Так идут к звездам

* * *

Вечер субботы был, пожалуй, единственным шансом побыть одной, учитывая, что Том перестал бесцеремонно наведываться в ванную старост, когда там лежала я. Возможно, он не хотел обострять и без того непростые отношения, а может, наконец задумался над тем, что СОВ довольно близко, и начал готовиться к итоговым экзаменам. Возможно даже в компании Роди, Ориона и Эда, ибо им всем в этом году предстояло сдавать эти несчастные СОВ. А для меня их совместная подготовка была отличной возможностью посидеть в тишине в горячей воде и почитать книгу... а интересное чтиво как раз накануне свалилось из ниоткуда прямо мне в руки.

Мне ужасно больно, что из-за этой поганой Кларк мы с Тони больше не вместе. Хотя я и понимаю, почему он выбрал её... слизеринцы друг друга в беде не бросают, это известно всем, а эта сука так промыла им всем мозги, что они дружно пляшут под её дудку, особенно Реддл!

Сделав перерыв, я снова похвалила себя, что не стала никому говорить о своей находке в курилке... Тоха задохнулся бы от смеха на последних словах, а Том... ему лучше это не видеть. Иначе, чего доброго, ещё туже затянет гайки в нашей дружной компании, и прощай те крохи свободы, которые ещё остались... Господь, неужели со стороны кажется, что это я манипулирую всеми, а не он?! Она совсем слепая?!

Я тоже не могла поступить иначе. Мири мне как сестра, и то, что сделала с ней Кларк — ужасно! С появлением этой шлюхи в этом году всё пошло не так! Весь прошлый год я только и мечтала, чтобы начать встречаться с Тони, хоть втайне, хоть нет, а Мири могла бы с лёгкостью поразить Слизнорта и наконец быть ближе к Реддлу. До сих пор не понимаю, что она в нём нашла... на мой взгляд, он отчуждённый и холодный, как замороженная селёдка, и глаза такие же пустые, как у мёртвой рыбы...

В этот раз перерыв на ржач затянулся, благо что меня никто не слышал. И я вроде как была не против показать эти сопли Тохе, так как ничего плохого в них нет, но если я это сделаю, то Том тоже увидит эту чушь, как и все остальные... а у него и так явные проблемы с рыбой, хотя вчера мы очень даже неплохо посидели вдвоём. Нет, между нашими факультетами и так давняя вражда, а после сравнения с селёдкой начнётся настоящая война! И лично я новым триггером становиться не собиралась.

У меня всегда от его взгляда мороз по коже, хотя Мири считает по-другому. Считала до того, как он вступился за эту дрянь. И Оливия как-то призналась, что он очень красив собой, только вот раз Мири в него втюрилась, то ей уже нет смысла к нему присматриваться...

Пришлось немного отлистать, потому как конкретно эта часть была мне мало интересна, хотя в голове и промелькнула кроха уважения к девочкам, что они так ревностно держали кулачки друг за друга.

Эверетт Маклагген в последнее время странно нервничает. Олив очень сильно расстроилась, когда он пригласил на бал Гринграсс (по слухам, не без длинной руки Кларк!), но есть шанс, что между ним и Гринграсс всё же пробежала чёрная кошка. Эта сучка точно не так хитра, как Кларк, а между ним и Эвом точно пошли трещины. Она ему не подходит! Эв даже после травмы в октябре остался подтянутым красавчиком, а Олив давно пыталась с ним заговорить, но как-то не получалось.

Опять пришлось оторваться от изящного курсива, чтобы немного подумать. Лично у меня не было сомнений в том, что Эви и Эверетт без ума друг от друга, и никаких трещин между ними точно нет, но... но даже Ирма Уизли пишет о том, что с ним «что-то не так»! Возможно, трикс следили за ним, раз уж нерешительная Олив всё никак не может найти повода и смелости, чтобы заговорить с Эвереттом? Хотя мы точно сейчас говорим об одной и той же Олив Хорнби?

