужно выровнять счёт и выбиться вперёд, а уже потом дезориентировать наших, чтобы закрепить результат.
— Потрясающе, как глубоко за этот год ты прониклась этими нюансами ведения теневой игры, — восхитился мерзавец, и я широко растянула губы.
И тут Августин очень удачно поймал квоффл перед средним кольцом и бросил его на противоположный конец поля. Орион ловко перехватил мяч и сделал подачу в сторону Хью, а тот изловчился и забросил очко в кольца противника. Наша трибуна взорвалась от крика, и даже мы с Томом подскочили на ноги и закричали вместе со всеми. И Антоха, заметив это, помахал рукой, а Роди довольно улыбнулся.
— Ни одной игры не пропущу в следующем году, — пообещала я, когда шум немного улёгся, а матч продолжился. — И ты обязан будешь посвящать меня во все свои теневые дела... заметь, я вполне удачно могу решать проблемы даже без твоей помощи.
— Конечно, я с радостью посвящу тебя во все свои теневые дела, — хмыкнул Том, с довольной улыбкой следя за происходящим. — И буду рад, если ты мне поможешь... если тебе, разумеется, не нужно будет готовиться к СОВ.
— Раньше мая не начну, даже не мечтай! — отмахнулась я, и тихий шипящий смех свидетельствовал о том, что мне была позволена даже такая вольность.
Около двух часов игроки носились по полю, а Роди и Веспер оставались в стороне и больше следили друг за другом, чем за золотым снитчем. А когда счёт порядочно увеличился, до двухсот баллов с обеих сторон, я всё больше стала поглядывать на противоположные трибуны, а не на игроков, и это было не зря.
В один момент Веспер подлетела к краю поля и махнула рукой, и этот жест не предназначался никому из игроков её команды. Том, заметив, что я отвлеклась от игры, быстро проследил за моим взглядом и усмехнулся, а я тем временем подняла глаза на небольшой красный флажок, к которому была прикреплена первая растяжка. И этот флажок дёрнулся, сигнализируя о том, что бочку сдвинули с места. И несмотря на то что трибуны Гриффиндора и Слизерина находились друг напротив друга, всё же удобнее было пробираться от них к нам именно через трибуны Пуффендуя. И именно в той стороне была растяжка, которая в скором времени дала о себе знать.
Прищурившись, я заметила, как Мири, Оливия и Людо втроём поддерживали с помощью левитации ту самую бочку и плавно перемещали её в нашу сторону. И как только они вышли за пределы своих трибун, как я прошептала себе под нос:
— Инсендио!
Бочка вспыхнула, а после с грохотом взорвалась, и вверх полетело всё её содержимое, а самих диверсантов с ног до головы облило чернилами и облепило попкорном. Взрыв был такой силы, что пошатнулись кольца, а игроки с трудом удержались на мётлах. А я, чуть придя в себя, поймала из воздуха попкорн и быстро кинула в рот.
— Знала бы, что долетит аж до нас, бахнула бы туда соль...
Том покосился на то, как я жевала попкорн, который падал как манна небесная, а я поймала ему целую горсть и протянула руку.
— Будешь?..
— Это съедобно? — поморщился он, а в это время громко прозвучал свисток судьи, и мадам Трюк остановила матч до выяснения обстоятельств взрыва. И виновников, надо сказать, искать долго не пришлось, так как их сразу же поймали с поличным.
— Вполне, — с набитым ртом пробубнила я, и Том взял себе на пробу немного кукурузы. — С солью было бы лучше...
Роди, заметив, как мы с Томом уплетали попкорн, рассмеялся и показал нам большой палец, а Антоха и вовсе последовал нашему примеру и принялся жевать подарок свыше, пока была такая возможность. Вскоре Хью и Эд начали дурачиться и ловить ртом этот несчастный попкорн, а над стадионом тем временем раздавался усиленный с помощью магии голос Джеймса Крауча:
— Вот это да, леди и джентльмены, какой накал страстей! Кажется, во время финального матча кое-кто хотел устроить подлог противнику, но потерпел неудачу. Что это, вы видели? Кто-нибудь знает, чем нас всё это время засыпает?..
