24.
Глава двадцать четвёртая. Переговоры и тени.
Поздний вечер. Внутренний сад особняка.
Рейна стояла у небольшого фонтана, аккуратно поправляя подол чёрной униформы. Свет фонарей отражался в водной глади, размывая её отражение. Она не заметила, как к ней подошёл Нейсон — без пиджака, в рубашке с закатанными рукавами, его взгляд был чуть рассеян.
— Ты часто здесь сидишь? — спросил он, остановившись рядом.
— Это место тихое. Здесь никто не приказывает. — Рейна улыбнулась слабо и чуть смущённо опустила взгляд.
— Ты давно с ней?
— С госпожой? Почти шесть лет. Сначала просто убиралась в комнатах, потом… — Она не договорила. — Теперь я знаю, что лучше не задавать лишних вопросов.
— А ты не боишься её?
— Боюсь. Но она меня никогда не унижала. А это, знаешь ли, больше, чем я получала от жизни до встречи с ней.
Нейсон кивнул. Несколько мгновений они стояли молча. Затем он тихо спросил:
— Эдди — её родной брат?
Рейна обернулась.
— Сводный. Последний из десяти. Он её единственная слабость.
— И если кто-то причинит ему вред…
— …то этот кто-то исчезнет, и даже его кости не найдут, — Рейна ответила без тени эмоции, глядя на фонтан.
---
Зал переговоров.
Комната была обставлена сдержанно, но со вкусом: стеклянный стол, несколько кресел и плотные шторы, скрывающие ночной сад. У стены стоял Нейсон — сдержанный, молчаливый, с затенённым лицом. Его руки были за спиной, взгляд — цепкий.
Сария вошла в комнату в сопровождении Дженкинс. Она была в темно-синем брючном костюме, подчёркивающем фигуру, волосы — в высоком пучке, на лице — маска абсолютного контроля.
Уже сидели трое гостей. Главный из них — высокий мужчина в сером пальто, с гладко зачёсанными волосами и холодными глазами. Его звали Фабио Моретти, представитель итальянской логистической группы с «серой» репутацией.
— Сеньора Вальте, — проговорил он с лёгким акцентом и почти неискренней улыбкой. — Рад видеть вас снова.
— Взаимно, Моретти. Только не заставляй меня пожалеть, что пришла лично.
Сария уселась и сделала знак Дженкинс. Та подала документы.
— Вот наши условия. В два раза больше, чем вы получали от старого куратора. Зато всё проходит через проверенные каналы.
— Жадновато, даже по твоим меркам, — прищурился Моретти.
— Ты получаешь безопасность. А за неё всегда платят дорого.
Пока шёл обмен аргументами, Нейсон внимательно наблюдал. Он видел, как у Моретти дернулся палец — нервный тик, когда тот слышит неудобные цифры. Видел, как правая рука гостя переместилась ближе к внутреннему карману. Но Дженкинс уже мягко положила на стол папку с компроматом — и тот замер.
Наконец, спустя двадцать минут, бумаги были подписаны. Моретти подал руку.
— Приятно вести бизнес с такой… бескомпромиссной женщиной.
Сария улыбнулась хищно.
— А у меня нет другого выбора.
Когда гости покинули зал, Сария подошла к Нейсону, взглянув на него вскользь:
— Запомни: такие переговоры — это всегда тонкая грань. Улыбка — фасад. А за ним — прицел. Ты заметил его руку?
— Да. Было близко к оружию. Но Дженкинс подстраховала.
— Именно. Поэтому ты и стоишь сзади. Пока что. — Она слегка тронула чокер на его шее. — Но однажды я, может быть, разрешу тебе говорить. Если выживешь.