Накануне что-то произошло, возможно, в ночь с четверга на пятницу. Эв с самого утра морщился от боли и пытался есть правой рукой, хотя он левша! И я уверена, что в этом замешана поганая Кларк! Она сама с утра выглядела как побитая собака, да ещё и вокруг Реддла крутилась, у которого тоже что-то случилось с рукой, и возможно, тоже недавно. Дурачок Фред как всегда вместе с Хагридом и Кеттлберном влипли в очередные неприятности в Запретном лесу, об этом все быстро узнали. А вот что случилось с Кларк и Реддлом — большой вопрос. И при чём здесь Эв? Мы с девочками абсолютно уверены, что они замешаны в какой-то сомнительной истории, но у нас нет доказательств! Совершенно никаких! А без них все наши слова не имеют смысла... Неужели Эв мог связаться с этими двумя?

Я рада, что Мири наконец прозрела относительно Реддла. Мы с Олив поддерживали её как могли, даже на бал не пошли (кому он вообще нужен?). Кларк танцует с Реддлом, Эв в последний момент выбрал Гринграсс, тоска болотная. Надо будет отомстить Кларк и Реддлу, всем слизеринцам, но мы пока что не придумали, как это сделать!..

От неожиданности нижняя челюсть сама собой съехала вниз. Ирма Уизли заметила, что с Эвереттом что-то не так намного раньше, чем Эви сама привела меня к нему за помощью в воскресенье вечером! Где были мои глаза, если это было видно со стороны?! А Тома?! Или мы были так заняты зализыванием собственных ран, что не заметили слежки?..

Тараканы в голове разделились на два противоположных лагеря. Одни были против показывать эту писанину кому бы то ни было, а другие кричали, что это точно должен увидеть Том, ведь следили и за мной, и за ним! Если я ему скажу об этом без каких-либо доказательств, то он пропустит мои слова мимо ушей... так ли? Или, быть может, всё же попробовать?

По диагонали я быстро просмотрела все записи до самой последней строки в надежде узнать что-нибудь ещё относительно нас с Томом или Эверетта, но дальше смутных догадок дело не заходило, и у меня немного отлегло от сердца. А ещё на последних страницах был весьма интересный кусок относительно мести нашему факультету.

Слизерин будет играть только в финальном матче за первое место, это будет в конце мая или в начале июня. Говорят, что с Когтевраном, скорее всего, так и будет. Дуг много заплатил за это и в случае чего снимет шкуру с Реддла и всей его компании... (почему он раньше этого не сделал?!) А мы с девочками ему поможем получить первое место, заодно Олив наконец будет о чём поговорить с Эвом.

Бочка с зёрнами кукурузы уже спрятана под нашей трибуной, а в самый ответственный момент мы опрокинем её на поле, на половину Слизерина, и нашлём Ависом полчища ворон. Главное, чтобы Дуг сориентировался, и в момент суматохи они забили как можно больше мячей, а ещё поймали снитч. Может быть, нам заранее сообщить Эву о нашем плане? Он точно передаст своим, и тогда эти змеюки проиграют, а мы отомстим всем сразу!

Месть была достаточно изящной, даже я могла это признать. Только вот общую картину портил крохотный нюанс: эти дуры умудрились записать свои планы на бумагу, а после потерять. И раз уж я это прочитала, то никак не могла допустить, чтобы их жалкие фантазии стали реальностью, а мой любимый факультет так позорно проиграл.

Шум со стороны входа заставил дёрнуться, и я отложила копию дневника и быстро схватила палочку. В последнее время я при каждом шорохе хваталась за палочку и ждала атаки... хотя, кроме боггарта в пятницу, мне так никто и не встретился. Шум повторился, а после в проёме мелькнул серебристый отблеск и замогильный голос:

— Вообще-то, это ванная Старост, юная леди...

— Как будто я этого не знаю, — буркнула я, когда неизвестное привидение скрылось прочь в стене, но палочку продолжала крепко сжимать на случай хитрого отвлекающего манёвра. — Господь, побыстрее бы на меня уже кто-нибудь напал, и я смогу жить как раньше!