— Мистер Крауч, не отвлекайтесь, — процедила Вилкост, хотя и она была немало растеряна происходящим, а тем временем Трюк подлетела к гриффиндорцам, и те указали рукой на Веспер, и уже Веспер заскрежетала зубами от злости.
— Так-так-так, кажется, судья всё-таки вычислила виновных. И... Веспер Линд выбывает из игры после перерыва! Интересно, её есть кому заменить?! Кажется, Дуг Макмиллан весьма расстроен подобными переменами, ему придётся самому занимать место ловца вместо Веспер, ай-ай-ай! Смотрите, капитан сборной Слизерина ест то, что упало на нас с неба... это съедобно?!
Усиленный хруст, и далее последовало обрадованный голос:
— Дамы и господа, подарки с небес действительно съедобны, так что налетайте, пока есть такая возможность! Свисток... вот это да, матч продолжается несмотря на странный снегопад, и... Родольфус Лестрейндж срывается с места, явно заметив золотой снитч!
Роди действительно полетел быстрее пули, едва на поле раздался протяжный свисток, а вот Дуг, подменявший Веспер, не смог так быстро сориентироваться. И спустя минуту с небольшим снова раздался свисток, сообщавший, что золотой снитч пойман, и наша трибуна взорвалась аплодисментами и криком.
— Слизерин с отрывом в двести очков вырывается вперёд и получает кубок! Вот это матч! Ура! Когтевран, несмотря на головокружительный вираж, с последнего места занимает второе! Если бы они как следует подумали, с кем иметь дело, то возможно, сегодня...
— Мистер Крауч!
Вилкост решительно забрала микрофон у диктора, и тот не смог закончить до конца свою напутственную речь. А мы все вместе прыгали от счастья так, что доски ходили ходуном, но никого это не волновало.
— Вэл, айда к нам! — закричал Антоха, подлетев к трибуне, но я, заливаясь смехом, помотала головой.
— Ни за что! Нет! Нетушки! Мне и отсюда неплохо видно!
— Вэл! Вэл! Вэл! — закричали Хью, Эд и Августин, а Роди подлетел совсем и прямо в воздухе протянул мне ладонь. И в этот момент он выглядел настолько счастливым, буквально сиял от радости, что я просто не могла ему отказать, даже несмотря на свой страх высоты.
Но, прежде чем принять его руку, я покосилась на Тома, словно прося разрешения, и он с широкой улыбкой щедро кивнул. И меня подхватили и усадили на метлу, а затем мы все взмыли в воздух. А Джеймс Крауч в это время каким-то особо хитрым манёвром завладел микрофоном в обход Вилкост и прокричал:
— Леди и джентльмены, капитан команды Слизерина Родольфус Лестрейндж получает почёт, кубок и девушку, несравненную Валери Кларк, чемпионку этого года по волшебным шахматам! Вот это союз! Должен отметить, что в этом году на факультете Слизерин засверкала целая плеяда талантов, будто бы они все искупались в зелье удачи! В любом случае Вальбурга Блэк, покидая школу, может гордиться своей заменой. С вами был Джеймс Крауч, до новых встреч в следующем сезоне!
Микрофон снова отобрали, а я покрепче прижалась к Роди и наслаждалась полётом над бренной землёй и всеми оставшимися там проблемами. А солнце не переставая светило над головой, обещая крайне тёплое, безоблачное лето.
* * *
Непосредственно после итогового матча праздника как такового не было, ибо пятый и седьмой курс готовились к экзаменам, которые начинались на следующей неделе. А вот ближе к концу недели, как раз в день рождения Антохи, опасность в виде СОВ и ЖАБА уже миновала, по крайней мере для нашего факультета, и мы с чистой душой и с разрешения Вальбурги могли как следует отпраздновать все уже случившиеся события.
