Мечта для нас

Я постучала — ответа не последовало. Тогда, собравшись с духом, я аккуратно толкнула дверь и вошла в комнату.

Это помещение кардинально отличалось от остальных. Стены были увешаны фотографиями и плакатами — застывшие мгновения гонок, портреты знаменитых мотогонщиков, яркие постеры с изображением мотоциклов, от которых захватывало дух. На полках теснились статуэтки — миниатюрные копии байков, выполненные с ювелирной точностью: сверкающий хром, чёрные шины, изогнутые рули. Рядом стояли кубки, медали, грамоты — целая коллекция, которой можно было гордиться. Но всё это великолепие тонуло в хаосе: мусор, пустые бутылки, смятая одежда и коробки создавали ощущение, что здесь не жили, а выживали.

Алекс сидел за компьютером, наушники плотно облегали его голову, пальцы летали по клавиатуре с бешеной скоростью. Он был полностью погружён в игру, не замечая ничего вокруг. Казалось, будто мусора в этой комнате в несколько раз больше, чем мы уже вынесли из всего дома.

— Я, конечно, очень извиняюсь, — начала я, стараясь, чтобы голос звучал твёрже, чем я себя чувствовала, — но тебе нормально сидеть в таком бардаке? Ты когда комнату в последний раз проветривал? — тишина в ответ. — Алекс? Ты меня вообще слышишь?

Никакой реакции. Он даже не шелохнулся.

— Алекс! — повысила я голос, но он продолжал гипнотизировать монитор.

Тогда я решилась. Шагнув вперёд, я рывком сорвала с его головы наушники и наклонилась так, чтобы наши лица оказались на одном уровне, заглянув прямо в глаза. В них кипела ярость — холодная, острая, как лезвие.

— Ты что творишь?! — воскликнул он, резко разворачиваясь в кресле.

— Ты молчал, когда с тобой разговаривали, — ответила я, не отводя взгляда. — Теперь я понимаю почему. Не понимаю только, как ты ещё не оглох вовсе. Скажи мне, когда ты в последний раз открывал окно в этой комнате?

— Какая разница?! — прошипел он, протягивая руку за наушниками. — Отдай их и катись к чёрту!

— Кристофер! — крикнула я, не сводя глаз с Алекса, и в голосе моём зазвенела сталь.

В проёме двери почти сразу появилось недовольное лицо Кристофера.

— Что? — спросил он, настороженно переводя взгляд с меня на Алекса.

— Забери его и пойдите погуляйте, — приказала я, скрестив руки на груди. — Пока он от своих игр совсем не отупел.

— Что ты сказала?! — взревел Алекс, пытаясь встать с кресла. — Кого ты приперла в наш дом?! Кто тебе позволил командовать?!

— Кристофер, — я сурово глянула на друга, и тот понял всё без слов.

— Понял, понял, — поспешно сказал он, подходя к коляске Алекса. — Уходим, брат. Подышим воздухом.

Алекс сопротивлялся, что-то яростно выкрикивая, но Кристофер был настойчив. Под громкие возгласы недовольства они выкатились из комнаты, и хлопок входной двери эхом разнёсся по дому.

Я осталась одна в этом царстве хаоса. Вздохнув, я первым делом распахнула окно настежь — в комнату ворвался свежий воздух, смешанный с ароматом трав и утренней росы. Затем я сняла шторы, тяжёлые и пропахшие пылью, и отправила их в стирку. Принялась за уборку с остервенением, словно это была не просто работа, а битва за порядок и здравый смысл.

Пылесос гудел, вбирая многолетнюю пыль; тряпка скользила по поверхностям, возвращая им блеск. Я перебирала вещи в шкафу, на столе, в комоде и тумбочках — каждый предмет находил своё место. Статуэтки мотоциклов я аккуратно расставила на полках, выстроив их по росту, как на параде. Кубки и медали засияли, когда я протёрла их мягкой тканью. Постельное бельё сменила на свежее — пахнущее кондиционером и чистотой. Полы вымыла до скрипа, и комната наконец обрела дыхание.

Когда шторы высохли, я повесила их обратно — теперь они струились мягкими волнами, пропуская солнечный свет. Всё встало на свои места, и я с чувством выполненного долга отправилась на кухню готовить ужин.

Я не знала, что именно предпочитают парни, но, покопавшись в памяти и вспомнив содержимое коробок из-под доставки, которые мы выбросили, поняла: они обожают пасту с морепродуктами в сливочном соусе. В холодильнике нашлось всё необходимое — креветки, мидии, сливки, пармезан, свежая зелень. Под ритмичную мелодию из колонки я принялась колдовать у плиты. Время пролетело незаметно, и через полчаса домой вернулись парни. Алекс недовольно укатил в свою комнату, а Кристофер рухнул на барный стул, словно пробежал марафон.

— Когда уже есть? — простонал он, уткнувшись лбом в стойку.

— Скоро, — ответила я, помешивая соус.

Из комнаты Алекса донеслось громкое ворчание — явно он тоже ощутил запах, доносившийся с кухни, и это его раздражало.

Я закатила глаза, продолжая готовить. Через пятнадцать минут всё было готово. Разложив пасту по тарелкам и посыпав зеленью, я пошла за Алексом. Он сидел в кресле, нахохлившись, словно обиженный ворон.