Мой вой растворился в тишине, и больше подозрительных звуков не было. И пришлось-таки положить палочку на бортик и взяться за книгу, уже другую, более полезную по содержанию, но не такую захватывающую, как дневник Ирмы. Ту самую, которую Том всучил мне после угрозы, что проверит мою готовность к дуэли, причём в любое рандомное время. И признаться честно, я уже устала ждать, когда это случится.

* * *

Несмотря на солнце с утра пораньше, шевелиться было лениво. И в воскресенье я имела полное право тратить калории по минимуму, ибо в остальные дни недели бегала в поте лица и не знала про слово «отдых» (вчерашнее спа в ванной не в счёт). А ещё мне ужасно хотелось иметь возможность без палева смотреть на стол Когтеврана, только вот я всегда сидела к ним спиной... а крутиться туда-сюда раз в пять минут будет более чем подозрительно.

— У тебя помада стёрлась, держи.

Изящным взмахом Китти протянула Друэлле небольшое карманное зеркальце, и я, к великому сожалению, это заметила.

— Спасибо, я даже не заметила!

Элли быстро подправила мейк после завтрака, и только она собралась вернуть зеркальце подруге, как я громко попросила:

— Девочки, а можно мне... ненадолго взять ваше зеркало?

Мои соседки по спальне растерялись подобной просьбе, однако Китти безразлично пожала плечами на вопросительный взгляд Элли, и та протянула мне изящное серебряное зеркальце, украшенное перламутром и ракушками.

— Зачем тебе зеркало, ты же не красишься? — нахмурился Антоха, и я, выбрав нужный ракурс, чтобы посмотреть за плечо, уничижительно процедила:

— У меня нет такой привычки, ты прав. Но это не значит, что мне не хочется посмотреть на своё отражение.

Парни переглянулись, так как моё поведение конкретно в это утро немного отклонялось от привычного, и это было заметно. И я для отвода глаз наклонилась и достала из внутреннего кармана сумки ярко-красную помаду, единственную свою помаду, а после принялась демонстративно наносить её на губы.

— И косметика у меня тоже есть.

Хоть это не совсем укладывалось в моё привычное поведение, но в целом укладывалось в типично-девчачье, и от меня наконец отстали. А я воспользовалась моментом и повернула зеркальце так, чтобы был виден Эверетт Маклагген.

— Какие планы на сегодня?.. — лениво поинтересовался Хью у нас всех, и слева послышался негромкий вопрос:

— Погуляем?

— Тёмной ночью?.. При полной луне? — хмыкнула я, неотрывно следя за тем, как Эверетт эмоционально скомкал только что полученное письмо, встал из-за стола и решительно пошёл прочь, даже не доев завтрак. И я так увлеклась слежкой, что не сразу заметила, что на мои слова никто не ответил... а вокруг повисла гробовая тишина. — Это всего лишь шутка! Я с радостью прогуляюсь с тобой до обеда!

Снова этот подозрительный взгляд, даже Том будто бы напрягся, и я расслабленно улыбнулась и вернула зеркальце хозяйке, так как в нём больше не было нужды. А потом до меня дошло...

— Зря я это сделала, да?

Роди смущённо улыбнулся, догадавшись о смысле моих слов, а я уже представила его в моей помаде... мы же не просто за ручки собрались держаться на прогулке, и все прекрасно об этом знали.

— Что-нибудь придумаем, — деликатно ответил он, чуть покраснев, а то самое неловкое молчание сменилось расслабленным смехом. — Вы пойдёте на поле?..

— А что ещё делать?.. — лениво пожал плечами Хью, и я заметила, как Том прищурился, и едва сдержала усмешку. — Сегодня до обеда тренируются пуффендуйцы, а потом до вечера когтевранцы...

— А разве это не закрытые тренировки? — нахмурилась я, подозревая, что практически вся наша компания пойдёт сегодня на стадион, и Антоха беззаботно махнул рукой.

— Как бы да, но не мы же играем с ними обоими, так что посмотреть точно можем. Девчонки тоже любят загорать на трибунах и глазеть, так что...