Я организовала фуршет и убила на это целый день, наплевав на подготовку к Зельям. Зато вечером было всё, что так любил Антоха, причём в огромном количестве, и он рыдал от счастья как маленький ребёнок, которого на ночь закрыли в магазине сладостей. Мальчики воспользовались моей идеей и сделали пиньяту в виде огромного бладжера, и именинник с огромным удовольствием пытался её разломать, а после собирал по всей гостиной разлетевшиеся во все стороны сладости. И в качестве особого уважения профессор Слизнорт и по совместительству наш декан, у которого как раз и расцвела в этом году плеяда звёзд, разрешил нам взять на неделю до самых выходных кубок по квиддичу, который вообще-то должен стоять в зале славы. И мы не придумали ничего лучше, чем доверху залить его алкогольной мешаниной и беситься до самого утра, благо что вся ночь была только нашей и никто нам не мешал.
Мы настолько забылись, что глубокой ночью, наплевав на комендантский час, выбежали всей гурьбой на берег Чёрного Озера, а после с визгами и брызгами побежали на мелководье, и даже кальмар понял, что именно в этот момент лучше было не попадаться нам на глаза. Приближалось летнее солнцестояние, и ночь всего на несколько часов завладела небосводом, а затем небо снова стало светлеть... даря новый жаркий день, новую жизнь и надежду, что это безудержное счастье и молодость не закончатся никогда.
* * *
После бурного веселья мы какое-то время приходили в себя, а потом жизнь вернулась на круги своя. Пятый курс после сдачи итоговых экзаменов выдохнул, седьмой курс частично выдохнул, а все остальные курсы начинали готовиться к стандартным проверочным работам в конце года. И я, сидя в Большом зале во время приёмов пищи, в который раз невольно косилась в сторону стола Когтеврана. Только теперь меня волновала не Веспер, которая терпеть не могла ни меня, ни Тома; не Маклагген, с которого нынче были сняты все подозрения, и он просто жил свою жизнь как мог; не Фред, которого ещё месяц назад забрали в Мунго, и до сих пор о нём не было никаких новостей. Меня волновала именно Миртл Уоррен. И что-то она в последнее время была подозрительно довольна.
Я настолько привыкла жить в хроническом стрессе, что искала подвох везде, где только могла найти. А поскольку серьёзных задач на моей душе больше не висело, то я вернулась к обдумыванию нападений на Тангенс и Ирму, пусть Том и считал это пустой тратой времени. Только вот это было сугубо моё время, и только я решала, как мне его стоило потратить.
Дебет с кредитом не сходился, то есть возможности предполагаемого преступника и то, что произошло в реальности. Мотив-то был, но он был и у меня, а вот возможность — это совершенно другое. И не знаю как, но в субботу, двенадцатого июня, ноги снова привели меня в тот самый проклятый коридор второго этажа, и я ходила по нему туда и обратно, размышляя, что всё-таки могло произойти. И перед самым обедом меня за этим занятием поймал Дамблдор.
— Добрый день, Валери! — вежливо поздоровался он, увидев посреди коридора меня, и я застыла на месте в абсолютно смешанных чувствах. — Ты... идёшь в библиотеку?
Я в ответ невнятно то ли качнула головой, то ли кивнула, так как сама не знала, куда я иду и зачем. А Дамблдор улыбнулся и махнул рукой.
— Если у тебя есть свободная минутка, то я хотел бы побеседовать с тобой за стаканчиком холодного чая... в такую жару это самое лучшее, что могли придумать в этом мире!
На улице действительно было жарко, а ближе к обеду особенно. И камень стен, прогревшись, нагонял духоты, так что предложение выпить чего-нибудь холодного было заманчивым. А ещё можно было очень аккуратно узнать из надёжного источника, что же всё-таки думает заместитель директора по поводу загадочных нападений, ведь до конца учебного года осталось всего ничего, и что-то руководству точно нужно было решать.
После небольшой прогулки по коридорам меня усадили на мягкий стул для посетителей, и хозяин кабинета принялся возиться с прохладительными напитками и угощением, а я расслабленно протянула ноги. Торопиться было некуда, занятий больше не было, а сидеть над книгами абсолютно точно не хотелось. И поэтому, когда Дамблдор наконец сел за свой стол и протянул мне стакан с чаем и вазочку с лимонными дольками, то я с благодарностью приняла всё, решив, что это всё равно было лучше учёбы.