— Ужин готов, — произнесла я ровным голосом.

Он недовольно глянул на меня исподлобья, но, видимо, голод взял своё — он развернул коляску и покатил за мной на кухню. Кристофер уже вовсю уплетал свою порцию, издавая звуки, похожие на довольное урчание.

— Это великолепно! — выдохнул он, поднимая на меня сияющие глаза.

Я усмехнулась, садясь рядом с ним. Мы ужинали в тишине, которую иногда прерывали лишь довольные вздохи то Кристофера, то Алекса. И хотя Алекс не сказал ни слова, я заметила, как его тарелка опустела быстрее, чем у Криса.

— Завтра утром мы едем к твоему врачу, — сказала я, заваривая травяной чай и ставя чашки перед ними.

— Нет, — отрезал Алекс, не поднимая глаз.

— Да, — повторила я твёрже.

— Я сказал нет!

Кристофер перевёл взгляд с меня на друга, и в воздухе повисло напряжение.

— Хорошо, — произнесла я, чувствуя, как внутри закипает гнев. — Продолжай дальше забивать на своё здоровье. Оставайся калекой и дальше. Не возвращайся в спорт и продолжай деградировать — твоё право. Только когда ты поймёшь, что хочешь вернуться к прежней жизни, будет слишком поздно!

С этими словами я с грохотом поставила чашки на стол, так что горячий чай плеснулся через край, и, не оборачиваясь, вышла из кухни. В груди клокотала обида, но я не дала слезам прорваться.

Поднявшись в свою комнату, я принялась разбирать вещи, стараясь успокоиться через привычные ритуалы. Я заказала на сайте доставку постельного белья, мягких подушек, гирлянд и прочих мелочей для уюта — курьер должен был приехать с утра. Затем я сходила в душ, смывая с себя пыль и усталость, переоделась в пижаму и, провалившись в сон, проспала до утра.

Проснулась я рано, с первыми лучами солнца. Быстро сделала утреннюю рутину, накинула халат и пошла встречать курьера, который уже стоял у двери с несколькими коробками. Я втащила их в комнату и принялась обустраивать своё личное пространство.

Постелила новое бельё — нежно-голубое, в мелкий цветочек, словно весеннее небо. Развесила гирлянды по стенам, создав уютное мерцание. Расставила органайзеры, заполнив их декоративной и уходовой косметикой, и теперь всё блестело и сияло. На подоконнике поселились два суккулента — крошечные, но живые, они добавляли комнате жизни. Шторы я сменила на светлые, полупрозрачные, и они пропускали мягкий свет, делая комнату воздушной. На кровать я разложила декоративные подушки — мягкие, пушистые, так и манившие прилечь. На гирлянды с прищепками повесила свои любимые фотографии и вдохновляющие цитаты, вырезанные из журналов.

В дверь постучали.

— Войдите! — крикнула я, стоя на кровати и вешая последнюю фотографию.

В комнату вошёл Кристофер. Он оглядел пространство и присвистнул.

— Доброе утро, — улыбнулась я, обернувшись.

— Доброе, — ответил он, и в его глазах блеснуло одобрение. — Воу, ты неплохо так постаралась. Комната прямо преобразилась.

— Спасибо, — я спрыгнула с кровати, одёргивая футболку. — Что хотите на завтрак?

— Что-нибудь на твой вкус, — пожал он плечами, всё ещё рассматривая мои фотографии.

— Хорошо. Нам ещё надо съездить в супермаркет за продуктами.

— Окей, съездим, — кивнул он. — Я буду готов через двадцать минут.

Я спустилась на кухню и принялась за завтрак. Достала шпинат, помидоры черри и яйца. Включила кофемашину, и аромат свежесваренного кофе разлился по дому. Через десять минут на столе уже дымился омлет с зеленью и кусочками хрустящего хлеба, а рядом стояли две чашки капучино. Мы сели за стол, и Кристофер с удовольствием приступил к еде.

— Вкуснотища, — пробормотал он с набитым ртом.

— Рада, что нравится, — улыбнулась я.

Закончив завтрак, я убрала посуду в посудомойку и пошла собираться. Надела лёгкое платье в цветочек, босоножки на небольшом каблуке, сделала лёгкий макияж, подчеркнув глаза и губы, и распустила волосы, чтобы они свободно падали на плечи. Взяв сумочку, я спустилась вниз.

Кристофер уже ждал меня — в чёрных джинсах и белой футболке, которая идеально сидела по фигуре. Он выглядел свежим и отдохнувшим.

— Воу, тебе идёт, — подмигнул он с лёгкой усмешкой.

Я почувствовала, как щёки заливаются румянцем, и лишь едва улыбнулась уголками губ.

— Ты такая милая, когда смущаешься, — добавил он, и его голос прозвучал мягко, почти интимно.

Я залилась краской ещё сильнее, не зная, куда спрятаться.

— Хватит трепаться! — раздался недовольный голос Алекса с дивана, где он сидел с ноутбуком. — Езжайте уже! Распустили тут, смотреть противно.

— Не будь такой врединой, тебе не идёт, — констатировала я, бросив на него взгляд, в котором смешались усталость и лёгкая ирония, и пошла следом за Кристофером к выходу.