Продолжать предложение не требовалось, а усмешка на моих губах сменилась вполне искренней улыбкой радости, что мой друг оживал на глазах после довольно тяжёлого разрыва. А в голове укрепилась мысль, что я всё сделала правильно, и дневник рыжей бестии ему тоже показывать явно не стоит, ибо начнётся второй круг страданий и разборок, а это никому совершенно не было нужно. Пусть всё идёт так, как идёт... вроде бы всё шло вполне неплохо.

После завтрака мы все вместе, за исключением Тома и Гидеона, вышли на крыльцо и направились в одну сторону. Почти апрельское солнце приятно грело кожу лица, а на небе не было ни облачка... прекрасный день для того, чтобы прогуляться на свежем воздухе и ни о чём не думать! Даже можно было расстегнуть мантию, ведь с каждым днём было всё теплее и теплее...

Дружной толпой мы дошли до развилки, где одна тропинка вела на стадион, а другая — в сторону загона и опушки Запретного леса. И как раз со стороны второй дорожки к нам стремительно приближалась грузная фигура лохматого великана в грязной мантии.

— Там... это... того! Вы... Фреда не видали?!

Хагрид настолько плохо пытался сформулировать свою мысль, что мы так ничего и не поняли, но его безумный взгляд и руки, заляпанные... кровью(?) крайне интриговали.

— Вроде бы он ещё завтракает... — проговорил Эд, и великан побежал в сторону школы. А мы дружно переглянулись и рванули в сторону загона, где явно что-то произошло.

Двери крытого загона, больше похожего на амбар, были насквозь открыты, так что ничто не помешало нам протиснуться внутрь. И в самом углу на соломе сидел не кто иной, как Кеттлберн, заляпанный той же кровью, что и Хагрид, а у него в руках были маленькие меховые комочки.

— Вы не поверите! — эмоционально воскликнул он, едва нас увидев. — Люциус... он только что родил!

Новость действительно была неожиданной, и я даже не думала, что в этом времени такое... возможно. И пока мы все дружно переваривали произошедшее, Аб Малфой выпалил:

— Люциус, как так?!

Свежеиспечённая мать, с идеально белой серебристой шкурой, отдыхала неподалёку от Кеттлберна и на возмущения со стороны никак не реагировала. А я, чуть придя в себя, с кривой усмешкой молча посмотрела на своего преподавателя, и тот невнятно промычал:

— Я... знаете... я не то чтобы проверял... но по всем признакам это должен был быть самец! — Зверь рядом прямо демонстрировал, что ничего никому не должен, и пищащие комочки в руках Кеттлберна это подтверждали. — А животик... я думал, что это всего лишь зимний жирок!

«Зимний жирок» благополучно отделился от хозяина и пронзительным писком требовал еды, а Антоха обрёл дар речи и задал, пожалуй, главный вопрос:

— Так если... Люциус... это она, то... кто отец?

Люциус, надо сказать, на прямые неудобные вопросы молчал, как партизан. Однако судя по тому, что из четырёх комочков три были ржавого цвета и только один — белоснежный, как мать, сработал второй закон Менделя, а значит, у отца были доминантные гены и найти его было нетрудно. Только вот что ему собрались предъявлять, я не имела ни малейшего понятия, так как всё было абсолютно естественно. Кеттлберн тоже это понял... и растерянно посмотрел на крохотные комочки и неуверенно протянул:

— Наверное, петухи были всё-таки его... её работой, джарви иногда бывают агрессивны перед родами. А я ведь из-за тебя опять поругался с директором! Ребята... вы... не хотите себе... взять одного?.. Ума не приложу, куда мне их деть! Особенно после происшествия с петухами... профессор Диппет после того, что я ему наговорил, точно не разрешит мне держать целый выводок джарви!

Очередная внезапная новость огорошила всех свидетелей восьмого чуда света, только вот несмотря на то, что нас было больше, чем «чудес», никто не собирался брать их себе.

— Эм... нет! Знаете... джарви... вроде как... не разрешены правилами школы... — вежливо проговорил Хью, и Орион поддакнул:

— Да, нам можно иметь только сову, жабу или кошку, так что...