— В этот вторник мой факультет будет сдавать СОВ. Я, честно говоря, так волнуюсь... как будто сам собираюсь сдавать этот экзамен, а не сидеть в комиссии.
Я флегматично откусила дольку и быстро запила кислятину чаем, а Дамблдор проницательно посмотрел на меня поверх очков.
— А как дела у твоих друзей?
— Том и Роди точно написали на высший балл, в этом можно не сомневаться... — буднично сообщила я, так как сама именно так и думала. — Да и Эд с Орионом, Эванджелин и Викторией не должны от них сильно отстать... они весь год старательно готовились, так что я думаю, что всё будет хорошо. Сэр, а вы не знаете, когда будет наконец готов Тонизирующий глоток мандрагоры?
Не став тянуть кота за хвост, я сразу подступила к той теме, которая меня волновала особенно. Дамблдор сразу усмехнулся моей настойчивости, но я всем видом дала понять, что знаю, что он тоже не просто так позвал меня на чай, а значит, пора обсуждать действительно то, что было интересно нам обоим.
— Думаю, что Гораций и Гортензия справятся с этим до конца июня... почему тебя это так тревожит? Думаешь, что Геката и Ирма видели нападавшего?
— Да, — кивнула я. — И думаю, что они могут указать на него. И я хотела бы, чтобы это побыстрее случилось.
Дамблдор чуть сильнее растянул губы в улыбке, так как я была только за то, чтобы жертвы странных нападений пришли в себя, а значит, самой мне было нечего бояться. А я, припомнив слова Тома, чуть нахмурилась.
— Сэр, а что будет, если они всё-таки никого не смогли заметить до... окаменения? Если к ним подкрались со спины, и они, придя в себя... так ничего и не скажут?
— Тебя в произошедшем точно никто не будет обвинять, Валери, — мягко проговорил заместитель директора, и я недоверчиво сощурила глаза. — Наверное, я действительно должен попросить прощения за то, что мы все погорячились и вызвали тебя в больничное крыло после нападения на Ирму. Чем больше я думаю о том, что ты могла бы сделать такое с Ирмой и Гекатой, с которой у тебя никогда не было особых размолвок, тем более бредовой кажется мне эта идея. Ты слишком умна для такой... банальной мести.
Мне было приятно слышать подобные комплименты, а Дамблдор, видимо, учтя опыт моего соперничества с Мири, всё же сделал для себя очень правильные выводы. И я, расслабившись, хмыкнула:
— Если я слишком умна для такой... банальной мести, то кто, по вашему мнению, способен на такое, сэр? И как... как, по-вашему, на них вообще напали? Это какое-то трудное заклинание? Проклятие? Или зелье?
— Ты не поверишь, Валери, но я задаю себе те же самые вопросы и не могу на них ответить, — вздохнул Дамблдор, и я разочарованно поджала губы и сделала глоток чая. — Чем больше я думаю об этих нападениях, тем больше мне начинает казаться... бессмысленным подобное поведение. Как будто это вовсе не череда целенаправленных действий, а всего лишь сплошные случайности. А для кого-то роковые. И вряд ли нападавший признается сам, если Ирма и Геката очнутся и не смогут указать на виновника.
— И что тогда будет? — прохрипела я, чуть смочив горло, и мне в ответ пожали плечами.
— Я думаю, что ничего. Если Геката и Ирма придут в себя, и их здоровью ничего не будет угрожать, то... загадка так и останется неразгаданной, пока преступник как-то случайно себя не выдаст. А он явно очень умён и вряд ли будет совершать одни и те же ошибки.
— Если он так умён, то почему вообще совершил ошибки? — протянула я, и мой собеседник усмехнулся.
— Быть может, ты действительно права, и эти нападения — результат банальной человеческой глупости, а мы как всегда думаем больше, чем следовало бы. В любом случае я надеюсь, что всё будет хорошо, и на каникулы все уедут целыми и невредимыми.
Глубоко в душе я тоже на это надеялась, и пока Дамблдор с удовольствием обсасывал засахаренную дольку, я задумчиво спросила:
— Так вы думаете, что это... всё-таки заклинание, да? Или что-то другое?