— Я бы с удовольствием, но у меня аллергия на шерсть... — слился Эд, демонстративно смахнув слёзы с глаз, а Антоха выразительно покосился на меня, и я замахала руками.

— Нет, ни за что! Я хотела себе милого жмыра, а не хорька-переростка, это совершенно разные виды!

— Мать ненавидит шерсть в доме, так что выкинет любого зверя за порог, едва увидит... — вздохнул Роди, и тут со стороны входа в амбар послышался громкий бас:

— Профессор, я привёл Фреда! Можно фотографировать!

Это был отличный момент, чтобы слинять, и мы дружно побежали прочь, чтобы не мешать фотосъёмке новоявленной семьи.

— Не могу поверить, что у нас преподаёт этот идиот! — эмоционально воскликнул Эд, едва мы отошли на безопасное расстояние от загона, и мальчишки его поддержали дружным гулом, а я аккуратно вставила:

— Знаете, Кеттлберн, конечно, был немного невнимателен, но... такое может произойти абсолютно с каждым...

— Вэл, такое может произойти только с ним, — выразительно проговорил Орион, и мне, мягко говоря, крыть было нечем. — Но он всё ещё лучше идиота Саламандера... даже после этого фиаско с Люциусом.

Парни пошли своей дорогой обратно к стадиону, куда собирались изначально, а мы с Роди остались стоять неподалёку от опушки Запретного леса. И только голоса наших друзей стихли, как неподалёку хрустнула ветка, и я резко обернулась, схватив волшебную палочку.

— Кажется, это ветер... — проговорил Роди, проследив за тем, как я приготовилась к атаке, которой почему-то не было. — Или ты боишься... что оборотень... нападёт на нас средь бела дня недалеко от школы?

— Конкретно сейчас оборотень меня волнует в последнюю очередь, — процедила я, бегая глазами от одного дерева к другому, хотя вряд ли Том решился бы нападать на меня во время романтической прогулки... хотя кто его знает?! — Может... посидим у озера? Там открытая местность, а значит, хороший обзор...

Роди расслабленно улыбнулся и быстро поцеловал меня, и на его губах тотчас отпечаталась ярко-красная помада. И я громко рассмеялась, достала из сумки салфетку и вытерла её с мягких губ... а потом меня снова поцеловали, сведя на нет все мои усилия. И мне оставалось лишь продолжать смеяться и наслаждаться поцелуями.

* * *

Нервы сдали к вечеру среды, и я, за полторы недели устав дёргаться от каждого шороха, решила первой начать скандал. Терять уже было совершенно нечего.

Приведя себя в порядок после пары в теплицах, я ворвалась в общую гостиную, кипя от злости, и заметила, как Том мирно сидел в кресле у камина и читал учебник, а рядом на диванчике развалились Орион и Гидеон. Правда, перед финальным броском мне перекрыл дорогу Эд, который держал в руках что-то чёрное и колючее, до чего мне совершенно не было дела.

— Вэл, твои цветы, как заказывала! Чернее не бывает!

— Прекрасно, я очень рада! — процедила я, схватив шикарный букет чёрных роз, и стремительно направилась к тому самому креслу у камина, а мне в спину прилетело:

— Я же старался, Мерлиновы панталоны! Могла бы и спасибо сказать!

— Спасибо! — зло крикнула я, привлекая к себе ещё больше внимания, и всё больше людей отвлекались от привычных дел, чтобы проследить за разгоравшимся скандалом. — Когда уже?!

Последние слова я прорычала в лицо мерзавцу, но он крайне правдоподобно нахмурился и прошипел:

— Прошу прощения, но... я не совсем понимаю, о чём...

— Когда. Ты. Устроишь. Ту. Самую. Проверку. Которой. Грозился. На. Прошлой. Неделе?!

Я дрожала от злости, а Том около минуты продолжал делать вид, что искренне не понимает причины моей внезапной злости. А потом его лицо вдруг озарило...

— А... ты об этом... знаешь, у меня было столько дел в последнее время, что кажется, я и вовсе об этом... забыл...

— Забыл? — растерянно повторила я, совершенно не ожидая такого поворота, и Том медленно кивнул. — Ты забыл, как перевернул всю мебель в лаборатории и орал, что я совершенно не готова к настоящей дуэли?!

Со стороны дивана послышался хриплый смех, а тишина вокруг стала ещё более зловещей. Даже Эд не смел возмущаться тому, как я отреагировала на его букет, так как эта ссора была гораздо интереснее.

— Я всё ещё не могу понять, что тебя могло так расстроить... — сглотнув, тихо проговорил Том, и я прошипела:

— Правда, не понимаешь? Серьёзно? — Короткий кивок был вполне однозначным ответом, и я наклонилась и процедила: — Я прочитала твой дурацкий учебник от корки до корки три раза, пожертвовав сном и заслуженным отдыхом!

— Я очень рад, что теперь ты... подготовлена к дуэлям намного лучше, чем неделю назад, — осторожно ответил мерзавец, просчитывая пути к отступлению, и я мигом дала понять, что просто так ему уйти не удастся. — Но именно сейчас я не собираюсь вызывать тебя на дуэль... так что можешь пойти поставить в вазу свои цветы и немного отдохнуть...

— Ты точно не понял, что я тебе только что сказала... — выдохнула я, сжав несчастные розы, и толстые шипы впились мне в кожу. — Я прочитала твой дурацкий учебник от корки до корки три раза подряд, пожертвовав сном и заслуженным отдыхом, и мне уже плевать, собираешься ты устраивать сейчас дуэль или нет.

Несмотря на то что Том с осени был первой палочкой школы и чемпионом дуэльного кружка, мои слова нисколько его не рассмешили. Особенно учитывая факт, что он дал мне Непреложный обет, что не причинит вред... а я, к слову, никаких клятв ему не давала.

Быстрый обмен взглядами, и он резко встал с кресла, бросив книгу, и я тотчас огрела его букетом, что крепко держала в руках, и в воздух полетели чёрные лепестки.

— Да как ты мог так со мной поступить?! Сказал бы сразу, что не собираешься ничего делать, и я бы спокойно спала по ночам всю прошлую неделю!

— Вэл! Лучше возьми шахматную доску, эти чёртовы цветы стоят кучу денег! — с неподдельным страхом закричал Эд, переживая за свой букет явно больше, чем за своего лидера, и Орион упал на плечо Гидеону, сотрясаясь от беззвучного смеха. А я с такой злобой обернулась и посмотрела на Эда, что тот вскинул руки и пискнул: — Тогда просто переверни их, снизу на стеблях шипов гораздо больше, чем у бутонов.

Том воспользовался моментом и бросился в сторону выхода из гостиной, а я на ходу перевернула букет и успела огреть беглеца как раз в спину, а за нами оставался шлейф из чёрных лепестков.

— Беги, подлый трус! Я всё равно до тебя доберусь!

— Если она в следующем году на дуэлях будет драться букетом, то я пас, — прокомментировал Орион, когда я пробегала мимо него и Гидеона, и последний согласно кивнул другу.

— Да, на турнире я бы тоже убрал подальше все вазы с цветами... на всякий случай...

* * *

Накануне матча солнце ослепляло с такой силой, что приходилось прикрывать рукой глаза, чтобы хоть что-то видеть перед собой. Да ещё и плотная толпа, люди в которой видели ещё хуже меня, куда идут и на кого.

— Эй, Кларк, осторожнее!

Когда мы с Антохой подходили к трибунам, то меня кто-то толкнул, но я не смогла понять, кто. И только я развернулась, чтобы как следует огрызнуться и замахнуться рукой, как нечаянно задела кого-то... а этим кто-то была профессор Тангенс, которая шла на матч вместе с остальными, обмотанная в сине-белый шарф. И ладно бы я просто нечаянно её толкнула... я задела её термос, и горячий шоколад вылился прямо на синюю мантию и мягкий шарф.

— Мисс Кларк! — воскликнула она, пока я обтекала от неловкости. — Это уже слишком! Вы наказаны! Завтра после обеда сразу ко мне в кабинет, и я не стерплю опозданий!