— Пожалуй, я бы пошёл от противного и сказал, что это точно не действие какого-то зелья. Вот я, например, не могу сразу назвать ни одно зелье, которое бы действовало именно так, а ты? — Я на это покачала головой, так как тоже понятия не имела, хотя в зельях за этот год плавала как рыба в воде, а напротив продолжили рассуждения: — И вряд ли чары, потому как иначе даже ты смогла бы расколдовать пострадавших. Именно в способе нападения кроется разгадка, и пока мы не поймём, как именно жертвы превратились в камень, то не сможем поймать за руку виновника. И он как раз этим и пользуется... это точно что-то редкое, я бы даже сказал, уникальное!
Подобные мысли раньше не приходили мне в голову, и я попробовала посмотреть на ситуацию совершенно под другим углом. А Дамблдор с улыбкой добавил:
— Знаешь, Валери, увидев, как ты пыталась оживить Гекату, я даже невольно подумал, не бегает ли по школе кокатрикс...
— Кто? — скривилась я, и заместитель директора чуть сильнее улыбнулся моей неосведомлённости.
— Это большая редкость, так что я нисколько не удивлён, что ты про них не слышала. На самом деле, это небольшое змееподобное существо с головой петуха. Их очень трудно вывести, они рождаются из яйца, которое снёс петух и высидел змей или жаба... — Я снова сморщилась, плохо представляя себе процесс с точки зрения анатомии, но... в волшебном мире явно были возможны и не такие фокусы, а Дамблдор хохотнул. — Готов поспорить на что угодно, что Сильванус продал бы душу, лишь бы заиметь себе такого зверя.
— И укус... кокатрикса превращает людей в камень? — уточнила я, но меня мягко поправили:
— Не укус, а... взгляд. Взрослая особь кокатрикса способна взглядом обращать людей в камень, причём вернуть их к жизни можно только благодаря Тонизирующему напитку мандрагоры. Поэтому мне и пришла в голову такая мысль, но если бы это действительно было так, то мы бы наверняка уже наткнулись на этого зверя. Они... они довольно шумные и суетливые, а ещё не переносят запах ласок или хорьков, а сама знаешь, поблизости недавно появился целый выводок джарви... и Сильванус какой месяц обещает пристроить их, но так и не сдвинулся с места.
Улыбка сама по себе нарисовалась на губах при воспоминании о том, как Люциус стал мамой, и как сильно этому факту удивился Кеттлберн. И раз уж в загоне неподалёку от школы появилась целая семья волшебных хорьков, то кокатрисам здесь действительно нечего было делать.
— А больше нет таких животных, кто бы мог превратить людей в камень?
— Боюсь, что мне больше на ум ничего не идёт, — честно признался Дамблдор, и я устало вздохнула. — Думаю, нам всё же лучше дождаться тонизирующего напитка, а уже потом, после рассказа Гекаты и Ирмы, строить какие-то догадки. Пока что явно не хватает кусочков головоломки, и ничего с этим сделать невозможно.
В целом, беседа прошла вполне душевно, а холодный чай немного остудил мою гудевшую от проблем голову. И я, поблагодарив за приглашение, покинула кабинет декана Гриффиндора, думая про себя о том, что мне только что сказали. И опять что-то было не так.
Из студентов любитель опасных тварей был всего один — Хагрид, и он прятал в подвалах какое-то существо, но у него нет абсолютно никакого мотива нападать ни на Ирму, ни тем более на Тангенс. А у Миртл мотивы как раз есть, но она настолько труслива, что через раз подходит к загону Кеттлберна и вряд ли смогла бы самостоятельно кого-то пронести в школу, тем более опасного. А ещё Дамблдор подкинул идею, что это всё была череда каких-то нелепых случайностей, и я всё больше склонялась именно к этой версии. И всё же я решила почитать про этих кокатриксов, раз они единственные из живых существ, кто был способен взглядом обратить человека в камень, но... завтра. А на вторую половину субботы у меня были прекрасные планы полежать в прохладной ванне, и никто точно не помешает им сбыться.
Всё самое интересное в моём тг: https://t.me/t_vell
Ну и на печеньки: Сбербанк: 2202 2067 8046 7242, Яндекс: 410013211286518