С помощью магии Тангенс быстро убрала грязь с одежды, но напиток в термос ей вернуть не удалось. А я в смешанных чувствах выбралась из толпы и побрела под трибуну своего факультета, а настроение мигом испортилось.

— Да ладно тебе, Вэл... это же случайность! — пытался успокоить меня Антоха, а Том, который ждал нас под трибуной с мешочком и тетрадью, подозрительно прищурился.

— Что случилось?..

На его бледной щеке всё ещё виднелись царапины от моего чудесного букета, подаренного Эдом, однако именно сейчас не хотелось злорадствовать по этому поводу. И ведь говори — не говори, гад всё равно обо всём узнает...

— Тангенс только что наказала меня за то, что я случайно опрокинула на неё горячий шоколад, — нехотя призналась я, решив, что так будет проще, и Антоха приобнял меня, а в это время откуда-то сверху прибежали Хью, Эд и Роди.

— Там такой аншлаг! — сообщил Хью, пока мальчишки восстанавливали дыхание после короткой пробежки. — Кое-кто даже верит, что Когтевран продует...

— Этого точно не будет, — безразлично прокомментировал Том, всучив мне мешочек и тетрадь, а тем временем начали подтягиваться первые желающие поучаствовать в спортивном тотализаторе. — Что тебе нужно будет сделать в качестве наказания?

— Сама не знаю, но завтра после обеда я не смогу к тебе прийти...

— Что случилось?.. — спросил Эд, почувствовав атмосферу напряжения, но Том никак не дал понять, что его что-то задело, и холодно проговорил:

— Абсолютно ничего, что стоило бы твоего внимания. Надеюсь, завтра ты отработаешь наказание, и на этом всё?

В ответ я пожала плечами, и староста выразительно закатил глаза и демонстративно пошёл наверх, хотя обычно он сидел у меня над душой весь матч. И я, пропитавшись стыдом, принялась быстро собирать заявки от всех подошедших, а Антоха в это время шёпотом пересказал Роди, что только что произошло.

Игра началась после пронзительного свистка судьи, и постепенно все ушли на трибуны, чтобы насладиться зрелищем. Мне же не хотелось вылезать на блядское солнце и попадаться кому-нибудь на глаза, особенно Тангенс, и Роди остался сидеть со мной в тени, а Антоха благородно оставил нас одних.

— Ты же не специально её задела, верно? — вздохнул он, приобняв меня за плечи, и я уронила голову ему на грудь.

— Конечно, нет! Ты видел в среду, что бывает, когда я хочу задеть кого-то специально!

Роди тихо рассмеялся, и даже я чуть приподняла углы рта от воспоминаний о цветочной дуэли.

— Он весь вечер обрабатывал царапины бадьяном, особенно на лице... только вот помогло не до конца, — поделился со мной сосед по спальне моего противника, и я в знак благодарности сильнее прижалась к нему.

— Да, я заметила... так ему и надо! Ты бы видел, что он творил в лаборатории, когда клялся, что устроит мне эту чёртову засаду!

— И Тангенс крупно повезло, что ты всего лишь облила её горячим шоколадом...

— Как ты думаешь, она долго завтра меня продержит?.. — вздохнула я, на что Роди неопределённо покачал головой.

— Не знаю, но обычно она если и злится, то недолго... с меня и Антонина она тоже сняла баллы за беготню, ты помнишь? И мы бы тоже могли быть наказаны завтра, если бы попались под руку... ничего страшного не случилось, поверь мне.

Мне действительно стало легче после этих слов, и я достала из кармана свежеоткрытую пачку, чтобы закрепить эффект, а жёлтые и синие пятна плясали перед глазами в безумном танце. Роди тоже внимательно следил за ходом игры, подмечая уловки противника... а когда счёт наконец был открыт, а я уничтожила окурок, то мне в руки вдруг вручили небольшой свёрток коричневого пергамента.

— Что это? — нахмурилась я, но Роди взглядом дал понять, что мне лучше было самой заглянуть внутрь. И я так и сделала... и совсем скоро в моих руках оказалось небольшое карманное зеркальце, почти такое же, какое я попросила у Китти. — Господь, какая прелесть!

Не сдержавшись, я бросилась обнимать своего парня, а тем временем диктор громко объявил о втором забитом голе со стороны Когтеврана.

— С чего бы вдруг?.. — смутилась я, как всегда ощущая чувство вины за такой неожиданный подарок... который я нисколько не заслужила по сути, и Роди поцеловал меня и прошептал:

— Мне не нужен повод, чтобы тебя порадовать, так и знай. Но я очень рад, что тебе понравилось...

Мне правда нравилось, только вот радость неизменно соседствовала со стыдом, и мне даже захотелось вернуть зеркальце... но Роди, заметив мои метания, накрыл рукой мою руку, где лежал подарок, и прошептал:

— Это всего лишь зеркало... у всех девчонок есть такие, чем ты хуже?

— Ничем, — пожала плечами я и благодарно поцеловала его в ответ, хотя в голове были совершенно другие слова на этот счёт.

* * *

Тангенс в качестве отработки велела мне прибраться в её кабинете, и это было далеко не самым плохим наказанием, которое могло бы быть. В конце концов, наводить чистоту мне нравилось, даже без волшебства, однако показывать это я не собиралась, чтобы мне не сменили род деятельности... а Тангенс, убедившись, что я занята муторным делом, и вовсе спустя полчаса ушла прочь из кабинета, забрав мою палочку, и я могла побыть в тишине и подумать, отмывая от чернил старые дубовые парты.

Я так увлеклась уборкой, что после парт принялась мыть окна... затем разобрала и протёрла шкафы с книгами, хотя меня никто об этом не просил, а после разложила пергаменты с учебными материалами в алфавитном порядке и прошлась шваброй по полу... и вот уже зазвонил колокол, звавший всех на ужин, а преподавателя Нумерологии как не было, так и не появилось.

— Может, она забыла про меня? — пробормотала я, оглядев класс, который сверкал от чистоты, и больше здесь мыть было нечего. — Не могу же я здесь сидеть до ночи...

Было немного неловко уходить без разрешения, однако моя совесть была даже чище парт и окон в этом вопросе, а значит, бояться было нечего. В конце концов, у меня с профессором Тангенс были неплохие отношения, очень даже, не считая последних событий, так что я не думала, что мой своевольный уход мог её разозлить. Если она, конечно, действительно помнила, что я всё ещё была в классе...

Спустившись на два этажа, я расслабленно шагала по пустынному коридору, ибо все уже точно собрались в Большом зале на трапезу. Живот предательски заурчал от мыслей про еду, и я ускорила шаг, а за поворотом в конце коридора показалась знакомая фигура в остроконечной шляпе.

— Профессор, я всё сделала! — закричала я, а в душе разливалось облегчение оттого, что мы всё-таки сегодня встретились. Однако Тангенс даже не шелохнулась от моих слов, и я подбежала ещё ближе... — Профессор?! Вы не могли бы отдать мне палочку... я закончила с уборкой!

Тангенс застыла на месте, словно статуя, вытянув вперёд руки... будто бы защищаясь от чего-то. И её взгляд был направлен прямо в начищенные латы рыцаря, в которых отражалась часть коридора за углом. Обойдя вокруг, я помахала перед глазами, но реакции не было никакой.

— Оживи! — скомандовала я, взмахнув палочкой, которая валялась рядом на полу, подумав, что кто-то неудачно запустил Остолбенеем в преподавателя и сбежал с места преступления, но... ничего не произошло. Контрзаклятие не сработало, значит, не в Остолбенее было дело...

— Валери?.. Что ты здесь делаешь?..

Не одна я опаздывала на ужин, видимо, и от тихого вкрадчивого голоса стало ещё больше не по себе. Дамблдор же, подойдя ближе, увидел свою коллегу, застывшую в неестественной позе, и я, сорвав голос, прокричала:

— Клянусь вам, это не я! Я только что пришла сюда, и она уже была такой!

Всё самое интересное в моём тг: https://t.me/t_vell

Ну и на печеньки: Сбербанк: 2202 2067 8046 7242, Яндекс: 410013211286518